Конец игры – лишь начало

— Да, я слышала что-то об этом. Правда, не то чтобы я интересовалась оперой, но этот скандал с Доминго дошел даже до меня, — произнесла Пристли, пожав плечами. Она слегка наклонила голову к плечу и прикрыла глаза во время этого движения. — Карл его большой поклонник. — Мистер Лагерфельд — человек высоких нравов. Опера, консерватория… — ехидно произнесла Сакс, крутя в руках пустую чашку из-под чая. Она в первый раз после зимних праздников осталась у Миранды вечером. — Если быть честной, то меня раздражает это его хобби, — брезгливо поморщилась седовласая леди. — Мне едва удается отказываться от его приглашений. — Я думала, вам нравится подобное, — удивлённо заметила Энди. За этим последовало презрительное фырканье главного редактора. — Бесполезная трата времени. Я не вижу смысла ходить на спектакль, если не пойму там ни одного слова, — женщина откинулась на спинку стула, подняв глаза к потолку. — Кстати, я давно не была в театре. — С того спектакля, на который я достала вам билет? Миранда перевела глаза на подчинённую и тонко улыбнулась, от чего у брюнетки отчётливо заныло сердце. Мысли снова превращались в кашу. — Да, Андреа. С того самого спектакля. Розовая полоска над головой седовласой леди почти достигла половины, а зелёная была и того больше. Система ещё до зимних каникул оповестила, что она и Миранда «Друзья». Возможно, скоро они получат новый статус, которого Сакс уже достигла с Эмили и Найджелом. — Мне пора, — взглянув на часы, со вздохом произнесла девушка. — Уже? — с неприятным удивлением спросила Пристли и тоже посмотрела на настенные часы. — Вы могли бы остаться ещё ненадолго, я закажу вам такси. — Мне ещё нужно заняться кое-какими домашними делами, а если я опять засижусь у вас допоздна, то усну слишком поздно, — с мягкой улыбкой Андреа покачала головой. Энди совершенно ясно видела, что голубой взгляд расстроенно потух, но Миранда спокойно кивнула, как ни в чем не бывало. Сакс захотелось крепко-крепко обнять седовласую леди, чтобы та не огорчалась из-за её ухода. Пристли очень привязалась к ней. Пару раз во время праздников она даже звонила по каким-то пустяковым вопросам, которые потом выливались в долгую болтовню по телефону. Сердце громко бухало в груди от осознания, что Гроза «Подиума» так скучала по ней, что не могла дождаться личной встречи. Пока они вместе шли по коридору, в голове ассистентки вырисовывался дерзкий, но такой восхитительно волнительный план. Пора немного подтолкнуть их развитие отношений, потому что не только седовласая леди отчаянно нуждалась в их общении. Невозможность прикосновения ещё больше заставляла голодать по взглядам и разговорам.

/ Вы участвуете в важном событии /

— О, я забыла. Подождите секунду, — торопливо пробормотала Миранда и быстро поднялась по лестнице. Андреа же недоуменно смотрела ей вслед. Она надеялась, что это забытое «нечто» не помешает ей исполнить только что родившийся план. Одевшись, Сакс стояла в холле и ожидала возвращения босса. Та довольно быстро вернулась, держа в руках… небольшой пакет. У Энди сладко засосало под ложечкой. — Это вам. С прошедшим Рождеством, — коротко проговорила Пристли и сунула пакет в руки подчинённой. Брюнетка видела, что ей очень не по себе от этого действа. — Миранда, я же просила.

/ Ваш выбор повлияет на сюжет /

— Я не услышала вашу просьбу, — слишком резко ответила главный редактор, но тут же спохватилась, смягчив тон. — Это просто мелочь. Откройте дома. Спокойной ночи. И, не давая сотруднице опомниться, направилась к лестнице. Она собиралась вот так сбежать? — Погодите, — схватив седовласую леди за плечо, остановила её девушка. — Я даже не успела сказать «спасибо». В голове словно прошёлся ураган, сметя все мысли в самый уголок разума. Миранда нехотя повернулась обратно, подчиняясь ладони, всё ещё лежащей на её плече. Она явно нервничала, но изо всех сил старалась не показывать этого. Боялась негативной реакции? Опасалась, что Энди не примет её подарок? Вместо того, чтобы начать бормотать слова благодарности, Сакс смело шагнула вперёд, наклонилась к женщине и на долгую пару секунд прижалась губами к щеке Грозы «Подиума». Пристли вся оцепенела рядом с ней, превратившись в статую. — Спасибо. Вы были не обязаны это делать, но мне очень приятно, — с самой обаятельной улыбкой, на которую была способна, поблагодарила ассистентка. Перед ней предстало самое захватывающее зрелище, которое ей довелось увидеть за прошедший месяц, это уж точно. Миранда растерянно уставилась на сотрудницу, пока её лицо и шею заливал румянец смущения. Голубые глаза с неподдельным удивлением смотрели на собеседницу, будто Андреа только что сделала тройное сальто с места. — А-а… кхм. Да, — заключила женщина и задрала подбородок, тем не менее отведя взгляд в сторону. — Пожалуйста. Горячая радость разлилась по венам Энди. Щека седовласой леди оказалась гладкой и мягкой. А ещё очень теплой. Энди будто бы почти могла слышать, как стучит сердце Пристли в груди во время короткого поцелуя. Во рту пересохло, ведь начальница так остро реагировала на обычный поцелуй в щеку лишь от того, что это сделала Сакс, а не кто-либо другой. — Спокойной ночи, — кивнула девушка и направилась на выход, хотя её пальцы покалывало от желания закрепить эффект: смущенная Гроза «Подиума» выглядела очаровательно. Пристли ничего ей не ответила, что было довольно показательно. Не смогла найти слов? Когда дверь захлопнулась за ней, Энди широко улыбнулась и чуть ли не вприпрыжку спустилась по ступеням таун-хауса, но остановила свой порыв: ещё не хватало в такой чудесный день сломать шею на этих ступенях. Тело стало таким теплым, а ладони приятно покалывало от притока крови. Она безнадёжно влюблена, раз так радуется подобной мелочи.

***

Следующего дня брюнетка ждала с нетерпением, хотя и понимала, что это глупо. В голове постоянно крутились мысли о том, как повела бы себя седовласая леди, поцелуй её Сакс по-настоящему. Кровь бежала быстрее от одних только мыслей об этом. Но на самом деле Энди пришлось столкнуться с холодом. Миранда вела себя так, будто они вернулись в до- парижские времена. Максимально ровный тон, ни намека на нежную симпатию, установившуюся между ними. Пристли вернулась к своему старому вечно раздражённому поведению, что выглядело странно. Полоски отношений не изменились ни на йоту. В чем же дело? Только вчера главный редактор подарила ей книгу, которую Андреа собиралась прочитать уже некоторое время. Женщина запомнила это и продумала подарок. Сейчас же она словно заледенела по сравнению со своей вчерашней мягкой версией. Энди решила, что у босса всего лишь проявилось плохое настроение. С каждым случается, верно? Нет ничего особенно удивительного в том, что Пристли в очередной раз скакала от одних эмоций к другим. Это нормально. Да, наверняка. Но Сакс, несмотря на свои мысленные увещевания, всё равно чувствовала себя расстроенной. Может, она переборщила вчера? Но розовая полоска почти достигла середины, да и начальница, казалось, вполне явно показывала свою симпатию. Этого мало? Ей следовало подождать ещё? За весь день Энди так и не сумела придумать ничего стоящего, что могла бы сказать Грозе «Подиума», а потому молча проводила её взглядом, когда Миранда уходила домой. Вот и всё. Теперь следующий шанс поговорить появится только завтра. Система, как назло, молчала и не отправляла никаких уведомлений касаемо её отношений с Пристли, что расстраивало ещё больше. Вдобавок, «родители» в очередной раз звонили во время праздников, и натянутость их отношений также напрягала. Несмотря на то, что Саксы не являлись её настоящими родственниками, а также считали, что могут указывать ей как жить, девушка всё равно жалела их. Они ведь не были виноваты в том, что в их дочь подсадили другого человека. Это угнетало. Как удержать баланс между хорошими отношениями и отстаиванием личных границ? Можно ли вообще это как-то объединить? В любом случае, Энди решила, что должна попытаться ещё раз наладить контакт. Это её долг. Помимо всех неприятных событий после начала нового года, которое крайне не задалось, Сакс с большим упорством, почти остервенением, прокачивала свой уровень журналистики. Она достигла десятого уровня, когда система прислала ей уведомление, что на данном этапе её карьеры эта отметка является максимальной. Недолго поразмыслив над ситуацией, Андреа поняла, что необходимо наконец перейти к активным действиям. Зря что-ли Миранда знакомила её со столькими людьми? Да и визитки журналистов хранились у неё не просто так. Пару минут брюнетка разглядывала набранный на телефоне номер главного редактора «Boston Globe», но в итоге нажала на кнопку звонка.

/ Вы участвуете в важном событии /

В последнее время Андреа постоянно участвовала в важных событиях. Система могла бы уже и не уведомлять об этом. — Брайан Макгрори, — сообщил мужской надтреснутый голос. — Добрый день, мистер Маркгрори. Это Андреа Сакс, помощница Миранды Пристли, если помните. — О, — вспомнив её, произнес мужчина. — Добрый день. Всё-таки надумали воспользоваться моей визиткой? — Да, буду рада, если поможете мне в начале моего журналисткого пути, — с усмешкой вымолвила Энди, всем своим существом ощутив, что источает ауру уверенности. — Сможете подкинуть какую-нибудь работу? — Хотите работать фрилансером, — фыркнул Брайан. — Ну ладно. Обычно я таким не занимаюсь, но Миранда так вас разрекламировала, что я, признаюсь, заинтригован. Записывайте адрес электронной почты, мисс Сакс. — Спасибо, — поблагодарила брюнетка, мысленно воспроизведя в голове образ начальницы. На том приёме, когда она познакомилась с главным редактором «Boston Globe», седовласая леди была одета в бордовые брюки клёш с такой же жилеткой и черной шелковой рубашкой. Тогда Андреа поняла, что действительно испытывает гей-панику, видя Грозу «Подиума» в таких претенциозных нарядах. Найджел оказался прав во всём. И даже несмотря на то, что Пристли была одета более чем закрыто, сердце Энди всё равно сбивалось с ритма.

***

С черного неба снова падали огромные хлопья снега, покрывая собой улицы Нью-Йорка. То тут, то там звучал смех больших компаний, которые прогуливались по ярко освещённым улицам, ещё не избавившихся от гирлянд и фонариков. В окнах таун-хауса на пятьдесят первой улице Верхнего Ист-Сайда горел неяркий теплый свет. К счастью, на втором этаже никто не мог заглянуть сквозь холодное стекло и увидеть, как Миранда Пристли полулежала на диване своего кабинета, глядя в неясную точку на обоях. На коленях примостилась забытая на время Книга. Совсем рядом с диваном лежал крупный сенбернар с длинной пушистой шерстью, не реагируя на руку женщины, которая гладила собаку за ухом. — Она так смотрит на меня, Патриция, — тихо произнесла Гроза «Подиума», будто бы немолодая собака могла её понять. — Даже Грег после наших ссор не выглядел таким расстроенным. Тоже самое, что бить щенка. — Фр-р-р, — шумно выдохнула Патриция. — Да, неудачное сравнение, — невесело усмехнувшись, согласилась с питомицей женщина. — Мне иногда кажется, что она видит или слышит каждую мою мысль. Это просто невозможно так точно предугадывать мои желания и реакции. Собака жалобно заскулила, и Пристли ласково погладила её по голове. Ей тоже было грустно, но Андреа совершенно недвусмысленно намекнула, чего хочет от босса. В тот вечер, когда за помощницей захлопнулась дверь, Миранда четко осознала, что её «каменное» сердце вновь глупо выбрало неподходящего человека. И если к дружбе она была вполне готова и даже рада ей, то заводить отношения с молодой подчинённой не собиралась. В жизни и так хватало проблем и хаоса. Не стоило создавать лишний повод облить себя дерьмом и смешать репутацию с грязью. — Дьявол-в-юбке залазит под юбки помощницам, — вслух произнесла главный редактор возможный заголовок. «Шестая страница» наверняка выдумала бы нечто подобное или ещё более мерзкое. Если бы только Андреа встретилась ей раньше. До Стивена и Джеймса. Может быть, когда девочкам было ещё лет пять, они смогли бы справиться со скандалом. Конечно, в последнее время к геям и лесбиянкам относятся несколько лучше, чем в её молодости, но даже сейчас новость об отношениях с девушкой почти вдвое моложе её вызвала бы коллапс. Абсолютно точно. И, если выбирать между спокойствием девочек, местом редактора и отношениями с Андреа… Миранда подняла глаза вверх, чтобы не дать волю слезам. В горле застыл неприятный комок, который мешал нормально дышать. Глаза слегка защипало, так что седовласая леди тихонько вздохнула и сглотнула вязкую слюну. Она однозначно выберет девочек и журнал. Больше ей ничего не нужно. — Мам? — тихо позвала Кэссиди, заглянув в кабинет. — Да, дорогая? — слишком бодро отозвалась Пристли, приподнимаясь на диване. — Ты опять грустишь, — печально заявила девочка, подходя к матери. Немного помедлив, она обвила своими тонкими ручками плечи женщины. Главный редактор остро ощутила, как горло сдавило тисками. — Я просто устала, Боббси. — Мама, ты же всегда учишь нас говорить правду, а сама… — с укором произнесла Кэссиди и отстранилась. Миранда впервые пожалела, что её дочь не очень любит физический контакт. Во время объятий проще спрятать свое лицо. — Позвони Энди. — Её зовут Андреа, милая, — отстраненно поправила Гроза «Подиума» и подвинулась, чтобы дать дочери сесть на диван. — И незачем её беспокоить по пустякам. — Она же твой друг, — не согласилась Кэссиди и села у ног матери. Миранда мысленно усмехнулась этому статусу своей помощницы. Они отнюдь не были друзьями. Разве может она хотеть ощутить губы друга на своих собственных губах? Может хотеть оказаться в кольце рук и вдохнуть мягкий аромат духов? Почему-то ей всегда казалось, что от Андреа пахнет какой-то сладкой выпечкой, от которой голова шла кругом. — Андреа — моя подчинённая, Кэссиди. Ты ведь не можешь дружить с учительницей, это тоже самое. — Почему не могу? Миссис Мейбл дружит со мной и Каро. — Это не дружба. Миссис Мейбл просто хорошо к вам относится. Она старше, опытнее и учит весь класс. Ей нельзя заводить любимчиков, — объяснила главный редактор. — Мы же не всегда будем учиться у неё. И к миссис Мэйбл недавно приходила её прошлая ученица. Разве они не могут дружить? Миранда замолчала, не зная, что ответить на это. Её дочь была ещё слишком маленькой, чтобы понять суть взрослых отношений, а потому для неё всё казалось простым и понятным. — У меня другая ситуация, Боббси. — Вы с Энди даже говорите одинаково, — хихикнула девочка. — Она тоже сказала так, когда мы говорили ей извиниться перед тобой. — А что ещё она сказала? — с замирающим сердцем поинтересовалась седовласая леди. Её душа снова потеряла покой, и причиной опять оказалась кареглазая брюнетка. — Ничего такого. Сказала, что ты всегда готова простить нас, но у неё другая ситуация. И что не хотела тебя обижать, — пожала плечами Кэссиди. — Если тебе страшно звонить ей, я могу посидеть с тобой. — Мне не страшно, дорогая, — немного сдавленно произнесла женщина, чувствуя шок. Даже её одиннадцатилетняя дочь смогла увидеть то, о чём говорила Андреа в машине? Неужели, её страх доверять так ясно виден окружающим? — Ну, окей, — не слишком поверив словам матери, согласилась девочка и встала с дивана. — Я пошла в комнату. — Хорошо, — заторможенно кивнула главный редактор и шумно вздохнула, когда за дочкой захлопнулась дверь. Её дети слишком проницательны.