Олимпийский лёд: Через тернии к звёздам

Скорость и лёд под ногами. Разве так много нужно фигуристу, чтобы чувствовать себя полноценным и счастливым? Контрольные прокаты Сборной России. И приглашенных спортсменов. Таких, как Катя. В основную сборную она не прошла по понятным причинам, но после разговора с Федерацией, её включили в списки. Тем более, что за день до короткой программы снялись три девушки. С Катей на лёд выйдут хотя бы шесть спортсменок, представляющих различные тренерские штабы. Среди которых Катя, естественно, была самой старшей. Ближайший к ней возраст был в восьми годах от её — восемнадцатилетние девчонки. Молодеет спорт, не иначе, раньше в их группе и в двадцать с копейками катались. «Ушаковских» девочек было всего две. И обеих Катя прекрасно знала практически с их первых дней в штабе Дениса. Они обе выйдут на лёд после Кати.        — Прыжковый набор не нов, — Тамара Львовна стояла прямо перед Катей, держа в руках бутылку с водой, — Короткую программу ты вытянешь на хороший уровень. Помни, что не оценивают. Они все тут маленькие и пронырливые, этим тебе не взять. «Спасибо»        — Бери зрелостью и скольжением. А ещё не смотри на остальных. Это ты поняла? Катя кивнула, убирая салфетку от лица и проводя руками по ногам. Красивое красное платье на ней. Обтягивающее, открывающее всю ту форму, которую они с матерью восстановили. В планах был черный комбинезон, но общим советом было решено, что женственностью надо брать в полной мере. С Денисом они сегодня не разговаривали. Даже утром. Он уехал раньше и не разбудил Катю, поэтому утро встретило её холодной стороной постели и завтраком на кухне. Который она, конечно, проигнорировала. Влада тоже уехала с Денисом, что было не редкостью.        — Мама!        — Моя хорошая, — Тамара Львовна неодобрительно посмотрела на Катю, сразу же развернувшуюся к Владе. И ещё более неодобрительно на Дениса, который и принёс дочь к Кате. Ей выходить через пару минут, а он отвлекает! Катя поцеловала дочь в лоб, погладив её по светлым, но не таким, как у неё, волосам. Затем подняла взгляд на Дениса. Видимо, хотела что-то сказать. Забыла сразу же, как он наклонился к её губам и оставил на них долгий поцелуй.        — Удачи тебе. Катя прикоснулась к губам, стараясь оценить ущерб помаде.        — Выглядишь прекрасно, — Денис сам подтер то, что размазал, большим пальцем, — Я к своим. Влада со мной. Мы за тебя болеем. Последняя фраза сказана трогательным шепотом. На глаза даже навернулись слёзы. Она забыла в этот момент окончательно, что он её не поддерживал, что все время будет болеть за то, чтобы она завершила со спортом. Денис не поддерживает, но он её принял. Такая ирония. Она, выступающая за другой штаб, вернувшаяся спустя столько лет. И он, тренер сильнейшего штаба в стране, практически создателя самых именитых фигуристок и фигуристов планеты. По разные стороны баррикад, но словно едины. В этой мысли было много романтики, философии и других вещей. Только вот Кате уже сейчас предстояло выйти на лёд и оставить все свои мысли за его пределами. На ней такое же маленькое красное платье, которых у неё было просто куча за всю карьеру. Программа, поставленная под очень красивую композицию can't help falling in love. Знакомые элементы, которые она выполняет всю свою жизнь, в том числе на шоу. Тогда почему же ей так страшно делать это вновь?        — С богом, — Тамара Львовна в последний раз коснулась её талии перед отправкой на лёд. Катя выехала раскатываться перед выступлением. Несомненно, она была и на шестиминутной разминке, но ничего на ней не успела. Её сметали овации, адресованные непонятно кому. Может быть и ей, но, если честно, было нечему. Она успела сделать два дупеля и заклон, на этом все успехи заканчивались. Тройной флип. Спину кольнуло, но Катя проигнорировала её. Вот то, о чём она мечтала. Нужно брать и делать, а не ждать, пока всё пройдет или получится. Всё должно получиться здесь и сейчас.        — Екатерина Панкратова, Москва! Её объявляют. Снова. Руки вверх, широкая улыбка на губах и оглушающие аплодисменты. Фанаты не ждали, не надеялись. Мечтали о моменте, когда на лёд выйдет дочь Кати. А она взяла и сама вернулась для того, чтобы исполнить свою мечту и предназначение. Перекидной. И она садится на колено, закрывая глаза. Денис не может не смотреть, даже если следующей выходит его спортсменка. Яна, обеспокоенно ходящая около бортика, даже взглянуть на лёд не может, настолько её переполняют волнения. В тренировочной зоне было куда проще, там и Николь, которой предстоит катать ещё позже, поддерживает, и другие ребята со штаба. Казалось бы, чего Яне бояться? Прошлогодний Чемпионат Мира выигран, мировой рекорд в короткой программе поставлен. Её любят и ждут на льду. Так почему бы не выйти и не ослепить всех программой? Страх от завышенных ожиданий. И это их объединяло с Катей. Катя скользила и чувствовала взгляды, прикованные к ней. От этого старалась ещё сильнее, вкладываясь в скольжение и каждое движение рук. На первый взгляд, у неё получалось, только невозможно вечно просто скользить. Двойной аксель. Недокрутила, но выехала. Уметь же надо, недокрутить два с половиной оборота. Ей за это достанется, но потом, об этом нельзя думать прямо сейчас. За Катей следили и старшие братья. Тимур сегодня тоже будет катать короткую программу в образе Алладина, но только через пару часов. Сейчас он стоял просто в спортивной форме, скрестив руки на груди. Дима смотрел с трибун. Он давно закончил карьеру и уж точно не думал, что ему придётся смотреть на выступления Кати. Но, сестра умела удивлять своими решениями и неожиданными желаниями. Тройной флип. Вращения давались не слишком уж и легко, по сравнению с остальными девчонками их скоростью вращения, Катя заметно отставала. Зато не сдавалась. Им там по семнадцать лет, а ей семнадцать лет было очень много лет назад. Ушаков присел, наблюдая за центровкой Кати на вращении. Ничего не мог с собой поделать, она все еще воспринималась им как спортсменка его штаба. Если бы только он мог что-то изменить!.. Но, в моменте это звучало как бред. У него в штабе уже катались дети Тимура, а тут Катя захотела выйти на лёд. Очень эмоциональная дорожка шагов, сделанная не слишком технично, но зато отыграла лицом и телом на максимум. В момент проката она думала о всех сложностях, которые у них возникали с Денисом по поводу вопроса возвращения в фигурное катание. Это придавало эмоций, но ноги совершенно сбивались. Тройной лутц. Тройной тулуп. Катя была очень довольна этому каскаду, что и выразила широкой улыбкой на лице. В этот момент и не думалось, что после неё на лёд выйдут сильнейшие спортсменки планеты на данный момент. А когда-то сильнейшей спортсменкой планеты была она. Не слишком продолжительный момент времени, но была. Оставался только заклон, зрители аплодировали в такт музыке, а Катя старалась насладиться этим моментом. Кто знает, пройдет ли она на какие-то другие соревнования? А тут есть возможность ощутить любовь фанатов.        — Умничка, — Денис довольно улыбнулся, аплодируя. Понимал, что не должен так делать и должен уделять всё время своим воспитанницам, но сейчас ничего не мог поделать. Любовь она и есть любовь. Тамара Львовна была довольна уж точно не на сто процентов. Она видела недочеты в прокатах Кати, видела и предыдущие два проката, где девчонки старались и выкладывались. Первой каталась спортсменка её группы, Елена Соловьёва, сильнейшая, на данный момент, из штаба. Мало того, что Лена приземлила тройной аксель, так еще и не сбивалась со вращений и не забывала дорожку шагов. Как это было, например, у Екатерины. Яна расстегнула кофту и отдала в руки Роману Константиновичу. Коротко размяла шею. В общем, на прокат настроилась целиком и полностью. После проката Кате аплодировала вся арена. Арена, знакомые, друзья, фанаты. От выхода спортсменов ей кричали слова поддержки те люди, которые застали её на льду ещё «молодой и свежей».        — МОЛОДЕ-Е-ЕЦ! — Ярослава Калинина приставила руки ко рту на манер рупора, чтобы увеличить громкость. Парень, стоящий сзади неё, подвизгивал и аплодировал так громко, что у самой Ярославы закладывало уши.        — Соберись, — Яну ущипнули за бедро. Девушка вздрогнула, но кивнула. По глазам видно, как переживает. Они, Беспаловы, все такие, ранимые и чувствительные. И её старший брат, по совместительству Олимпийский Чемпион, абсолютно такой же. Катю забросали цветами и игрушками. Она улыбалась и махала зрителям, радовалась поддержке, которая была ей оказана.        — Вау, сколько много… — пробормотала девушка, смотрящая на прямую трансляцию в коридоре.        — Николь, ты издеваешься что ли?! Она повернулась на мужчину, звавшую её. Парня, точнее. Сокомандника, если совсем точно. Её тёмные глаза моргнули несколько раз, прежде чем она смогла сообразить, что ответить на такое высказывание.        — Нет.        — Нельзя смотреть на прокаты других людей, — «оповестил» её парень в форме сборной и зачесанными назад чёрными волосами.        — Мне можно, — пожала плечами Николь, разворачиваясь к экрану. Екатерина Панкратова сияла. Даже в момент, когда её тренер, уважаемая во всём мире Тамара Львовна, делала замечания, девушка улыбалась и довольно кивала. Николь знала Екатерину в более непринужденной обстановке, но ничего такого, что могло бы считаться экстравагантным. Она была женой их главного тренера, было бы странно, если бы они никогда её не видели. Екатерина создавала впечатление доброго и отзывчивого человека, но, если честно, соперника в ней Николь пока не видела.        — Пошли, — парень попытался взять её за руку, но Николь шатнулась от него, продолжая смотреть.        — Отстань ты от меня. До меня еще два проката!        — Эйтц. Совершенно спокойный тон тренера. Или не совсем тренера… неизвестно, как назвать. Тимур Андреевич, или же просто Тимур, стоял в дверях со скрещенными руками. Он сам сегодня катал программу, но уже как два года был личным тренером Николь Эйтц. Девушка попыталась сделать умоляющие глаза и остаться хоть на чуть-чуть, но…        — Николь, живо разминаться. Поняла, приняла. Хмуро поплела в сторону Тимура. И зала. Тем временем Катю уже очень крепко обнял Денис, целуя в макушку. Влада хлопала в ладоши, но, если честно, боялась такого шума.        — Тш-ш-ш, не бойся, — Катя постаралась её убаюкать, ненадолго перенимая в свои руки, — Скоро и тебе столько цветов набросают, ты не завидуй. Параллельно с её голосом говорил и голос диктора:        — На лёд приглашается Яна Беспалова, Москва!