XV Аркан

1: Приходи завтра, куколка

Подо мной удобное кресло, ноги закинуты на прозрачный журнальный столик, а перед глазами раскинулся потрясающий вид на реку Хан. Вечерние огни столицы Южной Кореи полыхали, словно революционные факелы, взмывали в твердь неба разноцветными пёстрыми искрами, зазывали каждого добровольно превратиться в зомби и, пошатываясь, ползти им навстречу, чтобы сгореть в пламени адского веселья дотла, без остатка. Каннам… Мечта любого тусовщика, фаната корейщины и просто корейца. Решила не жалеть денег — сняла номер в шикарном отеле этого района с видом на набережную. Последние четыре года своей жизни я просуществовала достаточно скромно, особо ни на что не тратилась, поэтому почти все кровно заработанные скрупулезно откладывала в валютную копилку, и вот, теперь появился повод найти им достойное применение. Если уж отдыхать, то ни в чем себе не отказывать. Таково моё видение. Почему выбрала именно дорогущий Каннам? Во-первых, сердце Сеула, столица развлекательной индустрии страны. Во-вторых, пара быстрых кликов в интернете, и вуаля — теперь я знаю, что BTS осели именно в этом районе. А зачем далеко ходить? Незачем. Помимо прочего, подкупали безусловно прекрасные урбанистические пейзажи, благодаря которым сразу приходит понимание, что находишься в высокоразвитой стране на передовой цивилизованного мира. Аж дух захватывает, хотя я не назвала бы себя впечатлительной. Так и подмывало отставить стакан с виски из мини-бара в сторону, накинуть поверх майки косуху и отправиться искать приключения. Но, увы, перед ними ещё предстоит достаточно дел. Сначала как следует выспаться — дорога в двенадцать часов от двери до двери даром ни для кого не проходит; далее, бегло пробежаться по наиболее употребляемым корейским словам и фразам, чтобы освежить их в памяти; ну и напоследок зарегистрироваться на сайте знакомств, ибо как мне ещё узнать, где обитает Чимин? Только через общение с потенциальными очевидцами. Я не люблю впускать в свой мирок из одного человека посторонних, и также не горю желанием вторгаться в чужой, хотя коммуникация является основным инструментом в работе мне подобных. Нужно опять брать в руки набор кистей для макияжа, укладывать волосы, тщательно подбирать наряд в соответствии с желаемым образом, натягивать на себя обворожительную улыбку и делать вид, будто обожаю всех на свете мужчин и вообще человеков. Тошнит от этого лицемерия. Однако, если я буду собой, думаю, от меня начнут шарахаться даже прохожие. Какое уж тут общение. В этом мире меня мало что выводит на хоть какие-то эмоции, но прикидываться дурочкой-девочкой, пожалуй, бесит больше всего. Особенно когда мужики подтекают и начинают настырно домогаться, уверенные, что я хочу их безоговорочно и прям-таки сразу. Каждый раз как в первый приходится сглатывать желание с хрустом переломать влажные шаловливые пальцы, гуляющие по бедру, стереть забродившей от хмеля и возбуждения кровью разбитой губы эту похабную улыбочку, да вырвать нагло вперившиеся в межгрудье глазёнки, в которых после серии шотов не остается ничего человеческого. Но обычно я проглатываю ком эмоций и смеюсь так искренне, что сам Станиславский поверил бы, кокетливо прикрываю улыбку рукой, делаю вид, что вовсе не понимаю, что сий господин возжелал сделать со мной, хотя он в данный момент в красках страстно шепчет это на ухо, окропляя шею горячей слюной… Я содрогнулась от череды пронёсшихся перед глазами воспоминаний и отхлебнула непомерно большую порцию виски. Придётся вновь это пережить. Ради добычи информации о Чимине придётся. Надеюсь, с корейским языком не возникнет серьёзных проблем. Учила я его, конечно, давно, но на память ещё ни разу не жаловалась. Не удалось им воспользоваться тогда, когда хотелось — ту командировку пришлось отменить, однако к поездке, помнится, готовилась я основательно. Если в голове задержалось хотя бы процентов тридцать из того, что учила, то заминок с говорением и пониманием повседневной речи быть не должно. Разве что акцент никуда не затолкать, хотя, как показывает практика работы в других странах, это всего лишь издержки. Признаться, мне впервые за несколько лет волнительно. Такие авантюры не в моём стиле, особенно когда заключаешь себя на годы в добровольные кандалы «дом-работа», но, наверное, правы люди, с уверенностью утверждающие, что жизнь без приключений — не жизнь. Прошло четыре года с тех пор, как я ушла из профессии, которой отдала семь лет своего бытия, и что же я могу вспомнить, помимо классической музыки, двойного эспессо, яичницы с беконом на завтрак, по выходным глядения в потолок или телевизор с программами для домохозяек, и перекошенных офисных рож да кипы бумаг по будням? Ничего. Мне казалось, что вот она, свобода, долгожданное спокойствие, даже в какой-то мере хикканство, но кто знает? Может, я ошибалась.

***

Для предстоящих свиданий я решила не заморачиваться и купила в ближайшем масс-маркете короткую светлую юбку-клëш, топик в тон и босоножки на шпильке с массивной платформой. Нанесла вечерний макияж, выделив губы кроваво-красной помадой, разметала по плечам вьющиеся волосы и наделала несколько фоток в разных позах, напустив на себя слегка глуповатый вид. Такое сочетание деталей не подводило меня никогда. Не успела опубликовать анкету на сайте знакомств, как на неё уже слетелось несколько крупных бабочек. Ну ещё бы, молодая, стройная девушка-иностранка, явно при деньгах, еле говорящая по-корейски и совсем-совсем не знающая местных парней (ха-ха-ха). Такую влëгкую можно развести на несколько бутылочек соджу и, возможно, пьяный низкокачественный секс, ведь так? Первая бабочка никакой полезной информации не преподнесла, да и вообще, оказалась шелудивым псом. Он только хмыкал, активно накачивался алкоголем и постоянно, с выражением подобия сократской задумчивости, ковырял свои воспаленные россыпи прыщей на щеках. Спустя непродолжительное время я заметила, что чем пьянее тот становился, тем чаще и дольше окидывал меня похотливым сальным взглядом. Не сдержавшись, скривилась от этого мерзкого зрелища и сказала, что отойду припудрить нос, а затем с превеликой радостью смылась, оставив незадачливого кавалера разгребать оплату нашего счёта. При этом я отлично знала, что у него ни гроша в кармане. Дико свербило понаблюдать, как этот бедолага будет выкручиваться перед официантом аки уж на сковороде, однако ненароком попасть в поле их зрения не хотелось сильнее, и пришлось с ухмылкой ретироваться прямиком на следующее свидание. Второй кавалер оказался несколько веселее, но кроме моей вагины его явно ничего больше не волновало. Любую тему, которую я поднимала, он сводил только к сексу, и уверял, что устроит самую жаркую ночь в моей жизни, а тому, что болтается у него между ног, позавидует сам Лысый из Браззерс. Меня откровенно веселила его самоуверенность, и я интересовалась всё новыми подробностями того, что тот может мне ещё предложить. Горе-любовник заливался соловьём, но как ни старался, должного впечатления не произвел. На как бы невзначай заданный вопрос о Чимине, развязно ответил, что, кем бы ни был мистер Пак в постели, он-то уж точно его превзойдёт. Пришлось вскоре сымитировать внезапный звонок, кинуть деньги на стол перед изрядно надравшимся ловеласом и поспешно откланяться. Время уже было позднее, но, судя по всему, жизнь в Сеуле только лишь закипала — улицы освещались разноцветными огнями, такими яркими, что позавидует даже Солнце, мимо проплывали небольшие разнополые кучки броско одетых и совсем юных корейцев с одной стороны, а с другой теснили реки машин от «А» класса до совсем неприметных отечественных. «Неужели только сейчас возвращаются с работы? Или наоборот, поехали развлекаться?» — промелькнула мысль, пока я наблюдала за попытками огромной дорожной пробки, наконец, рассосаться. Мои ноги ныли от высоких и не разношенных босоножек, хотя я старалась подобрать максимально удобные из априори неудобных. По опыту знала, что к каблукам можно привыкнуть только в том случае, если носить их постоянно. А я настолько давно не надевала ничего, кроме берцев, что для ног такие резкие перемены обуви оказались подобны шокотерапии. Справедливости ради, вся эта поездка являла собой одну сплошную шокотерапию для моей психики — я глазела на пестроту вывесок широко раскрытыми глазами, которые никак не могли привыкнуть к столь яркому свету, едва подавляла желание отшатнуться от каждого мимо проходящего человека, ежеминутно вздрагивала от резких звуков. Всё чаще по мозгам проезжалась мысль о том, как хорошо и уютно было в родной и обжитой квартирке, как прекрасен потолок над кроватью, все неровности которого выучила наизусть, как умиротворяюще на меня действовала предсказуемость. И в то же время, замечая профессионально намётанным взглядом, насколько за последние четыре года ускорилась и преобразилась жизнь, чувствовала, как сжимается сердце от разливающейся по венам досады. Всё-таки я изменилась, как бы не убеждала себя в обратном. А именно, деградировала и отстала в саморазвитии. В то время, как весь мир продвинулся вперёд настолько далеко, что скрылся за горизонтом, я так и осталась стоять на месте посреди бездонного чёрного океана моей тоски. Глаза заприметили лавочку, скрытую в густых кустах индийской сирени, и я поспешила туда, чтобы дать уставшим ногам отдохнуть, а заодно заклеить пластырем стёртые места. Зашла в приложение для знакомств. Пока я тратила время на бесполезных существ, написало достаточно много народу. Но внимание привлёк лишь один. Я неплохо определяю на глаз, какой образ жизни ведёт человек; профиль же этого буквально орал о том, что он любит повеселиться. То, что надо — ответила. Парень среагировал на сообщение через минуту и сразу же спросил, где я нахожусь, а после, не упуская момента, предложил встретиться. Я посмотрела на свои заклеенные пластырями ступни, затем взглянула на время, глубоко вздохнула и согласилась, после чего вызвала такси с безумной наценкой за поздний час и отправилась на встречу.

***

Третий за сегодняшний день ухажёр действительно оказался из разряда тусовщиков, интуиция не подвела. Ничего интересного в плане мотива для встречи — от души напиться да затащить меня в койку, однако, стоило ему опрокинуть две бутылочки соджу, как из него полилось. Он трещал без умолку о том, в каких местах куролесил и с кем пьянствовал, спустя еще две бутылки пошли «весёлые» истории с множеством малоприятных деталей. У меня не получалось даже слова вставить в этот бурный поток, чтобы узнать нужную информацию и прекратить эту пытку над моими ушами. Когда новый знакомый всё-таки ненадолго прервался, чтобы перевести дух, я сумела спросить, не видел ли тот где-то Чимина, и — о, счастье! — он с радостью закивал, почти внятно ответив: «Конечно, кто же не видел Чимина? Весь Каннам знает, как он периодически отжигает в Октагоне. Ты не в теме, наверное, но это довольно известный ночной клуб для толстосумов. Пак чаще всего появляется именно там… Где находится? Да тут, неподалёку». Я тут же оживилась и стреножила моего визави немедленно отправиться в Октагон. Тот пьяно поморщился, явно не полыхая желанием куда-то тащиться с полутора литрами соджу в желудке, но, видимо, надежда на одноразовый секс победила, и мы, окутанные шлейфом его перегара, отправились в самое тусовочное место Каннамгу.

BRONSON feat. Gallant — KNOW ME (Cassian Remix)

На входе в клуб запросили приличную мзду, меня даже слегка удивили такие расценки. К счастью, наличные имелись, однако мой кавалер, заприметив, как я лезу в сумочку за деньгами, замахал руками и заплатил за обоих. Я, в общем-то, не противилась, хотя обычно не люблю, когда за меня платят или что-то мне покупают с барского плеча. Клуб оказался не таким уж большим, как рисовало воображение, тем не менее, был забит под завязку, и это при том, что мы пришли в будний день. Мимо сновали ряженые парни и девушки, будто сошедшие с обложек журналов, неподалёку кто-то натужно блевал, со всех сторон слышался шелест шаловливых ладоней по тонким женским чулкам. Всё это было до боли знакомо. Мне очень неприятны такие места: здесь брезгливо и противно, невольно поднимается целый пласт тягостных воспоминаний, ибо раньше, по долгу службы, частенько приходилось наведываться в подобные заведения, похожие друг на друга как капли воды. И вот, я снова здесь, будто не существовало многолетнего перерыва. Спутник, не дав мне как следует оглядеться, тут же запустил под юбку потную ручонку, пьяно хихикая. Пришлось напрячь всю силу воли, чтобы не развернуться и не зарядить ему в челюсть хук справа — ярко накрашенная иностранка в вызывающем наряде, вырубившая корейца с одного удара, наверняка привлечёт много ненужного внимания, и тогда дорога в Октагон, а, соответственно, наиболее лёгкий путь к Чимину, будет заказан. На моё счастье, пьянчугу кто-то окликнул; пока тот радостно переговаривался со знакомым и по-свойски постукивал его по плечу, я, облегченно выдыхая, быстро растворилась в толпе, синхронно подëргивающейся в такт музыке. Из динамиков лилась оглушительная кислотная электроника, которая растворялась в густом амбре из смеси разных запахов: человеческих тел, перегара, сигаретного и марихуанного дыма. Я же, пробираясь сквозь мокрые от пота и разгоряченные танцем тушки, проклинала того сумасшедшего, кто изобрёл каблуки — ноги нещадно болели, а большие пальцы вовсе потеряли чувствительность. С трудом доковыляв, наконец, до барной стойки, я спихнула пьяного в хлам мужчину на пол, вскарабкалась на его место и заказала себе двойной виски со льдом. Оглядев цепким взглядом присутствующих, почти сразу же выбрала жертвой своего актёрского мастерства пижона в глянцевом жёлтом костюме, который без конца поправлял явно неудобные, но, очевидно, сказочно дорогие нелепые очки с клубными подвесными шарами на дужках. Когда принесли алкоголь, опрокинула залпом стакан, а затем начала старательно имитировать походку подвыпившей, направляясь в сторону этого разодетого франта. — Простите господин, — я картинно оперлась на барную стойку и замахала ладонью возле лица, будто мне очень жарко, — вы Чимина случайно не видели? Я слышала, он пробегал где-то здесь. — Чимина? — гоготнул тот, приобняв хихикающую рядом девушку, — Пак Чимина? Прости, красавица, но его сегодня тут нет. Кто-то тебе сказал неправду. Не успела я развернуться, чтобы уйти восвояси, как он внезапно подался вперёд и уставился прямо в глаза. — Скажи-ка, зачем такой красотке какой-то Чимин? Поверь, он уже давно не представляет никакого интереса. Так, кучка мусора. Может… — его лицо оказалось еще ближе, уже чересчур; лишь бы суметь сдержаться и не вывернуть желудок наизнанку, — может, лучше к нам с Ëнми присоединишься, а? Мы как раз ищем третью. Оттянемся так, что точно не пожалеешь, обещаю. Я мягко, но решительно отвела его липкие пальцы от своей щеки. — И всё-таки, не подскажете, как его найти и когда? Мне очень-очень нужно ему кое-что отдать. При этих словах глаза мужчины плотоядно загорелись. — А что мне за это будет? — А что вы хотите? Конечно, я знала, чего он попросит. Однако, максимум, на который смогу, мысленно скрипя зубами, согласиться, это поцелуй. На том и сторговались. Не успел позёр присосаться к моим губам, как сразу же протолкнул в рот мерзкий язык, окутанный густой и липкой слюной с примесью этанола, а пальцы больно дёрнули волосы на затылке. Тошнота подкатила с новой силой. Я ненавижу целоваться. Точнее, для меня это что-то большее, чем просто влажное столкновение губ и языков. Но сейчас я понимала, что дотошно искать в клубе тех, кто знает Чимина и поделится информацией безвозмездно, означает привлекать к себе излишнее внимание и растрачивать драгоценное время. У меня в запасе всего чуть меньше месяца, чтобы испытать снова те самые эмоции, которые были в том сне и когда-то давно наяву… Я потерплю. Я уже целую вечность что-то терплю. Недоделанный денди с похабным до невозможности чмоком оторвался от меня, вальяжно обтер рот и нехотя протянул: — Приходи завтра, куколка. ЧимЧим любит, когда народу не протолкнуться. Завтра ведь как раз пятница? Я повторила его движение и усмехнулась. Это то, что мне и нужно было услышать. Завтра… Завтра, с высокой долей вероятности, я, наконец, увижу предмет своих мыслей за последнее, тянувшееся будто помноженную на себя же бесконечность, время.