XV Аркан

Возраст этого дома выдавали мелкие, но весомые несовершенства: мох в проглядывающемся бетонном междублочье, щербины железной входной двери, на которой новый домофон выглядел неестественно и как-то убого, обитый порог, ощутимо протëртые посередине от тысяч и тысяч наступивших на них ног ступеньки лестничной клетки. Странный выбор временного пристанища, хотя чего, собственно, ожидать от человека, который поселил меня в кошивон. Я постучала в обшарпанную дверь три раза, выждала две секунды, и ещё два, после чего замок щёлкнул, а в просвете показалась ненавистная физиономия Фиара. Он жестом предложил войти, а сам, едва чиркнув по мне насмешливым и одновременно презрительным взглядом, удалился вглубь съёмной квартиры. Я прокрутила входной замок дважды, вот только не в паз, а в пустоту. Квартира была невероятно маленькой и насквозь прокуренной — такое чувство, будто здесь никто никогда не открывал окон, и понятия не имею, как Фиар до сих пор не задохнулся. Я сразу же направилась к облупленному окну, повозилась немного и с трудом открыла форточку. — Ну что, выкладывай, с чего такая срочность? — скрестил руки на впалой груди мужчина, облокотившись на дверной косяк. — Что накопала? Что-то серьёзное? На подоконнике среди дохлых мух да мелкого мусора валялась почти пустая пачка Кэмел. Я молча вытащила сигарету, взяла зажигалку, почиркала неподдатливым железным колёсиком, пока не подожгла кончик, после чего развернулась к Фиару. Молча и глубоко затянулась, заглядывая внутрь бледных болотно-зелёных глаз, змеиных и абсолютно холодных. Мне хотелось запомнить навсегда эволюцию его взгляда. Сейчас куратор смотрит дерзко и нагло, с долей презрительного превосходства. Что ж, посмотрим, как он будет глазеть спустя буквально пару минут. — Чего молчишь? Где ты вообще прохлаждалась такое количество времени? Мне Главный вынес весь мозг. Надеюсь, напала на след Пятнадцатого Аркана? — вновь подал тот голос и нетерпеливо заёрзал. Пришлось медленно кивнуть: — Да. Я его выследила. Взгляд Фиара изменился, наполнился оживлением и предвкушением скорого повышения по служебной лестнице. Я увидела, как задёргались кончики его маслатых пальцев. — Что, уже? А чего сразу не сообщила? Убила? Где тело? — Нет, не убила, — я стряхнула пепел на грязный пол, с усмешкой наблюдая, как искрящаяся радость на физиономии собеседника тут же бледнеет и искажается неприязнью. — Почему? Я же тебе чётко сказал, как с ним разобраться! Ликвидация маньяка не требует отлагательств, таков приказ! Пришлось изобразить блуждающий и скучающий взгляд, когда краем глаза заметила тень в коридоре. — Да так… Захотелось тебя познакомить с ним. Лично. В этот момент выросший за спиной Фиара Тэхён схватил его в удушающий захват и приставил лезвие скальпеля к дëрнувшемуся кадыку. Я почувствовала, как внутри разливается приятное, обволакивающее тепло, когда уловила в глазах мужчины непонимание, сменившееся сначала гневом, а затем неподдельным ужасом, которое имела возможность наблюдать в первый раз. — Ч… что ты делаешь, Райс? Это какая-то шутка? — пискнул он в попытках разжать стальные тиски на шее. — Да какие тут шутки, — я подошла вплотную к заложнику и выдохнула вонючий дым прямо в лицо. — Ты в плену у маньяка, Фиар. И придётся делать то, что я скажу, если хочешь остаться в живых. Зрачки того расширились, почти полностью поглотив радужку; он задëргался в руках айдола как птица в капкане, но безуспешно: Тэ крепко держал костлявую шею, даже усилил хватку, пока тот с хрипом не обмяк, пронзая меня взглядом, до краев наполненным ненавистью. Я пошарила по карманам его пиджака и извлекла телефон. — Звони Главному и доложи, что Энн Райс отправила вчера сообщение об обнаружении цели, но после пропала с радаров, и ты никак не можешь её отыскать, — произнесла ровным тоном, вкладывая в дрожащую ладонь гаджет, — только давай без глупостей. Не хуже моего знаешь, на что способен Пятнадцатый Аркан. — Да пошла ты! — смачно плюнул он мне в лицо, попав в щëку. — Чтоб я выполнял приказы какой-то шлюхи. Да Главный от тебя мокрого места не… Гневная тирада прервалась высоким вскриком: Тэхён моментально прорезал ему кожу под скулой, и я успела заметить блеск верхних зубов, прежде чем хлынула вязкая кровь. — Ещё раз выкинешь что-то подобное, и я отрежу тебе яйца, — с хищной ухмылкой угрожающе прорычал парень на ухо завывающему Фиару. Мне же пришлось проследовать в ванную, умыть с мылом лицо, взять засаленное горчично-жёлтое вафельное полотенце и по возвращению приложить его к ране мужчины, чтобы приостановить кровотечение. — Звони, — когда тот перестал брыкаться, снова подала трубку. Ким ослабил захват, но приставил снова лезвие скальпеля к шее, пока куратор набирал номер Главного. Он сказал всё, что нужно, и голос даже почти не дрожал, только добавилась приглушённая шепелявость. Когда Главный стал интересоваться подробностями, я выхватила телефон, сбросила звонок, выключила аппарат и раздавила его тяжёлой берцевой подошвой. — Молодец, — похлопал Тэ Фиара по здоровой щеке и обратился ко мне. — Ну, что делать с ним будем? Решать тебе. Я смотрела в затравленные глаза ненавистного мне человека, втягивала ноздрями его липкий ужас и испытывала наслаждение сродни оргазму. Всё, что мне было нужно, — этот взгляд, полный звенящего отчаяния и одновременно слабой надежды. Десять лет я мечтала о Судном дне для этого нелюдя, совершённого по моей воле. И вот, наконец-то свершилось. Сатисфакция. — Если честно, мне всё равно. Я уже получила то, что хотела. Поступай с ним на своё усмотрение. — В смысле?! Ты говорила, что я выживу, если скажу то, что хочешь! — взвизгнул совершенно по-детски Фиар, но тут же зарычал злобной псиной. — Ах ты продажная сука! Обманула меня, блядина поганая! Надо было задушить тебя тогда, в раздевалке, но перед этим трахнуть гораздо более жёстко, чтобы кровью умылась! Я ещё тебя пожалел, идиот. Тэхён оскалился, его глаза блеснули доселе невиданным мной хищным огнём. Он резко воткнул скальпель в поясницу, с треском провернул его, отчего заложник беззвучно вскрикнул и упал на пол мешком с дерьмом, когда парень поднял руку. Айдол вытащил нож и встал над ним с победной ухмылкой. — Ты точно не хочешь его порезать? Или, на худой конец, попинать? — он вопросительно изогнул изящную бровь. Я отрицательно качнула головой, достала ещё сигарету. Ким пожал плечами, схватил безвольные руки Фиара, на обеих точными движениями поперёк перерезал вены и швырнул обратно на грязный пол. Кровь, казалось, лилась неспеша, но багровая лужа вокруг куратора разрасталась стремительно. — Возбуждает вид, правда? — Тэ слизал каплю крови со стали, — он будет умирать медленно, чувствовать с каждым толчком сердца, как из него выходит жизнь, но при этом осознавать всё до последнего вздоха. Прекрасная возможность для насильника почувствовать себя таким же беспомощным, как и его жертвы.

Lady Gaga — Bloody Mary

Он перешагнул через Фиара и неспеша направился ко мне, нереально опасный и… настолько же сексуальный. Расставил руки по обе стороны моих бёдер, приблизил прекрасное лицо с толикой безумия, покачал головой, будто примеряя место для поцелуя, а затем властно впился в губы. Я вначале опешила от неожиданности, но после, сама не ожидая от себя, ответила с тем же рвением, притянула ещё плотнее за шею и в этот самый момент поняла, насколько сильно скучала. Тот Тэхён, который поразил меня своей красотой и харизмой с того дня, как только переступил впервые на моей памяти порог чиминовой квартиры, который ворвался вихрем в мой номер накануне несостоявшегося отъезда из Южной Кореи и довёл до оргазмического исступления, вернулся, вновь взбудоражил всё моё существо, поднял затоптанные глубоко в бездну души эмоции и желания, заставил снова возжелать его так, что тело затрясло в мелкой дрожи от нетерпения, предвкушения. Мы с упоением целовались, словно пожирая друг друга, я чувствовала, как руки айдола скользили по ткани белоснежной рубашки, в которую я переоделась перед вылазкой в больницу, и вызывали каскад мурашек по коже. Когда ладони дошли до основания ягодиц, Ким подхватил меня и усадил на подоконник, одним резким движением разорвал полы рубашки так, что пуговицы застучали по полу, и жадно прильнул к бесстыдно обнажившейся голой груди. Я не сдержала стона удовольствия, зарылась в длинные жëсткие волосы Тэ на затылке и посмотрела в глаза обездвиженному Фиару. Тот молча таращился, попутно роняя крупные слезы. Тем временем парень прорисовал дорожку нежных, окроплëнных горячим дыханием поцелуев от межключичной ложбинки до основания прямой мышцы живота, рывком стянул штаны до щиколоток, после чего присел на корточки, и его язык проник прямо в лоно. Я откинулась на ледяное стекло, расслабленно прикрыла глаза, тем не менее не прерывая зрительного контакта с истекающим кровью Фиаром. Почему же эта, по сути, жуткая ситуация, настолько меня возбуждает? Отчего присутствие полудохлого куратора при моих сексуальных играх с маньяком заставляет течь как никогда? Своим языком и пальцами Ким творил что-то невероятное: я быстро получила свой первый оргазм. Он стащил моë обмякшее тело с подоконника, развернул к себе спиной, притянул за запястья и резко вошёл на всю длину, сразу взяв быстрый темп. Тэхëн трахал меня с рычанием, по-животному, грубо, не в пример тому, что было между нами в отеле, а его музыкальные пальцы контрастно нежно сжимали груди. Я чувствовала: мы оба смотрели на Фиара в луже собственной мочи и крови, отчего лишь возбуждались сильнее, это было понятно по количеству общей смазки, стекающей по моим бёдрам. Тэ бесцеремонно схватил за шею, оттянул назад и присосался к ней, местами покусывая, а его свободная рука утонула меж моих ног и начала массировать набухшую бусинку. Отчего-то стало невероятно смешно из-за этой по-своему комичной обстановки, и я не стала сдерживать зверский хохот, граничащий с визгом: никогда ещё мне не доводилось так хохотать. Внутри бушевал коктейль из завихрений эмоций, но превалирующими чувствами были дикий восторг с необыкновенной весенней лёгкостью, хотя на дворе стоял конец лета. Я задышала чаще от действий Кима и переполнявшего пыла и с протяжным стоном кончила. Когда Тэ вслед за мной со сдавленным вскриком излился на пол, Фиар выдохнул свой последний вздох