XV Аркан

Мы всё же легли поспать на пару часов, и когда я открыла глаза, то увидела, как Тэ за столом пишет какие-то письма. — Проснулась? — ласково спросил он, облизывая конверты перед запечатыванием. — У нас сегодня насыщенная программа. Пора собираться и покидать это райское место. Я усмехнулась. Да уж, райское. Скорее, обляпанное сексом. Ни одного живого места в этом несчастном октабпане не осталось. Мы быстро привели себя в порядок вместе со временным пристанищем, позавтракали рамëнами быстрого приготовления, после чего Тэхён принялся рыться по шкафам, чтобы спустя довольно долгое время извлечь две пары ультратонированных солнечных очков и чёрных масок. — Сегодня я поведу тебя на свидание, которого у нас так и не было, — торжественно заявил айдол, вручая откопанное. — Надевай. — Это всё, конечно, очень приятно, но может не стоит в такое время… — с сомнением приняла я дары. Но Ким лишь беспечно отмахнулся. — Всё хорошо, не волнуйся. Я контролирую ситуацию. Я пожала плечами и надела на себя всё, что дал парень. Он же положил в тайник письма, взял с собой пистолет и патроны, приклеил на место башмак, хаотично расставил вокруг него обувь. После мы накинули на головы капюшоны худи и покинули октабпан.

***

Avril Lavigne — I'm with you Sondia — 거짖말인데

Погода выдалась прямо под стать тэхëновым планам с нашим настроением: солнце ярко и ласково освещало уже вовсю суетившийся Сеул, нежный ветерок разгонял непрекращающуюся духоту сезона дождей и обдувал наши стремительно потеющие тела. Люди пробегали мимо, словно мы с Тэ были невидимками, спешили, занятые только своими проблемами. И это парадоксальное чувство дарило ощущение, будто мы остались одни в целом мире. Ким взял меня за руку, неспеша переплëл свои пальцы с моими. Его ладонь была большой, сухой, тёплой, и это тепло дарило уют с чувством защищённости. Наверное, впервые в жизни я вверила кому-то свою судьбу, и пока что меня не разочаровали. Мы неспеша шли вдоль крупной дороги мимо высотных домов и ярких витрин бутиков. Ким без умолку травил россказни из своей жизни, активно жестикулировал, изредка спрашивая о чём-то меня, а я отвечала просто и коротко, наслаждаясь мгновениями беззаботности и спокойствия. Когда проходили мимо неприметной среди нагромождения других вывесок кондитерской, Тэхён потянул туда, невзирая на мои возражения. Я не понимала, почему он резко стал настолько беспечным, и это не на шутку пугало. В заведении находилось немного народу; мы даже смогли отыскать затемнённый уголок с милыми диванчиками и маленькой лампой над столом. Заказали кофе: он капучино, а я свой любимый эспрессо, взяли один чизкейк на двоих да два овсяных печенья. Я резким движением сорвала плотную маску с носа, когда мы забились в облюбованный уголок, после чего не торопясь отхлебнула большой глоток кофе. То, какое наслаждение приносит горячая чёрная жидкость, стекая по пищеводу и заряжая теплом желудок, как терпкий вкус неспешно разливается по языку, захватывая в плен все рецепторы, может понять лишь заядлый кофеман, подобный мне. Я с удовольствием зажмурила глаза и откинулась на спинку диванчика, кожей ощущая пристальный взгляд Тэхëна, который бесшумно потягивал через трубочку свой капучино. Спустя время пришлось разомкнуть веки, и я столкнулась с внимательными, изучающими меня глазами, которые заглядывали в самую глубь души и переворачивали там кишки. Этот взгляд был таким… печальным, что выдерживать его являлось почти непосильной задачей. — Почему ты так на меня смотришь? — Как? — вопросом на вопрос ответил Ким, не переставая обволакивать взглядом. Я задумалась. Мне всегда тяжело давалось описание собственных ощущений. — Как будто видишь меня в последний раз. Тэ вздрогнул всем телом, а глаза подëрнулись дымкой удивления, однако он тут же лучезарно улыбнулся. — Просто ты очень красивая, Ноэ. Правда. Я чувствовала, что он бесстыдно лжëт, однако на озвучивании реальной причины настаивать не стала. Наверное, мне было попросту страшно узнать, что у айдола в голове. Смогла бы я выдержать правду? Вопрос риторический. Ким порылся в карманах и достал свою связку ключей. — Возьми, — вложил он её в мою руку, — пусть будет у тебя. — Зачем? — Так надёжней, — Тэ вновь улыбнулся своей обезоруживающей улыбкой. — У тебя карманы крепче. А, и ещё вот это возьми. Парень, повозившись, зубами отцепил два браслета, красный верёвочный и тонкий серебряный со вставками из зелёных фианитов, застегнул на запястье моей левой руки, после чего удовлетворëнно хмыкнул. — Вот так. Считай, что это мой скромный подарок. К сожалению, нет сейчас возможности подарить что-то более весомое, прости. Я повертела запястье перед глазами и приложилась к браслетам щекой. — Этого более, чем достаточно. Мы переплели пальцы на наших увенчанных браслетами руках, и Тэхён ласково поцеловал мою, вновь смотря прямо в глаза. А за окном тем временем хлынул ливень.

***

Мы уже больше часа петляли под дождëм — Тэхëни упорно не говорил, куда меня тащит, — и уже умудрились дойти до площади Кванхвамун, как мой спутник бросил: «Подожди здесь, мне надо сбегать позвонить», — после чего побежал к телефонной будке неподалёку, оставив пялиться на статую Адмирала Сунь-Синь. Очень напрягало беспечное, по сравнению с тем, каким он был осторожным раньше, поведение айдола. За исключением внешней маскировки, Ким перестал хоть как-то скрываться, а на все вопросы отвечал лишь: «Не волнуйся, всё под контролем». Но я тем не менее всё равно нервничала. Чувство неотвратимой беды не покидало моё сердце. И в тот момент, когда парень вновь куда-то меня потащил, собиралась не сдвигаться с места до тех пор, пока мне всё не объяснят, случилось то, чего я боялась больше всего, — окрик сзади: — Господин Ким Тэхëн? Я взглянула на одну из стеклянных поверхностей уличной сцены, мимо которой мы проходили. За нами шёл полицейский, уже потянувшийся к электрошокеру на поясе. Тэ его также увидел: не успела я открыть рот, как он схватил мою руку и кинулся за сцену. Конечно же, полицейский побежал за нами, а следом подтянулся ещё один. Тэхён затолкал меня под подиум сцены, залез сам и выпустил две пули в воздух. Послышались крики людей, которые бросились врассыпную, полицейские скрылись за углом, а я услышала, как они по рации вызывают подкрепление. Внутри всё упало. Мы в западне. — Нахрена ты стрелял? — зашипела я на парня. — Теперь они вызовут спецназ и непонятно, чем это всё для нас кончится. Ким не ответил, лишь сосредоточенно продолжал набивать пулями барабан. Он словно был не здесь, а где-то далеко в непонятном мне вакууме. Я поняла, что надеяться на него не имеет смысла, и стала лихорадочно соображать, что же делать. Всё осложнялось и упиралось в один момент: сцена стояла по центру площади, со всех сторон отлично просматриваясь. Куда бы мы ни рванули, нас отовсюду заметят и схватят. Ну, или на худой конец расстреляют. — Ноэ, успокойся, — заметив, наконец, моё нервное состояние, сказал Тэхëн, — с тобой всё будет в порядке. Я позабочусь об этом. — А с тобой? Он ничего не ответил. Лишь достал из кармана две сигареты и протянул одну мне. Так мы и сидели молча, я в мандраже, Тэ в суровой сосредоточенности, пока не услышали громкий приказ из рупора: — Ким Тэхён, Джейн Доу*, выходите с поднятыми руками. Сопротивление бесполезно. Сдавайтесь, не усугубляйте своё положение! Айдол ещё сильнее сдвинул брови, однако даже не шевельнулся. Приказ повторился, только ближе и громче. — Ты что, ничего с этим не сделаешь? — в ужасе спросила я парня. Он глубоко вздохнул и перевëл на меня печальный взгляд агатовых глаз. — Вариантов у нас немного. Но что я знаю точно, так это то, что не позволю им сделать из тебя соучастницу. Запомни, ты — жертва, а не палач. Иди сюда, я всё представлю так, будто ты моя заложница. Я почувствовала, как ноги наливаются лидокаином, в горле встаёт огромный ком, а глаза наполняются слезами. Мозг буквально отказывался принимать всё происходящее за реальность. — Но ведь… Если ты выйдешь со мной, как с заложницей, то тебе точно не отвертеться одним пожизненным. Это конец! — Одно пожизненное или два пожизненных — какая разница? Всё равно сидеть, — грустно усмехнулся Тэхëн и поманил к себе. — Давай, подойди, дорогая. Нельзя, чтобы они посчитали преступницей и тебя. Внезапно стук сердца в ушах стих и наступило понимание: самое страшное случилось, его не избежать. Нужно просто принять ситуацию, хотя бы для того, чтобы не сойти с ума. Я обречëнно подползла к парню, а он, поцеловав сначала в губы, затем в скулу, взял в слабый захват шею и потащил на поверхность. Площадь было не узнать: до этого разрозненные кучки не побоявшихся дождя людей превратились в огромные толпы народу, состоявшие из зевак, журналистов и полицейских. Когда Тэ вышел из-под сцены с приставленным к моей голове пистолетом, это сборище волной подалось назад. Спецназовцы в броне цвета мокрого асфальта тут же вскинули оружие, и красные точки упёрлись в наши тела. — Стоять на месте! Или я пристрелю заложницу! — крикнул Ким, чуть сильнее сдавливая мне шею. Полицейские раз за разом просили сдаться через рупор, а народу всё прибывало. Я видела, как спецназ медленно берёт нас в клещи. Тэ тоже это заметил и медленно начал пятиться к квадратной опоре сцены, повторив свою угрозу. Меня била мелкая дрожь: я никогда не оказывалась в ситуациях, где у меня нет поддержки со стороны разведки или союзников. Здесь же чувствовала себя максимально голой и уязвимой, мысленно готовясь к смерти. Тэхён же, напротив, оставался спокойным и предельно внимательным. Его рука обхватывала мою шею уверенно, чётко контролируя силу нажатия, а пистолет у виска держался ровно. Словно всё это безумие — часть его плана. Меня как током пронзило. План… Всё изначально было им предугадано. Иначе как ещё объяснить кардинальным образом в момент изменившееся поведение? Ким планомерно создавал эту ситуацию, но зачем? Такой публичный, как и его убийства, способ суицида? А причём тут я? Пока мозг судорожно размышлял, что к чему, Тэхён уже добрался до стены и потребовал принести ему рупор. — Пока я не скажу свою речь, её не отпущу. Позволите сказать — и я сдамся. Полицейские колебались, однако когда айдол взвëл курок, мужчина с рупором, посоветовавшись с вышестоящими коллегами, быстро засеменил в нашу сторону, и, не доходя пары метров, пробросил громкоговоритель к моим ногам. Репутация безжалостного и непоколебимого XV Аркана играла Тэ явно на руку. Айдол приказал мне медленно поднять рупор, а сам приставил пистолет уже к затылку. Как только я передала его в руки Киму, будто по команде на всех билбордах и диджитал-экранах появились наши лица. Люди стали нервно озираться, полицейские что-то затараторили в рацию, а Тэхëн пробасил мне в ухо: — Встань на колени и подними руки. Я исполнила приказ, ощущая затылком холод металла, а также как стремительно пропитываются холодной дождевой водой колени. И Тэ, наконец, заговорил. — Говорит и показывает Пятнадцатый Аркан, более известный, как Ким Тэхён из BTS. Я обращаюсь ко всем жителям Южной Кореи, а также ко всем тем людям в мире, кто захочет услышать ту неприглядную правду, о которой хочу рассказать. Мои убийства — не что иное, как способ выдернуть на поверхность и отразить действия корейского общества по отношению к своим же согражданам. Кроме того, это попытка разбудить вас всех и открыть вам глаза на происходящее. Корейское общество абсолютно безжалостно к тем, кто оступился, к тем, кто стремится к публичности, к тем, кто развлекает вас, терпя при этом тонны страданий, кто представляет и прославляет Корею за её пределами. Вы не воспринимаете друг друга, как личности с чувствами и желаниями, растворяетесь в толпе, чтобы эти личности сжечь на ведьминском костре, вы готовы растоптать любого, стоит только хотя бы одному из вас сойти с социально одобряемого пути. Вам плевать на то, что вы сводите людей в могилу, и проходите мимо, если видите, что кто-то стоит на мосту Мапо**. Таким хищническим настроем отлично пользуются сильные мира сего с дельцами развлекательной индустрии. Они избивают, убивают, грабят, подтасовывают, продают в рабство, сексуально эксплуатируют, кого захотят, будь то взрослый или ребёнок. А всё благодаря вам, дорогие корейцы, каждый из вас радостно внёс и продолжает вносить вклад в тот беспредел, который творится за кулисами обыденной жизни. В доказательство моих слов прямо сейчас на все официальные площадки BTS будет выгружена подробная информация о том, каким образом пришли к власти и какие злодеяния совершали высшие эшелоны правительства, включая действующего президента Южной Кореи Юн Сок Ёля, а также сухие факты об известных публичных личностях, чьи руки запятнаны кровью и взятками. Кроме того, будут опубликованы имена тех, кто на протяжении чёрной деятельности вышеупомянутых людей являлись их пособниками. Там же вы найдёте настоящую историю BTS и других кей-поп групп, а также описание конечной точки пути их участников, рассказанные от первого лица. Вы, жители Южной Кореи, должны осознать одну вещь: ваще хищническое поведение больше не может продолжаться и оставаться безнаказанным. Я как кореец, обладатель ордена «За заслуги в культуре» и участник самой успешной поп группы двадцать первого века, больше не могу видеть, как моя нация убивает саму себя, как жители Южной Кореи сжирают друг друга заживо. И больше не в силах терпеть тотального насилия над собой, моими близкими людьми, коллегами, участниками моей команды. К слову о команде: за мной стоит множество достойных людей, которые на всех уровнях смогут предотвратить тот кошмар, который вытворяет и которому попустительствует каждый из вас. Даже если меня не станет, останутся они и вы никогда не сможете узнать их точное число и идентифицировать. Те из вас, кто хочет бороться за новую, свободную от традиционных, скрепных, прогнивших оков Южную Корею, жить счастливо, дышать полной грудью, не боясь самовыразиться и умереть в бешеной конкуренции, оставьте анонимный комментарий на нашем сайте в Даркнете, и вас найдут. А все остальные помните: если ничего не изменится, такие люди, как я, будут появляться снова и снова. И вы не сможете этому воспрепятствовать. Присоединяйтесь ко мне в борьбе за свободную Корею будущего! И ничего не бойтесь!

Daughtry — Break Into My Heart

Пока Ким декларировал свою речь, я смотрела на суетливое шевеление толпы и не могла расслышать их шёпота. Лишь видела движения губ полицейских, которые быстро возвели заграждения между спецназом и остальными, что-то обсуждающих зевак, что-то быстро пишущих в блокнотах репортёров. Народ всё прибывал. Сердце ухнуло куда-то в пятки, когда глаза уцепились за знакомую белую макушку с отросшими чёрными корнями. Измождённый Чимин, на бледном лице которого виднелись огромные распахнутые в ужасе чёрные глаза, с перевязанной рукой пытался прорваться к нам, что-то кричал, но его постоянно отталкивали. Несколько полицейских быстро подпрыгнули к нему и стали оттаскивать подальше от заграждения. Вдруг Пак увидел кого-то в центре сборища и с удвоенной силой начал яростно рваться к нему, что-то жутко вопя. Я сумела прочитать по губам: «Это ты виноват! Всё это из-за тебя!». Толпа расступилась, а на передний план вышел грузный человек с абсолютно ледяными глазами. Я с трудом, но сумела вспомнить это лицо, Бан Ши Хёк. — Напоследок хочу сказать вот что, — Тэхён тоже заметил его и устремил свой полный ненависти взгляд. — Те, кого я убил, были по всем параметрам совершенно гнусными, отвратительными людьми. Вы убедитесь в этом, прочитав соответствующие материалы. Но я всё ещё не закончил. Остался тот, кто стоял у истоков моего кровавого пути. Спецназовцы посильнее перехватили оружие. Айдол рывком поднял меня за волосы, вновь взял в захват. Бан Ши Хёк смотрел с десяток секунд, издевательски усмехнулся и развернулся с намерением уйти. — Прости, любовь моя, — шепнул мне Тэхён, прежде чем с силой отшвырнуть от себя в сторону и вскинуть пистолет. Какая-то доля секунды моего полёта на мокрую твердь, и он выстрелил, попав директору Hybe Corporation прямо в затылок. Бурно гудящая роем пчëл толпа уже второй раз за день с воплями бросилась врассыпную, Бан Ши Хёк рухнул ничком, а на корпусе Тэ вновь загорелось множество красных точек. Парень успел взглянуть на меня виноватым взглядом и слегка улыбнуться, прежде чем ткань его одежды взорвалась сотнями мелких кровавых фонтанов. Крик застрял в горле, я лежала щекой на асфальте, закрывая и открывая полный металлического привкуса рот в попытке вздохнуть. Время будто бы замедлило в миллион раз своё течение, ибо я отчётливо видела, как каждая пуля вбуравливается в тело любимого человека, выбивая оттуда струи брызг алой крови, как оно содрогается под каждым выстрелом. Когда на нëм не осталось живого места, расстрелянный в упор Тэхён упал навзничь, и в этот момент я потеряла сознание.