Хочу увидеть тебя

Осень полноценно вступала в свои права. Ветер задувал под одежду, морозными вертлявыми пальцами хватая раскрасневшуюся кожу. Было зябко. Очнувшись от сна, едва приоткрывая глаза, вижу мельтешащий силуэт. Светлые волосы уже порядком отросли и теперь, разбиваясь о крепкую шею, вились в разные стороны. Не мешало бы подстричься, — мысль быстро улетучилась из головы, а глаза продолжали следить. Мужчина сидел спиной, его руки, вцепившиеся в кудри, мелко подрагивали. Всхлип. Ещё один. Тихий, чтобы не помешать. Вдалеке каркнула одинокая птица. Горло саднило, кашель вырвался резко и громко, разрывая тишину. Красные от слез глаза столкнулись с моими. — Чего смотришь? — он старался сделать голос грубее, но выходило плохо, — как себя чувствуешь? Я пожала плечами, сильнее кутаясь в кофту. Мужчина быстро натянул свою нелепую шапку и обернулся. — Надо поторопиться, иначе опоздаем. — Как будто мы можем, — пробурчала я, хватаясь за его протянутую руку, — опять будем ждать этих двоих. — Это да, — он кивнул, крепче стискивая кулак и прижимая меня ближе, — смотри, мы даже не первые. — Тебя издалека видно, Макс, — хихикнул друг, как только мы поровнились со ждущими, — вы точно гардеробы не перепутали? — А что не так? — деланно удивилась я, осматривая парня, — вроде не в юбке, я проследила. — Да ничего, — махнул рукой тот, — шапка твоя розовая покоя мне не даёт, на Лехе я бы ещё понял, но ты… — То, что Леша — стереотипный гей, не означает, что он будет носить стериотипные вещи, — с умным видом выдала я, — ты посмотри на него: Гуччи, Прада, Луи; фигня из Спортмастера за пятьсот рублей сюда никак не впишется. — Нормальная шапка, хули вы начали? — возмущенный подобными отзывами парень вскинул руки вверх и чуть не грохнулся, подскользнувшись на ровном месте. Благо реакция у меня всегда была отменная, что кстати не спасло от собственного падения год назад, и рука быстро подхватила парня под локтем. — Ладно-ладно, забили, — засуетился он, — вон остатки прут, и часа не прошло. — Ты в норме? — розовое пятно сверкнуло перед глазами, — опять в прострации какой-то. — Я скоро умру, — прошептала я, — в каком ещё состоянии мне быть в подобной ситуации. — Не неси бред, — фыркнул он, отворачиваясь и протягивая тарелку с супом, — врач скоро нас примет. — Это ты не неси бред, никто не поможет мне. — Насть, хватит. — Не называй меня так. Ненавижу это имя. — Тогда как насчёт…

***

Голова опять была ватная. Кажется, пора привыкать к подобным ощущениям, раз уж Трафальгар пока не спешит с перемещением. А стоило бы. Надоело уже просыпаться первой и решать его физиологические «проблемки». Дурацкие мужики. Вот думала раньше, что круто ссать стоя, а вот фиг: из-за утренней эрекции струя слабая и льет, куда сама хочет, да и ощущения не из приятных. Очередной раз проснувшись первой, я решила прогуляться по спящему кораблю. Было стойкое ощущение, что надо что-то вспомнить, но мысли то сбегались в кучу, то разбегались — ничего путного не выходило. У штурвала бдил Брук, но желания находится рядом с ходячим скелетом не возникало, а его шутки про трусики и вовсе выбивали из колеи, пусть и в родном мире я могла посмеяться с подобного юмора. Расположившись на диванчике в гостинной, вновь попыталась вспомнить, что же видела во сне. Ускользающие детали раздражали. Интересно, почему сны вижу только я? Разглядывая морской пейзаж, разворачивающийся по ту сторону окна, даже не заметила прошмыгнувшего в помещение человека. Зоро был явно после душа: без рубашки, вода стекала по всему телу, образовывая лужицы под ногами. Я залипла. Если бы писала фанфик, то написала бы что-то такое: «прохладные капли стекали по его накаченному телу, огибая каждую мышцу, подчеркивая их красоту». Но, слава богам, под рукой ни карандаша, ни листа бумаги, иначе такой бы стыд написала… — Эй, Траффи, ты…не ты, — приглядевшись, констатировал он. — Не он, — хрипло прошептала я, ощущая странную реакцию организма. Даже самые стандартные функции организма сбоили: дышать было тяжело, поднялась температура, щеки и уши вспыхнули алым, сердце билось слишком сильно, в горле пересохло. А после почувствовала, как брюки предательски оттопыриваются. — Да ебаный ты нахуй! Прикрывая срам руками, я позорно сбегала, едва не сбив мечника с ног. Ну вот и все, финита ля комедия. — Все, сил моих больше нет, либо ты используешь способность и вытаскиваешь меня из этого тела, либо я начинаю портить твою репутацию в глазах союзников. Впрочем, я уже начала, — сокрушалась я, когда Ло наконец соизволил появиться. — Что ты сделала? — его тон должен был меня напугать, но я лишь разочарованно вздохнула, совершенно истощенная излишне «добрым» утром. — Я абсолютно точно не хочу об этом говорить. Но думаю, тебе стоит знать, почему Зоро будет на тебя коситься. Стояк во время возбуждения — самая отвратительная вещь в мужском организме. — У тебя встал на Зоро? — У тебя встал на Зоро. И я все еще не хочу об этом разговаривать. — Будь добра, воздержись от проявления каких-либо действий подобного характера по отношению к… да ко всем, пока ты в моем теле. — Да больно надо. Я, знаешь ли, тоже не горю желанием каждый раз, когда увижу какого-нибудь симпатичного мужика, бегать в душ. Весь день я провела за тренировками: сначала стараясь таки получить броню в виде воли Вооружения, а после выучить пару ударов с помощью нодати. К делу присоединились все Мугивары, так что к концу дня я едва стояла на ногах. С Зоро было особенно сложно: давать поблажек он не собирался, а я даже в глаза не могла ему смотреть — стыдно было за утреннее происшествие. Затрагивать эту тему не было желания у обоих, поэтому мы просто молчали, изредка издавая кряхтящие звуки. Как и ожидалось, дурацкая Воля Вооружения не поддалась и через несколько дней изматывающих тренировок, с таким качеством брони даже под кухонный нож бы не полезла, благо Воля Наблюдения работала без перебоев, позволяя вовремя реагировать. Наверное, эта штука не такая бесполезная, как мне казалось. На следующий день Трафальгар, впервые за неделю проснувшийся раньше, заявил, что готов попробовать использовать способность. — И что я почувствую? — неизвестность будоражила и пугала одновременно. Когда возможность наконец стать собой замаячила на горизонте так же ясно, как рассветное солнце в безоблачное утро, я абсолютно позабыла, что не имею ни малейшего понятия, как работает, даже теоретически, это перемещение сознаний. — Как будто я знаю, — не очень дружелюбно ответили мне, — хочу напомнить, что для меня это тоже впервые, так что, если будешь мешать, перемещу тебя в тело какого-нибудь морского короля. — Молчу, — тут же ретировалась я, не желая провоцировать конфликт, — просто очень взволнована. — Держи свои эмоции при себе, — фыркнул он, — твое взбудораженое сознание влияет и на меня. — Радуйся, что твое раздражение мне не передается. Радзраженная я — худшее, что может с тобой случиться, поверь. — Верю, а теперь замолчи, мешаешь. Спустя полчаса Ло объявил, что с подготовкой покончено и можно начинать. В чем именно заключалась подготовка, я так и не поняла, но старательно делала вид, что все в порядке. Он вышел на палубу и окликнул Нами, дежурившую в этот момент у штурвала. — В чем дело? — спросили мы удивительно синхронно. — Кэтрин-я желает знать, что ты ощущала при переносе сознания, — его равнодушный тон вкупе с незаинтересованным, блуждающим по окрестностям взглядом создавали впечатление совершенно спокойного и уверенного в успехе человека. Так подумал бы каждый, но не я, ощущающая в данный момент чрезмерно сильно колотящееся сердце. — Раз уж ты уже испытывала это на себе, могла бы успокоить мою подопечную? — Ох, не нравится мне это, — выдохнула девушка, — ну… как бы по-лучше объяснить. Когда покидаешь тело, ощущения будто… Будто пикируешь с высоты: сердце в пятки; тело словно в невесомости, лёгкое такое. Как на Сабаоди на горках вниз, — порадовалась хорошей ассоциации Нами, — а, ты же, наверное, не знаешь, что это. — Я поняла. — Она поняла. — Отлично, а само перемещение. Да ничего не чувствовала. Только тряхнуло немного, будто резко проснулась. Пожалуй, все, — почесала затылок она. — Спасибо, — искренне поблагодарила я. — Спасибо, — передал мои слова Ло, — и прости. Пространство: Перемещение душ. — Чего?! И ничего. Лишь лёгкое покалывание кончиков пальцев свидетельствовало о том, что способность была использована, но просто не сработала. Раздался всхлип, а после тяжёлая женская рука звонким шлепком оставила больнючий отпечаток на щеке Трафальгара. Тот даже пошатнулся. — Ты, грёбаный ублюдок, какого чёрта?! — на красивом лице разлилась ярость и обида, заставляя щеки вспыхнуть алым, а глаза заблестеть от наклевывающихся слез, — твое счастье, что наш капитан без царя в голове, а я точно знаю, что одним против мафии сражаться опасно. Я никому не расскажу, но мое доверие ты потерял. — Зачем? — тихо спросила я, когда девушка убежала в слезах. — А ты хотела, чтобы я переселил тебя в Зоро? — он старательно скрывал нотки раздражения в голосе, но, чем дольше мы находимся в одном теле, тем сильнее сливаемся: его эмоции стали настолько родными и понятными, что смысла скрывать их от меня не было. — Мне нужно было просто вытащить тебя из меня, неважно в кого. — Ауч, это было больно. И неприятно. Предательство, я бы сказала. — Почему вы во всем видите скрытый смысл? — казалось, он искренне удивлялся и не понимал, что не так, — думаешь, оставил бы тебя в ее теле и сбежал? У меня лицо такое, что все видят во мне только плохого парня? — Лицо у тебя и правда суровое, — постаралась пошутить я, но настроения смеяться не было от слова совсем, — тебе никогда не говорили, что к людям стоит относится с эмпатией? Относись к людям так, как хочешь чтобы они относились к тебе, знакомо? Не все, подобно тебе, руководствуются только логикой. Может, у Нами тоже есть причина во всем видеть скрытый смысл? — Ты что-то знаешь? — Даже если и знаю, не скажу. Не моя тайна. — Принципиальная дофига? — Если не иметь хотя бы малейшего морального компаса, можно скатиться по социальной лестнице вниз. Такова моя позиция. Но я не святоша, не думай. — И не собирался. Но все же проявление лишних эмоций — слабость. — А ты, случаем, воды не боишься? А то непонятно, почему ты такой черствый сухарь, — хмыкнула я, а после до меня дошло, — ой. — Ты пыталась, — наигранно посочувствовал он, — жизнь таким сделала. Но я не настроен на разговоры по душам. — Я и не собиралась расспрашивать. Не до этого сейчас. И вся эта ситуация с Нами. Извинись обязательно! — Знаю. Если я не всегда могу понять, в чем неправ, это не значит, что я слепой и не вижу ответную реакцию. — Хорошо, если так, — я успокоилась, что смогла донести до него эту простую мысль. Внезапно я словила ощущение, будто подобный разговор уже где-то был, а в голову будто бережно вложили мысль, которая ускользала от меня весь день, — слушай, а кто такой Кора-сан?