твою боль я разделю с тобой, мою же боль позволь мне оставить при себе

Оказавшись на территории усадьбы Четырёх сезонов, Вэнь Кэсин принялся искать хоть какие-нибудь следы, которые мог оставить Чжоу Цзышу. Но чем дольше он оглядывался по сторонам, тем больше ужас охватывал его. В усадьбе было тихо, словно на кладбище, и не было никаких следов чьего-либо присутствия. Паника охватила Вэнь Кэсина, непролитые слёзы жгли глаза, заставляли сгорать от страха. Он не знал, куда ещё пойти искать свою родственную душу, раз его не было в усадьбе. Куда ещё он мог пойти? Туда, где его никто не знал? Или он уже был на полпути, чтобы купить себе гроб? Спустя, как ему показалось, годы, Вэнь Кэсин наконец добрался до места, где был похоронен их шифу, и замер. Перед ним на земле стоял пустой кувшин из-под вина, мужчина поднял его дрожащей рукой. Вэнь Кэсин почувствовал, как его сердце на мгновение замерло. Чжоу Цзышу был здесь, он был здесь — Вэнь Кэсин был в этом уверен. Он лихорадочно обернулся, осматриваясь в надежде увидеть кого-нибудь, кто мог прятаться, чтобы избежать встречи с ним. Но сколько бы он ни бегал и не искал вокруг, на территории усадьбы уже никого не было. Вэнь Кэсин был там абсолютно один, обезумевший в поисках, и так походил на собаку, потерявшую своего хозяина. До смерти напуганный. Паникующий. Снова предавшись отчаянию, Вэнь Кэсин опустился на землю перед надгробием. В этот момент всё казалось разбитым вдребезги: его сердце, весь мир — всё. Его губы задрожали, и он больше не мог сдерживать слёзы, которые потекли по его щекам, пропитывая одежду и капая на землю. — А-Сюй! — в отчаянии он позвал пропавшего — свою родственную душу и своего шисюна. — А-Сюй, где ты? Умоляю тебя, пожалуйста выйди и посмотри на меня! Пожалуйста… Он знал, что умолять бесполезно, потому что человека, которого он искал, здесь даже не было — он был, но ушёл. Вэнь Кэсин снова опоздал, точно так же, как он опоздал рассказать Чжоу Цзышу, что он жив, и он слишком поздно — одним из последних — узнал, что Чжоу Цзышу самостоятельно извлёк гвозди, готовый отомстить за него, прежде чем отправиться вместе с ним в ад. — Я правда не знал, что всё так обернётся … Если бы я только знал, А-Сюй, я бы обязательно рассказал тебе о своём плане… Почему? — Вэнь Кэсин задыхался от рыданий. — Почему ты такой глупый? Я совсем тебя не заслуживаю… Разочарованный и злой на самого себя, Вэнь Кэсин несколько раз ударил кулаками по земле, снова и снова обвиняя себя, по его щекам продолжали литься слёзы. Из-за слёз он мало что мог видеть, но надгробие всё ещё оставалось перед ним. Он медленно поднял голову, чтобы выразить почтение. — Шифу, это всё вина этого ученика. Я — причина смерти вашего старшего ученика, моего шисюна. Если вы можете видеть нас с другой стороны, пожалуйста… пожалуйста, направьте меня, чтобы я мог найти его, пока не стало слишком поздно. Шифу, пожалуйста… . — Сначала опадают лепестки, за ними следуют листья, точно так же, как жизнь каждого человека в конечном итоге подходит к концу. Проживая свою жизнь, большинство людей воспринимают это как должное. Смерть — конец, которого должен достичь каждый человек. Чжоу Цзышу рассмеялся, осознав, что он только что сказал. — Что со мной не так? Почему сейчас я становлюсь всё больше похожим на Лао Вэня, сочиняющего стихи, куда бы я ни пошёл? Он покачал головой, говоря самому себе, что ему следует перестать поддаваться влиянию Вэнь Кэсина. Пока он улыбался, думая о том, что сказал бы Вэнь Кэсин, если бы услышал его, он почувствовал, что что-то странное произошло на улице. Обычно шумная и многолюдная улица теперь была пуста и безмолвна. Знакомый образ промелькнул перед глазами, и Чжоу Цзышу немедленно поднял глаза и посмотрел в небо. Раннее мирное и голубое небо было украшено фонарями. Абсолютно ностальгическая сцена мог бы сказать он. Когда-то он был тем, кто приказывал людям из Окна в небо запускать фонари в небо перед началом новой миссии. — Кто мог знать, что мне выпадет честь встретить здесь Главу Чжоу? Услышав этот голос, Чжоу Цзышу едва сдержался, чтобы не рассмеяться. Хотя он уже доживал свои последние дни, Дуань Пэнцзюй действительно последовал бы за ним на край света. Если бы Чжоу Цзышу не знал его так хорошо, он бы подумал, что мужчина влюблён в него. Но всё было с точностью до наоборот. Этот человек ненавидел его так сильно, что продолжил бы наносить ему удары, даже если бы Чжоу Цзышу уже спал в своём гробу. Как и ожидалось, когда он обернулся, то увидел Дуань Пэнцзюя стоящего в нескольких чи от него, а за ним более пятидесяти человек из Окна в небо. — Кто мог знать, что у командира Дуань так много свободного времени, что он последует за мной, куда бы я ни пошёл? — насмешливо переспросил Чжоу Цзышу. — Глава Чжоу стал преступником, который напал на Принца Цзин. Разве я, как глава Окна в небо, могу позволить такому человеку разгуливать на свободе? — Пэнцзюй, ты правда думаешь, что сможешь победить меня? — Чжоу Цзышу вопросительно приподнял бровь. Дуань Пэнцзюй рассмеялся. — Раньше это был мой просчёт, ведь я не знал, что Глава Чжоу знаком с Хозяином Долины призраков, но сейчас Глава Чжоу один, и, как я вижу, при нём даже нет его знаменитого меча. Я бы очень хотел посмотреть на то, как ты сбежишь на этот раз. Чжоу Цзышу рассмеялся и покачал головой, оставаясь спокойным даже в тот момент, когда Дуань Пэнцзюй отступил назад и велел своим людям напасть на него. Более десятка людей бросилось в атаку, но все они были отброшены назад за считанные мяо. — Кто-нибудь ещё? — холодно спросил Чжоу Цзышу. Дуань Пэнцзюй был ошеломлён. Не то, чтобы он не знал, что Чжоу Цзышу был силён, но он полагал, что его силы должны быть ослаблены, по меньшей мере, наполовину, учитывая то, что в его теле были семь гвоздей на три осени. Однако сейчас Чжоу Цзышу выглядел таким же сильным, как когда покинул Окно в небо, если не сильнее. Запаниковав, Дуань Пэнцзюй отступил назад, наблюдая, как Чжоу Цзышу медленно приближается к нему. — Чего встали? Убейте его! — закричал Дуань Пэнцзюй, ожидая, что оставшиеся на ногах наёмники, подняв мечи, бросятся на Чжоу Цзышу, но они не только не направили свои мечи на человека, который медленно продолжал приближаться, но и отступили назад, чтобы опуститься на колени в полном повиновении. — Простите нас за наше невежество, Глава Чжоу. Отныне мы служим вашим приказам, — провозгласили люди из Окна в небо. Дуань Пэнцзюй в шоке уставился на них. — Вы куски…! Чжоу Цзышу холодно рассмеялся. — Пэнцзюй, послушай. Ты довольно долго был их командиром, но это вовсе не означает, что все они будут так преданы, как ты предан Принцу Цзину. — Чжоу Цзышу! — взбешённый Дуань Пэнцзюй бросился вперёд со своим мечом, явно не подумав дважды. Быстрым движением Чжоу Цзышу выбил меч из руки мужчины и схватил его за шею. — Ты и правда думаешь, что сможешь победить меня. Как смешно… — Чжоу Цзышу снова рассмеялся. — Ладно, раз уж ты так предан Принцу Цзину, ты можешь разделить его участь. У Дуань Пэнцзюя не было и мгновения, чтобы обдумать то, что имел в виду Чжоу Цзышу, он внезапно почувствовал сильный прилив энергии, проходящий через него, и мужчину отбросило назад и вырвало кровью. — Ты! — Дунь Пэнцзюй, указывающий пальцем на Чжоу Цзышу, выглядел крайне шокированным и разъярённым. Он пытался что-то сказать, но не мог, кровь, льющаяся изо рта, мешала ему говорить. Чжоу Цзышу бессердечно повернулся к нему спиной. Он собирался уйти, радуясь, что теперь никто больше не помешает ему наслаждаться оставшимися мирными днями в одиночестве. Однако в тот момент, когда он развернулся, Чжоу Цзышу на мгновение замер, увидев человека, стоящего в нескольких чи от него. Он почувствовал, как его сердце пропустило удар. Он молчал и не шевелился, как и человек перед ним. Они продолжали просто стоять и смотреть друг на друга издалека, даже не моргая, но с каждым мгновением всё больше эмоций становилось во взглядах обоих. Осознав, что это ни к чему не приведёт, Чжоу Цзышу закрыл глаза и сразу решил, что ему следует уйти. Не сказав ни слова, Чжоу Цзышу бросился бежать, используя цингун. Вэнь Кэсин замер, остолбенев от неожиданности, но спустя мгновение осознал, что произошло, и немедленно последовал за Чжоу Цзышу. — А-Сюй! Вэнь Кэсин пытался окликнуть его, но тот лишь ускорился, услышав своё имя, пытаясь убраться от него как можно дальше. Вэнь Кэсин продолжал лететь за ним, и ему удалось схватить его за запястье. — Чжоу Цзышу! Лишённый возможности бежать дальше, Чжоу Цзышу, столкнувшись с расстроенным Вэнь Кэсином, улыбнулся. — Почему ты здесь? Разве ты не должен готовиться к свадьбе А-Сян? — Почему ты сбежал? — Если бы ты не преследовал меня, разве мне пришлось бы бежать? — Если бы ты не сбежал, разве мне пришлось бы преследовать тебя? Зная, что он наконец выиграл спор, Вэнь Кэсин подошёл ближе и спросил тихим, нежным голосом: — А-Сюй, ты всё ещё сердишься на меня? Так вот почему ушёл? Чжоу Цзышу нахмурился, услышав этот вопрос, но, честно говоря, в глубине души он был рад. Когда он увидел Вэнь Кэсина, он подумал, что, возможно, этот человек узнал, что он извлёк гвозди из своего тела и скоро умрёт, но, к счастью, казалось, что его секрет всё ещё был сохранён. — Что за чушь ты несёшь? Я просто подумал, что раз уж у вас всё в порядке, то я могу насладиться временем в одиночестве, без тебя и Чэнлина, без конца болтающих над моими бедными ушами. Ложь — они оба знали. Вэнь Кэсин посмотрел на Чжоу Цзышу, словно пристальный взгляд мог заставить его перестать лгать, конечно, не сработало. — А-Сюй, — Вэнь Кэсин решил сменить тему. — Гвозди всё ещё терзают тебя каждую ночь? Ты ушёл один, Великий Шаман дал тебе достаточно лекарств с собой? — Всё хорошо, — ответил Чжоу Цзышу. Ещё одна ложь. Правда заключалась в том, что ему больше не требовались лекарства, и гвозди больше никогда не смогут причинить боль Чжоу Цзышу. Вэнь Кэсин был взбешён и разочарован. Чжоу Цзышу до сих пор отказывался говорить ему правду. Он и правда готовился тихо умереть, не позволив никому узнать об этом, и что больше расстроило Вэнь Кэсина, так это то, что Чжоу Цзышу на самом деле думал, что действительно сможет скрывать причину своей смерти вечно. Взбешённый Вэнь Кэсин схватил Чжоу Цзышу за одежды, пытаясь узнать было ли сказанное Шэнь Шэнем правдой. Он убьёт Шэнь Шэня, если он передал ему неверную информацию. Но с другой стороны, если слова Шэнь Шэня были правдой, тогда… Почувствовав, что его одежды пытаются распахнуть, Чжоу Цзышу схватил Вэнь Кэсина за запястья, не позволяя ему сделать задуманное. — Что ты делаешь? — Чжоу Цзышу попытался говорить как можно спокойнее, но Вэнь Кэсин отчётливо расслышал нотки паники в его голосе. — Дай мне взглянуть. — Здесь не на что смотреть. — Я сказал, дай мне посмотреть! — Вэнь Кэсин повысил голос, заставляя Чжоу Цзышу посмотреть на него с удивлением в глазах, но этого было недостаточно, чтобы он ослабил хватку на руках Вэнь Кэсина. — А-Сюй, — голос Вэнь Кэсина смягчился и был явно наполнен печалью. — До каких пор ты собираешься скрывать это от меня? Чжоу Цзышу крепче сжал запястья Вэнь Кэсина, но сердце в его груди бешено билось, ведь он так боялся, что Вэнь Кэсин уже знал то, что ему знать не следовало. Нерешительно он спросил: — Скрывать… что? — Я уже знаю, А-Сюй. Теперь я всё знаю, так что, пожалуйста… А-Сюй, перестань мне лгать. — Ч-что ты знаешь? — А ты как думаешь? — Кто сказал тебе? — А кто ты думаешь мог знать о том, что ты пытаешься скрыть от меня? — Седьмой Лорд никогда бы… — Ты и правда так сильно ему доверяешь? Ты доверяешь ему до такой степени, что предпочёл рассказать ему о том, что через несколько дней умрёшь, но скрыть это от меня? — Это не то… Воспользовавшись шансом, что Чжоу Цзышу пытается что-то объяснить, Вэнь Кэсин вырвался из его хватки и распахнул его одежды, обнажая кожу. От увиденного он застыл. Вэнь Кэсин с ужасом в глазах отшатнулся назад, чувствуя, что силы покинули его, но его родственная душа подхватила его, не давая упасть. Гвоздей не было. Ни одного гвоздя, как и сказал Шэнь Шэнь. Вэнь Кэсин почувствовал, как слёзы, застилавшие глаза, наконец пролились. Он чувствовал, что чем дольше он смотрит на тело без гвоздей, тем труднее ему дышать. Нелепо. Ещё недавно он каждый день молился о том, чтобы нашлась возможность избавиться от гвоздей. Теперь же он надеялся, что гвозди всё ещё будут в теле Чжоу Цзышу, сохраняя ему жизнь, пока не придёт время избавиться от них. — Лао Вэнь, — нежно-нежно позвал его Чжоу Цзышу. — Это моя вина… это всё моя вина! Мне так жаль, А-Сюй! Я не знал, что всё так обернётся… если бы я только знал… Вэнь Кэсин был застигнут врасплох, внезапно почувствовав, что его тянут вперёд, в объятия Чжоу Цзышу. Чжоу Цзышу обнимал его крепко и нежно, ласково гладил по волосам, отчего было спокойно и больно одновременно, когда Вэнь Кэсин думал о том, что больше некому будет так нежно с ним обращаться. — Это не твоя вина. Это моё решение. Вэнь Кэсин лишь сильнее разрыдался от этого заявления. Как это могло не быть его виной? Это, безусловно, его вина. Чжоу Цзышу был слишком хорошим, он был слишком добр к нему. Он должен был накричать на него, разозлиться или даже убить. И всё же он был здесь, обнимал и утешал Вэнь Кэсина, словно это не он умрёт через несколько дней. Такой совершенный человек, Вэнь Кэсин чувствовал, что абсолютно не заслуживает его.