ATTRACTION

- я где-то рядом, а может быть и под землёй,

но знай, что я всегда с тобой.

Было очень темно и ощущалась сырость вокруг. Страшно. Голова сильно кружится и это ощущается даже в кромешной тьме. Но почему же так темно? Где хотя бы малейший намек на свет? Аннушка ничего не понимает, но как только она хочет сделать какое-либо движение, становится ясно одно – руки и ноги связаны. Девушка прочно прикреплена к стулу. Некоторое время разум затуманен и организм выводит на первый план обоняние и слух, раз уж зрение подвело. Слышится какой-то шум машин, но он достаточно слабый. - Где я? – Щербакова спрашивает первый раз не так громко, как в последующие, а затем и вовсе начинает кричать. – Помогите! Резкий скрежет дверью, и она чувствует, как кто-то стоит достаточно близко. - Кто ты? – шатенка водит носом по воздуху, пытается вслушаться в каждое движение. - Оу, Анечка, не стоит так кричать. – мужчина проводит рукой по её волосам. – Всё равно здесь нет никого, кто мог бы тебе помочь, поверь. – он наклоняется и вдыхает её аромат. – Ты уж прости меня, так нужно. - Что тебе нужно?! Эй, ответь! – голос кажется знакомым, но память не может сейчас нормально функционировать. По всему телу бегут табуны мурашек. Волнение и страх с каждой секундой увеличиваются, и от этого начинает тошнить. Сильный хлопок. Дверь закрылась. Она одна. Прошло двадцать четыре часа с момента исчезновения Анечки. Никто не видел ее, ничего не слышал и не знал. Полиция работала тихо, без прессы и официальных заявлений. Всё-таки, информация о пропаже личности мирового масштаба может сработать как положительно, так и отрицательно, внеся тем самым в массы свои коррективы. Время словно остановились для всех, кто хранил эту чертову тайну. Самыми «легкими» были первые два часа, когда все думали, что Аня просто где-то загуляла и вот-вот вернется; спустя шесть часов было уже не до шуток. Родители не могли принять тот факт, что их ребенок вот так просто пропал, без телефона и всего прочего. Добропорядочная Анечка всегда предупреждала о том, что собирается куда-то отлучиться. Каждый проживал это по-своему; каждого настигали самые тяжелые чувства. Хотелось закрыть глаза, заткнуть уши и просто абстрагироваться от всего, что окружало. Хотелось не верить в происходящее, но то, что Щербакова пропала – неоспоримый факт. Страшно даже представить, где сейчас находится этот хрупкий человечек. - Привет девочки… - Соня зашла в раздевалку и обнаружила всех своих подруг в упадническом настроении. – Всё также тихо? - К сожалению, да. – Алина посмотрела на свою возлюбленную, которая уже сутки пребывает в непонятном трансе. - Всё будет хорошо, вот увидите. Всё будет хорошо, да? – девушка посмотрела на Загитову. – Всё будет хорошо. – затем она перевела взгляд на Валиеву – Всё будет хорошо. Я пойду на лёд, всё будет хорошо. - Стой, Жень, я с тобой. – младшая аккуратно взяла подругу за руку и девушки вышли. В раздевалке остались Камила и Соня. - Женя совсем на себя не похожа. - Прости, Сонь, я не могу сейчас что-то нормально сказать. – после этих слов брюнетка покинула помещение. Каково это чувствовать, что твоя жизнь – это сплошной момент? Сегодня ты спокойно гуляешь где-нибудь в парке, а завтра пропадаешь, словно тебя не было никогда. Каково это жить в неведении? «Хрустальный» и его обитатели застыли; они погрузились во мрак. Кто бы не стоял на этом чёртовом льду – думал о ней. - Нет, Аня, ты не понимаешь! Я действительно плохо каталась! – брюнетка пыталась донести до подруги эти мысли, еле сдерживаясь от слез. - Ками, зачем ты себя так принижаешь… ну бывает, не получилось. - Аня хотела взять подругу за руку, но та ей не позволила. - У всех у вас получается, а я как всегда не дотягиваю!!! Всё, отстань. – младшая выбежала из «Хрустального» вся в слезах. В раздевалку зашла Медведева. - Ну что, убежала, да? - Даже не выслушала толком. – шатенка поникла. - Я так понимаю, что тебе не удалось пригласить её к себе в гости? – старшая подсела к подруге. - Не получилось в этот раз. - Анют, может, ну её, а? Ты уже сколько по ней убиваешься, а всё без толку. – Медведева осторожно провела рукой по спине Щербаковой, тем самым успокаивая младшую. - Не понимаешь, ты, Женька, люблю я её. Причем так сильно люблю, что никого больше не вижу. – девушка посмотрела куда-то вдаль, вспомнила знакомство с Валиевой и грустно улыбнулась. – Так хочется, чтобы все люди на Земле любили друг друга взаимно. Аннушка встала и отправилась домой, оставив Медведеву размышлять над её вот таким желанием. Женя смотрит куда-то вниз; её взгляд кажется потерянным, словно чего-то не хватает. Воспоминания и последний их диалог застилают прочной пеленой всё, что только можно. - Моя дееевочка, я поздравляю тебя с этой победой! Это 100% заслуженно! – Загитова влетела в номер с громкими поздравлениями и кучей воздушных шаров. Анечка их обожала. - Спасибо, Алин… только вот мне как-то не радостно. – младшая посмотрела на шары, потрогала некоторые из них и снова присела на кровать. - Это всё из-за Камилы? Ты до сих пор думаешь, что заняла её место? - Ну а чьё же ещё? – шатенка посмотрела в карие глаза напротив. – Это же было очевидным! Она ехала сюда фаворитом, она должна была победить… она это всё заслужила. А я… еле дотянула до Олимпиады. Еще и тот Чемпионат России… - Так-так-так, а ну-ка хватит обесценивать весь свой труд. – Загитова села рядом и вблизи уже увидела слезы на лице Щербаковой. – Ты сколько всего прошла, а? Сколько было побед, взлетов, и, конечно, за ними следовали поражения , но… а бессонные ночи, многочисленные тренировки? Как можно всё это вот так просто взять и приравнять к нулю?! Да ты как никто другой заслужила эту победу. Да, Камила ехала сюда как золотой призер, но видишь, как вышло. И это не значит, если вся страна надеялась на неё и ждала первого места только от нее, что ты теперь вообще тут не к месту. Да ты, мать его, Олимпийская чемпионка! Победитель, Анечка! А победителей, как известно, не судят. Младшая потянулась за объятием и получила желаемое. Те самые слова поддержки, которые так нужны были, она услышала. Можно хоть чуть-чуть спокойно и не боясь выдохнуть. - Спасибо тебе, правда. Такие слова… Девушки просидели в таком положении около десяти минут. Загитова услышала какое-то тиканье и не сразу поняла в чём дело. Обратив внимание на руку, она увидела свои часы, которые отмеряли каждую секунду её жизни. Это тиканье сводило с ума; виски сильно сдавило от боли, и нервная система дала сбой. Девушка срывает с себя наручные часы, бросает их на лёд и добивает лезвием коньков. - Я не могу, Этери Георгиевна! У меня не получается этот дурацкий флип… - фигуристка поникла головой и смотрела на лёд, где виднелись узоры её упорной работы. Женщина осторожно подъехала сзади и погладила ту по спине. Это было очевидным слабым местом Щербаковой. Только так её можно было успокоить и нормально донести мысль, не смотря на все переживания и эмоции. - Не нужно так волноваться, Аннушка. Ты восстанавливаешься и это нормально, если что-то не получается. – движения успокаивающие, мягкие. – Всё у нас с тобой впереди. Я буду рядом, хорошо? - Правда? – карие глаза смотрят словно в самую твою сущность. Какой бы сильной и взрослой она не казалась, но она всё равно еще тот наивный ребенок. - Правда. Младшая прижалась к тренеру и заплакала. В неё верят. Её любят. Она всё сможет. - Этери, новостей так и нет? – тренер оборачивается на голос и видит своих коллег; их лица говорили о том, что даже мужчины могут переживать. - К сожалению, нет. Но я уверенна, что всё будет хорошо. Так должно быть. - Ну и в общем, мы с ней поругались ни с чего. Меня это уже так достало. – Камила вытянула ноги на кровати и уставилась в потолок. - Может быть, вам расстаться? Не находишь ваши отношения какими-то странными? – кареглазая изучала Валиеву, пока та находилась в таком положении. Ей нравилось наблюдать, как младшая осматривает незамысловатые потолочные узоры. - Нет, это точно не вариант. Просто нужно с Сашей как-то разговаривать, что ли. – кареглазая посмотрела на подругу. – Знаешь, она мне вообще не рассказывает ничего из своего прошлого, а я так хочу узнать каждую деталь. Мне безумно всё это интересно. Щербакова задумалась о чём-то и отправилась на кухню, чтобы сделать чай. – Просто я очень сильно люблю тебя, слышишь? Я очень люблю… и я понимаю, что тебе нужно время. Я… я не буду больше на тебя вот так воздействовать через фильмы, намеки. Я хочу, чтобы это произошло по твоему желанию. Я ценю и уважаю твой выбор, решение, действия, поэтому, как ты сейчас скажешь, так и будет. Захочешь смотреть фильм – будем смотреть фильм; захочешь погулять – погуляем; захочешь просто покушать или полежать в обнимочку – значит так и будет. - Спасибо тебе… - она уткнулась Щербаковой в шею и продолжила уже шепотом – спасибо, спасибо. - А моё состояние хоть кто-нибудь уже поймет?! – девушка резко разорвала их контакт рук, глаза наполнились слезами, а нервная система трещала по швам. – Кто-нибудь поймет меня? Зачем ты так поступаешь, Камила? Я же не дура! Я же знаю, что ты не вернешься… я же знаю… - последние слова Щербакова произнесла почти шепотом и поспешила удалиться прочь. - Боже, какая же глупая! Какая же глупая… - Валиева медленно сползла по холодной стене и присела на корточки, запуская руки себе в волосы. Всё это длилось бесконечно долго; каждая минута теперь ощущалась по-другому. В голове ураганом крутились моменты с шатенкой, их прогулки, разговоры и особенно последний. Тот разговор, который разделил жизни многих на «до» и «после». Никто не знал об их расставании, последнем диалоге и поэтому, Камилу не обвиняли открыто в пропаже Анечки. Хотя, и без лишних наседаний Валиева ощущала себя самым настоящим ничтожеством. Хотелось уже просто взять телефон и прочитать какое-нибудь хорошее смс от подруги, услышать от неё голосовое с рассказом о походе в новый магазинчик, но вместо этого:

«был(а) в сети 03 апр. 18:40»

На улице уже смеркалось, когда Камила вышла из «Хрустального» и направилась куда-то в неизвестность. Она думала лишь об Аннушке. Брюнетка настолько сильно была погружена в свои мысли, что даже не заметила, как идёт прямо на человека. Столкновение и…. - Саша? - Привет. – девушка сперва поддалась вперед, чтобы обняться, но резко остановила себя в этом. - Почему ты передумала? – Камила подошла максимально близко к Трусовой и медленно обняла её. Рыжеволосая почему-то «потерялась» и боялась ответить взаимностью как-то не так. Пока она размышляла над дальнейшими действиями, то заметила, как младшая устало положила голову ей на плечо и что-то неразборчиво шепнула. Саша всё-таки оттаяла и обняла в ответ. Её сильные руки прошлись по спине Валиевой, а пальцы сквозь одежду почувствовали, как тело отреагировало на прикосновения. - Саш, я уже не могу, честно. Её столько времени нет… - брюнетка зарылась носом в шею возлюбленной и кажется, готова была уснуть стоя. Так сильно повлияла бессонная ночи и тревога за Щербакову. Еще мгновение и её тело обмякает. Трусова незамедлительно подхватывает младшую и несет к машине. - Вот, собственно, та, о ком я говорил. – новые голоса вытаскивают Щербакову из полудрёма. Сил просто не было, и девушка отключилась, не смотря на своё положение - Что вам нужно?! Пожалуйста, отпустите! – кто-то резко хватает её за голову и словно начинает рассматривать. - А почему глаза завязаны? У неё какой-то дефект и ты скрываешь? – мужчина лет тридцати, достаточно серьёзный на вид, тянется уже к повязке, но его останавливают. Неизвестный приближается и шепчет что-то на ухо. - А, да не переживай, её не найдут. – ещё пара секунд зрительного контакта. – Выйди, я посмотрю на неё. - Не уходите, нет, прошу! – Аня славливает истерику, ей становится безумно страшно. Она ощущает, как стягивается повязка и вот этот долгожданный момент – свет лампы дико слепит и приходится прикрыть глаза, чтобы привыкнуть. - Блять, а он не обманывал. – Щербакова уже приноровилась к освещению и теперь изучает человека, стоявшего перед ней. Худощавое телосложение, какие-то масляно-черные волосы и невысокий рост. Зато одет он был достаточно солидно, всё по классике. - Что вам нужно? Прошу, отпустите меня… - её карие глаза наполнены слезами и становится трудно говорить от поступающего кома в горле. - Увы, девочка, не могу. Я за тебя такие деньги отдал. – мужчина проводит рукой по её шее, затем спускается ниже и останавливается в районе груди. Его грубые пальцы ощупывают соски, сминают их, отчего Ане хочется просто убить себя; начинает тошнить по новой. - Меня, кстати, Макар зовут. Будем знакомы. – после этого ощущается резкая боль где-то в затылке и наступает тьма.

утро следующего дня

Камила просыпается от того, что солнечные зайчики ведут ярую борьбу на её лице. Девушка слышит, как откуда-то доносится негромкая музыка и всё это отдается неприятным воспоминанием в голове. - Доброе утро – Трусова даже как-то испугалась слегка. – Я слишком долго тебя искала, но спасибо музыке, что тут играет… пришла на звуки любви – брюнетка улыбнулась. - Эм… доброе. - Всё в порядке? Ты от меня так рано сбежала? Или мне просто кажется? - Слушай, Кам… то, что мы переспали… это был просто секс, окей? Я недавно рассталась, ты устаешь на льду и… это была некоего рода разрядка для двоих. – она постаралась как можно шире улыбнуться, но вышло максимально по-дурацки. Брюнетка спускается на звуки и обнаруживает совсем необычную картину. Трусова стоит у плиты и печет что-то непонятное; с лестницы не особо хорошо было видно. Рядом находится соковыжималка, к которой старшая периодически подходит и нажимает какие-то кнопки. На фоне играло что-то старое и незнакомое для Валиевой. Саша же подпевала как могла.

Я слишком долго был одинок,

О, я не могу быть таким сильным!

Не упусти шанс завести роман,

Забери моё сердце,

Ты мне так нужна!

Младшая наблюдала за всем этим не долго, но этого хватило, чтобы обрести некий душевный покой за всё время переживаний. - Доброе утро? – Камила оперлась о стол бёдрами и стала наблюдать за Трусовой. - Ты уже проснулась? Прости, музыка, наверное, играла громко. – девушка посмотрела на часы – Ты рано встала. - Не знала, что ты готовишь. – Валиева обняла сзади подругу и посмотрела на оладушки, которые изящной стопкой красовались у плиты. - Ну, я решила просто тебя удивить, хах… - такой телесный контакт немного выбил из колеи и Саша занервничала. Ты отвыкла что ли? - Так, ну садись за стол, сейчас будем завтракать. – младшая послушалась Трусову и как хорошая девочка стала ожидать своего завтрака. Казалось, что прошла неделя с момента, как Валиева ела нормальную еду и в принципе ела что-то. Кулинарные способности Саши впечатлили и еда, что она приготовил, походила на пищу богов. - Это таак вкусно – младшая за обе щеки уплетала оладьи. Видеть довольную и уже почти сытую Камилу – одно удовольствие для рыжеволосой. Брюнетка резко вспомнила, как однажды Щербакова приготовила им совместный завтрак. Завтрак больше не шел; он застрял комом в горле, и девушка словно зависла. - Всё нормально? – старшая дотронулась до плеча и это позволило вернуться в реальность. - Я просто… вспомнила об Ане. Наступила тишина. Камила знала, что Саша имеет многие фишки по поиску людей, но она боялась попросить её об этом. Боялась, что она снова вспыхнет; а ведь только всё наладилось. Но время неумолимо шло, сутки сменялись другими и это беспокоило больше всего. - Саш, я… я хотела бы тебя попросить о помощи. – младшая положила столовые приборы на стол и опустила голову. - Я уже догадываюсь о чём ты хочешь попросить, но Камила, мой ответ – нет. - Почему? - Потому что мне она не нравится, как человек и я не обязана её искать. Для этого есть полиция и другие соответствующие органы. – Трусова скрестила руки на груди. Защитная реакция и предостережение от предстоящей ссоры. Девушка старалась держать себя в руках. - Ну пожалуйста, я прошу тебя! Они ищут уже два дня и всё бесполезно! - Нет, Кам! Я не собираюсь её искать, потому что она мне никто! - А если бы я пропала вот так? – карие глаза прожигают. - Охуенно позавтракали! – Трусова соскакивает со стула и направляется в гостиную на поиски сигарет. И, конечно же, за ней где-то сзади плетется Валиева. - Пожалуйста, Саша! Почему так трудно помочь мне? Я прошу тебя об этом! - Я блять ненавижу её всем сердцем, понимаешь? – рыжеволосая приближается к брюнетке – Ненавижу! А ты сейчас просишь меня о помощи? - Зачем ты сейчас кричишь? Я тебя спокойно попросила! – младшую уже напрягает это отношение. - Всё, окей, Саш, я тебя поняла. Девушка собирает свои вещи и направляется к выходу. - Да бляять, Камила… стой! - Нет, Трусова, меня уже это достало, честно! Я пыталась нормально всё это разрешить. Если тебе так глубоко похуй, уж извиняюсь, то ладно. И знай, что если бы что-то случилось вот так с тобой, то я… искала бы тебя несмотря на наши ссоры и обиды. Чему я удивляюсь? В очередной раз мне нужно разгребать всё одной. Всё как всегда. И это в какой-то степени задело Сашу. - Ладно, подожди. – один глубокий вдох – Прости меня, я действительно перегнула. Я отвезу тебя домой сейчас, заеду на работу и постараюсь привлечь нужных людей. Брюнетка смотрела в изумрудные глаза и понимала, что Трусова говорит правду и она действительно поможет. Это легло просто невероятным бальзамом на душу. - Спасибо тебе. – девушка обняла подругу. – Извини за то, что накричала, просто… это всё на нервах, я переживаю за неё и знаю, что только ты можешь помочь. Господи, на что я соглашаюсь… Миссия невыполнима: спасти Щербакову. Да уж.

на работе у Александры Трусовой

- Привет, подруга. – сперва в двери показалась, конечно же, пышная шевелюра, а потом уже Кондратюк. – Что за срочность? По телефону нельзя было? - Привет, Маркуш, проходи. – Саша выглядела очень серьезной. – Тут в общем случилась беда, если можно так сказать. Человек один пропал и мне нужен номер телефона Михаила Коляды. У меня он потерялся блять каким-то образом, а ты точно должен знать. - Ого, даже так, раз Мишка нужен – Марк присел напротив. – А кто пропал, если не секрет? - Да эта Щербакова делась куда-то. Вышла ночью погулять и всё, след простыл. А Ками там чуть ли не в истерике бьется, попросила помочь. – рыжеволосая начала разливать виски и заметила, как ее друг поменялся в лице. – Всё в порядке у тебя? Ты прям побледнел весь. - Эм… Саш, тут такое дело… - парень нервно сглотнул. - Анечка, это уже не смешно! Выходи, дочь! - женщина осматривает весь парк и отгоняет дурные мысли о том, что ребенок мог пропасть. - Аня! Сзади подлетает Щербакова младшая и обнимает мать. - Испугалась? - девочка широко улыбается и смотрит в заплаканные глаза напротив. - Не делай так больше, хорошо? - Юлия приседает на корточки - Не теряйся больше никогда, доченька. - Обещаю, мам...