Попаданец на службе Её Величества

      — Эй, погоди! — раздался окрик.       — Отстань! Ты джедай, значит не можешь убить безоружного, так что отстань!       — Да погоди же! — Он нагнал меня. — У тебя был другой план?       Я встал и подумав секунду обернулся. Амидала пылала злобой. Корчивший рожи гунган отвёл взгляд, делая вид, что ничего не произошло.       — Для этого мне нужно ваше доверие.       — Меня зовут Квай-Гон Джин, — представился джедай. — Это…       — Падме, — ледяным голосом сказала набуанка.       — А это Джа-Джа.       Тот не выдержав, нагнулся, заболтал в воздухе вытянутым языком и замахал руками около ушей. а затем гордо отвернулся, скрестив руки на груди.       — Ну, одно мнение я теперь знаю. А что скажет десница королевы? Ну же, дорогуша, не стесняйся! Выскажи всё, что обо мне думаешь и пойдём каждый своим путём.       — Я… доверяю мнению мастера Квай-Гон Джина.       — На ближайшие две минуты, пока я не озвучил план. В нём есть некоторый риск. На самом деле не такой большой, как может показаться, но всё же имеется.       — Надеюсь, вы не предлагаете кого-то ограбить? — поинтересовался Квай-Гон Джин.       — Королева не одобрит же этого, верно? — впервые с момента попадания я улыбнулся. — Нет, конечно. Завтра гонки, большое событие, большие ставки. У меня есть гонщик, лучший в секторе. Может быть даже в галактике. Я хочу сделать на него ставку. Вы можете присоединиться. Правда, надо заплатить за участие.       — Но у тебя нет денег, так же, как и у нас?       — Это ты верно подметил.       — В таком случае, мы вернулись к исходной точке.       — Совершенно к иной. Деньги можно занять на сутки. Заложив что-нибудь.       — К сожалению, нечего. Мы перерыли уже весь корабль, пытаясь найти что-нибудь на продажу.       — Значит, остаётся сам корабль. Шикарная яхта, прорвавшаяся сквозь блокаду.       — Вот этого королева точно не одобрит! — вставила Амидала.       — Девочка моя! У королевы только два выхода. Или просидеть здесь до тех пор, пока её не поймают, и тогда корабль ей точно не понадобится. А это произойдёт скоро, безо всякой моей помощи. Потому что мне известно, кто у вас на хвосте.       — У наса нету хвостаса! — ляпнул Джа-Джа.       — Или, — продолжил я, — рискнуть кораблём. В этом случае вы хотя бы получите шанс.       — А если вы сговорились с ним и пытаетесь забрать наш корабль?       Она была умна. Я не сразу нашёлся с ответом.       — Вам кажется, что окружение враждебно и монолитно. На самом деле каждый преследует свои цели. Букмекеры, ростовщики, гонщики…       Я сам понимал, что это звучит не слишком убедительно. На моё счастье, мимо проходил белобрысый пацан.       — Энакин! — Я махнул рукой. — Подойди сюда!       Он подбежал и уставился на меня.       — Мы говорили о завтрашней гонке, но наши друзья не очень в тебя верят. Может быть покажешь им свой под?       — Что?! — задохнувшись спросила Амидала. — Это и есть твой гонщик?       — В прошлый раз я почти победил! Если бы не Себульба…       — А теперь он набрался опыта, — я хлопнул Энакина по плечу, — и готов стать новым чемпионом.       — Мы не будем рисковать жизнью ребёнка!       — Но я хочу участвовать!       — И он получит крупный приз, а в его положении это не будет лишним.       — Но это неправильно…       — Это шанс для него когда-нибудь выбраться отсюда.       Выражение лица Амидалы стало растерянным. Конечно, если бы хозяин высек мальца плетью, то, наверняка, она сама усадила бы того за штурвал. К несчастью, не было времени, чтобы подстроить нечто подобное. Пусть бы посмотрела на жизнь раба. Жаль только, что здесь не Зайгеррия.       — Я не знаю… — прошептала она совсем тихо.       — Ну пойдёмте! Я вам покажу!..       Женское сердце не вынесло молящего тона. Амидала первая шагнула за ребёнком. Квай-Гон Джину не осталось ничего иного, кроме как пойти следом. Энакин нетерпеливо шагал впереди, постоянно оглядываясь. Я пристроился за гунганом, чтобы не допустить инцидентов. Позади меня катился астродроид.       Возле прилавка с развешанными над ним тушками горгов Джа-Джа остановился. Я пихнул его в спину.       — Не задерживайся!       — Муи-муи! — пробормотал он и попытался отмахнуться, не сводя с горгов глаз.       Понимая, чем это грозит, я потащил его за жилетку. Он, развернув голову вслед удаляющимся горгам, всё же выбросил длинный язык. Я схватился за него возле морды и потянул. Гунган заверещал, стойка с горгами зашаталась. Толстый продавец неизвестной мне расы закричал что-то. Сжав неприятный на ощупь, скользкий язык, я потянул сильнее. Его конец, обвившийся вокруг тушки, обмяк. Я толкнул гунгана в сторону обернувшейся Амидалы с Квай-Гон Джином.       — Что вы так смотрите? Он попытался ограбить торговца! По-вашему это нормально? Допа-маскей… — я начал произносить всплывшую в памяти фразу, однако не знал, как её закончить. — Э-э… Впрочем, не будем ссориться.       Гунган, наклонившись, втянул язык и помотал головой.       — Ты опять попадаешь в неприятности! — строго сказал джедай.       — Фон футь фе офорфал фефык!       Я обвёл взглядом столики, стоящие под навесом. За ними сидели люди или человекоподобные существа. Но в одном из посетителей этого кафе я узнал дага. И вспомнил, кто здесь должен быть.       — Привет Себульба! Готов расстаться со своим чемпионством?       Тот пробкрчал нечто непонятное, вероятно по-хаттски.       — Скайвокер в деле. Так что завтра тебе не поздоровится.       Даг соскочил со стула и на руках, держа ноги перед собой, подбежал к нам. Он не доставал мне и до пояса, но выглядел грозно, как рассерженный пёс.       — Ми куда джог ду стафа ду та пода!       Я разобрал только «под». Но в разговор включился Скайвокер. Они перекинулись несколькими фразами, Энакин — насмешливо, Себульба — источая злобу. Его длинная морда со свисающими усами напоминала пескариную. Вторая пара усов, растущая позади глаз, была украшена медными кольцами. Высказав всё, что о нас думает, даг направился к своему месту.       — Зачем ты его задирал? — спросил Энакин.       Я обошёл его и, обернувшись, чтобы никто не заметил подмигнул. А затем подошёл к Амидале с Квай-Гон Джином.       — Видите? Даже прошлогодний чемпион его боится.       — Я что-то не заметил страха.       — Прояви проницательность!       — Ладно, идём! — сказал Квай-Гон Джин, но сам остался стоять, глядя на меня, пока остальные не удалились на несколько шагов. — Надо иметь отличную реакцию, чтобы поймать гунгана за язык.       Я не стал говорить, что тот был привязан к висящему на шнурке горгу.       — Потренируйся и у тебя тоже получится.       Налетел порыв ветра.       — Энакин, ещё далеко? — я крикнул убежавшему вперёд пацану. — Скоро буря, а я не хочу снова глотать песок!       — Идёмте быстрее! — согласился он. — Песчаные бури очень опасны!       Ветер бросающий в лицо колючий песок всё же застал нас в пути. Дорогу было не разобрать. Я пытался понять, далеко ли идти до их хижины, стараясь что-либо разглядеть вдали, прикрываясь рукой, но только получил заряд песка в глаза и стал смотреть исключительно под ноги. Энакин свернул к одной из дверей двухэтажного многоквартирного дома и нажал кнопку. Дверь отъехала в сторону. Я вошёл последним и отряхнулся от песка.       Дверь закрылась автоматически избавляя меня от необходимости тыкать наугад, проявляя очередное незнание элементарных вопросов. И ко всему прочему, я не умел читать. И память только что, пусть по мелочи, но подвела меня: я думал, что он живёт в хижине, где-то на отшибе. А уж спроси, чем Траун отличается от Таркина… Но не оставалось ничего, кроме как пытаться играть свою роль дальше.       — Мам! Я дома! — крикнул Энакин.       Из соседней комнаты вошла Шми. Такого непередаваемо изумлённого лица, за внешней попыткой сохранять спокойствие, я не видел в жизни.       — Это мои друзья, мам!       — Привета! — первым успел поздороваться гунган.       — Мы заплатим за постой! — поспешил успокоить её я. — Как только разживёмся деньгами. Пеггатами, в смысле.       — Я Квай-Гон Джин, — профессионально поставленным голосом начал джедай, — а это…       — Я делаю дроида, — не слушая его, Энакин обратился к Амидале. — Показать тебе?       — … Ваш сын предложил нам укрыться от бури.       Не дожидаясь согласия Энакин схватил новую игрушку за руку и потащил в своё логово. С жужжанием мимо прокатился астродроид.       — Ой, муи-муи! — гунган заметил висящие на стене тушки горгов.       Щми была воистину терпеливой женщиной, взирая на творившейся вокруг балаган, как на нечто само собой разумеющееся. А может быть, Квай-Гон Джин её заворожил.       — Нет, что вы! Никаких денег. Нельзя не помочь путнику во время бури.              — … Он замечательный!       — Правда? Тебе нравится?       — Очень… А твой друг…       — Ты про Джона Сильвера?       — Да. Какой он человек?       — Ну… его стукнули дубинкой по голове и бросили умирать в пустыне. Но он выбрался и теперь хочет разжиться деньгами.       — Вот как? Я думала, быть может в нём осталось немного добра?       — По крайней мере, он не самый худший из тех, кого мне доводилось видеть. Только… он презирает рабов… Но здесь все такие.              — Может быть лучше пройдёте за стол? — предложила Шми.       Я сидел на корточках в углу, прислонив голову к стене из грубо отёсанного камня. Он отлично передавал вибрацию, и разговор в соседней комнате, пусть с трудом, но был слышен. Больше ничего интересного они не сказали. О чём-то громко пропищал астродроид. А я вспомнил, что Энакин должен был заметить меч Квай-Гон Джина возле торговки фруктами. Но к ней мы не подходили. Значит имелся неплохой шанс, что он так и останется здесь навсегда. Перспектива жить в ситхской галактике совершенно не прельщала.       Кивнув, я встал и прошёлся по комнате, чтобы размять затёкшие ноги. На кухне Джа-Джа стоя спиной ко мне увлечённо шинковал овощи.       — Скоро будет обед. Вы извините, но мне нужно идти, — сказала Шми, будто я её задерживал и протиснулась мимо меня в проём.       Что-то показалось знакомым в её кротком взгляде, в манере речи.       — Погодите, можно вас на секунду? — Поманив её, я отступил вглубь комнаты и понизил голос. — Квай-Гон Джин вполне свободен. Попробуйте, ухватите его за бородёнку. Может быть и выкупит вас.       — Ну что вы! Мне уже поздно думать о подобном.       Но блеснувшие глаза говорили об обратном. Цель была найдена, система самонаведения включена. Я ободряюще кивнул ей, давая надежду, чтобы вела себя по-сговорчивее. Но самому становиться объектом внимания старушки за сорок, мне не хотелось.