Повесть о временах года

Давать, брать, делиться тайной, расспрашивать, угощать, принимать угощение — вот шесть признаков дружбы. © “Дхаммапада”

Декабрь… Пожалуй, самый неоднозначный месяц из всех. Он и окончание всего, и причина, по которой всё начинается заново. Он поглощает всех людей, держит в напряжении, мешая их в одном унылом супе, топит в дедлайнах. За это мы не любим его. Но в то же самое время декабрь – это единственный месяц, в котором есть 31 декабря. Это единственный месяц, в котором вся семья собирается, наряжает новогоднюю ёлку, украшает дом к празднику, готовит праздничный ужин. Декабрь… Де-ка-брь… Он словно дедушка, к которому ты садишься на колени и слушаешь сказки про джинов и маленьких султанов. Такое тёплое, родное, волшебное слово… Словно сам Дед Мороз придумал его. Взял и сказал: “Я буду ходить по вашим домам и печкам всего раз в год. Когда? Вы знаете, наверное, в декабре. Хорошее слово – декабрь!” София была уверена, что так всё и было. Она придумала это описание декабря прямо перед итоговым сочинением. Спрятала глубоко в душе и никому больше не рассказала. Даже маме. Она ведь взрослая, сильная, самостоятельная. У неё ЕГЭ через пять месяцев. Зачем кому-то знать, что она самозванка? Что на самом деле Софа маленькая девочка, которая до сих пор ждёт и Деда Мороза, Зубную Фею и Волшебника. Волшебника, который прилетает на день рождения, а потом тихо уходит к себе домой, обратно на звёздное небо? Зачем кому-то знать… Вот, даже Ева в это не верит. Наверняка не верит! Она и учится лучше всех, и к экзаменам готовится, и с Дамиром общается лучше, чем Софа с ним. Ева всегда и везде лучше Софии, а если вдруг в чём-то проигрывает, то ей просто не повезло. Не повезло… Ева всегда была рядом. Напиши ей среди ночи, и она ответит в течение минуты. У неё всегда готов совет на любой случай жизни. Всегда припасена хорошая шутка, которая поднимет настроение. Ева всегда здесь. Она будто появилась сразу после рождения Софы и с тех пор никуда от неё не отходила. А потом пришёл Дамир, и жить стало ещё легче и проще. София знала, что если с ней что-то случится, то её никогда не оставят в беде. Её подхватят на руки до того, как она успеет даже подумать о падении. И это так злило, так раздражало, что она вырывалась, искала, где споткнуться, нарочно скользила по лезвию. А на неё всё равно смотрели с теплотой и безграничной любовью в глазах. Софа топила себя в сигаретах, странных друзьях, дерзости своим близким, чтобы найти что-то, что переломит всё это. Когда все вокруг, включая её саму, поймут, что она взрослая. Что ей не нужна вера в чудо и сказку, чтобы жить. Ведь что из себя представляет жизнь взрослого человека? Жителя Москвы, например? Весь мир серый, зарплаты, какой бы она ни была, не хватает, ипотека бесит, работа стала твоей женой (или мужем). Бесконечный вальс уныния, а не жизнь. София очень хотела скорее вырасти, разочароваться во всём и перестать изъедать себе мозги этими мыслями. Самый быстрый и верный способ, как ей казалось, было с кем-то переспать. Но она не могла. Ей становилось так страшно, так мерзко, что подобные идеи резко отлетали. Где-то на месяца два. А дальше они возвращались. Удивительно, как при всём этом она умудрялась учиться. Удивительно, что она до сих пор жива. Удивительно, что от неё до сих пор не отвернулись родители и друзья. Как можно любить такое чудовище? Чем она это заслужила? И ведь поговорить даже не с кем было. С Евой? Ха, как же! Она тут же рассмеётся и, не дай Бог, отвернётся. Дамир точно её бросит. А родители… А зачем лишний раз тревожить родителей? У них и так мир чёрно-белый. Если к проблемам на работе прибавятся проблемы в семье, то там и до дурки недалеко. — Софа! Это тебе! С наступающим! — Широко улыбнулась Ева, протягивая небольшой подарочный пакет. София удивлённо открыла его, доставая длинный шерстяной шарф изумрудного цвета. По-своему расценив молчание подруги, Ева смущённо продолжила. — Я сама его связала. Ну, знаешь, подарок своими руками, памятная вещь, все дела… — Нет, что ты, он чудесный. Спасибо. Правда, — ответила Софа, обнимая подругу. Шарф… Зелёный шарф… Она не носила шарфы, да и цвет совершенно не подходил под верхнюю одежду. — У меня для тебя тоже подарок! Вот. С Новым Годом, хах. Подарок представлял собой медные серёжки из какого-то магазина возле дома. Софа не запомнила название. Если честно, она думала, что никто над поздравлениями много думать не будет. Что все сделают вид, что Новый Год – это семейный праздник, и школа здесь не причём. Софа смотрела на шарф в своих руках и дешёвых серёжках в ладонях Евы и думала, что та её сейчас проклянёт. Но она засияла от радости. — Они такие милые! Спасибо! Я буду носить их каждый день, обещаю! — Да-да, я проверю, — улыбнулась Софа. Вот как. Каждый день. Впрочем, ладно. Пусть носит. Самое главное сейчас – отнести домашку по литературе Маше, в очередной раз похвалить почерк Нонны и соглашаться во всём с Леной. Это важно. Это хорошие связи. Взрослые, а не эти – глупые, детские, с вязаным своими руками шарфом вместо дешёвой ёлочной игрушки. Словно вся эта дружба и совместное спасение Софы от её проблем не закончатся после выпускного. Словно всё это имеет смысл. — Ой, погоди, я спросить хотела. Точнее, предложить. Точнее, позвать. Ну, в общем, не хочешь сходить на каток на каникулах? Я знаю много хороших! — Э-э… Нет, извини, я не умею кататься. — Огонёк в глазах Евы резко потух. — Позови Дамира. — Уже. Его Юля позвала, он с ней будет. Не хочу им мешать. — Ха, перестань, кому ты можешь мешать? С тобой очень интересно. Может, с Юлей подружишься заодно. — Хм, ну… А что на каникулах делаешь ты? Погуляем вместе? — Ой, ты знаешь, я уже договорилась с Леной и Машей. Хотим в кафе позависать. — А. Точно. — Ева улыбнулась. — Чего? Я разве уже говорила? — “Странно”, — подумала София, — “Когда я успела?” — Да. Да, ты говорила. Забыла, наверное. Ладно, не задерживаю тебя больше. Ты, кажется, куда-то собиралась. “Как-то сейчас некомфортно было. Чего это она такая?”, — вертелось в голове у Софы всю дорогу до туалета на четвёртом этаже. Перед тем, как открыть дверь, девушка встряхнула голову, будто выкидывая ненужные мысли, глубоко вздохнула несколько раз и проверила одежду на наличие выпавших волос или какой-то грязи. Убедившись, что всё в порядке, она открыла дверь. С самой искренней улыбкой, на которую она только была способна. За окном крупными хлопьями падал снег. Сегодня было 27 декабря, понедельник. Последний (не официально, естественно) учебный день перед зимними каникулами. В школе повисла напряжённая атмосфера. Словно тени давным-давно выпустившихся учеников пришли, чтобы забрать что-то своё, и принесли душевный холод.