В созвездии Центавра

      Волноваться действительно не стоило – день у меня не задался и без того, поэтому элементарное оправдание в духе «поскользнулась на камне и упала» был встречен только неодобрительным покачиванием головы и желанием Нейтири увеличить мои тренировки. Что ж, терпимо.       Несколько дней прошли неспешно, позволяя более-менее успокоить свой разум. То, что происходило между мной и Нетейамом все еще пугало. Прекрасно помня откуда росли ноги у этого страха я, тем не менее, позволяла себе закрывать на это глаза, не борясь и позволяя этой нерешительности расти. Прятала взгляд, чуть нервно улыбалась, но все еще пыталась сохранять внешнее спокойствие.              Не закончилась и неделя отбывания наказания Ло’аком, и, как я узнала позже, Аонунгом тоже, как последний собрал нас, привлекая и Цирею, и Ротхо, как наименее враждебных к лесным на’ви. Я, конечно, удивилась, и сын вождя при встрече был удостоен моего лица, полного скепсиса.       – Когда вы успели зарыть топор войны? – Вздохнув, я все же присела в наш непроизвольно формирующийся круг, потянув присесть рядом увязавшуюся за нами Тук.       – Топор войны? – Усмешка Аонунга, конечно, все портила, но вопрос был весьма безобидным, и я со вздохом пояснила:       – Перестали враждовать, помирились. Извинения, кстати, были бы не лишними, – дернув бровями, я оперлась щекой на ладонь, а на мои слова Кири рядом только хмуро поджала губы, как и Нетейам, которые тоже не до конца понимали суть нашей встречи. – Может с Ло’аком вы уже между собой все решили, но ты обидел не только его.       Аонунг переглянулся с младшим Салли, на что тот только пожал плечами, присаживаясь рядом, а Цирея в ожидании посмотрела на брата, как и виновато выглядевший Ротхо.       – Все к этому и шло, – скорее нервно усмехнулся Аонунг, но затем все же посерьезнел, поджимая губы, – я действительно искренне сожалею обо всех тех словах... и действиях, что я совершал до этого. И я надеюсь на ваше прощение и, как ты сказала, хочу «зарыть топор войны».       Я скользнула взглядом на Кири, и та, взглянув на меня, молча кивнула, отпуская напряжение, и я безразлично пожала плечами. Тук рядом в любопытстве завертела головой. Ситуация была крайне неприятной, но этот шаг Аонунга, думаю, сильно бил по его гордости, но он все же его сделал. Стоило бы отпустить ситуацию.       – Ладно, – взял на себя подведение итогов Нетейам, дотронувшись до предплечья морского на’ви и жестом предлагая тому присесть уже в общий круг. А затем перевел взгляд на младшего брата, – о чем ты хотел рассказать, Ло’ак?       Все мы сосредоточили свое внимание на парне и тот, в нервном возбуждении потерев ладони друг о друга, наконец-то поведал то, ради чего мы все сегодня собрались:       – Когда я остался один за рифом...       Я на секунду спрятала лицо в ладонях, переваривая сказанное младшим Салли, и Тук, извернувшись, перебралась ближе к Кири. Выдохнув, я подняла взгляд на заговорившую девушку, что сверкала словно солнечные блики на воде.       – Жаль, что меня там не было!.. Тебя благословил сам Океан...       – И хорошо, что больше никто в эту историю не попал, – позволила я себе позанудничать, не представляя каким чудом Ло’аку в принципе повезло выбраться из такой ситуации. В одиночку.       – Тулкуны еще не вернулись, – включил следом зануду Аонунг, скептически смотря на лесного на’ви, – к тому же, они не встречаются поодиночке.       – Ну, этот был один... у него плавника не хватало, слева был обрубок, – неуверенно посмотрев на Аонунга, Ло’ак перевел взгляд на Цирею, что внимательно слушала его, не подвергая сомнению слова.       – Бедный тулкун...       – Везде бывают исключения из правил, – вздохнув от слов Тук, я хмуро глянула на сына Тоновари, – и нам повезло, что Ло’аку посчастливилось встретить такое исключение...       – Паякан..., – внезапно произнесла Цирея, озаренная какой-то догадкой, и я с удивлением дернула ушами, – это Паякан.       – Что за Паякан? – Выразила общее среди лесных удивление Кири, и Цирея пустилась в объяснения, которые подхватили остальные.       – Нет! Он не может быть убийцей! – Горячие возражения Ло’ака не заставили ждать, а у меня хвост ходуном ходил от охватившего меня волнения. Большое морское животное-убийца, просто блеск. Еще и максимально разумное. Это не танатора на тропинке встретить.       – Радуйся, что жив остался, – когда рука Циреи перекочевала на предплечье Ло’ака я упустила, но не могла не согласиться с ее словами, с беспокойством наблюдая, как тот снова заводится от огорчения и злости.       – Потому что он мне жизнь спас! Мы с ним друзья, – полный надежды взгляд младшего Салли коснулся всех, но в итоге вновь вернулся к Цирее, и я в замешательстве поджала губы. Но внезапно подскочивший Нетейам заставил меня в удивлении вздрогнуть, вспоминая о его существовании.       – Мой младший брат, – руки старшего Салли легли на плечи брата, но я только с недоумением слушала попытку парня разрядить обстановку. Или подколоть брата, – великий воин! Встретил тулкуна-убийцу и остался в живых, да?       На его слова Ло’ак только недовольно шикнул, сбрасывая руки старшенького с плеч, а я утвердилась в том, что брата своего поддерживать Нетейам не умеет.       – Зря вы мне не верите! – Подскочил Салли, огорченно взмахнув руками, и молча двинулся прочь, несмотря на оклики остальных. Вздохнув, я подскочила следом, осуждающе взглянув на Нетейама и догоняя Ло’ака.       – Ну, ты и скаун, – донеслось позади осуждающие слова Кири, с которыми я была вынуждена согласиться.       – Ло’ак, подожди! – Ждать парень не хотел, заставляя меня ускориться и схватить за запястье, которое он сразу же вырвал, все же останавливаясь.       – Ну чего? – Конечно же, остыть он еще не сумел, враждебно глянув на меня, на что я обезоруживающе подняла руки.       – Ты опять пойдешь к нему?       – А что если и да?! – На его слова я только раздраженно махнула хвостом, призывая себя сохранять самообладание.       – Послушай, – я предприняла попытку коснуться плеча Ло’ака, но тот только дернулся, делая еще шаг назад, и я поджала губы, – послушай, я верю тебе. Ты правда повстречал тулкуна и все такое. Но такие слухи не рождаются просто так, понимаешь?       – Они просто что-то перепутали, – упрямо протянул свое парень, – он не может быть убийцей, он спас меня и был со мной до самого момента, пока меня не нашли. Он был добр и дружелюбен ко мне.       – Я не подвергаю сомнению твои слова, – повторила я то же самое, но другими словами, терпеливо глядя на Салли, – но я не знаю этого тулкуна, я не доверяю ему. Просто, – завидев, как тот снова заводится, я махнула рукой, успокаивая его и прося меня дослушать, – просто будь осторожнее, хорошо? Это единственное о чем я прошу. Ладно?       – Ладно, – было мне в ответ тихое бурчание, и я чуть поуспокоилась, но едва парень снова сделал несколько шагов прочь, спохватилась:       – Ло’ак!       – Что еще? – Он недовольно обернулся обратно.       – И если этот твой тулкун не будет против, познакомь нас с ним, – Ло’ак в изумлении дернул ушами, на что я только слабо улыбнулась, – если он такой добрый и замечательный, то не откажет. А мне будет так спокойнее.       От нашего разговора не прошло и десяти минут, как я уже вернулась, а Цирея, кажется, рассказывала чуть больше об этом самом Паякане. Нетейам обернулся на мои шаги, с волнением и виной приподняв надбровные дуги, на что я только вздохнула, тем не менее, присаживаясь рядом.       – Дома поговорим, – прозвучало несколько угрожающе, но это было не так важно. Нетейам поджал губы, но согласно кивнул, переводя свое внимание на замолчавших Кири и Цирею. Все погрузились в задумчивое молчание.       Цирея, как обычно, встрепенулась первой, пытаясь развеять не самую веселую атмосферу.       – Давайте мы лучше сводим вас к нашему Древу Душ?       Кажется, мы с Кири в одинаковом восторге и ожидании воззрились на дочь Вождя.       О Древе Душ мне приходилось только слышать. От восторженного Норма, от Грейс, что с потаенным восхищением каждый раз отзывалась об этом растении, что растением назвать было просто кощунственно. От других ученых, что также вели исследования в области ботаники, пусть и не такие глубокие, как сестра. Древо Душ было чем-то невероятным и далеким, недостижимым для обыкновенных людей, к числу которых я теперь не могла отнести себя. К моей радости.       Возражений, конечно же, не последовало. Я и подумать не могла, что когда-нибудь буду удостоена чести хотя бы рядом находится со святая-святых на’ви, не говоря уже о большем – соприкосновении с ним на более глубоком уровне.       День медленно шел к своему завершению, когда мы прибыли к Бухте предков, как назвала это место Цирея. Если сама деревня рифовых на’ви еще на подлете тогда на икранах производила неизгладимое впечатление, то Бухта – просто поражала своим великолепием. Будто бы рукотворно созданные скалы полукругами возвышались на километры ввысь, образовывая причудливые узоры, словно кости древнего исполина. Вокруг них парили небольшие осколки скал, несравнимые, конечно, с горами Аллилуйя, но весьма гармонично вписывающиеся в обстановку.       Цирея дала нам насладиться последними секундами уходящего дня, и только когда Альфа Центавра А скрылась за Полифемом, погружая Пандору в ее уютную ночную атмосферу, мы двинулись дальше. Но вокруг, по обыкновению, не было темно – даже сама вода следом за нами подсвечивалась, а уж само Древо невозможно было не увидеть. Оно не было Древом в моем типичном понимании. Оно не возвышалось на острове, а находилось на глубине – словно густая поросль водорослей, но имеющая гибкие, сильные стебли и такие же мощные корни, расстилающиеся на многие метры по дну.       Древо было прекрасно. Мягко освещая пространство вокруг приятным нежно-фиолетово-розовым светом, оно дарило чувство спокойствия и умиротворения, позволяя всему живому вокруг безбоязненно существовать под его «кронами». Следуя за остальными на глубину, я только с запоздалым сожалением подумала о том, что повязки на заживающих ранах снова придется менять, жаль, что Ло’ака нет с нами рядом в этот момент... И легкое нервозное нетерпение.       На’ви всегда говорили, что Древо душ – это их память с народом. С близкими и родными. В буквальном смысле этого слова. Но что насчет меня? Что... или кого покажет мне это Древо?       Проследив за тем, как Нетейам соединяет нервные отростки с листом древа, я с легким волнением повторила за ним, не позволяя сердцу сбить дыхание. И, прикрыв глаза, я увидела лишь яркое, ослепляющее сияние.       Это место невозможно было не узнать. За окном лаборатории мелко тарабанил по корпусу дождь. Моя личная лаборатория была погружена в полумрак, освещаясь лишь на несколько метров вокруг компьютером. Я сглотнула, мазнув пальцами по холодному столу, что теперь был мне определенно мал, и вздрогнула, заслышав голос позади. Безумно знакомый голос, заставивший меня покрыться холодным липким потом, пробежавшимся по спине, и в неверии оглянуться назад.       Из темноты медленно вышел силуэт молодой девушки, не разменявшей и тридцати лет. Одетая в белоснежный халат, строгие штаны и светлую рубашку, она с теплотой в своих карих глазах улыбнулась мне.       – Привет, Тера.       Это была... я.