Вышедший из-под контроля

Это случилось, когда Питеру через несколько недель должно было стукнуть одиннадцать. И, будь он в другой истории, с нетерпением ждал бы заветное письмо с белой совой, но у руководства были свои планы на кучерявого мальчика со шрамом от укуса паука. Спарринг становился всё жарче, и, признаться, это был их первый бой, когда Зимний Солдат вспотел, чего с ним ещё не случалось. Да, это было предсказуемо. Каждый раз удары парня становились всё точней и отработанней, а сам Барнс всё чаще пропускал. Изначально куратор стремился привить подопечному навыки рукопашной борьбы, однако затем нередко стал замечать, что пацану проще отбиваться ногами и прыжками. Конечно, эти элементы присутствовали и в их программе, но такой упор, который делал Питер, там совсем не подразумевался. И зачастую Солдат находил в его повадках нечто паучье. - Ты допустил ошибку, - уже порядком разгорячённый Барнс перехватил ученика металлической рукой, больно вжав предплечье в тонкое горло. Питер громко выдохнул, по инерции схватившись за давившую конечность. Сперва агент решил, что ему показалось, когда до уха донёсся звук, очень напоминающий смешок, но тон у парня действительно был весёлым: - Думаете? Мужчина не ослаблял хватку, хоть и был сбит с толку. И как это понимать? Паркер, стиснув зубы, с силой подался вперёд. Почувствовав, как из-под ног ушёл пол, наставник не сразу понял, что произошло. В секунду он ощутил мягкий мат под своей спиной и заломанные в захват руки. Джеймс удивлённо сглотнул. Подождав ещё немного, юноша отполз назад. - Молодец, - спокойно прокомментировал агент, хотя в груди больно кольнуло и совсем не от удара. Ведь он прекрасно понимал, что это значит. «Я хочу, что б после твоего курса он как минимум смог превзойти тебя»

***

- Получается, Steatoda nobilis уже готов к допуску на экзамен? Барнс равнодушно кивнул. А ком в горле никуда не уходил, неприятно шкрябая внутри по стеночкам. Пирс довольно хмыкнул, откладывая в сторону толстую папку с досье: - Я уже подобрал ему нечто интересное. Прошлые образцы многое потеряли, когда сдохли. Секретарь засмеялся со своей же шутки, расслабленно откидываясь на спинку кожаного кресла. Материал чуть заскрипел. Глаза старика задорно оглядывали хладнокровного убийцу с головы до ног, словно хотели найти хоть что-то человечное в этом совершенном оружии. Даже если б Александр Пирс никогда не жаловался на зрение, отыскать человека в образцовом киллере у него не получилось бы по одной простой причине – видеть человека хоть в ком-либо он не умел. - И что ты хочешь в награду, Солдат? - Простите..? Барнс смутился, совершенно не понимая, к чему клонит начальник. Но тот, казалось, в понимании Солдата и не нуждался, находясь на своей волне. - Могу организовать тебе хороший выходной. Девочки, сауна – как ты на это смотришь? Всё-таки достойную смену себе вырастил, заслужил немного поразвлечься. А первое убийство мальца тоже следует отпраздновать, но это будет позже. Мужчина почувствовал, как к щекам подступил жар: внутри начинала закипать искренняя злоба и отторжение. Этот индюк так радуется скорому урожаю, уже предвкушая вкус свежей капусты в клюве, но Барнс счастья не разделял и смотрел на это с позиции хозяина огорода. Ведь индюка он своим не признавал. - Мне это не нужно, - сдержанно ответил агент. Сделать отпечаток металлического кулака прям на лице секретаря хотелось так же сильно, как и застрелить этого нациста к чёртовой матери. Выбрать никак не получалось. - Ох, - вульгарно присвистнул Пирс, - неужели после разморозок появились проблемы? Странно, учёные говорили, что ты будешь полностью приспособлен физиологически. Киллер еле сдержался от цоканья и хотел, как подросток, агрессивно отрицать лживые слухи о себе, однако рациональный страх последствий всё же победил. Александр непременно спросит, в чём же дело, а, кроме правды, тут и нечего ответить, ведь абсолютно на всё секретарь найдёт уловку. Чёрт, да даже если он скажет, что предпочитает мужчин, Пирс, не задумываясь, вызовет пару пареньков, чего уж тут таить. А узнав правду, почему же Солдат не видит здесь поводов для гуляний, вне сомнений заподозрит неладное. И будет прав. Первый раз в своей жизни. - Я… и правда не испытываю подобной нужды, - фу, как же стыдно о таком врать. Начальник, в очередной раз игриво подмигнув, издевательски пропел: - Я передам об этом нужным людям. Это был обратный отчёт. Больше шкету он помочь ничем не сможет. Оставалось надеяться, что Питер Паркер позволит Steatoda nobilis разобраться с этим так же хладнокровно и отточено, как учил Зимний Солдат, ведь пренебрежение жизнью не смог привить ему Джеймс Барнс.

***

В день допуска Солдат намеренно подолгу совершал обходы по всем корпусам тренировочных залов, искал мелкие промахи в организации, чиркал об этом в блокноте и трепетно докладывал обо всём руководству, лишь бы хоть чем-то занять себя. Так он насчитал шесть потресканных матов, восемь изогнутых ножей (своеобразная особенность не была так задумана изначально) и шестьдесят пять навсегда испорченных гантелей (спасибо Ванде), каждая из которых успела пройтись по телу тогда ещё шестилетнего подопечного. Барнс не мог заставить себя остановиться, ведь до ужаса боялся, что окружающие поймут, насколько же на самом деле он волнуется за сегодняшний допуск. К расходному материалу нельзя привязываться. Когда же Паркера-младшего повели в фургон, куратор подчёркнуто холодно провожал почти что миниатюрную спину равнодушным взглядом, искренне боясь встретиться с мальчиком глазами. Он не уверен, что долго протянет в таком случае. - Думаете, Steatoda nobilis справится? – Ричард Паркер боязливо обратился к Зимнему Солдату полушёпотом. «Его зовут Питер, идиот» Тихо понаблюдать за непривычными проводами из окон коридоров вышли почти все сотрудники. Ещё немножко и у стёкол образуется пробка из белых халатов. Иронично, но Барнс сегодня был чёрной вороной среди толпы порой пугающих лебедей, готовых пронзить тебя своими зазубренными краями клюва, если это представляет хоть малейший интерес для науки. Барнс ненавидел лебедей – обманчиво безобидных птиц. - Он готовился к этому дню пять лет, - сухо ответил агент, незаметно сжав правый кулак, ведь живые пальцы снова начинали подрагивать. В положении сложенных на груди рук это действительно не было видно. - А ты что думаешь, Мэри? Женщина лениво перевела взгляд с уже отъезжающего фургона на мужа. Казалось, она банально не умела быть заинтересованной в ком-либо. Заметив, что все стали расходиться, агент понял, что ему опасно оставаться здесь и дальше, будто грустный Хатико. - Думаю, если и этот проект провалится, наш отдел могут закрыть. Солдат мысленно фыркнул. И как только Ричард мог жениться на этой суке? Впрочем.. сам Ричард тоже недалеко ушёл.