Жизнь наоборот

      Торд чувствовал себя ничтожеством. Он уже три дня не выходил из своего кабинета, пытаясь найти хоть какую то важную информацию про Томаса. Пол его кабинета был завален бумагами, документами, отчётами и результатами медицинских экспертиз. Поул и Патрик постарались на славу и меньше чем за два часа принесли Лидеру все, что смогли найти. Торд подозревал, что некоторые из этих бумаг были получены незаконным путем, но его это ни капли не смущало. Хочешь найти что-то — ищи везде и забудь про правила. Несколько раз к нему заходил Патрик, принося еду, но Ларссон даже не притрагивался к ней, на что солдат сокрушительно качал головой и уходил ни с чем.       Практически потеряв надежду найти что-то важное, Торд откинул голову, прижавшись затылком к стене. Его взгляд скользнул по хаосу в кабинете, мебель никто на место так и не поставил, и зацепился за жёлтую, никем не тронутую, папку рядом с перевёрнутым столом. Он потянулся за ней и, подцепив пальцами обложку, открыл. Его глаза расширились от удивления, когда он заметил печать Зелёной армии и яркую красную надпись «Засекречено». Голова, помутнившаяся из-за недосыпа, тут же протрезвела, а глаза забегали по строчкам, внимательно вчитываясь в отчеты об эксперементах в лабраториях. Многие из них описывали тестирование нового вида оружия, и если бы мысли Торда не были заняты поиском информации про Тома, он определённо заострил на этих отчетах внимание. Пролистав почти все, он уже был готов откинуть дурацкую папку, как увидел в последнем файле лист с знакомым именем. Для большей уверенности он протёр глаза, уже подумывая о галлюцинациях, но надпись, как и последующее досье, никуда не исчезла. Торд вытащил лист и обнаружил за ним еще штук 6 страниц, заполненных отчетами. Снизу стояла подпись и инициалы некого доктора А.В. Коула. Торд пообещал себе позже выяснить все об этом человеке, начиная от любимого одеколона, и заканчивая всеми его скелетами в шкафу.       Мистер Коул довольно подробно описывал свои действия: оказалось что опыты на Риджуэлле начали ставить с самого его прибытия на базу, первый из которых проходил во время операции на его глаза. «Эксперимент закончился удачно. Зрение подопытного значительно улучшилось, появилась возможность лучше видеть в темноте. Побочные эффекты: изменение цвета. Белок и радужка полностью окрасились в черный цвет» — писал один из лаборантов Коула. Следующий опыт на нём поставили во время мед. осмотра. «После введения препарата номер четыре тысячи двести сорок восемь у подопытного улучшился метаболизм, регенерация и выносливость». Так, возможно Ларссон поспешил с мыслями о пытках Коула. Теперь ему хотелось убить еще и этого мальчишку лаборанта. «Результаты просто поразительны!» " — писал доктор — «Мы с моим напарником, мистером Саверсоном…» — отлично, теперь Торд знал фамилию мальчишки — «…все ближе и ближе приближаемся как созданию совершенного живого оружия» «Вот теперь точно пора отдыхать» — подумал Лидер, а то еще видится какая то чушь. Живое оружие. Пф. Ну да, конечно. Протерев глаза, и тихо рассмеявшись над собственной глупостью он снова глянул в отчет. Но ничего не изменилось. Пролистав несколько страниц с медицинскими отчетами о Томасе он остановился на последней. «Сегодня мы закончим наш эксперемент.» — писал противный мальчишка лаборант. — «Осталось только ввести пациенту сыворотку двести четыре.» «Пациент не стабилен, сопротивляется. Мы вынуждены использовать ремни.» С каждым прочитанным словом в Торде все больше и больше закипала ярость. «Сыворотка введена. Пациент не проявляет каких либо эмоций. Доктор приказал солдатам доставить его в комнату.» «Я вырву им кишки и заставлю сожрать.» — подумал Ларсон. — «А после буду испытывать на них все наши яды, давая антидот в самую последнюю секунду, чтобы жизнь показалась им Адом на земле» «Пациент был замечен мистером Харгривзом в состоянии истерического шока.» — снова писал Коул. — «Просьба немедленно отправить выше упомянутого в наиболее опасную зону боевых действий, дабы избежать распространения информации. Мистер Риджуэлл перевезён в изолятор.» «Это просто невероятно!» — мальчишка был так рад, что его эмоции буквально впитались в бумагу. — «Мы смогли добиться идеала! Мистер Риджуэлл теперь не человек! Он — нечто большее. Он то, что поможет нам победить в войне.» Что значит, он теперь не человек? Они его что, в животное превратили? «Мы расчитывали что пациент сможет обращаться полностью, но мистер Риджуэлл не способен на что-то большее, чем частичное обращение. Однако если он в полу-форме Так силён, то мне даже страшно представить каким он был бы после полного обращения!» Кажется у Торда сейчас взорвется мозг. Он ощущал это, с каждым прочитанным словом. «Обращение», «полу-форма» что это все значит, черт возьми?! Где то на подкорке промелькнуло воспоминание о байках с оборотнями, но Ларсон отмахнулся от этого. Оборотней не бывает. В рации послышалось шипение, а после знакомый голос Поула. — Сэр, как слышно? Торд лениво потянулся за рацией, нехотя отвлекаясь от содержимого папки. — Что случилось? Кто-то опять разбушевался? Так это не мои проблемы. Дайте успокоительное и расслабьтесь. На минуту воцарила тишина, и Лидер уже был готов снова вернуться к документам, как раздался неуверенный голос Поула. — Сэр, Вас просит к себе мистер Харгривз. — Скажите ему, что я слишком занят чтобы подтирать его сопельки и менять штанишки. — с явной насмешкой произнес Лидер. — Просим прощения, — ещё более неуверенно начал солдат. — но он настаивает. Блять. Как же невовремя. Очень хотелось послать Мэтта далеко и надолго в пешее эротическое. С другой стороны, Харгривз ещё ни разу не настаивал. Чтож, раз мальчик хочет что то сказать, Торд, как взрослый, его выслушает. А потом пошлёт. Он поднялся с пола, поправил и без того идельно выглаженную водолазку, расправил складки на брюках и вышел из кабинета. По пути в изолятор, где все еще находился Харгривз, он прошёлся мимо камеры Эдда. Убедившись что с омегой все в порядке, он со спокойной душой направился дальше. Пройдя отсек альф, он боковым зрением заметил уборщиков, что оттирали пол в камере, где недавно находился любитель подслушивать. Тихо усмехнувшись своим мыслям, он открыл дверь в подвал, предварительно дав отмашку Поулу и Патрику, которые стояли на стрёме. Спустившись, он остановился, наблюдая за Мэттом. Цепи с него уже сняли, но приставили рядом капельницу, через которую в кровь поступало небольшое количество успокоительного. -Звал? — коротко поинтересовался Лидер. Мэтт тут-же вскинул голову, подрываясь с пола, чуть не выдёргивая капельницу. -Есть новости? -Ты отвлек меня от дел только ради этого? — он приподнял бровь, с усталостью глядя на Харгривза. — Серьезно? В следующий раз когда тебе захочется поболтать, вспомни что я, в отличие от тебя, Эдда и еще с пол-сотни заключённых, работаю. Торд развернулся на пятках, уже собираясь уходить, как услышал окрик. — Стой! — он обернулся. — Ты прав, ладно? Извини, что отвлек тебя, но я беспокоюсь. Ларсон вздохнул, подошел к решетке и сел на пол напротив Мэтта. Тот в свою очередь отзеркалил действие Лидера, с неприятным звуком скрипящих колёсиков капельницы. — Я узнал что опыты на нашей когда-то-синеглазке начали ставить еще во время операции на глаза. Почернение белка и радужки стало побочным эффектом. После этого было поставлено не менее трех эксперементов. Я не вдавался в подробности, но знаю, что это явно не прививки от гриппа. Последний был поставлен за день до того, как ты его обнаружил. Доктора забеспокоились и отправили тебя на передовую, в надежде что ты сдохнешь. Нет тебя, нет утечки. Больше информации пока что нет. Мои люди молчат, так что тебе остается только ждать и не ебать мне мозг. Харгривз закатил глаза и хмуро посмотрел на Лидера. — Мы оба прекрасно знаем что ты беспокоишься о его состоянии также как и я, так что… — Ошибаешься — резко ответил Торд, чуть нахмурив брови. — Мне интересно только состояние моих подчинённых, а Томми, после всех опытов ваших психованых учёных, является угрозой всему, что я создал за эти годы. — Но он все ещё наш друг! — Ваш. Не мой. Для меня он лишь бесячий алкоголик, и если ты не заметил, все время, что мы вчетвером жили вместе, нас с ним связывали только драки и оскорбления. Были случаи, когда мы пили вместе. Наверное только в эти моменты мы не дрались, но друзьями не были. — Не пизди мне, Торд. Ты бы не стал так заморачиваться из-за того, кто тебе не важен. Можешь притворяться при других, врать Эдду, но ты заботишься о нас. Ты принес ему еду и одежду после течки, поместил меня в изолятор и каждый день приносил мне лекарства, хотя мог скинуть это на своих солдат. И сейчас, когда ты узнал, что Том жив, ты не выходил из кабинета больше трёх дней! Так не делают ради знакомых. — Я просто хочу вернуть все как было! — рявкнул Ларсон. — Но так уже не будет. Эта война оставила свой отпечаток и как бы мне не хотелось, ни Эдд, ни Том не смогут больше воспринимать меня как дерзкого соседа. Я навсегда останусь для них врагом. И я прекрасно это понимаю, но хочу просто попытаться. И для этого мне нужно увидеть живого Тома. На несколько минут воцарила тишина. Мэтт понимал, что чувствует Торд и хотел протянуть руку помощи или просто успокаивающе положить руку на плечо, но знал, что Лидер никогда не примет сочувствие в свою сторону. — Он может быть в штабе. — тихо произнес Харгривз. — Согласись, вряд ли его выпустят на поле боя сразу же после лаборатории. Торд задумался, а после усмехнулся, возвращаясь в свое привычное состояние. Он поднялся с пола, и пошел к лестнице, обернувшись у самого выхода. — Тогда нужно его выманить.