Caramel pudding.

ты ночной кошмар, что растаял поутру эта драка у бассейна. сколько подобных было? сколько проходили плохо, отправляя меня в госпиталь, и ни разу ни одного слова от тебя. ты функция. идеальная, безукоризненная функция. никогда не пачкаешь руки, привык только мои. что бы делал ты, если бы не я. не думаю, что тебя беспокоят такие мелочи. морщусь, выдыхаю. умею драться, хотя по мне не скажешь. уголок губ дёргается в ухмылке. однако предпочитаю поединки интеллекта. иногда, правда, не остаётся выбора. как сегодня. сердце бьётся вдребезги как гипсовый грузинский бюст. карамельный горько-сладкий дым электронки рассасывается быстрее, чем ссадины на кулаках и порезы от стекла. жаль, дорогой костюм пришлось подпортить хлорированной водой. — я же просил. — я не могу себе позволить, чтобы мой брат носил дешёвые костюмы. вот откуда мой вкус. от тебя. и лоро пиана за несколько тысяч фунтов — тоже от тебя. а есть что-то, что не от тебя? приступы удушья, бессонницы, струнные, одиночество, проницательность, стрельба в стену — всё твоё. был бы рад отдать тебе всё сполна. приходи, забирай. между нами дым, слёзы и горящий мост вот что между нами. и ничего больше. — боже, Шерлок, что за мерзкий сладкий запах. — запах моего триумфа, брат мой. так пахнет мой триумф. в осколках ночью у бассейна в чужом доме. он пахнет сгоревшим карамельным будущим. как обычно, ничего нового. у меня нет будущего. так же, как у тебя. — вы его не найдёте. — тебя нашёл, пока хватит на сегодня. ты вообще спишь? ешь? дышишь? ты вообще настоящий? кажется, нет. ты голограмма. я же даже пытался проверить. удивительно, что по лицу я не получил. однако и ответа на поцелуй тоже. хотя мог ожидать чего угодно. если всё твоё — значит, я весь тоже. по барам я твоя кара я твоя карма — скажи мне, кто ты? — докапываюсь нагло, припирая к стенке в моей тёмной квартире в тиши ночи. — ты что, снова под кайфом, Шерлок? — ты. моё. отражение, — проговариваю как можно отчётливее, видя как темнота заполняет глаза. ни одной эмоции. — упаси боже. — за что ты меня ненавидишь? за что? я мучаюсь этим вопросом всю свою жизнь. за что презираешь? за младшесть? за социопатичное обаяние, которое замечают все, кроме меня самого? — это не так. произносишь это так близко к уху, словно в мозг въедая. — я тебе не верю. — так поверь. уходишь, постукивая тростью. неслышно трогается ягуар в темноту ночи. никогда не поверю = выбью из тебя признание. выбью. ты ночной кошмар, что летит на крыльях ночи тебя тянет ко мне, а меня к тебе не очень ты не приезжай, недолюбленный мальчик перестань меня ждать под окном в своей тачке хотя, ты знаешь. приезжай. жди. заходи без стука. забирай, что хочешь. стягиваю с себя уже наполовину высохший костюм. дрожь и холод. жаль, ты не видишь. «жаль, ты не видишь» — отправляю аймесседж и бросаю айфон в темноту подушек. фары твоего ягуара под моими окнами через три, два, один. но это вновь не я, а мираж.