Sleepless Nights (Бессонные ночи)

      Волдеморт цокнул, когда он скинул больного Поттера с его ботинок и заставил мальчика сесть, когда он тайком наложил на него заклинание освежающего дыхания.       — Я должен был догадаться, что твой желудок не выдержит путешествия с портключом, учитывая твое состояние.       Глаза Поттера расширились, когда он накрыл живот рукой. Насколько вырос его ребенок? К этому моменту состояние Поттера должно было быть видно.       — Как… как ты узнал? — спросил парень.       — Я заставил Малфоя очень внимательно следить за тобой с момента нашего свидания этим летом, — признался Волдеморт, проводя пальцем по челюсти парня. Он не упустил, как Поттер слегка отклонился от его прикосновения, прежде чем заставить себя отступить.       — Почему ты заставил Малфоя наблюдать за мной? — спросил Поттер, глядя на него обвиняющими ярко-зелеными глазами. – Кто ты на самом деле?       Волдеморт ухмыльнулся мальчику и наклонился ближе, его рот находился в нескольких дюймах от уха мальчика.       — Неужели, Гарри, — прошептал он, наслаждаясь дрожью, которую вызвал у парня, — ты до сих пор не понял?       Поттер положил руку на грудь Волдеморта и слегка оттолкнул его. Темный Лорд позволил прикосновение и отклонился от мальчика, изучая каждую минуту выражение его лица. Замешательство, сомнение, какое-то отрицание, а потом страх.       – У меня есть предположение, — рискнул мальчик, — но мне очень трудно в него поверить.       Волдеморт застенчиво улыбнулся.       — А каково твоё предположение? – он травил.       Гарри сглотнул, глядя на него. Волдеморт с интересом проследил за линией адамова яблока мальчика.       – Твоё полное имя звучит как Слизерин. Только тот, кто имеет непосредственное отношение к самому Слизерину, соблаговолит использовать это имя. Единственный потомок Слизерина, которого я знаю, это… — тут Поттер замолчал. Облизал губы кончиком языка. — Ты его сын? — спросил Поттер, сжимая руку там, где она все еще касалась его груди.       Волдеморт усмехнулся над мальчиком, погладил его по затылку и нежно поцеловал в губы. Глаза Поттера закрылись, и он не стал возражать, пока Волдеморт снова знакомился со сладким вкусом Поттера. Что такого было в этом мальчике, что обостряло все чувства всякий раз, когда они были вместе? Оторвавшись, Темный Лорд снова откинулся назад.       — У меня нет детей, Гарри, — тихо сказал Волдеморт, глядя в прикрытые глаза парня, ожидая, когда его слова коснутся его слов, — кроме одного, который живет внутри тебя. – Он нежно положил руку на живот мальчика, и глаза Поттера распахнулись.       — Нет , — решительно сказал Поттер, отталкивая руку Волдеморта от себя.       — О, да, — ответил Волдеморт с лукавой ухмылкой, положив руки на подлокотники кресла, блокируя Поттера.       — Где… где лысая голова? Чешуйчатая кожа? У тебя нос ради Мерлина, ты не можешь быть им! – Поттер взвыл, умоляюще глядя на него зелеными глазами.       — Мне удалось избежать самой Смерти, Гарри Поттер, я точно смогу отрастить нос , — насмешливо ответил Волдеморт.       Поттер закрыл глаза и откинулся назад, качая головой.       – Нет. Нет нет нет. Это не может быть правдой. Я не могу быть беременным от Волдеморта . Как, черт возьми это произошло в моей жизни?       Волдеморт выпрямился и хмуро посмотрел на мальчика.       — Надеюсь, ты не будешь так говорить с моим ребенком, Гарри, — предупредил Темный Лорд.       Поттер посмотрел на него широко раскрытыми глазами. Потом неожиданно разразился истерическим смехом. Раздраженный такой реакцией, Волдеморт протянул руку и легко схватил мальчика за шею, заставив его поднять голову.       — Что, скажи на милость, такого смешного? — усмехнулся он. Поттер все еще хихикал, но в его глазах была печаль.       – Ну, Лорд Волдеморт, человек, который ежедневно швыряет все три Непростительных, и который пытался убить меня с тех пор, как я даже не мог ходить , говорит мне следить за своим проклятым языком. – Поттер снова оттолкнул его руку, его глаза вспыхнули огнем. Он быстро встал со стула, скорее всего, собираясь сказать что-то еще, но покачнулся на месте, потянувшись руками к голове. Встревоженный, Волдеморт бросился стабилизировать мальчика. Он был в порядке? Ребёнок был в порядке? Не зная, что делать, он крепко обнял мальчика. — Все в порядке, — пробормотал парень. — Просто слишком быстро встал.       Однако Поттер остался в его руках, прислонившись головой к плечу Волдеморта, пока тот снова не толкнул его назад и не посмотрел на него серьезным взглядом. На короткое время Волдеморт почувствовал, что лишился тепла Поттера, когда отстранился.       — Это был твой план с самого начала? — укоризненно спросил его Поттер. – Чтобы… соблазнить меня и сбить с толку? Каковы твои планы относительно моего ребенка?       Волдеморт ощетинился от собственнического тона. Ребенок, растущий в животе Поттера, принадлежал ему в той же мере, что и мальчику.       — Нет, — просто заявил он. — План состоял в том, чтобы убить тебя на следующее утро, но тебе снова удалось вырваться из моей хватки, — ответил Волдеморт, сверкнув глазами. Поттер отступил назад и посмотрел на него широко раскрытыми глазами.       – Какого хрена? — сердито ответил мальчик. — Ты серьезно собирался трахнуть меня, а потом убить?       Глаза Волдеморта сузились, и он крепко схватил Поттера за шею сзади, притягивая мальчика к себе.       — Какой у тебя грязный рот, Поттер, — прорычал он. — И как я мог устоять перед таким искушением, когда ты так охотно бросился на меня? — поддразнил он, и был вознагражден легким румянцем, окрашивающим лицо мальчика. Его губы слегка коснулись уха Поттера, и Волдеморт оказался достаточно близко, чтобы почувствовать, как тело мальчика напряглось от этого ощущения. — Может быть, нам стоит снова использовать этот рот с большей пользой, — соблазнительно прошептал он парню на ухо. Он не пропустил резкий вдох, вырвавшийся из грязного рта Поттера. Волдеморт нахмурился, вспомнив красочный язык Поттера. Лорд Волдеморт был кем угодно, но не неотесанным.       Поттер извивался против него, и он снова позволил мальчику вырваться из его хватки. Волдеморт оценивающе посмотрел на парня. Его волосы были растрепаны, лицо раскраснелось, а глаза расширялись и расширялись. Его грудь быстро вздымалась и опускалась, когда он, казалось, собирался с мыслями.       — Значит, я тебе нравлюсь, — размышлял Поттер, и Волдеморт напрягся от этого предположения. Его не привлекала беспризорный мальчишка, который открыто бросил ему вызов, отказался умирать , и ему было предсказано его падение. Он открыл рот, чтобы возразить мальчику, но Поттер продолжил. — Ты меня запутал , — поправился он, увидев грозное выражение лица Волдеморта, — и не собирался меня бросать. Итак, вот мы и здесь: два заклятых врага, у которых менее чем через три месяца неожиданно родится ребенок.       При этом напоминании взгляд Волдеморта переместился на плохо прикрытый живот Поттера. В своей плохо сидящей одежде Темный Лорд не мог увидеть никаких следов их совместной ночи. Если бы мальчик был одним из его последователей, Волан-де-Морт мог бы легко сказать ему раздеться, и мальчик с радостью снял бы с себя одежду, чтобы Волдеморт мог увидеть округлившийся живот, чтобы доказать, что его ребенок был там. Но Поттер был последователем Дамблдора и не согласился бы, если бы ему сказали раздеться. С его красочным словарным запасом, Поттер, скорее всего, посоветовал бы ему заняться прелюбодеянием с самим собой, если бы Волдеморт даже хотя бы вежливо попросил.       Волдеморт устало потер переносицу, которую Поттер нашел такой оскорбительной.       – Да, — ответил он, — у нас незапланированная беременность. – Его глаза сузились, глядя на мальчика, побуждая его сказать больше.       К счастью, он, кажется, прислушался к предупреждению.       — Так что ты собираешься делать с моим ребенком? – Поттер настаивал. — Я не избавлюсь от него и отказываюсь передать его тебе. Если бы я имел право голоса, тебя бы не подпускали к нему ближе чем на 10 метров.       "Его", сказал Поттер. Возможно, сны Волдеморта были способны предсказывать будущее.       — Значит, это мальчик? — спросил Волдеморт, пытаясь изобразить легкий интерес.       Но какое-то волнение, должно быть, просочилось наружу, потому что Поттер смягчился и мягко улыбнулся.       — Да, это мальчик, — тихо сказал он. Он сделал паузу на секунду, а затем спросил: – Хочешь потрогать его?       Удивленный тем, что мальчик позволил ему прикоснуться к себе, Волдеморт молча кивнул. Он медленно приблизился к мальчику, и когда они оказались в нескольких дюймах друг от друга, Поттер осторожно взял его руку и положил ее на нижнюю часть живота. Волдеморт растопырил пальцы, желая найти какое-нибудь доказательство того, что его ребенок был там. Через несколько ударов сердца Волдеморт почувствовал легкое прикосновение к своей руке. Он не мог не убрать руку в шоке и волнении. Гарри тихо рассмеялся над его реакцией.       – Да, это было странно, когда я впервые испытал это, — сказал парень. — На самом деле, до сих пор, — признал он, и Волдеморт снова осторожно положил руку на живот мальчика, желая почувствовать больше. На этот раз он был более подготовлен. Когда он почувствовал небольшой толчок, он держал руку там, где она была. Это был его ребенок в животе Поттера, он рос и вытягивался. В изумлении Волдеморт посмотрел в глаза Поттеру.       – Сын мой, — сказал он чудесным образом, чувствуя серию ударов, которые вызвали улыбку на его лице. Выражение лица Поттера было ошеломленным, и он услышал, как у мальчика перехватило дыхание. Именно тогда Волдеморт понял, насколько близко их рты. Воспользовавшись ситуацией, он сократил дистанцию ​​и позволил своим губам слегка коснуться губ Поттера. Поттер слегка приоткрыл губы в приглашении, и Волдеморт снова позволил своему языку лениво исследовать восхитительный рот мальчика. Поттер застонал в ответ, и кровь прилила к паху Волдеморта. Он переместил руки на поясницу мальчика, прижимая его ближе. Он покусывал и посасывал губы Поттера, превращая мальчика в пластилин в его руках. Через несколько минут он слегка отстранился, любуясь ошеломленным взглядом мальчика.       — Оставайтесь со мной, вы оба , — соблазнительно прошептал он мальчику на ухо, а затем прикусил мочку уха. Поттер ответил глубоким стоном, который только раззадорил Волдеморта. — Ты ни в чем не будешь нуждаться, — пообещал Темный Лорд, облизывая ушную раковину парня. Поттер ответил хриплым стоном, затем напрягся и отстранился от Темного Лорда.       Поттер посмотрел на него снизу вверх, его зеленые глаза недоверчиво сузились.       – Смогу ли я видеться с друзьями, получать образование, выходить на улицу? – бросил вызов парень. –Смогу ли я приходить и уходить, когда захочу?       Лорд Волдеморт прищурился, глядя на мальчика.       — Ты же знаешь, что я не могу позволить тебе сделать это, Гарри, — примирительно сказал он. – Я могу дать вам любое физическое благо, которое вам может понадобиться, но я не могу рисковать тобой, пока ты носишь моего ребенка. Кто знает, что могут сделать с тобой мои противники, что может сделать Дамблдор? — спросил он с опасной ноткой в ​​голосе.       — Дамблдор никогда бы не обидел невинного ребенка, — яростно отрицал Поттер.       — Он бы не стал, не так ли? — коварно спросил Волдеморт. –Тогда, когда у магглов была самая страшная война, известная человечеству, он бы предложил приют детям, которые жили в мире магглов, не так ли? Потому что позволь мне сказать тебе, Поттер, — выплюнул он, скрестив руки на груди и возвышаясь над мальчиком в гневе. – Он весело отправил меня обратно в тот мир, где слишком много людей просят милостыню на улицах, не зная, доживут ли они до следующего дня. Тем временем ему подавали три сытных обеда в день, пока он благополучно сидел в своем замке. Дамблдор может говорить, что заботится о детях, но когда ему предоставляется возможность действовать, он сидит сложа руки, не заботясь об их страданиях. Скажи мне, Поттер, сколько раз ты был ранен или чуть не погиб во время учебы в Хогвартсе?       Поттер открыл было рот, чтобы ответить, но, очевидно, не смог придумать никакого контраргумента, так как снова закрыл рот. Затем, по-детски фыркнув, мальчик скрестил руки на груди и угрюмо посмотрел на Темного Лорда. Волдеморт невесело усмехнулся.       — Я так и думал, — ответил он. – Ты останешься в этом поместье, рядом со мной, чтобы никто не причинил тебе вреда, пока ты будешь носить моего ребенка.       — А что будет после того, как он родится? — спросил Поттер, пытаясь выглядеть устрашающе, но Волдеморт уловил неуверенный свет в глазах мальчика. – Что со мной будет? Смогу ли я воспитать своего ребенка, или ты отдашь его Беллатрикс , — мальчик с отвращением выплюнул имя, — растить, пока ты, наконец, от меня отстанешь?       Волдеморт ласковым пальцем приподнял подбородок мальчика.       — Гарри, — мягко сказал он, обнажая зубы в улыбке, — ты носишь моего ребенка. – Он положил руку на округлую часть живота мальчика. – Как я могу убить тебя после того, как сделал мне такой драгоценный подарок?       Хотя Волан-де-Морт не знал Поттера вдоль и поперек, он знал о мальчике достаточно, чтобы понять, что Поттер никогда не подумает причинить вред другому родителю своего ребенка, даже если он действительно окажется Темным Лордом.       Поттер ошеломленно уставился на него, слегка приоткрыв губы, и бессознательно наклонился под прикосновение Темного Лорда. Волдеморт жадно смотрел, как парень облизнул губы и сглотнул.       — Тогда какие у тебя планы насчет меня после рождения ребенка? — тихо спросил он.       — Я буду охранять тебя, — пообещал Волдеморт. – Я дам тебе все необходимое для комфортной жизни и помогу вырастить моего ребенка.       — А что, если я заставлю его поверить, что чистокровные ничем не лучше магглорожденных? Что магглы заслуживают нашего сострадания? — спросил Поттер, приподняв бровь. Волдеморт почувствовал всплеск раздражения из-за сварливого характера мальчика. Будет ли каждый разговор спором?       — У нас будут свои… разногласия по воспитанию детей, — сказал Волдеморт сквозь стиснутые зубы. – Но когда потребуется, мы выступим единым фронтом.       Взгляд Поттера смягчился, когда он изучал Темного Лорда.       – Ты действительно хочешь, чтобы наш ребенок рос с обоими родителями, да? – Он фыркнул, проведя рукой по своим темным волосам. — Боже, посмотри на нас, парочка запутавшихся сирот собирается вместе воспитать ребенка, — влажно рассмеялся Поттер. Как этот ребенок вообще может стать нормальным? – Парень вслух задумался.       — Любой мой ребенок не будет нормальным, Поттер, — оскорбленно ответил Волдеморт. – Он будет великолепен.       Нахальный мальчик закатил глаза на это замечание.       — Мы все начинаем одинаково, Том, — упрекнул он. Хватка Волдеморта на подбородке мальчика крепче сжалась.       — Откуда ты узнал это имя? — тихо сказал Волдеморт.       — От тебя, гигантский придурок, — ответил наглый мальчишка. — На втором курсе какая-то… младшая версия тебя появилась из дневника и вселилась в Джинни Уизли, заставив ее открыть Тайную Комнату. Прежде чем попытаться убить меня, он поделился со мной тем, как буквы его имени переставляются так, чтобы получилось «Я — Лорд Волдеморт».       Хотя его глаза не выражали никаких эмоций, кроме гнева, кровяное давление Темного Лорда подскочило от страха. Дневник. Его первый хоркрукс.       – А что случилось с моей младшей версией в дневнике? — спросил он напряженно, заставляя свою руку оставаться на подбородке Поттера и не касаться горла мальчика.       — Он умер, когда я проткнул дневник клыком василиска, — гордо ответил Поттер. Где-то в комнате разбился стакан с предположительно дорогим бренди, и мальчик вздрогнул от звука.       В бешеном сознании Волдеморт призвал домового эльфа, чтобы тот провел Поттера в его комнату, а затем ворвался в поместье. Все, кто видел его, держались на расстоянии при взгляде на лицо своего Господа. Он собирался вырвать Люциуса Малфоя из тюрьмы и проводить каждый день, заставляя этого человека желать, чтобы он вернулся в Азкабан.