Зелень, щекочущая наши ступни.

Under the skin - &TEAM .・。.・゜✭・.・✫・゜・。. Сяотин вернулась на кухню. Девушки посидели ещё пятнадцать минут, а после Тин проводила их до калитки и вернулась в дом. Как только Шэнь исчезла за дверью дома, Бахи достала из сумки сок и дала один пакетик Хикару. — Спасибо, — поблагодарила она, забирая сок. Она достала соломинку, с трудом вставила её в дырочку и начала пить. Сок был тягучим и немного кислым, он оставался на губах и языке. В какой-то момент Бахи взяла Эзаки за руку, и теперь они шли, держа в одной руке по пачке сока, а скрепленными вместе руками махали вверх-вниз. Как только пакетики были опустошены, девушки стали искать урну поблизости. Хикару заприметила одну в переулке и направилась туда. Привязанная к ней, как на верёвочке, Бахи поплелась следом. Эзаки бросила сок в помойное ведро и случайно столкнулась лицом с Бахи, которая тоже планировала выбросить свой мусор. Они смотрели друг другу в глаза, неловко улыбаясь. В один момент в голове Хикару что-то щёлкнуло, заставив её ещё больше приблизиться к лицу Хюнин и поцеловать её. Это вовсе и не было поцелуем. Она лишь осторожно чмокнула младшую в губы и отстранилась. Бахи вытаращила глаза от неожиданности, и не задумываясь решила повторить тоже самое - поцеловать старшую. Это было обычное соприкосновение губами, потому что обе не знали, что делать дальше. Они простояли так, казалось, минуты две, но на деле время летело куда быстрее. Хикару, как и все "старшие", решилась взять ситуацию в свои руки. Вспоминая все свои страстные поцелуи с помидорами в свои четырнадцать лет, она попыталась углубить поцелуй, но видимо Бахи не очень поняла зачем Эзаки понадобилось облизать её губы. На губах Бахи осталось послевкусие от сока. А может это был вкус не сока, а ее губ. Наконец, девушки изловчились, видимо, решили перевернуть в своей памяти все любовные фильмы, где клишированная парочка пытается произвести друг на друга незабываемое впечатление. И вот Эзаки уже более напористо целует Бахи. «Французский» поцелуй – так бы назвали это со стороны мимо проходящие, но увы из их уст вырвалось бы только осуждение. Ведь это неприемлемо для них - людей, в чьих головах глубоко засели стереотипы прошлых веков. Губы Бахи были такими же тягучими, как и сок. Это удовольствие заставляло желать большего от поцелуя. Воздуха становилось катастрофически мало, ну или же это были нервы и неопытность, поэтому через пару минут девушки отстранились, неловко смотря друг другу в глаза. Обе не знали, что сказать, но были по уши красными и довольными неопытным недоразумением, под названием "поцелуй". Бахи просто протянула свою руку Хикару, которую та выронила, нуждаясь отправить свои руки куда угодно, лишь бы не оставлять их на одном месте. За это короткое время они успели исследовать не так много, как хотелось бы. Ладони перемещались и ощупывали то лопатки, то рёбра избегающей солнца девочки. Пальцы её рук поднимались и опускались вверх-вниз, будто по ступенькам, что были позвонками розоволосой. Для Бахи это было в новинку. В полной тишине они пошли к дому Хикару. Лужи воды хлюпали под ногами. Когда обе переварили произошедшее, Бахи решила спросить: — Ты раньше целовалась? Честно говоря, Эзаки ожидала услышать, что-то типо:«я тебе нравлюсь? бла-бла-бла», поэтому она впала в небольшой ступор, и быстро одумавшись, отрицательно покачала головой. — Нет? — удивлённо переспросила Бахи. — Нет, с чего ты так решила? — поинтересовалась Хикару. — Просто, ты целовала меня так, будто я у тебя не первая, — с усмешкой высказывала свои впечатления Бахи. — Единственный с кем я до этого целовалась, — она сделала паузу для того, чтобы решиться сказать, чем заинтересовала Бахи. — это — помидор. Скажи ещё — что ты так не делала. — Нет, — коротко ответила Хюнин. — Да ты жизни не видела! — воскликнула Эзаки. — Неужели ты никогда не целовала помидор или, на худой конец, подушку, представляя человека, что тебе нравится? — все не унималась Эзаки. — Нет, не было такого, — подумав, ответила Бахи. Хикару закрыла рукой негодующий рот. — Чтож, надо навёрстывать упущенное, — серьёзно сказала она. — В каком смысле? — не поняла Хюнин. — Помидоры целовать у меня будешь, — ответила Эзаки. — Что?! — вытаращила глаза младшая. — не буду я, — запротестовала она. — Да ладно, шучу я, — закидывая ей руку на плечи, сказала Хикару. *** В этот раз Хикару решила оправдать звание старшей и проводила Бахи до дома. Попрощавшись с ней, она пошла к себе. Эмоции так и переполняли её, она прыгала, делала случайные балетные движения (откуда она их знает вообще) и пыталась не закричать на всю улицу. Она вошла в дом, в гостиной сидела бабушка и что-то вязала. — Привет, — широко улыбаясь, поздоровалась с ней Хикару. — Привет, что это с тобой? — поинтересовалась бабушка, заметив хорошее настроение внучки. — Да так, — отмахнулась Эзаки. — Как время провели? Под дождь не попали? — Отлично, нет, мы почти сразу ушли к Сяотин, — доложила Хикару. — а теперь, с вашего позволения, я пойду к себе, очень устала. — Чтож...Иди, — сказала бабушка, проводив Хикару взглядом. Эзаки вошла в комнату и прыгнула на матрас, крепко обняла подушку и задëргала ногами, как типичная главная героиня в американском сериале, когда популярный парень, по которому она сохнет, просто посмотрел на неё. *** Утром Хикару проснулась от тарабанющего по крыше дождя, где-то вдалеке проносился гром и через окно были видны сверкающие молнии. Сна не было ни в одном глазу, поэтому Хикару кое-как встала с кровати и поплелась на кухню. К её большому удивлению — бабушки там не было, но на столе она заметила записку: «Хикару, я уезжаю в соседний город на весь день, если что еда есть в холодильнике, и на плите стынут булочки, — Хикару подняла взгляд на плиту. На ней стоял железный противень, закрытый кухонным полотенцем. — Можешь позвать к себе Бахи, я вернусь поздно вечером, поэтому не жди меня. Бабушка Харуко» Зрачки Эзаки внезапно расширились. Она выбежала из дома, на скорую руку надев первую попавшуюся обувь, добежала до дома Бахи и позвонила в звонок. Через пару минут ей открыла, судя по всему, мама Хюнин. — Здравствуйте, — кланяясь, поздоровалась Хикару. — Здравствуй, ты к кому? — поинтересовалась женщина. Еë волосы тоже были покрашены в необычный цвет. В отличии от Бахи и Кая, она выглядела, как азиатка. На ней были простые домашние штаны, розовая футболка и фартук. — К Бахи, — ответила Эзаки. — Так это ты та Хикару, про которую она твердит постоянно? — спросила мама Бахи. Хикару даже не думала, что Бахи кому-то о ней рассказывает. Она была приятно удивлена. Она кивнула головой. — Бахи так нахваливала тебя, теперь понимаю почему, — рассматривая Эзаки, сказала женщина. Пока Эзаки стояла в недоумении, мадам Хюнин позвала Бахи и через пару минут она уже стояла на пороге, улыбаясь старшей. — У меня бабушка уехала, не хочешь ко мне пойти? — спросила Эзаки. — Хочу! А что мы будем делать? — поинтересовалась младшая. — Не знаю, там посмотрим, — ответила Хикару. — Ну ладненько, идём, — закрывая дверь, сказала Хюнин. Она схватила Эзаки за руку и понеслась к её дому. Эта её привычка заставляла полуживых бабочек в животе Хикару порхать. *** Они ворвались в прихожую, как два маленьких урагана, раскидали мокрую от дождя обувь и вошли на кухню. — Ты голодна? — спросила старшая. — Немного, — стесняясь, ответила Бахи. — Чай? Кофе? — предложила Эзаки. — Зелёный чай, — выбрала Хюнин. Хикару кивнула и стала искать в шкафчиках чай. Бахи смотрела на неё влюблёнными глазами, следила за каждым движением, глаза бегали туда-сюда. Она рассматривала её аккуратный профиль, разглядывала шею, на которой проглядывали маленькие родинки, рассматривала небольшие ладони и аккуратные красивые пальцы, наливающие чай в чёрную кружку. Эзаки выложила несколько булочек с противня на тарелку и поставила на стол. Бахи облизнула губы. — Бери, чего сидишь? — пододвинула к ней тарелку Хикару. — А ты? — спросила Бахи, выбирая булочку. — Я не голодна, — ответила старшая. — Ты уверенна? — переспросила Хюнин. — На все сто, ешь, — глотнув кофе, сказала Эзаки. Бахи откусила небольшой кусочек булочки и одобрительно закивала головой. Булочка исчезла за считанные секунды. Эзаки любовалась этой девочкой, смотрела, как та мило ест, следила за каждой песчинкой сахара, что падали с её ладоней, замечала, как краснеют её уши. — Можно тебя поцеловать? — смотря прямо в глаза младшей, спросила Эзаки. — Что? — спросила Бахи с набитым ртом. Видимо, не расслышала. — Можно тебя поцеловать? Бахи замялась, подумала пару секунд и одобрительно кивнула. Хикару потянулась к манящим губам через стол, разместила свои руки на мягких щеках Хюнин и нежно поцеловала. Сегодня они были сладкими, настолько сладкими, что Эзаки не желала от них отрываться. Воздуха становилось меньше, поэтому старшая отстранилась, поцеловала Хюнин в щеку пару раз и села в исходное положение. Она глотнула кофе, как ни в чем не бывало и посмотрела на красную, как помидор Бахи. Она потупила взгляд и через пару секунд взяла ещё одну булочку. *** Когда девушки закончили трапезу, они переместились из кухни в комнату Эзаки. Они сидели в обнимку на матрасе старшей. Смотрели друг другу в глаза, иногда прерываясь на лёгкие (и не только) поцелуи. — Я долго думала, как задать тебе этот вопрос, но так и не придумала. Поэтому, начну с банального — вчера и сегодня.. я могу считать это за проявление твоих чувств ко мне? — поинтересовалась Хюнин. — Конечно, — ответила Эзаки. — То есть..? — начала Бахи. — То есть, Бахи мне нравится, — смело продолжила Хикару. — даже не так, Хюнин Бахи, я тебя люблю, — переформулировала она. Уши младшей загорелись красным. — Да, я...я тоже тебя люблю, — уверенно, но запинаясь произнесла она. Эзаки в который раз за сегодня прильнула к её губам. Она расцеловывала каждый сантиметр её лица, сталкиваясь с искрящимися глазами, нежно улыбалась им и продолжала целовать мочки ушей, щеки, лоб, глаза и нос. Она оставила сотню невесомых поцелуев на её ключицах и ещё сотню на шее. Бахи так и сияла. Когда Эзаки закончила, она взглянула на младшую и широко улыбнулась ей, та покраснела и вытянула губы в неловкую улыбку. — Значит ли всë это — что мы встречаемся? — спросила Хюнин. — Я хотела предложить, не обламывай, — прошептала старшая. — богоподобная Хюнин Бахи, не против ли вы стать моей девушкой? — Не против, я всеми руками за, — ответила младшая. Эзаки прижалась своим лбом к её и крепко обняла. — Я люблю тебя, Хюнин Бахи, — заявила она. — Я тоже люблю тебя, Эзаки Хикару, — младшая прижалась к Эзаки и поцеловала в плечо. — Не хочешь сходить погулять? — предложила старшая. — Хочу, сходим на цветочную поляну? Я хочу собрать цветочки и засушить, я делаю так каждый год, — поделилась младшая. — Не могу заставить твои цветочки ждать. Идём, — вставая с матраса, сказала Эзаки. Она подала руку Хюнин, помогая ей подняться. Прихватив деньги из копилки в шкафу, Хикару вышла из комнаты. Бахи ждала её в прихожей, Эзаки быстро обулась и вышла из дома вместе с Хюнин. Они направились на цветочную поляну. *** Путь занял минут пятнадцать. Девушки вышли на уже знакомое цветочное поле за пекарней Сяотин. Бахи бегала по полю и искала самые красивые цветы, Хикару медленно следовала за ней. — Зачем ты засушиваешь цветы? — поинтересовалась Эзаки. — Это в память о каждом прожитом лете, жизнь коротка, никогда не знаешь, когда она оборвётся. Я очень люблю лето, поэтому я храню цветы, потому что каждое лето особенно по-своему. Например, этим летом я встретила тебя, и эти цветы будут в память об этом лете. Прошлым летом сюда переехала Сяотин, а в позапрошлое случилось не самое приятное, но цветы с того лета всë ещё хранят память о нём, — рассказала Бахи, разглядывая синие незабудки. — А что случилось позапрошлым летом? — спросила Эзаки. — Сюда приехала на лето, как и ты, девочка из города. Мы подружились, позже оказалось, что она чем-то болеет. В августе она умерла, незабудки с того лета в моей тетрадке напоминают о ней, — грустно оглядев цветы, сказала младшая. — Господи, это ужасно, наверняка, она в лучшем из миров, — посочувствовала Хикару. — Да, я чувствую это, — подтвердила Хюнин. Она, как ни в чем не бывало, продолжила собирать цветы. В её руке был целый букет разноцветных цветов. Эзаки присела на траву и прикрыла глаза. — Хикару! Иди сюда! — звала Бахи. — Что там? — вставая, спросила старшая. По мере приближения к кустам, у которых стояла Бахи, Хикару стала слышать пронзительное мяуканье. — Смотри, — указала пальцем на животное младшая. — давай заберём его? — предложила она. — Где он будет жить? — поинтересовалась Эзаки. — У меня дома, но он будет наш с тобой. Заберём? Я ему уже имя придумала, — заявила Бахи, глядя на котёнка сияющими глазами. Котёнок продолжал жалобно мяукать. Его голубые глаза бегали от одной девушки к другой. Белая шерстка искрилась на солнце, на спине было маленькое серое пятнышко. — Ну, хорошо, раз он будет жить у тебя, давай заберём, — согласилась Хикару. — Возьми его пожалуйста, у меня цветы в руках, — попросила Бахи. Эзаки аккуратно взяла котёнка на руки. После чего девушки направились в сторону магазина, где работает Кай. *** Колокольчик на двери известил о приходе посетителей. Кай заметил девушек и помахал им рукой. — А это, что за чудо? — спросил он, заметив комочек шерсти на руках Эзаки. — Это - Чериш, — ответила Хюнин. — Почему «Чериш»? Она же ни разу не красная, — поинтересовался Кай. — В честь вишнёвого сока.. «Который свëл нас», — мысленно продолжила Эзаки. — Я просто не знала, как ещё её назвать, — пояснила Бахи. — Оригинально, — ответил Кай. — Так, нам нужен кошачий корм, — заявила младшая, ищя глазами нужную полку. Заприметив круглую табличку с головой кошки, Бахи направилась в её сторону. Кай и Хикару неловко почесали затылки, оставшись наедине. Эзаки вспомнила всë, что вытворяла с его сестрой, хоть это и не было чем то настолько интимным, но ей стало стыдно. К ушам подступила кровь, они загорелись ярко-красным. Внезапно Кай решил прервать тишину: — Как твои дела? — Отлично, — отчеканила Эзаки. — Между тобой и Бахи, что-то есть? — поинтересовался парень. — Что? — Хикару не ожидала такого вопроса. — в каком плане? — опережая своë необдуманное: «как ты догадался? бла бла бла», спросила она. — Ну, в романтическом, — прошептал Хюнин. Эзаки встала в ступор. Она не знала, как Кай отреагирует на нетрадиционную ориентацию сестры. Она думала, захочет ли Бахи рассказать об этом ему, благо, из раздумий её вывел спокойный голос младшей: — Кай, у тебя тут не прилавок с кошачьим кормом, а целая Нарния — корм для взрослых кошек, стерилизованных, пожилых, веганский корм и ещё сотня видов, — дивилась разнообразием кормов она. — Надеюсь, ты знаешь какой тебе нужен? — взглянув на пачку в её руках, спросил блондин. — судя по всему — нет, — замечая надпись:«для взрослых кошек» на пакете, сказал он. — Я взяла первый попавшийся, — пояснила младшая. — Я так и понял, давай сюда, — изымая пакет из её рук, вздохнул старший. Он направился к стелажу, возле которого Бахи несколько минут назад отчаянно изучала непонятные названия. — Бахи, — обратилась к девушке Эзаки. — ты собираешься рассказывать Каю о нас? — поинтересовалась Хикару. — Да, если ты не против. Почему ты спрашиваешь? — Несколько минут назад он спросил, есть ли между нами что-то, — пояснила Эзаки. — Ну, я скажу ему, когда буду готова.. Но если опять спросит — скажешь: да, — старшая кивнула на её слова. Через пару секунд Кай вернулся с пакетом сухого корма. — Вот так он должен выглядеть, — показывая пальцем на название, сказал парень. Он направился к кассе, быстрым движением сканировал код на товаре, положил пару купюр в кассу и отдал покупку младшей. — Спасибо, Кай!! пока, — попрощалась она. — Пока, — тихо сказала Эзаки, плетясь за Хюнин. Погода испортилась. Солнце скрылось за серыми тучами, предвещая дождь. Дождь капал всë сильнее. Девушки поспешили к дому Бахи. *** За несколько минут они добежали до места назначения. Запыхаясь, вбежали на крыльцо и стали переводить дыхание. Волосы и одежда были мокрыми. Котёнок жалобно мяукал на руках Эзаки. Одумавшись, Хюнин запустила гостей в дом. На пороге их встретила её мама. — Здравствуй, — поприветствовала она Хикару. — а это кто? — взглянув на комок шерсти, спросила она. — Мама, это - Чериш, она будет жить с нами. Ты же не против? — поинтересовалась Бахи. — Конечно не против, — ответила она, направляясь в ванную. В своей голове Хюнин уже во всю танцевала, каждая её частичка была рада новому пушистому соседу. А главное - он будет в память о вишнёвом поцелуе. Мадам Хюнин вернулась с тремя махровыми полотенцами. Отдала два девушкам и забрала котёнка из рук Эзаки. Она бережно вытерла его мокрую шерсть и закутала в полотенце. — Бахи, дай Хикару сменную одежду, — сказала она. — Не нужно, я пойду домой. Кажется, дождь не на шутку разыграется, а мне нужно ещё кое-что сделать до приезда бабушки, — на самом деле ей ничего не нужно было делать, Хикару просто хотела поскорее попасть домой и уснуть на несколько часов. — Ну хорошо, тебя проводить? — спросила мадам Хюнин. — Спасибо, не надо, — отказалась Эзаки. — До свидания, — открывая входную дверь, попрощалась она с мамой Бахи. Бахи вышла вместе с ней на крыльцо. Убедилась, что никто не может их видеть и поцеловала Хикару в щёку. — До завтра! — сказала она. — До завтра, — ответила Эзаки. *** Хикару не торопилась попасть в тепло, не торопилась высохнуть и не торопилась избавить себя на завтра от насморка. То-ли она хотела побыть в одиночестве, то-ли её что-то терзало. Кто знает. Её не беспокоили напрасно высушенные волосы у Хюнин, которые теперь противно липли на лоб и местами на щёки, не беспокоила насквозь промокшая розовая кофта, которую следовало бы снять и выжать. Уверена, что образовалась бы еще одна лужа, размером с Эзаки, а может и с две. Она не обращала внимания на хлюпающие кроссовки и не было ей дела даже до, мерзко прилипающих к ступням, носков. Медленным шагом шла она в сторону дома, попутно пиная камни. Она не выбирала какие ей пнуть, поэтому летели всякие и во все стороны. Камни с небольшой болью отскакивали от уже мокрых носов кроссовок и попадали в лужи грязи, и без дождя создавая кучу брызгов. Тучи продолжали проливать свои слёзы до тех пор, пока Хикару не дошла до порога своего дома. Казалось, она шла весь день и можно было выплакать всё до единой капли. *** Хикару сняла измученную мокрую кофту, с которой мгновенно начала капать или даже лить вода. Раннее розовая кофта, а теперь комок какой-то темной ткани был отправлен в плетеную корзину с грязным бельём. На чёрной футболке она заметила белую шерсть котёнка и невольно улыбнулась. Девушка поплелась в свою комнату. Она стояла на её середине перед окном. Всё оно было размыто от дождя. Эзаки стянула с себя надоедливо прилипающую футболку, оставшись в одном топе. Тот не повторил участь кофты и второго элемента одежды, а поэтому остался нетронутым на теле девушки. Накинув на себя сухую одежду, Эзаки плюхнулась на свой матрас, и как только голова коснулась подушки – уснула.