По ту сторону предсказания

Шуршание листьев будит его ранним утром, как всегда, успешно заменяя будильник. Олег потягивается, радуясь яркому солнцу, что светит сквозь окно, предвещая интересный день и много работы. Он поднимается на локтях, выглядывая из окна, чтобы запечатлеть в своём сознании такую привычную и знакомую картину: яркие птицы щебечут на своём загадочном языке, в то время как двурог спокойно жуёт траву, этот парень всегда любил находиться поблизости безопасной хижины, чувствуя, что ему всегда тут будут рады. Олег немного гордится, что добился такой лояльности у этого спокойного малыша. Яркая листва немного светится из-за оказываемой на неё нагрузки, и за все годы жизни в этом месте Олег так и не смог понять, хорошо это или плохо. Сложно разговаривать с растениями, даже если имеешь для этого всё необходимое, эти ребята замкнуты и не желают делиться чем-то новым. Так что он перестал давить, к тому же откуда бы им знать? Олег не может точно сказать, от какого влияния он умрёт и как этого избежать. Не нужно требовать большего у ромашки. — Сегодня будет прекрасный день, — выдыхает он в воздух, на его лице растекается улыбка, он поворачивает голову, переводя взгляд на своего ближайшего друга-грибочка. — А что ты думаешь, Аранара? Грибок лишь недовольно бурчит в ответ, но на его лице, как всегда, играет немного дурацкая улыбка. Это могло бы раздражать, но Олег слишком долго знает этого парня, чтобы как-то реагировать. Он лишь сползает с кровати, немного дрожа от свежести раннего утра. Он бросает взгляд на своего кота, который уютно свернулся на кушетке рядом со столом. Его крылышки трепещут от небольшого ветерка, и Олег просто не может не умилиться представшей перед ним картине. — Как ты думаешь, Сёма бы расстроился, если бы я не взял его на утренний обход? — спрашивает парень у Аранары. — Точно нет, я всё не мог заснуть от того, как он гонял клубок до полуночи, я бы не рискнул будить его прямо сейчас, — продолжает бурчать грибок, в то время как его руки готовят закуски из свежевыращенного картофеля. У Олега текут слюнки, но он прекрасно знает, что получит свою порцию только после утренней работы. Ему пора бы начать. — Хорошо, но, если у него возникнут вопросы, он знает где меня найти, — Олег натягивает свой обычный наряд из зелёных штанов и футболки чёрного цвета, перекидывает через плечо сумку со всем необходимым и покидает своё убежище. Пора навестить своих друзей и присмотреть за порядком.

***

— Так что такое Трензалор? — в очередной раз спрашивает Арсений, смотря на озабоченные лица Антона и Оксаны, которые начинают его напрягать. А стали они такими всего от одного странного слова. Арсений провёл уже несколько недель, тренируя свою магию и наблюдая, как магия на пальцах Антона всё сильнее восстанавливается, принимая свой естественный оранжевый, вместо блёклого серого. Она всё ещё слаба и, как сказал сам Антон, возможно, никогда не сможет восстановиться в полной мере, но это уже гораздо больше, чем в момент, когда они только встретились. Это помогает им обоим. Антон чувствует себя увереннее, зная, что может помочь чем-то большим, чем раньше. Арсений же сосредотачивается на чужой магии, и это помогает понять, в чём суть заклинания, взять пример. Ему нравится магия Антона, она кажется доброй и тёплой. Ему нравится, как его магия принимает и радостно жмётся к магии Антона, это всегда кажется чем-то интимным, и Арсений не может перестать проделывать этот трюк раз за разом. Антон никогда не бывает против. Сегодняшний же день был ознаменован решением старейшин, которое они должны были принять относительно его ситуации. И вот всё, что он получил, — это сообщение. Всего одно слово. «Трензалор» Это слово кажется ему знакомым, будто гуляет на задворках сознания, но он всё никак не может вспомнить. — Это заповедник в северной части страны, — сглатывает Оксана, и до Арсения наконец доходит осознание. — Мы всегда просто называли его заповедником, — пожимает он плечами, не видя повода для беспокойства. Трензалор был специальным местом, созданным правительством в попытках сохранить часть дикой магической природы в полном её жизненном цикле. Заповедник был огорожен множеством магических барьеров, и вход туда был запрещен всем, кроме специализированных учёных. Там обитали вымирающие редкие магические животные. Насколько знал Арсений, там была своя закрытая экосистема, и вмешательство для поддержки жизни не требовалось. — Если я правильно понимаю, — Арсений в шоке смотрит на рычащего от злости Антона, тот сжимает столешницу так сильно, что его костяшки становятся белыми, — то именно там находится единственный обладатель красной магии. — Это плохо? — спрашивает Арсений. В его душе зарождается беспокойство, он никогда не видел, чтобы Антон так сердился на ситуацию. — Ахуенно, блять! — вскакивает со своего места Антон, начиная наматывать круги по комнате в попытках выбросить из себя лишнюю энергию. — Просто восхитительно! Оксана проводит руками по усталым, сонным глазам, пытаясь собраться. Последние недели не были для неё лёгкими. — Антон хочет сказать, — начинает девушка. — Хуять! — прерывает ни на секунду не останавливающийся Антон. — Что судя по тому, что Старейшины… — Хуейшины! — Не дали нам никаких инструкций… — Хуюкций! — Антон! — Что? — восклицает парень, падая на стул рядом с Оксаной. — Успокойся! — А я спокоен! — отвечает он полукриком и начинает панически трясти ногой, из-за его роста это отдаётся глубокой рябью по столу. Арсений убирает с него руки. Оксана предпочитает не реагировать. — Так вот, — продолжает она. — У нас есть информация, но Старейшины решили, что мы сами должны решить эту проблему. И лишь вам решать как. — А какие варианты? — Вар… — А вариантов масса! — вновь вскакивает Антон, поднимая руки вверх в подобии прыжка. — Загибай пальцы. Пойти в этот чёртов лес и умереть из-за чёртового портала, который не впускает туда кого попало — раз! Пойти в лес и умереть от диких животных — два! Пойти в лес и умереть от волшебника с красной магией, который, судя по всему, наложил на тебя это заклинание — три! Никуда не идти и умереть от истощения — четыре! — Антон, — голос Оксаны хриплый и уставший. К удивлению, это успокаивает парня гораздо лучше, чем крик. Арсений не знает, что именно происходит с девушкой. Но, судя по всему, убийства их товарищей и дальнейшее расследование повлияло на неё отнюдь не положительно. Это истощает её с каждым днём всё больше, и Арсений до сих пор не понимает, как ей удаётся оставлять энергию для его защитного купола. — Но, в общем-то, он прав. Арсению не нравятся его шансы на выживание. Но, несмотря на крики и желание Антона разорвать весь состав Старейшин в клочья, он видит в его глазах огонь, который способен испепелить каждое дерево на этой земле, если того потребуют обстоятельства. И каждая минута, каждый миг, проведённый вместе с этим человеком, говорит ему только об одном. — Я выбираю пятый вариант: мы идём в лес, снимаем заклятие и возвращаемся живыми, — он видит ухмылку на чужих устах, и его сердце просто не может биться быстрее для Антона, не получая тахикардии. Великий Мерлин, он так чертовски влюблён.

***

Смотря на огромное пространство заповедника, Олег просто счастлив, что может создавать небольшие карманные порталы, чтобы его путешествие не занимало весь день. Хотя он уверен: дня не хватит. Он помнит свои первые дни в этом месте. Он уверен, от входа до его убежища три дня беспрерывного пути, в то время как ему нужно посетить все уголки Трензалора буквально за утро. Он никогда не давал себе и своему занятию название. Он просто помощник, тот, кто смотрит, как идёт жизнь, и помогает в самые отчаянные моменты. Он не вмешивается в ход событий, если только того не требуют обстоятельства. И порой это так больно. Но, несмотря ни на что, он просто не может мечтать о чём-то большем. Первый ребёнок за сто лет, что родился с яркой красной магией. Ребёнок, которого боялись все вокруг, а он задыхался от боли в костях и сжатого горла. Его магия слишком сильна для бетонных коробок, ведь прямо сейчас он чувствует, как сама земля проходит сквозь него, забирая и стабилизируя его состояние, и это было самое правильное решение в жизни. Он не чувствует себя одиноким, он чувствует себя счастливым. Даже когда он был в самом начале пути и был ранен больше раз, чем, кажется, дышал, он всё равно улыбался чаще, чем в городе, полном людей. Это поражало. Но не теперь. Прошло столько лет, и он давно перестал считать. Нет необходимости. Первая станция в его повседневности — это Дикора. Большая птица с ярким оперением, но кротким характером и громким криком, который отпугивал всех любопытных. Несмотря на её размеры, похожие на среднего льва, она была травоядной, а её клюв, что когда-то был любимым лакомством браконьеров, помогал ей разделывать кокосы и крупные орехи. На его попечении была молодая семья, у которой вот-вот должно было появиться первое потомство, из-за чего они были немного взволнованы. Олег знал маму Дикору с самого детства, когда он спас её, совсем маленькую, отставшую от матери, которая искала место для нового гнезда. Теперь же она сама должна дать потомство. Этот жизненный круг завораживал мужчину. Так что он был немного в шоке, когда, вместо миролюбивой Дикоры, которая любила ластиться под его пальцами и выпрашивать вкусняшку, его встретил дикий рёв и красные глаза, наполненные яростью. — Эй, малышка, что такое? — аккуратно спрашивает Олег, выставляя перед собой яркий щит и отступая на пару шагов. Он делает это медленно, не желая злить птицу. Это помогает немного смягчить Дикору, она перестаёт кричать, но всё равно стоит на месте, не подпуская его к себе и гнезду, глаза всё также горят красным. Олег не может не переживать за семью молодой птахи. Что, если ночью случилось что-то плохое? На них напал хищник. Лев-иллюзионист? Скалистые собаки? Огненные гиены? Хотя щиты… Не успевает он прогнать в голове всю кучу ужасных вариантов, когда до него доходит ответ. Из-за кустов, где, он точно знает, находится гнездо с кладкой, раздаётся хор негромких, писклявых голосов. — Ох, милая, ты стала мамой! — радостно подскакивает мужчина, тут же подаваясь назад, подальше от птицы, когда Дикора бросается на него, но не отходит от гнезда, просто цокая своим клювом. — Хорошо, малышка, материнский инстинкт, я понимаю. Олег достаёт из сумки небольшую порцию ярких семян, которые, как он знает, точно понравятся его малышке, и оставляет их на дорожке, покидая это место. Кажется, Дикору пару дней придётся оставить наедине со своей семьёй. Яркая магия переносит его в следующий пункт назначения.

***

— Помнишь, как я учил тебя смотреть на магию человека? — спрашивает Антон, внимательно всматриваясь в чужое лицо. Они сидят напротив друг друга, их колени немного соприкасаются, и Арсений пытается просто дышать. В его голове много мыслей. Он давно понял, что ему нравится Антон, но боялся признать даже в собственной голове, как далеко это зашло. Но теперь, когда он перестал убегать сам от себя, он довольно легко признал простую истину. Он влюблён в этого мужчину. Причём Антон понравился ему с самого начала, с того самого момента, когда он заглянул в его пустые глаза. Теперь это не так. Теперь он может различить эмоции в этих глазах, понять, что значат блики в зелёных зарослях. А самое главное, он стал понимать самого парня. У него до сих пор нет всей картинки, но даже этого достаточно, чтобы понять: Антон замечательный. И ему не хочется его отпускать. Благо, пока это не требуется. — Да, — сглатывает он. Может, снаружи он совершенно спокоен, но внутри у него взрываются фейерверки. — Пора брать уровень повыше. — Снова будешь учить меня школьным истинам? — улыбается Арсений. Улыбка просто вырывается из самого его существа. Он не знает, выживет ли в ближайшие несколько дней, нравится ли он Антону хотя бы как друг, но это неважно. Его всегда вдохновляла влюблённость. Влюблённость в Антона окрыляет. — Прости, но я не знаю, чему учат в школе, — пожимает плечами Антон. — Что это значит? — хмурится Арсений — Я не ходил в школу. — Почему? — аккуратно спрашивает Арсений, и Антон просто пожимает плечами. — Был на домашнем обучении. — Но ты же сдавал экзамены для аттестата? — У меня нет аттестата. Меня учили мои родители. И они всегда были влюблены в магию. Я прочитал столько магических книг, что порой я удивляюсь, почему моя голова не лопнула. — Вау, — выдыхает Арсений. Кажется, у их родителей было много общего. Только вот его оставили всю любовь к магии себе и не делились ей с Арсением, кажется, у Антона всё было совсем наоборот. — Ага, вау, — в глазах человека напротив мелькает грусть, и он отводит взгляд, прежде чем прочистить горло и вновь продолжить. — Уровень выше. — Я готов, — кивает Арсений. Как оказалось, видеть гордость в глазах Антона довольно быстро стало его личным сортом героина. — Начнём с основ. Магия есть у всех и всего в этом мире, — Арсений сразу же с сомнением смотрит на парня. — Что не так? — Но у многих людей нет магией, по статистике, количество людей с магией уменьшается с каждым годом, — он очень хорошо это помнит. — И это не отменяет того, что у всего в нашем мире есть магия. Это вложено в основу существования. Мне вообще кажется, что магия зарождает жизнь и существование. Но это антинаучно, — усмехается Антон. — Но почему тогда не все могут колдовать? — Просто их магия серая, как моя, когда была совсем слаба. Этого недостаточно для заклинаний, но это не значит, что её нет. Так же и с обычными предметами, все они серые. — И зачем нам это, о практичный Антон? — А это после практики, Арсений, — тот лишь обречённо вздыхает.

***

Громкое хлопанье окружает Олега, как только он перемещается на поляну, и на его лице тут же появляется улыбка. Это одно из любимых ощущений во время его утреннего обхода. Он никогда не знает, где появятся бабочки, ведь, в отличие от бабочек-малюток, бабочки имеют размах крыльев около метра, из-за чего быстро перемещаются по всему заповеднику. Эти милахи славятся яркой окраской и сладким цветочным ароматом, что привлекает местных диких пчёл, которыми они и питаются. Они не агрессивны, и их огромные крылья, которые так любят коллекционеры, чрезвычайно хрупкие. Так что Олег обычно ищет стайки вблизи скопления цветов, там, где пчёл больше всего. В этот день ему удаётся найти стаю всего со второй попытки, и его всегда радуют такие детали собственной жизни. Он любит устраивать небольшой перерыв и наблюдать за бабочками перед тем, как отправиться дальше. В сумке лежит небольшой перекус, и Олег с удовольствием кладёт в рот свежую, сочную клубнику, которую выращивает около своего дома. Сладость приятно разливается по языку, и он не может сдержать стон, наслаждаясь яркостью вкуса. В процессе поедания ягод к нему присоединяется Сёма, его домашний кот, который, судя по всему, проснулся и теперь прилетел проведать своего хозяина, аккуратно шелестя крыльями, дабы не спугнуть бабочек. Этот кот довольно умён. — Здравствуйте, Семён, — улыбается он коту, доставая из кармана небольшое количество мяса, которое всегда носит с собой, дабы угостить кого-то из животных. Кот тут же принимается за трапезу, довольно урча. Олег продумывает в своей голове, куда ему следует пойти дальше. Несмотря на всю его деятельность, он не знает каждого в этом заповеднике. Очень немногие животные хотят идти на сближение с человеком, из-за чего Олег патологически постоянно находится в опасности. Но его силовые щиты давно обосновали всю территорию, защищая его в редких случаях. Это также даёт защиту некоторым из его любимчиков. Он позволяет себе шалость не часто, он всё ещё за свободный круговорот жизни в живой природе, но, когда ты живёшь в окружении животных и собственных мыслей, довольно сложно потерять кого-то из них. Его магия свободно струится по воздуху, омывая красным куполом каждую частичку этого места, позволяя ему дышать спокойно. Но сегодня что-то не так. Нет никаких изменений, но он слышит, чувствует, как что-то меняется, деревья словно шепчутся между собой, ожидая чего-то. Он не знает, хорошее это или плохое, но одного этого факта достаточно, чтобы он вздрогнул всем телом. Ему придётся быть начеку, возможно, поставить ещё пару защит тут и там. Это добавит ему работы, но он никогда не был против. Пора идти.

***

— Сосредоточься на внутреннем себе, это почти как медитация, только тебе не нужно уходить глубоко. Ты должен быть над поверхностью, — шепчет Антон, и Арсений сосредотачивается на словах этого человека. Ему всегда нравилась медитация. Погружаясь в себя, ему удавалось поболтать с собственной магией, понять её немного лучше. Это способствовало тому, что заклинания удавались лучше, а контроль держался сильнее. Также он понял, как сильно его внутреннее ядро болеет из-за вмешательства чужой, ненужной магии. Как же он жаждет момента, когда сможет освободиться от неё. — Почувствуй магию вокруг себя, то, как она оплетает тебя коконом и идёт дальше, — и Арсений чувствует. Он чувствует различные энергии. Вокруг него, несомненно, его собственная, но рядом с ним другая, слабая, но настойчивая. Оранжевая магия. Ну конечно, он должен был почувствовать магию Антона вслед за своей. Его это уже не удивляет. Он слегка кивает головой, чтобы дать Антону понять, что он сделал так, как тот просил. — А теперь представь в своей голове, как это выглядит, как вокруг тебя сияет золотая яркая магия, вокруг меня оранжевая, а мир вокруг наполнен разными оттенками цветов, в основном серым и фиолетовым, — после первой же практики магии Антон понял, что Арсений воспринимает магию исключительно образами, и с тех пор не перестаёт рисовать перед ним картинку своими словами. Арсений уверен, что Антон чудесный наставник и учитель, но его мнение может быть предвзято. Он вновь кивает, когда перед ним рисуется картинка настоящего, полностью покрытая всеми цветами магии. Кажется, его мозг не способен вложить в мир вокруг серость, из-за чего его воображение похоже на маленького ребёнка, которому вручили набор цветных карандашей. Всё вокруг окрашивается в яркие цвета. Но его золотой и оранжевый Антона точно остаются на месте. — Открывай глаза, — следует приказ Антона, и Арсений тут же отзывается на его просьбу. Он открывает глаза и в шоке сглатывает. Он видит множество магических потоков, словно акварель расплывается в воде и тянет множество своих щупалец во все стороны, привлекая к себе внимание. Антон был прав, каждый предмет опоясан магией, и в основном она серая, но растения на подоконниках фиолетовые. Это не так красиво, как в его воображении. Но всё также шокирует. Поразмыслив, Арсений решает, что так лучше. Не так рябит в глазах. — Ты видишь их, верно? — уточняет Антон на всякий случай, и тот вновь кивает, переводя взгляд на Антона и наблюдая, как оранжевый красиво омывает фигуру парня. Это завораживает. — Арсений? — Да, я вижу. Только как нам это поможет? — В лесу мы не будем знать, куда идти, так что мы будем следовать за красными потоками магии. Так как растения никогда не достигают такого уровня магии, это потенциально должно сработать. — Должно? — приподнимает бровь Арсений. Антон сглатывает. — А вот животные такого уровня достигнуть могут. В основном хищники. В основном опасные. Знаешь, те, что с удовольствием нас съедят, — делится Антон. — Вау, хорошие новости, — присвистывает Арсений. — Ага, а ещё, как я говорил, портал — это очень сложная магия. И он впускает только из-за хороших намерений. — Но мы же не хотим ничего плохого, — не понимает Арсений. — Да, но мы и помогать не идём, мы идём в Трензалор ради эгоистических целей, и я не знаю, как среагирует портал, — Арсений это понимает. Как и то, что у них нет другого варианта. — У нас нет выбора. — Ты прав, — и на мгновение он видит в глазах Антона что-то, что не может расшифровать, но не заостряет на этом внимание. — Оксана создаст портал? — уточняет Арсений. Он понимает, что больше учёбы не будет, скорее всего, они уйдут сегодня-завтра, и его кровь горит от предвкушения, ожидания чего-то интересного, опасного. Его жизнь всегда была довольно скучной, так что теперь, когда новые эмоции поступают в его организм, он не так сильно против смерти. Это не суицидальные мысли, нет. Это мысли внутри человека, который поднимается на сороковой этаж лишь с хлипкой страховкой на спине. Это желание бродить по катакомбам и искать потерянные клады в заброшенных зданиях. И теперь, когда в его жизни стало так мало нормального, он уже не знает, смог ли бы вернуться. Погибнуть действительно было бы легче. — Ох, — Антон поднимает лицо, смотря в потолок и вознося руки к небу. — Система образования, он не знает, что такое портал! — Эй, я хорошо учился, — восклицает оскорблённый Арсений и уверенно выдерживает скептический взгляд Антона. Тому остаётся только вздохнуть и завести свою очередную магическую шарманку. Арсений узнаёт о совмещении магии и технологий. Об одном нелегальном портале, спрятанном их сообществом в секретном месте и охраняемый специальными людьми. Это создаёт ещё немного вопросов в его голове. — Ты уверен, что все в сообществе «рождённые убивать»? — просто не может не уточнить он. — Я никогда не утверждал такого. По сути, у нас много политически притеснённых. Тех, кто пытался спасти своих друзей. Семьи «рождённых убивать», те, кто просто хочет помочь. Нас много, больше, чем ты думаешь. — Тогда почему вы не восстаёте или что-то такое? — Мы идём к этому, но, пока Министр на посту, мы мало что можем сделать. Кажется, его людей ещё больше, чем нас, — грустно говорит Антон, играясь пальцами со своими кольцами. — Но мы придём к этому, я обещаю. — Я верю в это, я верю в тебя, — не сдерживается он, получая ещё один странный взгляд, а потом улыбку, наполненную благодарностью. — Спасибо тебе за это. Знаешь, несмотря на то, какой кажется ситуация, у меня много знакомых и даже связей, но совсем мало друзей. Я очень рад, что ты один из них, — и как бы не болело сердце от слова «друзья», Арсений не может не обнять Антона. Он чувствует, как множество эмоций рождает в нём этот человек, и просто восхищается им. — Я рад быть твоим другом. У правды горько-сладкий вкус на устах.