В холодной квартире

      — Ну пожалуйста-пожалуйста! Очень прошу! Сделаю все, что захочешь! — очень уж экспрессивно умоляет Саймон. Ещё чуть-чуть – он заиграется и упадёт перед Мартином на колени.       — Я же сказал, нет, прекращай это представление, зрители не в восторге. — Мартин же едва ли может смотреть на эту картину.       — Я буду продолжать, пока не согласишься.       — Как жестоко, не ожидал от тебя. — как-то даже немного фамильярно отвечает Мартин.       — Это совсем не жестоко, просто ты сноб, который ничего не хочет.       — И меня это полностью устраивает.       — Мы вместе живём и, значит, было бы неплохо считаться и с моим мнением, — Саймон сейчас чем-то напоминает Мартину капризного ребёнка. Забавно.       — То, что мы живём вместе, ни меня, ни тебя, ни к чему не обязывает, ты это знаешь, — аргументация Саймона, основанная лишь на интуитивных и может даже правильных представлениях о морали, рушится о железобетонную стену четковыстроенной логики.       — Это будет тебе же на пользу! — как мило, Саймон сразу находит новый предлог.       — Нет, к тому же у меня работа, — на фоне Саймона Мартин выглядит, как уставший от гиперактивности своего ребёнка родитель.       — Двадцать минут! Не больше. Правда. — торг? Если Саймон пропустил стадию "гнев", то это даже можно назвать третьей стадий принятия сомнительного характера Мартина.       — Ты издеваешься? — приподняв бровь и слегка наклонив голову набок, спрашивает Мартин, окончательно устав от этого разговора. Он все равно не согласится на это.       — Да ладно тебе! Я же просто предлагаю прогуляться. Посмотреть хотя бы округу. Мы живём в самом центре, а ты даже из дома толком не выходишь!       — В трезвом состоянии я с тобой проводить время не планировал.       — Вот это уже действительно грубо, — Мартин на это только измучено вздыхает, — Я ведь просто хочу, чтобы ты посмотрел на город, ты же только переехал и…       — Откуда ты знаешь? — необдуманно брошенная фраза очень явно напрягает Мартина, из-за чего Саймон теряется.       — Эм... Ну я.. один раз слышал, как ты разговаривал с кем-то по телефону, случайно, честно, я не подслушивал, просто так получилось… — неумело пытается что-то придумать на ходу он, но выходит из рук вон плохо.       — Неправда. — строго отрезает Мартин, неотрывно смотря в бегающие глаза соседа.       — Я… не хотел.. Но я… кое-что нашёл. Случайно. — почему-то непреднамеренность его действий кажется Саймону очень важным аспектом.       — Что ты нашёл?       — Что это за допрос? Скажу, если пойдёшь. — на самом деле Саймону даже немного страшно от этого, ведь потерять даже минимальное, но все же внимание Мартина, учитывая, как долго и упорно он его добивался, было бы обидно, поэтому он пытается как-то притормозить все происходящее.       — Пойду, если ответишь. — решительно парирует Мартин.       — Ладно. Листок. На полу в коридоре.       — Я его заберу, когда вернемся.       — Ещё чего.       Мартин останавливает на нем хмурый грозный взгляд.       — Он мне нравится. — Саймону чудом удаётся выдержать это психологическое воздействие.       — Что ещё там написано?       — Ну… много чего.       — Верни.       — Нет, — улыбнувшись, отвечает Саймон, — На что ты готов ради него?       — Ох… чего ты хочешь? — Мартин с самым страдальческим видом вздыхает, понимая, что это – просто ещё один способ вынудить его что-то сделать.       — Мм… пока не знаю. Я подумаю. А пока, ты не выполнил своё прошлое обещание. Я ведь ответил, что нашёл.       — Как же ты невыносим… — тихо говорит себе под нос Мартин, когда они выходят из квартиры.       — Пройдёмся до алкомаркета. — как факт, сухо бросает Мартин, пока они спускаются по лестнице.       — Это меньше двадцати минут. — протестует в ответ Саймон, — Мы договаривались на двадцать.       — Пойдём не прямым путем, устраивает?       — Ты скучный. — расстроенно заключает Саймон, понимая, что очередная попытка заставить Мартина хоть немного жить, а не существовать, обернулась провалом.       — А ты раздражаешь.       — Только тебя.       — Правда? Удивительно.       — Прекрати. — резко останавливается Саймон, — Ты не думал, что ты часто слишком резко и грубо отвечаешь?       — Потому что ты что-то требуешь от меня. Влезаешь в мою зону комфорта.       — Ладно… хорошо, извини, мы можем найти компромисс. Можем… знаешь, проводить иногда время вместе, но так, что бы это не выходило за твои рамки комфорта.       — То, что мы проводим время вместе, уже выходит за них.       — Ну Ма-а-артин…       — Ладно, один вечер в неделю.       — Всего один?.. Может, хотя бы два?       — Один.       — Ладно…       — И он сегодня. Что на счёт виски?       — Ну ладно...       Мартин уже думает, что через неделю можно было бы взять коньяк. Или Джин.       Саймон и не знал, что разный алкоголь воздействует на организм по разному. А с крепким это становится только заметнее.       Виски ударяет в голову почти сразу, он не успевает выпить и половину стакана, хотя он и разбавлен тоником. При этом, он не может сказать, что в ощущениях что-то очень сильно поменялось, только голова приятно кружится, но восприятие остаётся довольно ярким, хотя сконцентрироваться на чем-то одном становится сложно.       Они на диване, который, наверное, изображает в этой квартире что-то на подобии общей гостиной. То, что происходит едва ли можно назвать совместным времяпрепровождением, ведь Мартин полностью погружен в какие-то документы на ноутбуке. Саймона не хватает на то, что бы рассматривать их больше 10 секунд и попытаться хоть что-то в них понять.       — Ма-а-артин… ты пообещал провести со мной один вечер, а не посидеть рядом, занимаясь работой… — рассматривая потолок, жалуется Саймон.       — Прости, но мне нужно завтра сдать отчёт по проведённым опытам.       — Как ты вообще можешь думать о работе в таком состоянии…? — задрав голову, Саймон пытается посмотреть из лежачего положения на сидящего рядом Мартина.       — Практичная привычка, я всегда помню о работе.       — Сколько тебе лет?       — Что? — вопрос кажется Мартину настолько инородным в этом разговоре, что он даже отрывает взгляд от экрана и переводит его на Саймона.       — Ну… я подумал, что ведёшь ты себя так, будто тебе за сорок, но это же явно не так, вот мне и стало интересно…       — Двадцать три.       — Серьёзно? Всего лишь? А ты уже такой душный?       — Кто бы говорил. Тебе самому-то сколько? Ведёшь себя как ребёнок. — Мартина на долю секунды дёргает осознание того, что он так просто сказал свою глупую ассоциацию.       — Тогда ты спаиваешь ребёнка, — Мартин на эту реплику молчит, отворачиваясь обратно к документам, — И мне девятнадцать.       — Ты ещё не повзрослел, вот и все.       — Неправда, я просто стараюсь быть свободным.       — Свободы не существует. Тебя всегда что-то ограничивает.       — Да, но с этим можно бороться.       — Ещё можно не тратить на это силы.       — И не получать от жизни удовольствие.       Мартин останавливает задумчивый взгляд на одном слове в документе, осмысливая услышанное.       — Может и так, — через пару секунд спокойно отвечает Мартин.       — Правда? Ты впервые согласился со мной?       — Да, в этом есть смысл.       — Вау, неожиданно.. — Саймон не задумывается о смысле этого согласия, его скорее удивляет сам факт.       Мартин, как-то уж слишком устало вздохнув, возвращает свое внимание к ноутбуку.       — Мартин… уже поздно…       — И что?       — А ты до сих пор работаешь…       — И что?       — Мне скучно… Давай погуляем?.. На улице уже ночь, никого нет…       — Нет, спасибо. Скучно – иди спать.       — Какая вообще разница? Ты мог бы с таким же успехом пить в одиночестве.       — Нет, это правило, чтобы не заработать алкоголизм. — даже слегка гордо произносит Мартин.       — Что?       — В одиночестве пьют алкоголики. Если одиночество ещё ограждает меня от употребления алкоголя, значит у меня ещё нет зависимости.       — То есть, я – просто предлог?.. Ясно… — тихо отвечает Саймон, отворачиваясь от Мартина.       — В какой-то степени, — уклончиво отвечает Мартин, пытаясь смягчить смысл своих слов.       — В максимальной степени. Боюсь, это ничем не отличается от алкоголизма. — не получилось. Голос Саймона немного дрожит и в нем четко слышится обида, не дожидаясь какого-либо ответа, он уходит в свою комнату.       Мартин хмуро смотрит ему в след. Он и без него это прекрасно понимает, но признавать – сложно. В целом, даже к лучшему, что ему наконец-то это кто-то сказал.       Наверное, раньше было просто некому...