Глава 3: Слабоумие без отваги
30 января 2023 г., 12:43
Месяц пролетел незаметно только на первый взгляд. В действительности же дни, что уходили на восстановление сил даже после обычных тренировок, тянулись мучительно долго. С последней миссии, которую Анарэ провела уже непосредственно в команде Какаши, она не могла реабилитироваться до сих пор: неимоверная слабость вкупе с постоянной сонливостью и головной болью выжимали все соки. Зато другая часть ее жизни изменилась определенно в лучшую сторону. Сама того не замечая, Анарэ начала открываться людям, проводя все больше времени со своими сокомандниками. Сакура оказалась крайне внимательной к мелочам и терпеливой соседкой, всегда вызывающейся помочь и поддержать Анарэ. А Наруто, добрейшей души весельчак, всегда знал, как поднять настроение и расположить к себе кого угодно. Анарэ для него исключением не стала. Узнав ребят ближе, она и сама начала делиться с ними своими мыслями и чувствами. Сакура с Наруто стали настоящей поддержкой. Именно они помогли преодолеть замкнутость и начать жить полноценной жизнью. Так, без каких-либо усилий над собой, Анарэ обрела первых в своей жизни друзей. И это дорогого стоило. Так что, если отбросить физическое недомогание, она считала себя самым счастливым человеком на свете.
_______
Сегодня, впрочем, как и вчера, а если быть честной, то и всю предшествующую неделю, Анарэ упорно игнорировала любые приемы пищи. Вместо того чтобы подкрепиться как следует, она вливала в себя литры крепкого кофе, а в порядке исключения, дабы не терять сознание от голода, через силу съедала несколько булочек или рамен — и это за целый день. Плюсом ко всему, она с горем пополам выпрашивала у Сакуры энергетические таблетки для поддержания сил. Когда Сакура заметила, что Анарэ игнорирует пищу, то, разумеется, это вызвало вопросы и беспокойство с ее стороны. — Ты же понимаешь, что это вредно? — Сакура осуждающе протянула ей упаковку. — Это последние. Больше не проси. — С ними я чувствую себя гораздо лучше. — Анарэ расплылась в виноватой, но благодарной улыбке. — Но ты должна себя хорошо чувствовать и без них, — не унималась Сакура. — Если ты не начнешь нормально питаться, я силком потащу тебя в больницу. Так же нельзя! — Все в порядке, — отмахнулась Анарэ и убежала в душ. — Нет, — Сакура покачала головой, — это совсем не порядок. Она понимала, что Анарэ испытывает какие-то проблемы, и действительно пыталась разговорить немногословную соседку, выведав хоть какие-то подробности, которые могли бы помочь в ситуации. Сакура пробовала разные подходы: задавала прямые вопросы и наводящие, наблюдала за ее поведением со стороны и даже наигранно обижалась, что, между прочим, ей вообще было несвойственно. Но все обращалось крахом. По итогу она лишь чувствовала себя расстроенной и беспомощной за то, что никак не могла облегчить жизнь новообретенной подруге, потому что элементарно не знала как. Это единственное, что ее напрягало. Во всех остальных аспектах Анарэ сильно изменилась и продолжала меняться. Эти изменения радовали Сакуру. Она просто светилась от счастья того, что, наконец, обрела настоящую подругу, с которой не приходилось соперничать, а то и вовсе терпеть сказанные в лицо, пусть и на эмоциях, но оскорбления, как это зачастую происходило с Ино. Сакура знала, что Анарэ никогда бы не позволила себе резких высказываний в ее адрес. И дело было не только в сдержанном характере: конфликты ее просто не интересовали — вообще ни в каких проявлениях. Утренняя тренировка, как в общем-то и предполагалось, не обернулась ничем хорошим. Более того, Анарэ и вовсе подумывала пропустить занятие, но она уже пропустила два предыдущих, и это не сулило ничем хорошим: прослыть безответственной лентяйкой хотелось меньше всего. — Что с твоей чакрой? Ты прохлаждалась несколько дней, а она восстановилась лишь на треть. — Какаши появился за спиной так же внезапно, как и всегда. Анарэ уже успела привыкнуть и никак на это не отреагировала. — У меня слабый иммунитет, и я часто болею, — парировала она, рассматривая вдалеке тренировку Наруто. — Это нормально для страны, откуда я родом: климат и все такое… — Ты здесь уже месяц, и я вижу лишь то, что лучше тебе не становится. Так причем здесь акклиматизация? В таком состоянии ты можешь подвести всех, если мы будем на задании. Анарэ опустила глаза, осознавая значимость сказанного. Она понимала: это было слишком безответственно с ее стороны. — Я схожу в больницу. — Она вскинула руки в беспомощной капитуляции. — Сейчас, — бескомпромиссно добавил Какаши. — Ты идешь туда прямо сейчас. — Ладно. — Анарэ безучастно пожала плечами. — Если, конечно, это та проблема, которую медики смогут решить. — Какаши добавил это тогда, когда Анарэ уже собралась уходить. Она обернулась через плечо, встречаясь с неоднозначным взглядом, и в который раз ощутила чувство вины за свою ложь. — Сомневаетесь в своих специалистах? — Анарэ рискнула обернуть все в шутку, но Какаши лишь холодно оборвал ее на следующем слове. — Не в них. Она коротко кивнула и скрылась из виду, использовав чакру. И, по всей видимости, зря. Потому что уже спустя несколько минут Анарэ ощутила головокружение и довольно-таки сильную дрожь по всему телу. Через мгновение грудную клетку сдавило, а конечности начали неметь. Симптомы оказались слишком похожими на те, когда она потеряла сознание, только-только прибыв в Коноху. Анарэ прошла еще несколько метров, прежде чем ощутила щекочущую струйку крови, бегущую из носа. Сколько еще ей нужно было игнорировать свое стремительное увядание, прежде чем решиться рассказать правду хотя бы Джирайе? Время для активации Шарингана, может, было и не самым удачным, но складывалось ощущение, что тело просто не выдержит самостоятельной нейтрализации печати. Мать писала о том, что подобная побочка может случиться, но не было ни слова о том, что это может убить носителя — именно так все и казалось. Сейчас, когда руки дрожали, а кровь из носа не просто капала, а обильно лилась, Анарэ по-настоящему испугалась. На что вообще можно было рассчитывать, оттягивая этот момент? Она довела свой организм до такого истощения, что сейчас сидела на мокрой после дождя земле, не в силах даже подняться. Она ни то что до больницы дойти не сможет, где ей, к слову, ничем не помогут, у нее даже из леса выйти не получится. Теперь Анарэ ощущала уже животный страх и осуждала себя за безрассудство, которое может стоить ей жизни. — Анарэ! — закричал знакомый голос, эхом раздаваясь в лесной чаще. Это был Наруто. Он спрыгнул с дерева и опустился рядом с ней. — Какаши-сенсей отправил меня следом, чтобы я проводил тебя до больницы. — Ты меня слышишь? — Наруто подхватил ее на руки и устремился в прыжке вверх. — Почему так много крови? Что происходит? — Наруто, — прохрипела Анарэ, — мне нужно к Джирайе, а не в больницу. — Я доставлю тебя в больницу, и это не обсуждается! — Наруто отрицательно замотал головой, крепко прижимая ее одной рукой к себе, а другую положил на сонную артерию, нащупывая пульс. — Слишком слабый… — Он звучал так напугано, что Анарэ хотелось провалиться сквозь землю за то, что она заставляет своего друга так волноваться. Потому что Наруто не было все равно. И, черт возьми, наблюдая тревогу в его глазах, можно было сказать, что он напуган еще сильнее, чем сама Анарэ. — Такое случалось и раньше. Ничего страшного. — Анарэ говорила шепотом: на большее у нее хватало сил. — Отнеси меня к Джирайе. Он скажет, как лучше будет поступить. Я должна рассказать ему кое-что. Или лучше просто показать тот свиток, который мне оставила мать. — Я отнесу тебя в лазарет, Анарэ, — настойчиво повторил Наруто. — И сразу же приведу к тебе старика. Хорошо? Где находится свиток? — В комнате. В рюкзаке. Но пообещай, что не станешь читать его? — умоляюще попросила Анарэ. — Я пока еще ни в чем не уверена. — Читать не стану, — серьезно ответил он, опускаясь на землю уже у входа в больницу._______
Анарэ лежала на кровати и, корчась от усиливающейся боли, что раскалывала ее изнутри, периодически закрывала глаза, пытаясь отдохнуть от яркого освещения. Тело содрогалось в спазмах агонии, и она не могла избавиться от тошноты, которая, казалось, подступала к горлу. Медсестры и врачи входили и выходили из палаты, пытаясь предложить ей лекарства, но ничего не помогало. Все были в растерянности. Никто прежде не сталкивался с подобным случаем. Медики перепробовали все, что только могли придумать, но улучшения не наступало. Анарэ чувствовала себя так, словно была заперта в собственном теле. Она лежала в своих страданиях около шести часов кряду и думала, что сходит с ума. Боль была невыносимой, и она не могла больше терпеть ее. Вскоре госпожа Цунаде оказалась на пороге палаты и встретилась с тревожным взглядом Джирайи — он безучастно наблюдал за страданием юной куноичи, — и Цунаде замерла, обдумывая дальнейший сценарий. Ее уже ввели в курс дела, и впервые за долгие годы наследница Сенджу вновь ощутила себя бессильной. — Прошу, просто убейте меня! — сквозь слезы заскулила Анарэ. — Я больше не могу! Не могу это терпеть! — Ее выворачивало наизнанку, тошнота горечью обжигала горло, но сил прочистить желудок не было. Внутренности сводило многочленными спазмами, которые не прекращались, лишь нарастая в своей прогрессии, а голова раскалывалась на части. — Какаши на задании с Наруто и Сакурой. Они должны скоро вернуться. — Цунаде осторожно прошла к кровати и положила руку на лоб Анарэ, ощущая сильный жар, исходящий от нее. — Нам ничего не остается, кроме как дожидаться его возвращения. Я не смогу помочь ничем существенным. — Она склонилась над Анарэ и погрузила ее в принудительный сон. — Это не остановит разрушения внутри, — пояснила Хокаге, нервно закусывая губу. — И даже если Анарэ не справится, то нет смысла заставлять ее мучаться в последние часы жизни. — Тебе что-нибудь известно о печати? — тихо спросил Джирайя. — Нет. — Цунаде покачала головой. — Но печать определенно сильна. Не знаю, что именно могла сделать Мицуко, но, по правде говоря, меньшего от нее и не ожидала. — Мицуко принесла в жертву себя, — сглотнув, добавил Джирайя. — Она писала, что печать должна со временем ослабнуть, но не думаю, что Анарэ сможет это пережить. — Да. — Цунаде тяжело вздохнула, не сводя глаз с уснувшей куноичи. Тело Анарэ находилось без сознания, но грудь все так же тяжело вздымалась, заставляя ее рывками глотать воздух, а тело дрожало, метаясь от жара к ознобу. — И почему она молчала раньше… — прошептала Цунадэ. — Наверное, испугалась. — Джирайя бросил растерянный взгляд. — К тому же она была наслышана о Саске. — Сохранить Шаринган запечатанным было бы лучшим решением на данный момент. И в этом я абсолютно с ней согласна. — Цунаде в очередной раз вздохнула. — Но жизнь важнее. Это было слишком безрассудно с ее стороны._______
Какаши появился в лазарете сразу, как только вернулся в деревню. Рассматривая тревожную картину из двух поникших саннинов, беспомощно наблюдающих за куноичи, сердце невольно опустилось в пятки, заставляя остановиться на месте. — Ты знал, что она обладает Шаринганом? — Цунадэ бросила на него беглый взгляд. — В моменты приступов печать слабела, и ты мог это видеть, не так ли? — Догадывался, — согласился Какаши. — Но я не был в курсе, знает ли она сама об этом. — Анарэ узнала в прошлом месяце, когда прочла тот свиток, — устало ответил Джирайя. — Она умирает. Ты должен попытаться снять печать. — Приведите ее в чувства. Она должна находиться в сознании. — Какаши подошел ближе и остановился напротив кровати. Когда Анарэ распахнула веки, устремляя на него свой болезненный взгляд, не выражающий ничего, кроме изможденной усталости, она была готова вновь умолять о смерти, лишь бы не переживать все это вновь. Сосуды по краям ее глаз полопались от повышенного давления, заливая их кровью, а в уголках поблескивали следы уже высохших слез. — Будет больно, — предупредил он. — Возможно, даже больнее, чем сейчас. Какаши сдвинул повязку с левого глаза и сложил обе руки вместе, используя необходимые печати, чтобы наложить развеивающую технику. Шаринган вступил в силу по активации чужого доудзюцу, и чакра начала стремительно расходоваться. Какаши ощущал, как печать поглощает его энергию, и это происходило слишком быстро. Сила, спящая все семнадцать лет, наконец, пробудилась и начала наполнять сосуды своей обладательницы. Это была чрезмерно большая нагрузка для них обоих. Анарэ вкалывали уже вторую дозу адреналина, чтобы она не теряла сознание и поддерживала с ним контакт, в то время как Какаши опасался не успеть закончить технику, потому что и сам уже был на пределе. — Я израсходовал почти всю чакру, — не отрываясь, произнес он. Тогда Цунаде без лишних слов встала позади и, коснувшись его плеча, начала передавать свою чакру. Постепенно дыхание стало сбиваться, а зрение потеряло былую фокусировку, лишая возможности нормально видеть. Какаши ощущал себя так, словно вся энергия и жизненные силы покидают его тело. Он никогда не растрачивал свою чакру в ноль за такой короткий промежуток времени. Это была сокрушительная нагрузка. Когда Анарэ глубоко вздохнула, наполняя воздухом полную грудь, ее боль прекратилась. Последним, что она успела увидеть, был Какаши, бессознательно обмякший в руках Цунаде, которая вовремя успела подстраховать его._______
Сакура сидела у больничной койки, не отрывая взгляда от своей спящей соседки. Она провела здесь несколько дней, тянущихся неимоверно долго, и почти не выходила из палаты. Несмотря на то, что Анарэ уже ничего не угрожало, Сакура не хотела оставлять ее даже на мгновение. Когда на третий день куноичи проснулась, Сакура была вне себя от радости и, встретившись с ней взглядом, расплылась в уставшей улыбке. — Заставила же ты всех переживать. — Сакура наклонилась и сжала ее руку. — Мне так стыдно, — почти беззвучно прошептала Анарэ, — что я ничего вам не рассказала. — Что ты такое говоришь? — Сакура запротестовала. — Это мы с Наруто поставили тебя в такое положение. Нам вообще не стоило так бездумно трепаться о Саске. Конечно, тебя это напугало. Кого угодно бы напугало. Анарэ, никто тебя ни в чем не обвиняет! — Но это могло произойти на задании. — Анарэ отвечала сквозь зубы, испытывая огромное сожаление. — Даже не представляю, что бы тогда было. — Все в порядке. — Сакура звучала так мягко и спокойно, что Анарэ не могла ей не поверить. Если она сказала, что все в порядке — значит, все в порядке. — То есть вы не считаете, что я вас обманула или что-то вроде того? — Анарэ спросила это на всякий случай, чтобы окончательно успокоиться. — Нет, конечно! — Сакура вздохнула. — Наруто, кстати, тоже скоро придет. — А ты? — Анарэ уронила свой взгляд на вещи, оставленные в кресле, и несколько книг, лежащих на подоконнике. В груди разлилось тепло, опаляющее и согревающее душу. — А я никуда не уходила. — Это звучало как само собой разумеющийся факт. Сакура смотрела уверенным, не терпящим возражений взглядом, и Анарэ ощутила, как ее сердце сжимается от благодарности. — Спасибо. — Анарэ сглотнула подступившие слезы и обняла подругу, слишком крепко прижав ее к себе. — Ты даже не представляешь, как это для меня важно. — Вообще-то представляю, раз я здесь. — Сакура рассмеялась, пихая ее в бок. Дверь в палату со скрипом отворилась, и на пороге появился Наруто с забитым под завязку пакетом, наполненным продуктами. Его лицо расплылось в широкой улыбке, когда он увидел, что Анарэ уже приняла вертикальное положение. Без каких-либо колебаний он нагло сбросил пакет в руки Сакуры и бросился к Анарэ. Наруто поднял ее на руки, слегка подбрасывая в воздухе, и снова прижал к себе. — Я подумал, раз причина, влияющая на твой аппетит, теперь решена, то ты наверняка захочешь подкрепиться! — весело изложил Наруто. — Я столько в жизни не съем. — Анарэ засмеялась, разглядывая пакет. — В таком случае нам придется тебе помочь! — Он потянулся за продуктами. — Да, Сакура? — Вероятно, что так, — Сакура радостно кивнула. — Я хочу сразу прояснить один момент. — Наруто отвлекся от оперативно разложенных на кровати вкусностей и сразу же поймал на себе вопросительный взгляд Анарэ. — То, что случилось с Саске… — Его интонация посерьезнела. — Мы не позволим тому же самому произойти и с тобой. Тебе ничего не угрожает. И вообще, о тебе никто даже не знает. Все будет хорошо, тебе не о чем переживать. — Спасибо еще раз, — поблагодарила Анарэ. — Вам обоим спасибо. Когда лапша быстрого приготовления была съедена и в ход пошли чипсы, Наруто достал из рюкзака небольшую стеклянную бутылку, гордо поведав, что это саке, и, не дожидаясь согласия остальных, откупорил ее. — Не в больнице же! — Сакура распахнула глаза, но бутылку таки взяла из его рук и даже отхлебнула, сморщившись до такой степени, что Наруто с Анарэ залились истеричным смехом, наблюдая, как ее перекосило. — Я сейчас в лоб тресну вас обоих, — прошипела Сакура. — Сами-то пробовали? — Я, как джентльмен, собирался это сделать первым, но ты меня опередила, — Наруто закатил глаза. — Если вы этого не выпьете, обижусь на обоих. — Даже на меня? — хихикнула Анарэ. — На обоих, сказала же! — подтвердила Сакура. Что ж, Наруто держался неплохо для человека, который впервые пробует алкоголь, да еще и такой крепости. А вот Анарэ, судя по реакции, ушла недалеко от Сакуры, потому что лицо у нее скривилось точно так же. Никто, конечно же, в восторге от такого пойла не был, но алкоголь таки оказал должный эффект. Вскоре, когда стало подозрительно весело, а обжигающий вкус саке показался не таким уж и обжигающим, ребята обнаружили, что бутылка была совершенно пуста. И тут Анарэ опомнилась. — Что с Какаши-сенсеем? — ни с того ни с сего спросила она, переводя тревожный взгляд с Наруто на Сакуру. — Он израсходовал всю чакру и вроде как еще не восстановился. — Наруто положил руку ей на плечо. — Эй, с ним все в порядке. — Я только сейчас вспомнила, что это он мне помог. Тогда все было как в тумане, такая боль… я едва отличала реальность от галлюцинаций. — Не переживай так, — поддержала Сакура. — Он скоро уже должен очнуться. Спустя еще полчаса своего не совсем приемлемого времяпрепровождения в пределах больницы, было принято решение переместиться в более подходящее место. Когда они уже спускались по лестнице, направляясь к выходу, Анарэ на полпути остановилась. — В какой он палате? — Кто? Какаши-сенсей? — уточнил Наруто, на что Анарэ кивнула. — Двадцать пятая, кажется. — Сорок восьмая, вообще-то, — Сакура улыбнулась краем губ. — Ладно. Я догоню вас. — Куноичи махнула рукой и вернулась обратно в коридор. Анарэ прошла в самый конец левого крыла и, увидев дверь с номером сорок восемь, осторожно приоткрыла ее, проходя внутрь. Она сделала несколько шагов в направлении кровати и притянула к себе стул, стоящий рядом с окном. Голова все еще кружилась — то ли от слабости, то ли от выпитого саке. А может повлияли и оба фактора. Как ребята и предупреждали, Какаши все еще спал. Анарэ смотрела на него некоторое время, разглядывая спокойное умиротворенное выражение, едва различимое под маской. Почему захотелось навестить его именно сейчас, не дожидаясь пробуждения, сказать было сложно, но Анарэ действительно хотелось как можно скорее поблагодарить Какаши и извиниться перед ним. Джирайя получил ее глупое раскаяние самым первым, когда она только-только пришла в себя. Следующими стали Сакура и Наруто. Оставался лишь он — тот, кто, вероятней всего, знал об этой тайне с самого начала. Анарэ наблюдала за Какаши еще несколько минут, пока не поймала себя на мысли, что ей интересно, как он выглядит. Долго не думая, Анарэ поднялась со стула, склонившись над мужчиной, и провела рукой поверх его глаз, убеждаясь в том, что он действительно спит. Она еще раз подумала над тем, стоит ли это делать, и уже хотела взять себя в руки и уйти, но любопытство оказалось сильнее. Анарэ осторожно подцепила края черной ткани и потянула ее вниз, открывая лицо. — А вы красивый, — едва слышно прошептала она, разглядывая шрам у левого глаза, и опустила взгляд ниже, к его губам, после чего перевела внимание к подбородку и выразительным скулам. А когда подняла взгляд обратно… она встретилась с его взглядом, потому что прямо сейчас Какаши вопрошающе смотрел на нее. Следующее ее действие оказалось еще более неадекватным, чем предыдущее. Осознав, что Какаши проснулся и не очень-то доволен происходящим, Анарэ решила просто натянуть его маску обратно — так, как это было изначально. — Мне спросить, что ты делаешь, или сама объяснишь? — прочистив горло, спросил Какаши. — У вас маска сползла. — Анарэ хмыкнула и пожала плечами. — Решила поправить. — Допустим. — Какаши вздохнул, не поверив, и привстал на локтях. — И что ты здесь делаешь? — Я хотела извиниться. — Анарэ опустила глаза. — Спящий человек бы тебя вряд ли услышал. — Теперь вы не спите. Какаши-сенсей, простите, что ничего не сказала вам и могла всех подвести, если бы такое случилось на задании. Мне правда жаль. И спасибо вам. — Надеюсь, теперь мы все заслужили твое доверие? — с нотой сарказма спросил он. — Главное, чтобы я теперь заслужила ваше, — виновато признала Анарэ. — Это разумный вывод. — Вы знали с самого начала, да? — Я видел твою чакру. Ты могла и сама до этого додуматься. — Спасибо еще раз. — Анарэ поднялась, отодвигая стул на его прежнее место. — Восстанавливаетесь. — Я рад видеть, что ты в порядке. — Его голос звучал мягко и спокойно. — И мне жаль, что тебе пришлось все это пережить.
