Жестокая реальность

23 июня 1995 года Остров посреди океана, «Гнездо» — Ага, — кивнул Гарри, оглядываясь по сторонам. — И это даже пугает. — У тебя тоже такое чувство, будто остров говорит с тобой? — спросила Вивиан, вглядываясь в кромешную тьму. Даже подсвеченная тропа не помогала — мрак вокруг казался живым, дышащим. — Тихий голос шепчет, что мы должны идти дальше, — подтвердил Гарри, прислушиваясь. — Мой первый инстинкт — бежать отсюда как можно дальше, — призналась Вивиан, нервно сжав пальцы в кулаки. — Но этот голос... он будто бы успокаивает, уговаривает. Он говорит, что нам нечего бояться, что остров не причинит нам боли. Гарри на мгновение закрыл глаза, сосредотачиваясь на своих ощущениях. — Я чувствую его боль, — прошептал он. — Я тоже... — Вивиан сжала зубы. — Остров... он словно умирает. Медленно, мучительно. Они остановились у края трапа, не решаясь ступить вперёд. Темнота перед ними словно затаилась в ожидании. Остров звал, но был ли он другом или врагом? Им не пришлось делать выбор. Внезапно раздался громкий хлопок, эхом разлетевшийся по острову, заставив их вздрогнуть. В воздухе перед ними закружилась пыль, и из ниоткуда появилось небольшое существо — не выше ребёнка, с огромными ушами и тонкими дрожащими пальцами. Его кожа была сероватой, морщинистой, а огромные глазищи поблёскивали в свете магических факелов. Оно было одето в лохмотья — когда-то, возможно, это была наволочка, но теперь ткань, фиолетовая, выцветшая и вся в заплатках, напоминала скорее саван. Существо сгорбилось, его плечи мелко тряслись, и казалось, что оно вот-вот разразится рыданиями. Оно низко поклонилось, почти коснувшись земли, и жалобно всхлипнуло. — Хозяйка… хозяин… — голос существа дрожал, а худые руки прижимались к груди. — Дримель так рад вас приветствовать… Слова прозвучали с благоговением, но в них сквозило нечто ещё — страх, отчаяние. Гарри и Вивиан обменялись встревоженными взглядами. Что-то в голосе эльфа заставляло их сердце сжиматься — смесь преданности, ужаса и бесконечного облегчения, словно он ждал их целую вечность. — Дримель, пожалуйста, поднимись, — мягко попросила Вивиан. Эльф тут же послушно выпрямился, хотя его мелкая дрожь не утихала. — Расскажи нам, где мы и что здесь происходит. И почему ты называешь нас так? — её голос был спокоен, но в глазах читалась настороженность. Дримель резко вскинул голову, его глаза расширились от изумления. — Вы… вы ничего не знаете?! — вскрикнул он, но тут же испуганно захлопнул рот, прикусив язык. Затем, всхлипнув, дёрнул себя за уши и скорчился, словно ожидал наказания. — Хозяйка, простите старого Дримеля! Дримель не хотел повышать голос на вас! — Всё в порядке, это не страшно, — мягко успокоила его Вивиан и опустилась на корточки, чтобы быть с ним на одном уровне. — Но, пожалуйста, ответь на наши вопросы. Эльф судорожно кивнул, сглотнув, и, вскинув на них блестящий взгляд, прошептал: — Хозяйка, вы на острове вашей семьи. Это ваш дом. — Откуда ты знаешь, что мы твои хозяева? — спросил Гарри, пристально глядя на эльфа. Дримель посмотрел на них с почти благоговейным трепетом. — Все эльфы чувствуют своих хозяев, — ответил он, приложив костлявую ладонь к груди. — В вас течёт кровь рода Демфро. Самая древняя и могущественная… Но самое важное, — он на секунду запнулся, — вы последние, кто остался с такой кровью. В воздухе повисла тяжёлая тишина. Последние. — Дримель, почему здесь так темно? — она посмотрела на эльфа ласковым взглядом. — И что со мной? Мои волосы отросли и изменили цвет. Разряд тока, моя рука и глаза… Про них я вообще молчу. Домовой эльф поднял на неё испуганный взгляд и, ссутулившись ещё сильнее, ответил: — Хозяйка… Вы — первая дочь первой дочери в десятом поколении. Вы верховная ведьма. — Его голос дрожал, но в нём звучала безграничная преданность. — Так остров дал понять, что нуждается в вас. Он просит о помощи. Вивиан почувствовала, как холодок пробежал по её спине. Остров нуждается в ней? — Что с ним не так? — вмешался Гарри, сдвигая брови. — Остров был без человека более сорока лет, — тихо произнёс Дримель, и в его голосе прозвучала боль. — Дримель, но мы всё равно ничего не понимаем, — покачала головой Вивиан. — Каждый глава рода питает остров своей силой, — объяснил эльф, склонив голову. — То есть остров… питается магией человека? — уточнил Гарри, недоверчиво прищурившись. — Не совсем, хозяин, — покачал головой Дримель. — Остров и человек связаны друг с другом. Человек даёт острову часть своей силы, а остров помогает ему в ответ. Они — одно целое. Вивиан нахмурилась, пытаясь осмыслить его слова. — А так как остров долгое время не подпитывали, он начал умирать, — медленно произнесла она, догадавшись, к чему ведёт эльф. — Да… — Дримель печально кивнул. — А вместе с ним умирает всё, что здесь есть. Животные, птицы, рыбы… Даже мы, домовые эльфы. Постройки разрушаются, растения вянут, погода становится непредсказуемой. Всё тускнеет. Даже Кристалл. — Кристалл? — Гарри приподнял бровь. — Место силы, хозяин, — прошептал Дримель. — Сердце острова. Оно должно светиться ярким, чистым светом, но сейчас… сейчас он едва освещает место вокруг себя. Эльф сжал тонкие пальцы в кулаки, и в его глазах вспыхнуло отчаяние. — Если он угаснет… остров исчезнет. И всё, что с ним связано, исчезнет вместе с ним. Гарри, ощущая нарастающую тяжесть этих слов, присел перед эльфом, стараясь заглянуть в его огромные, полные беспокойства глаза. — Мы тоже можем исчезнуть? — спросил он, стараясь говорить спокойно, но напряжение всё же проскользнуло в его голосе. — Нет, хозяин, — Дримель энергично замотал головой, его длинные уши затряслись. — Но вы с хозяйкой можете потерять свои силы… Вы сильно ослабнете. Гарри скрипнул зубами. Он не любил чувствовать себя бессильным, особенно перед неизвестностью. — У нас много времени? Эльф потупил взгляд, словно боялся произнести ответ вслух. — Может, десятки лет… а может, и всего год, — наконец выдавил он. — Я не знаю, хозяин. Но чем быстрее это исправить, тем лучше. Гарри поднялся на ноги, сжав кулаки. — Нужно поскорее разобраться с этим, — решительно сказал он. — Нужно, — согласилась Вивиан и протянула руку брату. — Помоги встать. Гарри взял её за запястье, но едва сестра поднялась на ноги, как тут же зашаталась, теряя равновесие. Он успел подхватить её прежде, чем она рухнула на землю. — Эй, что с тобой? — встревоженно спросил он, удерживая её за плечи. — Дримель, ты что-нибудь знаешь? — резко обернулся он к эльфу. Домовик снова покачал головой, его уши обвисли, а глаза наполнились тревогой. — Я… думаю, что связана с островом, — слабо выдохнула Вивиан, опираясь на брата. — Ему плохо, а я истощена… Чем хуже становится острову, тем слабее чувствую себя я. Гарри сжал губы, его лицо приобрело мрачное выражение. — Вот тебе и «самое безопасное место в мире», — фыркнул он, пытаясь разрядить обстановку, но в голосе слышалось раздражение. — Ничего, мы со всем разберёмся, — пробормотала Вивиан, устало прикрыв глаза и опустив голову на плечо брата. — Только бы поспать… — Так, — Гарри встряхнул её, не дав заснуть, — надо, но не сейчас. Ты нужна мне в сознании. Вивиан с трудом открыла глаза и кивнула, но сил на разговор у неё почти не осталось. Она медленно повернула голову к Дримелю, который в ужасе смотрел на неё. В его больших глазах отражался страх — он боялся за неё. — Дримель… — позвала она его тихим голосом. — Да, хозяйка? — тут же откликнулся эльф, вскинув голову. — Ты можешь перенести нас… — Вивиан запнулась. Она ведь даже не знала, что вообще есть на этом острове. — В главный дом, хозяйка? — осторожно уточнил Дримель. — Да… И сразу в какую-нибудь спальню, — прошептала она, чувствуя, как с каждой секундой усталость затягивает её всё глубже. Дримель кивнул и шагнул ближе, протягивая свои худые руки. — Хозяин, держите хозяйку крепко и дайте мне руку, — попросил он. Гарри тут же подтянул сестру ближе, обняв её за талию, чтобы она не упала, и протянул эльфу руку. В следующую секунду воздух вокруг них сотрясся от громкого хлопка, и они исчезли, растворяясь в темноте ночи. Когда они появились в новом месте, всё вокруг оставалось во тьме. Вивиан не могла разглядеть почти ничего, кроме очертаний больших окон, которые простирались вдоль одной из стен, и громадной кровати, стоящей у окна. Единственным источником света были две тусклые свечи, которые слабо освещали пространство, создавая ощущение, что они пребывают в каком-то забытом уголке. Вивиан почувствовала, как мир вокруг неё начинает вращаться, и перед глазами закружились пятна. Она крепче вцепилась в брата, но силы были уже на исходе, и она чувствовала, как её тело теряет равновесие. Слабость накатывала волнами. Гарри, чувствуя её падение, резко подхватил её за спину и под ноги, прижимая к себе. Вивиан была в сознании, но её голова шаталась, и казалось, что её мысли плывут, не успевая за происходящим. Гарри почувствовал, как с каждой секундой он сам становился всё более уставшим. Ушедшая в туман магия острова не отпустила их. Он присел на край кровати, прижав сестру к себе, пытаясь хоть немного расслабиться, но пыль тут же поднялась с поверхности, и оба не сдержались — закашлялись, одновременно пытаясь дышать сквозь густое облако. — Дримель… — прохрипела Вивиан, еле шевеля губами. Из тени, где стоял эльф, до них донёсся его голос, всё такой же почтительный и готовый помочь. — Я тут, хозяйка, — прозвучал его ответ, полный тревоги. — Ты в порядке? — слабым голосом спросила она. — Я да, хозяйка, — отозвался Дримель, его тихий голос отдавался в пустоте комнаты. — То есть ты способен выполнять приказы? — спросила Вивиан, пытаясь бороться с головокружением. — Да, хозяйка, — подтвердил эльф, его голос был решительным. Вивиан попыталась сосредоточиться, несмотря на усталость, и с трудом задала важный вопрос: — Если мы с Гарри поспим, мы сможем набраться сил? Дримель немного задумался, его взгляд, хоть и невидимый, словно измерял ситуацию. — Думаю, да, — ответил он, но в его голосе всё же звучала некоторая неуверенность. — Но вы всё равно будете слабы. Вивиан кивнула, её пальцы инстинктивно обвили шею брата, который держал её в своей поддержке, и она добавила: — Убери в комнате, избавься от пыли, чтобы мы могли лечь. А потом… Тут есть ингредиенты для зелий? Эльф моментально откликнулся: — Здесь есть запас зелий, хозяйка, — его голос наполнился уверенность, но вскоре он добавил с сожалением, — некоторые из них испортились, но вы скажите, что вам нужно, и Дримель найдёт. А если нет, Дримель умеет готовить некоторые зелья. В любом случае всё будет сделано, хозяйка. Вивиан облегчённо вздохнула, надеясь, что хоть одно зелье будет пригодным. — Хорошо, мне нужно два пузырька восстанавливающего зелья, — сказала она, пытаясь собраться с силами. — Всё будет сделано, хозяйка, — снова ответил Дримель, поклонившись, прежде чем заняться уборкой комнаты. Гарри, ещё более напряжённый, встал с кровати, чтобы не мешать дому эльфу. Он отступил в сторону, стараясь не привлекать внимания, чтобы дать Дримелю пространство для работы. Суета вокруг только усиливала его собственную усталость, и ему нужно было сосредоточиться на сестре. Вивиан, несмотря на слабость, пыталась не потерять сознание, борясь с сонливостью и головокружением. — Думаешь, зелье поможет? — тихо спросил Гарри, поглаживая её волосы, когда она прижалась к нему. — Я надеюсь, что оно будет достаточно сильным, чтобы вернуть нам силы… Нам нужно восстановить кристалл, — ответила Вивиан, её голос был едва слышен, но в нём прозвучала решимость. Гарри задумчиво посмотрел на неё. Он знал, что времени не было. Он сам, как и она, ощущал, что силы покидают их. Но если зелье сработает, если они смогут восстановиться хотя бы немного — возможно, у них будет шанс сделать то, что нужно для спасения острова и его магии. Они заснули мгновенно, как только их головы коснулись подушек. Дримель предлагал им разные кровати, но Гарри и Вивиан отказались разлучаться. Они были слишком истощены, а их тела сами тянулись друг к другу, находя в близости родственную поддержку. Прижавшись друг к другу, они наконец расслабились, позволяя сну забрать их в мир, где, возможно, не было тяжести магической усталости и боли. «Сомра появилась в ослепительно белой комнате. Её фигура, облачённая в элегантное чёрное платье, резко контрастировала с окружающим пространством. Ткань платья была плотной, подчёркивая её изысканный силуэт. Талия была выделена широким поясом, придающим образу строгость и утончённость. Верхняя часть платья была украшена маленькими брошами, закреплёнными на плечах, а вырез имел необычную форму с едва заметными разрезами, придающими наряду загадочность. Рукава были длинными и заканчивались изящными манжетами, а баска на талии создавал эффектный асимметричный акцент, добавляя образу благородной утончённости. Прямая юбка, опускающаяся чуть ниже колена, делала наряд строгим, но невероятно элегантным. Её шаги были мягкими, почти беззвучными, несмотря на аккуратные туфли с небольшим каблуком, которые она носила с той же грацией, что и всю свою жизнь. Её внимательный взгляд скользнул по комнате в поисках внучки, и сердце, которого уже давно не должно было быть, болезненно сжалось от страха, когда она наконец её увидела. Вивиан лежала на холодном полу, её тело было бледным, почти прозрачным, а под глазами залегли глубокие тени. Она казалась мёртвой. Сомра почувствовала, как внутри поднялась волна паники, что было ей не свойственно. За долгие годы жизни и ещё более долгие годы после неё она повидала многое. Видела смерть, встречала тех, кто ушёл. Она научилась сохранять хладнокровие в любой ситуации. Но сейчас, глядя на эту девушку, её внучку, её надежду, её будущее — она забыла обо всём, что знала раньше. Не раздумывая, Сомра бросилась вперёд, её движения были быстрыми и порывистыми, как у человека, который вдруг осознал, что времени у него слишком мало. Она опустилась перед Вивиан на колени, осторожно взяла её за плечи. Девушка не двигалась, её дыхание было едва заметным, а тело казалось чужим в этом месте. Это было ненормально. Здесь, в пространстве сновидений, люди не могли просто так лежать без движения. Они должны были чувствовать, осознавать, взаимодействовать с пространством, ведь по сути они были в мире между реальностью и сном. Но Вивиан… Вивиан не реагировала. Сомра нахмурилась, лёгким движением руки убрала прядь волос с её лба. — Вивиан… — тихо позвала она, но девушка не ответила. Страх в сердце женщины усилился. Она мягко похлопала внучку по щекам, сначала осторожно, затем немного настойчивее. — Проснись, девочка… — шёпотом, в котором звучал приказ, сказала она. Ещё несколько ударов, и наконец Вивиан дёрнулась, её веки дрогнули, и она с трудом открыла глаза. — Со…Сомра? — голос её был слабым, словно шелест листьев на ветру. Сомра с облегчением выдохнула, но быстро взяла себя в руки. — Ты едва не заставила меня думать, что я снова потеряла свою кровь, — сказала она, скрывая в голосе эмоции. — Что случилось? Вивиан моргнула, пытаясь сосредоточиться, но её сознание словно было покрыто плотным туманом. — Я… не знаю… Мне казалось, что меня засасывает куда-то в пустоту. Остров… Он истощает меня… Сомра внимательно смотрела на внучку, её тёмные глаза изучали каждую черту лица Вивиан. Она могла чувствовать, что магия острова пронизывает её, тянет силы, соединяется с её сущностью. — Он не просто истощает тебя, — медленно сказала Сомра. — Он признаёт тебя. Вивиан устало посмотрела на неё. — И что это значит? Сомра приподняла подбородок внучки, заставляя её посмотреть прямо в глаза. Её взгляд был строгим, но в нём читалась тёплая забота, та, что была свойственна лишь старшему поколению, пережившему многое и научившемуся ценить своих близких. — Это значит, что вы с братом должны стать полноправными хозяевами своего наследия, — медленно и отчётливо произнесла она. Вивиан нахмурилась, её усталый разум с трудом улавливал смысл этих слов. — О чём ты говоришь? — прошептала она, чувствуя, как голос предательски дрожит от слабости. — Мы прибыли на этот остров, как ты и сказала. Когда я проснусь, я восстановлю кристалл… Сомра покачала головой, её губы тронула тень грусти. — Ты слишком слаба, дорогая, — мягко, но твёрдо сказала она. — Восстановление кристалла требует огромного количества магической энергии, а ты уже истощена. Если ты попробуешь сделать это одна, последствия могут быть… непредсказуемыми. Вивиан невольно сглотнула, ощущая, как тревога разрастается внутри. — Тогда что мне делать? — Вам с братом предстоит провести ритуал вместе, — объяснила Сомра, не отводя взгляда. — Разве так можно? — недоверчиво спросила Вивиан. — В прошлом это не практиковалось, — признала Сомра. — Но сейчас другие времена. Остров слишком долго оставался без помощник. Он не будет против двоих владельцев, тем более если они единоутробные брат и сестра. Вивиан задумалась. Слова бабушки звучали разумно, но в них всё ещё оставался скрытый смысл, который она не могла полностью постичь. — Значит, это поможет нам обоим… Мы будем стоять на одной ступени иерархии? Сомра слегка склонила голову, внимательно изучая внучку. — Не совсем, — наконец ответила она. Вивиан удивлённо нахмурилась. — Почему? — Ты старшая дочь, первенец, верховная ведьма, — напомнила Сомра. — Твоя магия сильнее, чем у Гарри, ты рождена, чтобы вести, а не следовать. Это часть твоей сущности. — Но… — Вивиан задумалась, — если остров признает нас равными хозяевами, разве это не значит, что мы будем на одном уровне? Сомра покачала головой. — Магия — это не титул и не закон. Она живёт внутри тебя, и, хочешь ты этого или нет, ты несознательно перетягиваешь одеяло на себя. Ты лидер по праву рождения, и остров это чувствует. Вивиан опустила глаза, осмысливая услышанное. — И что же мне делать? — Ты должна научиться делиться своей силой, — мягко сказала Сомра. — Ты и Гарри — единое целое. Если ты будешь брать на себя слишком много, твоя магия будет истощаться, а его — оставаться в тени. Это опасно как для тебя, так и для него. Вам нужно научиться работать в равновесии. Вивиан кивнула, хотя внутри неё бушевала буря эмоций. Она всегда чувствовала, что её магия отличается от магии брата, но до сих пор не задумывалась о том, как это может повлиять на их связь с островом. — Как мне это сделать? Сомра слегка улыбнулась. — Начни с того, чтобы доверять ему. И доверься острову. Он покажет вам путь, — мягко, но настойчиво повторила Сомра, её голос был подобен шороху листьев на ветру — тихий, но значимый. Вивиан слабо улыбнулась и посмотрела на свою родственницу, чувствуя тепло в её присутствии. Как бы ни было трудно, её слова всегда приносили ясность. — Зачем ты послала Каллисто, чтобы он рассказал нам, как добраться до Гнезда? — Вивиан нахмурилась, перебирая в памяти их встречу. — Он же шут… — Она задумалась, и её взгляд потемнел от сомнений. — Или это была не ты? Сомра слегка склонила голову набок, словно размышляя, как лучше объяснить. — Я не имею власти над этим миром, дитя, — наконец произнесла она. — Я не решаю, кто приходит к тебе с вестями или с советом. Высшие силы направляют к тебе тех, кто способен помочь. Вивиан нахмурилась ещё сильнее. — В разных ситуациях — разные люди… — повторила она, больше для себя, чем для Сомры. — Именно, — кивнула Сомра. — Но за всё это время я видела только тебя, Каллисто и… маму, — Вивиан вздрогнула, вспоминая образ матери, который появлялся во снах так редко, что казался почти миражом. — Но тебя чаще всего. Сомра посмотрела на неё с лёгкой улыбкой, в глазах её читалась мудрость прожитых лет. — Потому что именно мы могли помочь тебе в тот момент. Вивиан задумалась, её мысли путались, но постепенно обретали форму. Она подняла взгляд на Сомру, ощущая, как в груди разгорается предчувствие. — Что за ритуал нам с Гарри нужно провести? — спросила она, сжимая пальцы в кулак, чтобы унять дрожь. Сомра улыбнулась уголками губ, как будто ожидала этого вопроса. — Эльфа, который вам сейчас помогает, зовут Дримель? — уточнила она. — Да, — кивнула Вивиан. — Это очень хорошо, — одобрительно кивнула Сомра. — Он знает многое, он был моим личным домовиком. Попроси его принести тебе мой дневник под номером двадцать из моего кабинета. Там подробно описан ход ритуала, и не просто описан, а передан от первого лица. — Твой дневник? — переспросила Вивиан, недоверчиво всматриваясь в её лицо. — Да, дитя. Всё, что я знала, всё, что мне передали мои предки, записано в тех страницах. Они помогут тебе и твоему брату. Вивиан стиснула губы. — Но мы с Гарри будем проводить ритуал вдвоём, — напомнила она, словно надеясь, что бабушка пересмотрит свой совет. Сомра кивнула, её глаза сверкнули в полумраке белой комнаты. — Это не имеет значения, — мягко произнесла она. — Всё, что будешь делать ты, будет делать и он. Остров примет вас обоих, но ты должна помнить: ведущая в ритуале — ты. Гарри будет рядом, он разделит с тобой силу, но именно ты должна направить процесс. Вивиан сжала кулаки. Ответственность легла на её плечи тяжёлым грузом, но теперь, зная, что у неё есть знания предков, знание ритуала, она чувствовала себя увереннее. — Хорошо, — тихо сказала она, ловя прощальный взгляд Сомры. — Я всё сделаю правильно. — В этом я не сомневаюсь, дитя, — с лёгкой улыбкой ответила Сомра, но в её взгляде мелькнула тревога. Вивиан вдруг ощутила, как внутри разливается странная слабость, будто что-то вытягивало её изнутри. Голова закружилась, руки стали тяжёлыми, и окружающее пространство вдруг будто сжалось. — Мне нехорошо… — прошептала она, чувствуя, как голос дрожит. Сомра напряглась, её тёмные глаза внимательно изучили внучку, пытаясь понять, что происходит. Вивиан всё ещё была у неё на руках, но… её тело начинало мерцать, словно теряя плотность. Её контуры становились всё более размытыми, а кожа – полупрозрачной, будто её вытягивало из этого пространства. — А это уже плохо, — нахмурилась Сомра, прижимая её крепче. — Оно и понятно… — пробормотала Вивиан, тяжело дыша. — Нет, дорогая, я не о твоём самочувствии, — голос бабушки звучал напряжённо, тревожно. — А о чём тогда? — устало спросила Вивиан, понимая, что удержаться здесь ей уже не удастся. — Ты начинаешь растворяться, — строго ответила Сомра. — Вот что нехорошо. Вивиан слабо улыбнулась. — Но я же просто просыпаюсь, верно? Сомра покачала головой, её лицо отразило лёгкую тень сожаления. — Если бы ты просто просыпалась, ты бы исчезла мгновенно. Но нет… тебя не пробуждение ждёт. Тебя выдёргивают отсюда, силой. Сердце Вивиан пропустило удар. — Куда? — её голос звучал уже слабо, как эхо далёкого шёпота. — Мне жаль, дорогая, — тихо сказала Сомра, но Вивиан уже почти не слышала её слов. Мир вокруг внезапно рванулся в разные стороны, белая комната исчезла, рассыпаясь в темноту. В следующий момент её сознание провалилось в пустоту, унося её в неизвестность. Неизвестность оказалась не такой уж и неизвестной. Комната, в которой оказалась Вивиан, была ей незнакома — высокие стены, тёмные портьеры на окнах, старинная мебель, тяжёлый запах трав и чего-то металлического в воздухе. Всё здесь казалось чужим, но вот человека, находившегося в комнате, она узнала сразу. Это была Дафна. Её подруга. Вивиан затаила дыхание, наблюдая за ней. Лицо Дафны было бледным, но щёки горели алым румянцем — от боли, от унижения или от сдерживаемых эмоций. Нижняя губа рассечена, из уголка стекала тонкая струйка крови. Она часто всхлипывала, лежа на спине на широкой кровати, свесив ноги, её взгляд был устремлён в потолок, но в глазах застыло странное, отстранённое выражение. А поверх неё лежал парень. Вивиан не сразу осознала, что происходит, но внутри всё похолодело. Мужчина прижимал Дафну к постели, его руки сжимали её запястья, а тело нависало, словно угрожая сомкнуться над ней полностью. На полу, недалеко от кровати, валялось разорванное свадебное платье. Белая ткань была испачкана и смята, тонкие кружева порваны, будто их безжалостно разодрали в порыве ярости или нетерпения. Этот образ врезался в сознание Вивиан, пробуждая не просто страх, а чистую, необузданную ярость. Гнев вспыхнул в её груди, смешанный с ужасом. Она сделала шаг вперёд, сжимая кулаки. — Дафна… — прошептала она, но её голос был едва слышен. Девушка не реагировала. Она просто продолжала смотреть в потолок, будто не замечая, что Вивиан теперь здесь. Будто не слышала её. Вивиан почувствовала, как по спине пробежал холодок. Всё это казалось неправильным, и чем дольше она находилась здесь, тем сильнее ощущала тревогу, словно само пространство вокруг становилось зыбким и ненадёжным. А затем её тело ослабло. Колени подогнулись, и она рухнула вниз, ощущая, как её суть словно растворяется в воздухе. Пространство перед глазами заколебалось, образы начали расплываться, исчезая в темноте, а затем... Она ударилась о что-то твёрдое. Резкая боль отдалась в теле, пронзая до самых костей. Вивиан застонала и с трудом открыла глаза. Темнота. Сырость. Тяжёлый, затхлый воздух. Её сердце забилось быстрее, когда осознание накрыло её ледяной волной. Подвал. Она пришла в себя только через несколько минут, за это время разум медленно, но неумолимо впитывал окружающую обстановку. Стены из грубого камня, скованные цепи, слабый свет, пробивающийся из-за тяжёлой железной двери. Всё здесь было ей слишком хорошо знакомо. Сердце сжалось в болезненной судороге. Сначала Дафна пережила свой худший кошмар, а теперь настал её черёд. Нет... только не снова... Где-то наверху хлопнула дверь. Затем скрипнули петли, и тяжёлые шаги раздались по лестнице. Кто-то спускался вниз. Вивиан резко отпрянула назад, инстинктивно пытаясь спрятаться в тени, но тут же вскрикнула от боли. Что-то сдавило её горло, и она зашипела, почувствовав удушающий холод металла. Ошейник. Железный, грубый, тяжёлый. Он впивался в кожу, не давая двигаться слишком далеко. Шаги приближались. И она знала, что это было не сном. Это было еереальностью.» От лица Гарри По ощущениям я не проспал и двух часов. Голова всё ещё была тяжёлой, а тело — ватным, но что-то внутри меня заставило проснуться. Открыв глаза, первое, что я увидел — это фиолетовые волосы Ви, раскиданные по подушке и частично закрывавшие моё лицо. Я осторожно убрал их, стараясь не разбудить сестру, и, выбравшись из её объятий, сел на краю кровати. В комнате царил полумрак. Я поднялся на ноги и, потянувшись, направился к окнам. За стеклом — беспросветная тьма. Ни намёка на луну или звёзды. Даже очертания деревьев не просматривались. — Дримель! — позвал я, тихо. Эльф появился тут же, словно ждал моего зова, склонив голову в почтительном поклоне. — Да, хозяин? Меня передёрнуло от этого обращения, но я не стал заострять на этом внимание. Не сейчас. — Сколько времени? — Четыре утра, хозяин. Я кивнул и потер виски. Учитывая, как устали мы с Ви, мне казалось, что мы должны были проспать намного дольше. — Ты выполнил её поручения? — Да, зелья на тумбочке, хозяин… Эльф не успел договорить. По комнате раздался тихий всхлип. Я резко повернулся к кровати. Вивиан лежала, свернувшись калачиком, её тело мелко дрожало, а по щекам текли слёзы. Она ворочалась, словно что-то мучило её во сне. Я сжал кулаки. — Здесь есть ванна? Дримель кивнул. — Подготовь её. Она должна быть готова к использованию. — Как пожелаете, хозяин. Эльф исчез с приглушённым хлопком, а я снова посмотрел на сестру. Она металась во сне, её дыхание сбивалось, губы шевелились, но слов я разобрать не мог. Что бы она ни видела — это явно было кошмаром. И мне это совсем не нравилось. Я чувствовал, как внутри всё сжимается от вида сестры. Она металась во сне, её лицо болезненно кривилось, а губы дрожали, словно она пыталась что-то сказать, но не могла. В груди нарастало нехорошее предчувствие. И в этот момент я ощутил, как резко заболел мой шрам. Я стиснул зубы и попытался проигнорировать боль, но она пульсировала, словно предупреждая о чём-то. Вивиан судорожно сжимала в руках простыни, одеяло, подушку — всё, что попадалось под пальцы. Её тело вздрагивало, а дыхание становилось всё более сбивчивым. Она извивалась так, будто кто-то причинял ей невыносимую боль. — Вивиан! — позвал я, пытаясь её разбудить. Но она не реагировала. Крик. Громкий, полный боли, вырвался из её груди, и я почувствовал, как по спине пробежал холод. — Вивиан, проснись! Я потряс её за плечи, но всё было бесполезно. Она продолжала плакать, метаться, словно заперта в кошмаре, из которого не могла выбраться. — Хозяин, ванна готова. Голос Дримеля вывел меня из этого кошмара на мгновение. Я резко обернулся к нему. — Отлично. Я не стал больше ждать. Осторожно подняв Вивиан на руки, я прижал её к себе и быстрыми шагами направился в ванную. Комната была просторной, белоснежной, с огромными окнами. В другое время здесь, наверняка, было бы светло, но сейчас… Сейчас за окнами всё так же царила кромешная тьма. По центру стояла большая ванна из белого камня. Я подошёл к ней и аккуратно усадил сестру на край. Мы так устали, что даже не переоделись перед сном. Я начал осторожно снимать с неё одежду — сначала куртку, затем кофту и штаны. Осталась только длинная, мешковатая майка и нижнее бельё. Глядя на неё сейчас, я чувствовал странное беспокойство. Я потянулся к крану, включил воду и зачерпнул ладонями прохладную влагу. Затем осторожно начал смачивать её лицо и шею. Как только первые капли коснулись её кожи, дыхание сестры изменилось. Она чуть заметно дёрнулась. Я повторил действие, смочив её виски и лоб. Глаза Вивиан дёрнулись под закрытыми веками. — Давай, Ви… Проснись… — пробормотал я, продолжая аккуратно поливать её водой. Спустя несколько мгновений Вивиан медленно открыла глаза. Они были затуманены, полны боли и усталости. — За что… — её голос был едва слышен, больше похожий на слабый шёпот, будто слова вырвались сами по себе. Я нахмурился, наклонился ближе. — Ви, что случилось? Что тебе снилось? Она моргнула, словно пытаясь прийти в себя, и медленно перевела на меня взгляд. — Сначала Сомра… а потом… потом Даф… Её голос дрогнул, и я заметил, как по её щекам вновь покатились слёзы. — Что с Гринграсс? — спросил я, почувствовав, как в груди сжался неприятный комок. Вивиан глубоко вздохнула, будто пытаясь собрать силы, и глухо прошептала: — Её первая брачная ночь… Он её изнасиловал. Я замер. — Мерлин… Луни, что за чёртова чертовщина?! — злость в моей груди смешалась с отвращением и бессилием. Вивиан крепче сжала руками мокрую ткань своей майки, глядя перед собой пустым взглядом. — Сначала я разговаривала с Сомрой. Мне было плохо… — она облизнула пересохшие губы. — А потом я начала растворяться… и попала в видение. Там была Дафна… Она выглядела сломанной. Её выдали замуж по расчёту. И это… это было будущее. Я сжал кулаки. — Ты уверена? Вивиан едва заметно кивнула. — Поэтому ты так отреагировала? Она подняла на меня взгляд, в котором читалось нечто болезненное. — Как именно? Я стиснул зубы, вспоминая, что происходило с ней, пока она спала. — Ты плакала, извивалась… словно это была не Даф, а ты. Вивиан вздрогнула. Я увидел, как она сжала плечи, словно её пробрал холод, и закрыл глаза, глубоко вздохнув. — Это было ужасно, Гарри… — её голос сорвался. — Сначала я видела её боль, а потом… потом я проснулась. Это было так… реально. Она замолчала, крепко сжав руки. А я смотрел на сестру, не зная, что сказать. То, что она видела — то, что она пережила вместе с Дафной… Это было не просто видение. Это был кошмар, который мог стать реальностью. — Ладно, сейчас не до этого, — Вивиан устало откинула голову назад, закрывая глаза. — Как ты себя чувствуешь? Я непонимающе уставился на неё. — Как я себя чувствую? — повторил я, почти поражённый этим вопросом. Как она вообще могла спрашивать меня об этом после всего, что сама только что пережила? Она плакала, извивалась, мучилась в кошмаре, а теперь ещё и едва держится на ногах. Это я должен беспокоиться о ней, а не наоборот. — Хорошо, Вивиан, — сухо ответил я, скрестив руки на груди. — Я чувствую себя отлично. В отличие от тебя. Ви устало вздохнула, её плечи чуть дрогнули. — Гарри... — протянула она, и мне даже не нужно было слушать дальше. Я знал, что она собирается сказать. «Сейчас не время, мы разберёмся с этим потом». — Сейчас не до этого, — повторила Вивиан, открывая глаза и смотря прямо на меня. Её взгляд был твёрдым, бескомпромиссным. — Нам нужно разобраться с кристаллом. А потом уже со всем остальным. Вот и всё. Дискуссия закрыта. Я тяжело вздохнул, но спорить не стал. Просто закатил глаза, взял полотенце и протянул ей. — Вот, держи. Пока она переодевалась, я отвернулся и подошёл к раковине, оперевшись руками о мраморную столешницу. В отражении в зеркале я увидел своё лицо — бледное, напряжённое, с едва заметной складкой между бровями. Я выглядел почти так же плохо, как и чувствовал себя. — Что там с ритуалом? — спросил я, пытаясь отвлечься. — Сейчас будем узнавать. — Что ты имеешь в виду? Я развернулся и увидел, как Вивиан собирает свои длинные фиолетовые волосы в высокий хвост. Она выглядела чуть лучше, но всё равно была ослабленной. — Дримель. Домовик появился мгновенно, низко поклонился, но даже я заметил тревогу в его взгляде. Он явно боялся, что Вивиан снова потеряет сознание. — Принеси из кабинета Сомры её дневник под номером двадцать, — уверенно приказала она. Глаза Дримеля расширились от удивления. — Откуда вы знаете о её дневнике, хозяйка? Я нахмурился. Но Вивиан лишь спокойно взглянула на домовика и ответила: — Она сама мне сказала.

***

— Думаешь, это сработает? — спросил я, скептически глядя на сестру. Мы сидели на кровати в той же комнате, где ночевали. Темнота по-прежнему окутывала всё вокруг, и это начинало меня пугать. Казалось, будто время здесь замерло. Ни проблеска рассвета, ни намёка на утреннюю свежесть. Только густая, давящая мгла. — Сомра сказала, что ты должен повторять за мной, — Вивиан говорила уверенно, но вдруг замолчала, словно задумавшись о чём-то важном. Я сразу насторожился. — Что не так? — Просто… — она закусила губу. — Сомра упомянула, что между нами есть особая связь. — У всех близнецов она есть, — пожал я плечами. — Даже маглы об этом знают, Луни. — Да, но мы с тобой не маглы. И даже не обычные волшебники. Я внимательно посмотрел на неё. — Я — Верховная ведьма, что бы это ни значило, — продолжила она. — А ты — член семьи Демфро. Насколько я поняла, это один из самых могущественных магических родов в мире. — К чему ты клонишь? — Я думаю, что между нами существует магическая связь. — И что это значит? Вивиан вздохнула и покачала головой. — Я не знаю. — Серьезно? — Скептически спросил я. — Не смотри на меня так, Гарри, — добавила она, заметив мой недоверчивый взгляд. — Я не всезнающая. Но как только доберусь до библиотеки, постараюсь выяснить. Я кивнул, хотя это не слишком меня успокоило. — Ладно, допустим. Но что с ритуалом? — спросил я. — Я и так чувствую, как с каждым часом становлюсь всё слабее. Боюсь представить, что испытываешь ты. — Мне тоже несладко, но я потерплю, — тихо ответила Вивиан. Она придвинулась ближе и взяла меня за руки. — Я хочу предложить провести сначала ритуал усиления связи. Я насторожился. — Что это за ритуал? И не повредит ли он нам? — Его проводят, чтобы укрепить связь между двумя людьми. Например, между мужем и женой, отцом и сыном. В краткосрочной перспективе он позволяет объединить магические силы, делая их мощнее. А если провести ритуал на долгосрочную перспективу, то появляется глубокое понимание друг друга. — Ты уверена, что это безопасно? — Да. Более того, я думаю, что так острову будет легче принять тебя как второго хозяина. — Но Сомра ничего об этом не говорила, верно? Вивиан чуть заметно кивнула. — Да, но она и не была в подобной ситуации. Она может давать нам советы, но у нас должна быть своя голова на плечах. Я задумался. — Откуда ты знаешь об этом ритуале? — Из библиотеки Хогвартса. Это не запрещённая магия и не тёмное колдовство. Мы можем использовать его без последствий. Я внимательно всмотрелся в её лицо, пытаясь понять, не скрывает ли она от меня чего-то. Но Вивиан выглядела уверенной в своём решении. — Ты уверена, что всё пройдёт хорошо? — Да. Я глубоко вдохнул и кивнул. — Тогда ладно. Давай за дело.

***

Когда Дримель перенёс нас к кристаллу, я понял, что мы оказались в самом центре острова. Это было удивительное место, которое сразу поглотило меня своей атмосферой. Комната, в которую мы попали, словно была вырезана из самой сущности магии. Взгляд сразу же притягивали готические арки, величественно тянущиеся вверх, и сводчатые потолки, создающие ощущение безбрежного пространства. Стены были украшены сложными резными узорами, которые напоминали древние руны или магические символы. Мягкий свет факелов, висящих вдоль стен, создавал причудливую атмосферу, будто сама эта комната была забытым храмом, уставшим от времени и скрывавшим в себе мистику ушедших эпох. В самом центре комнаты, словно подвешенный в воздухе, находился магический кристалл в форме ромба. Его внутренний свет излучал мягкое голубое сияние, которое играло витиеватыми узорами, будто энергия, заключённая внутри кристалла, двигалась, текла, изменялась. Свечение кристалла напоминало мне потоки энергии, магии. Пол вокруг кристалла был украшен выгравированными символами — магическими знаками, которые, казалось, тоже были живыми. Они тянули взгляд, и я инстинктивно почувствовал принадлежность к ним. Каменные ступени, плавно поднимающиеся вверх, вели к балконам, расположенным по периметру комнаты. Они словно приглашали исследовать это место, но одновременно в их тени было что-то пугающее, недоступное, как если бы только избранные могли приблизиться к знаниям, заключённым в этом святилище. В воздухе витал лёгкий туман, который сгущался у самого основания кристалла. Он создавал странное ощущение потустороннего присутствия, словно нечто невидимое наблюдало за нами, следило за каждым шагом. Вивиан стояла рядом со мной, её фиолетовые волосы были собраны в высокий хвост, но несколько непослушных прядей выбились и мягко касались её лица. Её взгляд был сосредоточен, полон решимости, но я чувствовал — эта магия требовала от нас полной самоотдачи.Она была не для слабых. — Ладно, Дримель, где зелья? — наконец спросила сестра, не сводя глаз с парящего в центре комнаты кристалла. Домовик мгновенно появился рядом, поклонился и протянул нам по небольшому бутыльку с густой жидкостью насыщенного красно-оранжевого цвета. — Здесь, хозяйка, — его голос прозвучал отрывисто, почти торопливо. Я взял зелье, быстро снял пробку и залпом осушил его. Горло мгновенно обожгло, и по телу разлилось неприятное тепло, словно внутри меня заполыхал огонь. Вкус был кислым, с каким-то металлическим привкусом, и я едва удержался, чтобы не поморщиться. Вивиан проглотила зелье так же быстро, но не подала и вида. Только прикрыла глаза на мгновение, словно прислушиваясь к изменениям в теле. — Гадость редкостная, но мощная, — пробормотала она, открывая глаза. В них вспыхнул слабый проблеск силы. — Я чувствую, как мне становится лучше… но это ненадолго. Я сжал кулаки, ощущая, как прилив энергии проходит по моим венам, наполняя мышцы силой, которая уже через несколько минут начнёт угасать. — Значит, нельзя медлить, — кивнул я. — Нужно начинать, пока действие зелья не закончилось. Вивиан шагнула ближе к кристаллу, её пальцы осторожно коснулись древних гравировок на каменном полу, и воздух вокруг нас мгновенно изменился. Казалось, сама магия просыпалась, реагируя на её прикосновение. Пространство наполнилось гулким эхом древних чар, стены дрожали от напряжённой энергии, а тёмный свет факелов стал колебаться, словно опасаясь приближающейся силы. В её ладони вспыхнул сгусток фиолетово-чёрной энергии — он завивался, словно живое существо, то сжимаясь в плотный шар, то пуская тонкие линии магии вдоль её пальцев. — Кристалл стабилен, — тихо, но уверенно произнесла сестра. Её голос звучал спокойно, но я знал, что внутри неё бушует та же буря чувств, что и во мне. — Давай начнём со связывания. Я кивнул и протянул руку к эльфу, забирая у него протянутый серебряный кинжал. Лезвие выглядело старинным, на нём были выгравированы символы, которые я не мог разобрать. Не раздумывая, я провёл остриём по своей ладони. Острая боль пронзила кожу, и несколько капель тёмно-алой крови на пол. Я передал кинжал Вивиан. Она взяла его без колебаний, повторив мой жест. Её лицо оставалось непроницаемым. — Почему мне кажется, что нам придётся делать это часто? — пробормотал я, сжав окровавленную ладонь в кулак. — Что именно? — Резать руки. Вивиан коротко усмехнулась, но в её глазах промелькнула тень усталости. — Потому что твоё чутьё редко ошибается, — она слегка нахмурилась. — Чем больше мы узнаём о нашей семье, тем больше у меня противоречий. Чем глубже мы погружались в магическое наследие, тем сложнее было осознать всю тяжесть этой силы. — Ладно, берёмся за руки, — скомандовала она, и я без колебаний протянул свою ладонь. Как только наши окровавленные пальцы соприкоснулись, Дримель ловко подошёл ближе и начал оборачивать наши руки плотной льняной лентой. Её поверхность тут же пропиталась кровью, и от неё начал исходить слабый, но ощутимый поток магии. — Помнишь слова? — спросила Вивиан, посмотрев мне в глаза. Я кивнул. — Тогда начинай. Я набрал в лёгкие воздуха, чувствуя, как магия нарастает в комнате, и произнёс первые слова ритуала.Закрыл глаза, позволяя словам заклинания сорваться с губ: — Два потока, две души, Сквозь время, сквозь тьму, сквозь свет, Становясь единым кругом, Воплощая древний завет. От наших рук хлынул мягкий свет, вырываясь тонкими золотыми лентами, которые, извиваясь, начали обвивать наши запястья. Они были холодными, но от них исходила мощная энергия. — Силы наши пусть сольются, Словно пламя и вода, Чтоб навек сердца сплелись, Как лучи одного огня. Голос Вивиан был твёрдым, но в нём скользило напряжение. Она смотрела прямо перед собой, будто боялась отвлечься даже на мгновение. Светлые ленты сгустились, формируя сложный узор вокруг наших рук, словно живые, сплетаясь в причудливые узлы. Я ощущал, как наша магия переплетается, словно два потока, сливающихся в одно могущественное течение. Наши силы соединялись, проникая друг в друга, сплетаясь на каком-то глубинном, неведомом уровне. Это чувство было непостижимым, не похожим ни на что, что я испытывал прежде — одновременно обжигающим и леденящим, приносящим невероятный прилив могущества и в то же время странную, едва уловимую слабость. Будто часть меня теперь принадлежала ей, а часть её — мне. Я чувствовал её магию, её сущность, её необузданную мощь, и только сейчас осознавал, насколько же она сильна. Я знал, что Вивиан обладает великой силой, но даже не подозревал, насколько она безгранична. — Я, Гарольд, клятву даю, Ты, Вивиан, клятву даёшь, Вместе — сила, вместе — воля, Вместе — древний мир храним. Мой голос дрогнул, когда свет начал пульсировать быстрее, словно наша связь укреплялась с каждым сказанным словом. Ленты закручивались в сложные рунические спирали. — Печатью магии связуем, Руны света начертим, Пусть откроются все пути, Пусть сойдутся все пути. Вивиан произнесла последние слова, её глаза отражали отблески магического сияния, а губы сжались в тонкую линию. Казалось, сам воздух сгустился, стены комнаты вибрировали от напряжения, а кристалл в центре вспыхнул ярче, словно стал свидетелем этого союза. — Да будет так! — Наши голоса слились в унисон, и в тот же миг вспышка света ослепила нас. Я почувствовал, как ленты разом исчезли, а вместо них на наших запястьях осталась лишь льняная ткань, пропитанная кровью. Я заморгал, приходя в себя, и посмотрел на Вивиан. — Сработало? — спросил я, разглядывая запястье, на котором ещё ощущался лёгкий след энергии. Она несколько секунд молчала, словно прислушиваясь к чему-то, затем пожала плечами: — Понятия не имею, но похоже на то. Давай займёмся кристаллом, пока всё в порядке. Я кивнул, чувствуя, как магия внутри нас изменилась, стала глубже, плотнее, будто обрела новый смысл. Связь, созданная ритуалом, пульсировала где-то на грани осознания, незримо соединяя меня с Вивиан. Мы шагнули вперёд, и кристалл, словно ощутив наше приближение, вспыхнул мягким голубым светом. Его сияние казалось живым — мерцающим, перетекающим, меняющимся. Вокруг витало ощущение древней силы, мудрой и непоколебимой, той, что существовала задолго до нас и переживёт ещё множество поколений. Вивиан медленно подняла руку и коснулась кристалла. Я сделал то же самое, касаясь его рядом с ней. Камень был прохладным, но от него исходило странное, щекочущее тепло — словно волны энергии скользили под кожей. — Я говорю, ты повторяешь у себя в голове, — напомнила сестра, не отрывая взгляда от кристалла. Я кивнул, сосредотачиваясь. Глубоко вдохнул, позволяя магии течь сквозь меня, наполняя каждую клетку тела, и затем, следуя за Вивиан, начал произносить слова ритуала. — О силе, что струится в крови, О древнем знании, что хранит камень, Я, Вивиан Демфро, наследница рода, Взываю к узам, что связывают нас. Кристалл отозвался на её слова — его поверхность задрожала, свет внутри начал собираться в тонкие нити, закручиваясь в спирали. Вибрация прошла по моим пальцам, по ладони, вверх по руке, до самого сердца. Я не мог объяснить, что чувствовал в этот момент — смесь трепета, силы и глубокой ответственности, что ложилась на Вивиан. — Пусть прошлое признает меня, Пусть духи предков увидят, Пусть магия рода пройдёт сквозь меня И примет меня как свою. В этот миг я почувствовал, будто тысячи невидимых глаз обратились на нас. Давление в воздухе усилилось, словно неведомые сущности, призванные ритуалом, собрались в этом месте, оценивая Вивиан, взвешивая каждое слово, каждое движение. Из глубины кристалла раздался едва различимый звук — шёпот, эхом расходящийся по комнате. Я не понимал слов, но чувствовал их смысл. Это были голоса тех, кто жил до нас. Те, кто не просто носил фамилию Демфро, но и правил этим родом, вёл его через века, оберегал его тайны и силу. Я глубоко вдохнул и продолжил: — Ты даёшь клятву: Беречь тайны рода, Умножать его мощь, Вести его путями судьбы. Вивиан сжала мою руку. Наши переплетённые пальцы были связаны льняной тканью, пропитанной нашей кровью, — ещё один символ связи, ещё один шаг в этом ритуале. — Пусть печать крови скрепит обет! Мы одновременно положили связанные руки на кристалл. В этот же миг вспышка света ослепила нас, заполнив всю комнату. Ослепительно-белое сияние ударило вверх, отражаясь в сводчатых потолках, растекаясь по стенам, проникая в каждый уголок этого места. Я зажмурился, но даже сквозь сомкнутые веки видел, как энергия ритуала окружает нас, обвивает, проникает в Вивиан. Магия кристалла принимала её, впускала в ряды своих хранителей, вплетала в род Демфро на более глубоком уровне, чем просто по крови. — С этого часа и навеки, Ты — хранительница силы рода! Да будет так! Последние слова были произнесены чётко, отчётливо, с непоколебимой уверенностью. Кристалл вспыхнул в последний раз и вдруг втянул свет в себя, оставляя после себя лишь мягкое голубоватое свечение. В воздухе разнеслось странное эхо — отдалённые голоса, несущиеся сквозь века. Они звучали одобрительно, торжественно, как если бы предки рода наконец признали Вивиан. Я медленно убрал руку и посмотрел на сестру. — Всё закончилось? — спросил я хрипло, ощущая, как магия всё ещё покалывает кожу. Она молча наблюдала за кристаллом, который теперь выглядел иначе. Его цвет стал глубже, насыщеннее, а внутри я мог различить мерцающие символы — древние руны, которые не были видны раньше. — Да, — наконец сказала она, и в её голосе звучало что-то новое. Твёрдость, уверенность… словно внутри неё что-то стало на своё место. — Я принята. Я внимательно посмотрел на Вивиан. Она изменилась — не внешне, нет, но что-то в её осанке, в её взгляде стало другим. Она больше не казалась той уставшей, измученной девушкой, которой была ещё несколько минут назад. Теперь передо мной стояла настоящая наследница рода Демфро, глава семьи, признанная самой магией. — Как ты себя чувствуешь? — спросил я, всё ещё не до конца осознавая масштаб произошедшего. Вивиан улыбнулась — искренне, светло, как давно уже не улыбалась. — Прекрасно. — В её голосе слышалась лёгкость, которую я уже давно не замечал. — Будто я спала целую вечность, а теперь наконец-то проснулась. Кажется, даже силы вернулись… Она сжала кулаки, словно проверяя себя, и я почувствовал, как вокруг неё мелькнул слабый всполох энергии. Да, она изменилась. — А ты? — теперь уже она посмотрела на меня, чуть склонив голову. Я вдохнул глубже, осознавая, что напряжение, которое тяготило меня всё это время, исчезло. Тяжесть, давящая на грудь, ушла, и я чувствовал себя так, будто с плеч свалился невидимый груз. — Мне даже дышать стало легче, — признался я. — Как будто всё это время на мне лежало что-то невидимое, а теперь оно исчезло. Я не знал, связано ли это с ритуалом, с нашей связью или с чем-то ещё, но одно было ясно — теперь всё изменилось. Ощущая прилив облегчения и странного, но приятного тепла внутри, я притянул сестру в крепкие объятия. Она не сопротивлялась — наоборот, только сильнее прижалась ко мне, словно находила в этом утешение. Я почувствовал, как её дыхание стало ровнее, как напряжение окончательно покинуло её тело. В этот момент казалось, что всё страшное, что было до этого, осталось позади. Но счастье оказалось недолгим. Внезапно Вивиан вскрикнула, её тело дёрнулось, будто её пронзила невидимая боль. Она рухнула на колени, схватившись за голову, а её лицо исказилось в мучении. — Вивиан! — Я тут же опустился перед ней, не раздумывая, обхватил её плечи и притянул к себе. — Ви, милая, что с тобой?! Домовик Дримель, испуганно пискнув, подбежал к нам, тревожно глядя на свою хозяйку. — Остров же принял тебя! — в отчаянии продолжал я. — Мы всё сделали правильно!Что не так?! Грудь Вивиан тяжело вздымалась, дыхание было сбивчивым. Она стиснула зубы, сжимая виски, словно ее били топором по голове. — Это… это не остров… — прошептала она едва слышно, и я увидел, как её губы дрожат. — Это… воспоминания. Я нахмурился, с трудом осознавая смысл её слов. — Какие воспоминания? О чём ты?.. Она глубоко вдохнула, пытаясь взять себя в руки, но голос её всё ещё дрожал. — Кто-то… кто-то стёр часть моих воспоминаний… Я почувствовал, как у меня внутри всё похолодело. — Что ты вспомнила? Вивиан медленно подняла на меня глаза — в них читалось столько боли и растерянности, что мне стало по-настоящему страшно. — Много… — прошептала она, и её рука вцепилась в рукав моей кофты. — Слишком много…