Тот, кто стоит за спиной.

Неприятно. С лева что-то тихонечко постукивало, а с права пищало. Звуки резали уши, одновременно спокойный и противный, создавали противоречивое чувство внутри. Потребовалось с минуту, что бы учуять неприятный, отдаленный запах хлорки и яркий запах лекарств. Спина ноет, а голова трещит. Ресницы слегка дрожали, а веки не желали подниматься. Еще пять минут девушка лениво приподнимала брови, стараясь открыть глаза. А когда открыла, в панике начала бегать черными бусинами по комнате. Глаза перебегали с тумбы к стенам, со стен на пол, с пола на человека перед ней. Белые стены, твердый матрас и запах лекарств ясно дал понять — она в больнице. В какой и где? Пока не ясно. Окна занавешены тяжелыми серыми шторами, а темная дверь плотно закрыта, не давая услышать шум коридоров. Попробовав приподнять голову, она тут же опустила ее. Стены пошли кругом, а лицо человека расплылось в страшной картине. - Врача позвать? - Голос, словно под толщей воды. Уэнсдей зажмурилась, попробовала поднять руки, но те были до боли тяжелыми. - Я… - Во рту сухо, неприятно. - Где я? - Больница Джерико. - Ответил знакомый голос. Больница Джерико. Она была единственной в городе. В какой то из этих палат, пару месяцев назад, умер мэр. - Что со мной? - У нее все же получилось приподнять голову. Лицо парня все еще слегка плыло, глаза то разъезжались, то съезжались назад. Но это не мешало наконец то узнать его. - Ничего критичного. - Лука слегка улыбнулся. Лука. Он жив. Вот он! Сидит перед ней, смотрит голубыми глазами, а белые волосы спадают на лоб. - Сильная усталость, стресс, небольшие порезы. Тебя обработали, напичкали успокоительными и отправили спать. Некоторое время даже спорили, может тебя просто вернуть в госпиталь в Неверморе. Но главный врач решил оставить тебя здесь. - Мне кажется я в раю… - Голова вновь упала на подушку. По всюду все такое светлое и белое. Лука сливался со стенами, так же как и серые аппараты по правую сторону от нее. Даже небольшая лампа на комоде, была серой с серебренным узором. - Нет, к твоему несчастью, пока что в больнице. - Он встал на ноги и подошел к двери. - Пойду сообщу что ты очнулась, принесу воды. И вышел. Уэнсдей лениво повернула голову к окну. Впервые ей хотелось сорвать шторы и посмотреть на улицу. Она задумалась — а как здесь оказалась? В голове всплыли картины бледный Энид и Ксавье. Просьбы Луки, боль в руках от веревок. Она помнила как сорвалась с места и влетела в парня. Помнит как толкнула его в стену и тот противно застонал от боли, скорей всего в руке, так как она была зажата между ним и стеной. Она помнила как врезалась кулаком в его голову, как он закричал ей что-то невнятное. А дальше… кажется девушку кто-то схватил, удерживал. А дальше все как в тумане: неотчетливые голоса, чьи-то руки, крики. Все смешалось воедино. Потеряла ли она сознание или просто уснула — не помнит. - Да, я напишу, хорошо! - Дверь открылась и в палату вошел мужчина в белом халате за ним и Лука со стаканом воды. Парень протянул его девушке и та попыталась взять, но пальцы не хотели сжиматься. - Вижу, очнулись… Парень просто поднес стакан к сухим губам и девушка сделала глоток. Приятно. Прохладная вода протекла по горлу, и девушке казалось, что она проникала в вены. - Да. - Аддамс наконец посмотрела на врача, когда стакан остался на половину полным. - Как самочувствие? Голова, тело? Глаза? - Вижу, чувствую. - Произнесла девушка, а затем попыталась встать. Спина заныла, но она все же оторвалась от твердого матраса. Врач медленно кивнул, записал что-то в небольшой блокнот и достал небольшой фонарик из кармана. Зрачки тут же сузились, когда мужчина посветил в глаза. Он вновь что-то записал и кивнул сам себе. - Состояние хорошее, глаза реагируют… - Он перелистнул страницу. - Думаю, вас уже можно выписывать. Уэнсдей наблюдала за ним. - Только выпейте это. - Мужчина поставил на тумбочку небольшой пузырек с таблетками. - Что это? - Лука опередил в вопросе. - Витамины. - Он встал со стула и подошел к двери. - Телу нужно восстановится. Завтра утром я еще зайду, и тогда приму окончательно решение. Он вышел и в палате повисла тишина. Не долгая, через пару секунд Уэнсдей уже смотрела на парня вопросительными глазами. - Что случилось? Как я здесь оказалась? - А… - Где Нил? Что с Энид и Ксавье? - Тихо — тихо… - Он почесал затылок и уселся на стул, где пару минут назад сидел врач. - А… Ну знаешь… За окном прогремел гром, а через секунду, помещение наполнилось звуком дождя. Ливень, самый настоящий. Капли шумели,а вместе с ними и ветер. - Лука, что произошло? - Думаю я не один должен это говорить… подожди ка здесь. И вышел, не услышав ответа. Уэнсдей еще долго смотрела на закрытую дверь, словно ждала что она вот-вот откроется. Но этого не случилось. Она еще с час смотрела в серый потолок, слушая шум озлобленной, на кого-то, природы и шум машин. Дверь все же открылась, когда глаза девушки уже начали закрываться. Первым кого она увидела, был Аякс, за ним зашла Бьянка, а последним Лука. Они все с пол минуты разглядывали ее, пока девушка смотрела на них в ответ. - Ты снова с нами. - Пробубнил Аякс. Бьянка молча подошла к окну и раскрыла шторы, за что девушка была ей благодарна. Вечерний свет проник в палату через стекло, Уэнсдей повернула голову к окну, наблюдая как капли сверкают на свету уличного фонаря. Капюшон Аякса был натянут по самый лоб, скрывая его необычную прическу, и он был на сквозь сырым. Бьянка, отвернувшись от окна, убрала руки поглубже в джинсы и слегка улыбнулась. - А мы уже думали какой тебе гроб заказывать. - Сказала она слегка опустив голову. - Ты сказал что у меня стресс, почему все меня пытаются похоронить? - Обратилась Аддамс к Луке, а тот помялся. - Когда мы спустились, увидели интересную картину. Ты чуть не сломала шерифу Галпину палец, когда тот пытался тебя оттащить. - Ответил Аякс, покачиваясь на ногах. Вода стекала по его лицу, падая на пол. - Галпину? Что он там делал? - Уэнсдей села и слегка откинула одеяло в сторону. - Как вы вообще поняли где мы и что с нами? - Мы бы и не поняли. - Тяжело выдохнула Бьянка облокачиваясь о поддонник. - Если бы не Вещь, который в панике что-то настучал. А затем, поняв что мы его не понимаем, просто написал все на листе. - Научи его писать, почерк не лучший. - Перебил Аякс, за что получил осуждающий взгляд. - Ну и поняв что ты вновь влезла не в лучшее веселье, мы вызвали полицию. - Девушка пожала плечами. - Ворвались в клуб, увидели кровавое месиво, ну и… - Шериф оттащил тебя от Нила, попросил вызвать скорую. Вся школа в панике, ты в отключке, Лука…? В отключке, Нил без зуба. - Он слегка усмехнулся. Аддамс прищурилась. - Я выбила твоему брату зуб? - Да. - Жаль не убила. - Жаль. Вещь. Если бы он не пошел к ребятам, все могло кончится хуже. Аддамс бы возможно действительно была в раю, или аду, и утащила бы за собой Нила. - А Ксавье и Энид? Повисла тишина. Аякс и Бьянка посмотрели на Луку. Тот тяжело выдохнул, поправил воротник рубашки и, словно готовясь к худшему, произнес: - Когда я очнулся, меня выписали только через три дня. Все это время Энид и Ксавье находились в школьном госпитале. Я снял с них… гипноз? С помощью ядов. Сейчас они в школе, я не знаю что с ними. - Он пожал плечами. - Они все еще в госпитале. - Пробурчала Бьянка. - Твои эти яды не вернули их телам силу. Лука виновато опустил голову, но затем поднял, когда услышал облегченный вздох Аддамс. Уэнсдей упала на подушку и прикрыла глаза. Живы. Они все живы. - Отвечу на твой вопрос наперед. - Бьянка слегка прищурилась, а затем отошла от окна. - Нил пока что в участке, что с ним сейчас и что будет, мы не знаем. Аддамс слегка кивнула. Прекрасно. Все прекрасно. Энид жива, Ксавье тоже. И Лука в порядке, а его сумасшедший брат в руках полиции. Внутри вдруг поселилось необъяснимое тепло. Оно протекло по венам, заполнило легкие и сердце. - А теперь объясните нам. - Аякс посмотрел на парня, тот провел руками по белым волосам. - Кто ты, откуда у тебя брат, и что вы сделали с нашими друзьями? Это был долгий рассказ. Уэнсдей пыталась объяснить как узнала кто из братьев кто, и что двигало Нилом. Лука же в свою очередь объяснял, как работает его сила, и почему Энид с Ксавье были как марионетки. Стрелки часов перевалили за десять, когда все покинули палату девушки. Глаза закрылись почти сразу, как дверь за ребятами закрылась. Ни приятных, ни страшных снов девушка не видела. Всю ночь перед глазами была лишь пустота, а на утро эта пустота сменилась растерянностью. Лука и Бьянка привезли ей сменную одежду из ее же гардероба, они же заказали такси и все втроем поехали в сторону школы. Всю дорогу девушка пялилась черными глазами в окно. Ветер гнал тучи в сторону Джерико, открывая над школой просторы голубого неба. Уэнсдей не знала что делать. Энид наверняка еще лежит в госпитале без сознания. Как девушке находится в их комнате, зная что соседка в таком состоянии? Аддамс оттянула горло черной кофты, натянула капюшон на голову и прислонилась щекой к стеклу. Неприятное чувство. Девушка с недавних пор начала привыкать к этим неописуемым, для нее, эмоциям. Обычный человек, скорей всего, сразу понял бы, что он чувствует. Где печаль, а где радость, где влюбленность или переживание. А темная девушка до сих пор не определилась что она чувствует к блондинке. Она волнуется за нее? Да. Она была разбита когда та ушла из комнаты дважды? Определенно. Ей хотелось разорвать Нила на части, когда тот нанес удар по Энид? Бесспорно. Но была ли та влюблена, или любила ее? Она любит ее. Но как? Машина остановилась у резных ворот. Водитель не согласился везти подростков до дверей школы. Поэтому трое просто шли в тишине по длинной дороге. Когда они дошли, все, кто стоял на улице, обернулись к ним. Лука спрятал глаза за волосами, Уэнсдей сильнее натянула капюшон, а Бьянка прошла так, словно никого вокруг и не было. - Навестишь ее? Аддамс подняла глаза. - Что? - Навестишь Энид? - Бьянка кивнула в сторону лазарета. - Ксавье уже у себя, его отпустили вчера вечером. - А Энид? Бьянка лишь пожала плечами. Ответ стал очевиден, когда Аддамс отвернулась от дверей школы, и быстрым шагом направилась к госпиталю. Когда двери открылись, она стянула капюшон и быстро оглядела глазами все вокруг. Пусто. Ни врачей, ни больных, ни Энид. Белая дверь на другой стороне помещения открылась, в комнату вошла Энид. В уже знакомом свитере, со своими яркими волосами и легкой улыбкой на губах. Она отряхнула руки о джинсы и подошла к кровати, не заметив гостя. - Энид… - Тихо, почти беззвучно. Но чуткий слух оборотня услышал ее. Энид выпрямилась, медленно повернулась к ней, и посмотрела голубыми глазами. - Привет. Уэнсдей сделала шаг затем еще один и еще. Если бы кто-то рассказал, что Аддамс подбежала к ней, никто бы не поверил. Но Уэнсдей подбежала, остановилась и вцепилась в девушку взглядом, а затем и руками в плечи. - Привет… - Энид улыбнулась, пока ошеломленные глаза бегали по смуглому лицу. Аддамс обняла ее. Первая. Просто притянула и уткнулась в плечо. Энид положила руки ей на спину и прижала, утыкаясь черные волосы, которые уже давным давно выбились из аккуратных косичек. - Мне сказали ты в больнице. - Прошептала блондинка. - Угу. Это все что могла ответить девушка. От Энид пахло ягодами, теплый свитер согревал, так же как и руки. Она чувствовала ее дыхание, сердце. Казалось, слышала ее мысли. Солнце вышло из-за туч, освещая помещение сквозь окна. Энид тихо всхлипнула, когда Уэнсдей сжала ее свитер ладонью. - Я думала что не смогу. - Шепотом произнесла Уэнсдей, прикрыв глаза. - Думала он убьет тебя. - Я жива. - Слегка усмехнувшись, девушка провела по ее волосам. - Спасибо… Она не знала кого благодарила. Себя, за то что все же смогла тогда сорваться с места. Нила, за то что он не нанес серьезных увечий. А может быть Луку за то, что избавил девушку от мучений с помощью яда. Или врачей, за то, что поддерживали ее состояние все это время. Наверное, в тот момент, ей было все равно к кому она обращалась. Уэнсдей благодарила все сразу, каждого, кто причастен и не причастен. Девушка просто была благодарна за то, что сейчас она могла стоять здесь, в тишине, и прижиматься к теплому телу.