Make you mine

Как победа не со мной,

Как надежда нелегка...

ДДТ - Метель

Мы вышли из кафе, направившись в парк аттракционов. Когда мы вышли из кафе, врач сказал: - Тогда как вы сошлись с Джонасом снова? Что за истерики при его смерти? Ведь он ничего особенного для тебя не сделал. Он точно оставил в твоей жизни след, потому что я никогда не поверю, что вся эта история имеет такой банальный конец! Я хочу продолжения! - Я уже надеялась, что вы поверите в конец моей истории, как некторые слушатели из кафе. Вы слишком догадливый, а это мне не на руку и подавно. Не люблю людей с хорошими качествами, которые они в себе воспитали, а не взяли у природы безвозмездно вместе с генами родителей. Разумеется, это только начало. Начало моей новой истории, куда более трагичной и страшной, нежели то, что вы слушали от меня втечение трех дней. - Сколько же дней займет эта история? - любопытствовал врач. Мне ничего не оставалось кроме того, как пожать плечами. Наконец-то Тимофей Евгеньевич мог рассматривать меня не как школьницу, не закончившую школу, а как особу опасную, куда более умную, чем ее сверсники. - Радовалась я своей свободе где-то месяц. Из моей головы полностью выветрились все страхи о том, что Копытникова может сделать мне больно. Я перестала ее бояться, но стала ощущать любовь Джонаса к себе. Девушки всегда чувствуют, когда мужчины их любят. И шестое чувство меня не обманывало. Англичанин, увидев меня свободной, гордой, словно потерял голову. Его сводила с ума моя нынче вечная свобода; я слишком сильно поменялась, и иногда мне казалось, что я меняюсь местами с Копытниковой, как в сказке про рыцаря, который спасал город и принцесс от дракона, а в итоге стал таким же драконом. Я стала совершенно другой, если раньше меня видели в джинсах, кедах, футболках, то для меня стали любимыми другие наряды: платья, юбки, красивые вещи. Я напоминала себе учительницу! Только более роскшную, дерзкую, более молодую. Вы встретили меня изгоя, но благодаря тому, что я кому-то рассказала о кошмарном прошлом, мучившем меня в школе, я стала прежней... Сводившей с ума Джонаса. В один день я выглядела особенно красиво, ко мне подбежала какая-то девчонка и сунула в руку небольшую бумажку, я развернула ее: "Двадцать декабря вас ждут в суде, в двенадцать часов дня. Будут рассматривать дело о совращении малолетних." - я поняла в ту секунду, что моя жизнь только начала превращаться в Ад. Но тот Ад казался мне слишком уж нежным, каким оказался на самом деле. Двадцатого декабря в двенадцать часов я, как и обещала, явилась в суд. Это было странное здание... Я ничего не смыслила в праве, не разбиралась в должностях суда, кто, что отстаивает. Сев на место, где располагаются присяжные, я выдохнула, как ко мне подошел кто-то из помощников судьи и потребовал сесть за стол пострадавшего. Я невольно встала и на ватных ногах двинулась к своему месту. За столом истцов расположились Копытникова, ее отец и адвокат в шикарном костюме. Джонаса вывели самым последним и грубо усадили на стул обвиняемого. Лицо его было избитым: губа распухла, рассечена бровь, фингал под глазом и разбит нос, костяшки рук его все были разбиты в кровь - от жуткого вида англичанина я заплакала и закрыла рот рукой: - Всем встать, суд идет! - проговорил помощник судьи и посмотрел мне в глаза. Все встали, Джонас лениво поднялся с места, его руки сковывали наручники. - Судебное заседание по делу Джозефа Адама Джонаса считаю открытым. Наша задача быть объективными и принять решение в виновности или невиновности подсудимого. Роль присяжных принадлежит всем присутствующим. Слово предоставляется председателю присяжных для дачи клятвы. - Клянусь исполнять свои обязанности честно и беспристрастно, принимать во внимание все рассматриваемые в суде доказательства, доводы, обстоятельства дела и ничего, кроме них, разрешать дело по своему внутреннему убеждению и совести, как подобает свободному гражданину и справедливому человеку! - Слово предоставляется обвинению! - Уважаемый суд, господа присяжные! - заговорил прокурор. - Вам предстоит сегодня рассмотреть и вынести решение по делу о виновности Джозефа Адама Джонаса. Обвинение намерено доказать вам, что недавно подсудимый совершил совращение малолетней! - прокурора в бок пихнул локтем Ромашкин, и тот тут же исправился. - Ой, простите! Несовершеннолетней! И за это он должен понести соответсвующее наказание. Вот что обвинение намерено вам доказать, это мы и докажем! - Обвиняемый! Вы вызываетесь для допроса судом! Ваше имя? - говорил судья холодным голосом. Джонас поднялся с места, как соответствует, громко и четко произнес свое имя: - Джозеф Адам Джонас. - Ах, так этот извращенец еще и не русский! - вскочил с места прокурор. - Уточняю вопрос: известно ли вам о том, что содеянное вами грозит судом и лишением свободы? - Да, - покорно ответил Джонас. - Слово предоставляется защите, - проговорил судья. Встал с места высокий и худой мужчина, с низким лбом, в сером костюме, с русыми волосами и особо узкими плечами. Адвокат Джонаса поклонился и представился суду, а после начал говорить свои показания: - Ромашкин Степан Павлович предоставил суду видео, на котором мистер Джонас совершил половой акт с несовершеннолетней, Викторией Сергеевной. - Акт был совершен добровольным путем или же нет? - вскинул бровь вверх судья. - Да! Все было совершенно абсолютно добровольно, ваша честь! - На записи представлен весь материал или видео подверглось монтажу? - мои губы задрожали. - Пострадавшая ничего не исправляла в представленном видеоролике и отправила его своей однокласснице, Копытниковой Зое Михайловне, а после видео угодило в руки Степана Павловича. Подвергалось ли видео монтажу? - спросил адвокат Джонаса. - Разумеется, нет! - возразил прокурор, встав со своего места и прокашлялся. Вид у него был рафуфыренный, напудренный, как у нарцисса. - Ваша честь, можете ли вы показать видео? Адвокат мистера Джонаса может сам подтвердить то, что видео не подвергалось обработке. - Что же... Поставьте эту порнографию! - выдохнул судья. Запись пошла, я увидела на ней все, что было... Все эти слова... Увидела со стороны, какой дурой выглядела и как рвалась к победе. Джонас сидел, потупив взгляд. По моим щекам текли слезы: неужели Копытникова не наигралась? - Слово предоставляется экспертам, - сказал судья. С места поднялась Копытникова: - Мистер Джонас был известен лишь как учитель в нашей школе, на самом деле это оказалось не так. На уроках он показывал нам порнографию и называл это совершенно нормальным, предложил продолжить ее просмотр во время рассказа Российской истории в конце восемнадцатого века. Так же известно, что Джонас нередко оставлял у себя после уроков учеников, а именно - Архипелагову Викторию. Неизвестно, чем эти двое там занимались! Должна предоставить вашему вниманию сообщение о том, что мистер Джонас часто начинал с нами разговор на взрослые темы, даже когда ученики просили его прекратить, он продолжал, пропагандируя нам секс! - Подсудимый, что вы можете сказать по сути предъявленных вам обвинений? - Много чего, - ответил Джонас. - Знаете, мне достался необычный класс. Бесподобный присутствующим в нем деспотизме, иерархии, жестоком обращении учеников друг с другом. Вы не поверите, какой там Ад. Все обвинения, предъявленные мне - в этом есть какая-то часть правды, точнее они все правдивы, но эксперты представили эти так называемые "обвинения" в таком виде, чтобы меня посадили за решетку. Позвольте вам рассказать об упомянутых моментах экспертами. Сказали, что я давал ученикам смотреть порнографию, что же... Точнее, они смотрели ее без моего ведома. Пока меня не было в кабинете, ребята подменили диск с документальным фильмом и поставили порнографию, сказав всем, что диск с эротикой принадлежит мне, стали смеяться, что я люблю смотреть порнографию. Возможно, я, как и любой нормальный человек, как мужчина, не считаю просмотр порнографии постыдным в своем возрасте. В конце-концов, я не мальчуган, который прячет диски от строгого папани под подушку и не старик-импотент, который пытается из себя еще что-то выжать. Что касается того, что я сказал... Порнография, по-моему, не лучшая вещь на Земле, поэтому я хотел просветить ребят, как разврат появился в России, тем самым я хотел вызвать у них отвращение к просмотру этих фильмов, а не наоборот. Во-вторых, эксперт упомянул мое постоянное времяпровождение с одной из учениц. Ничего не было между мной и ей, мы разговаривали об учебе, я так же был ее репетитором по английскому языку. Поэтому в наших уединениях нет ничего особенного. - Тогда почему вы закрывали двери? - спросил судья. - В коридорах школы на переменах очень шумно, я не люблю работать в шумной обстановке. Если вы думаете, что между мной и моей ученицей что-то было, можете посмотреть видеозаписи в установленной камере в кабинете. Я же должен знать, чем занимаются мои ученики в отсутствие учителя! Третий момент, в котором я якобы пропагандировал секс. Что же... Несколько раз среди моих учеников я слышал разговоры в которых они обсуждали свои сношения. Я, как классный руководитель, решился объяснить им, что есть на самом деле сношение и какой смысл оно имеет. - Господин прокурор, вы можете приступить к перекрестному допросу! - Подсудимый, скажите, вам нравилась ваша ученица, над которой вы совершили надругательство? Или до сих пор нравится? - Как человек она действительно мне нравится, - ответил Джонас. - У нее большие способности к языку и вообще я считаю ее талантливым человеком! - Могли бы вы отказаться от своего деяния перед тем, как совершить его? - У меня были все возможности, разумеется. Должен сказать, что долгое время без сношения вывернуло меня буквально наизнанку. На дискотеке мои ученицы так пикантно танцевали в мокрых майках, соблазняли меня, игрались и заманивали в игры с поцелуями, к тому же, Архипелагова Виктория пострадала, ее руки были повреждены и два дня подряд я видел ее тело полностью обнаженным. - То есть жертва сама вас подталкивала на содеянное? - Возможно, что так. - Если бы рядом была другая из ваших учениц, вы бы совратили ее? - Да, - твердо ответил Джонас. - Что по этому поводу могут сказать эксперты? - Ничего, ваша честь, - выдохнула Копытникова. - Продолжим допрос подсудимого. - Подсудимый, узнали ли вы себя на видео? - проговорил прокурор. У толстого мужчины стерло дыхание в душном зале. Тот поправил галстук, отхлебнул водички и выслушал ответ англичанина, вытирая губы рукавом: - Да, - ответил Джонас. - Но повторюсь, что меня подтолкнули на совращение несовершеннолетней! - Подсудимый, назовите имена зачинщиков? - Копытникова Зоя, Кокосова Мария, Мельнина Ольга, Архипелагова Виктория. - У меня больше нет вопросов, - прокурор разместился своей толстой попой на лавке, от чего Копытникова и прочие сидящие на ней скатились, как по горке к прокурору. - Адвокат, вы можете приступить к перекрестному допросу. - Господин обвиняемый, скажите, как часто девушки позволяли себе распутное поведение в обществе с вами? - Довольно-таки часто. На дискотеках чаще всего. Завлекали в игры на поцелуи, перед этим заманивая в круг. Вам известная игра: пух, пылесос, мех, перо? Как говорили мне мои ученицы: "Перо - поцелуй одного; пух - поцелуй двух; мех - поцелуй всех; пылесос - поцелуй взасос". - Вы отвечали всем на поцелуи? - Нет, только одной. Виктории Архипелаговой. Остальных своих учениц я слишком плохо знаю, поэтому выбирал ту, с которой знаком больше всех - Виктория. - Вы полностью отрицаете тот факт, что возможно относитесь к своей ученице по-другому, не так, как ко всем остальным? - Нет, не отрицаю. С ней приятно было вести диалог, Виктория много всего рассказывала о классе. Так как она была изгоем, то я стралася как можно больше времени уделить ей. - У меня больше вопросов нет, - сказал адвокат Джонаса и сел на место. - Для дачи показаний вызывается Виктория Архипелагова. Что вы можете сказать по сути дела? - Полностью согласна со словами мистера Джонаса, ваша честь! - говорила я, ломая пальцы. - Мистер Джонас сыграл очень большую роль в моей жизни, вы слишком многого не знаете, чтобы обвинять его. - Чего же нам неизвестно такого особенного, Виктория Сергеевна, просветите слепых людей! - проговорил судья. Я расслабилась и начала рассказывать: - Как вам известно из слов подсудимого, то в классе я действительно была изгоем. Моя одноклассница, Зоя Копытникова, устроила игру, из которой я смогу выйти победительницей, если пересплю со своим учителем и сниму это на запись. - Что же за игра такая? - спросил судья. - В игре участвовали подруги Копытниковой Зои: Кокосова Мария, Мельнина Ольга и Ромашкина Маргарита. В каждом раунде выбывала проигравшая, набравшая наименьшее количество баллов. Баллы можно было набрать тем, что учитель будет ухаживать за вами. В каждом раунде действия с учителем становились более распутными, последним раундом, до куда я добралась - был секс с Джонасом. Так как я все-таки совратила своего преподавателя, то выиграла свободу от унижений и побоев одноклассников. Должна так же представить во внимание то, что проигравшие жестоко избивались, несмотря на мою победу, меня точно так же подвергали побоям. - Вам что-нибудь известно о побоях, господин адвокат, господин прокурор? У вас есть вопросы к свидетелю? - Да, совсем недавно были сняты побои. Взгляните на эти снимки. К тому же, недавно Виктория Сергеевна жаловалась на боль в животе, мучающую ее в течение пары недель. В живот ее пнул одноклассник, Решесов Юрий! - ответил адвокат. - У меня нет вопросов, - добавил прокурор. - Допрос окончен, выслушаны свидетели, эксперты. Для подведения итогов слово предоставим обвинению и защите! - Уважаемый суд и господа присяжные! Вы сейчас выслушали экспертов, ответы обвиняемого. Из всего услышанного видно, что подсудимый все-таки подвергся соблазну и совратил малолетнюю, тьфу ты, несовершеннолетнюю! Хоть акт был совершен полностью добровольно, однако по статье 134 УК РФ следует, что подсудимый попадает под ответственность и будет лишен свободы на срок 3 или 5 лет или же... - Ваша честь, позвольте замолвить слово о том, что возраст Виктории Сергеевны старше, чем представлено в статье 134 УК РФ, здесь четко сказано о том, что несовершеннолетний, значит, не достигший шестнадцатилетия. Викторие Сергеевне семнадцать лет, так что стоило ли устраивать весь этот цирк? - Все равно этот ублюдок виновен! - заорал прокурор, ткнув пальцем в Джонаса. В зале началась перестрелка: послышался звон стекол, выстрелы, крики. Чья-то цепкая рука утянула меня под стол. Я зажмурилась и открыла глаза только потом, передо мной сидел Джонас: - Ей Богу, будь у меня в руках пистолет, я бы с удовольствием продырявил тебе им голову, - сказал тот и каким-то образом снял наручники, не используя ключи. - Мистер Джонас, что это такое? - Разве тебе не понятно, что этот суд ради того, чтобы отстрелить мне яйца? - возмутился Джонас. - Следуй за мной, ничего не говори, нам нужно скрыться! - Джонас аккуратно вырубил киллера, стоящего рядом с нами, забрал у него оружие и стал осторожно выбираться. Не помню, как мы выбрались оттуда, из этого хаоса, помню, что видела много раненных людей, убитых... В последний раз тогда я увидела Копытникову, точнее ее труп.