Путь шиноби освещается звездами

Переворот? Миссис Полсон, няня Леди Каоры Мацумото, застала свою госпожу, хозяйку поместья, безвольно опустившейся в кресло, будто из нее вынули ее стальной скелет. Через мгновение она снова вытянулась, стала прямой как струна, - и лишь рука, нервно трущая переносицу, выдавала ее смятенное состояние: -Не знаю, Джейн (так звали миссис Полсон - Джейн Элизабет Полсон), не понимаю!.. Что я ни делаю, все бестолку! На его стороне (она говорит о сенаторе Бернелле, разумеется) сам дьявол. Оказалось, что в замок пришло известие - в пригородах говорят, что в Конохе развернулись боевые действия. В ближайших к ней поселениях люди слышали эхо гремящих ударов и отголоски человеческих криков. К общей картине добавьте то, что в самих пригородах снова стало беспокойно - вспыхнули огни мятежей. Читатель, сложив слагаемые (простите за тафтологию), должно быть, уже догадывается, что в стране Огня происходит попытка (весьма успешная) государственного переворота. ***

Первое нападение на Коноху. Проклятье копирующего ниндзя. Он умрет. Обо всем по порядку. Каора не сразу поняла является ли грохот, который она слышит, реальным, или же это какое-то странное и до жути реалистичное продолжение ее сна. Когда к ней в покои ворвался разгоряченный от спешки и волнения служащий дворца и сказал, чтобы она как можно быстрее спустилась в подземное укрытие, стало понятно - кто-то напал на Коноху. Грохот и крики были слышны даже под землей, где Каора просидела бессчетное количество часов в растерянности и замешательстве, прежде чем шиноби в порванной испачканной одежде стали постепенно появляться внизу, под землей. Каждый из них был по-странному поникший и на каждом из них не было лица. Оказалось - сражение длилось практически весь день и сейчас дневной свет снаружи сменяется вечерней синевой. В бесчисленных подземных коридорах и помещениях, построенных во дворце специально для укрытия от боевых действий, началась активная работа: Сакура-чан и Цунаде-сама занимались сортировкой и лечением раненных, а темноволосый Шикамару из клана Нара (к которому леди Каора питала симпатию) объяснял отрядам шиноби дальнейший расклад событий. Оказалось, что шиноби разделены в команды по три человека, а команды объединены в отряды. Каждый отряд имеет своего командира. Командиром одного из отрядов был копирующий ниндзя Какаши, но его Каора никак не могла найти среди торопливо снующих по подземелью шиноби. Голубые глаза Наруто-Куна бегали по головам бегущих туда-сюда людей. Вдруг они выхватили из общей массы волосы цвета лепестков сакуры и незаметная улыбка облегченно легла на губах юноши, обнажив острые зубы, - еще одно свидетельство чакры Девятихвостого лиса. Каора тоже не смогла сдержать улыбку, глядя на него. Учиху Саске они ждут, так я и поверила.Расскажите кому другому. Вообще, леди Каора ощущала растерянность и решила прибиться с Сакуре и Хокаге, предложив им хоть какую-то помощь. Теперь задачей Каоры было ходить за Сакурой-чан и записывать указания, которые она потом передавала служащим дворца. В обрывках разговоров, что ей удавалось разобрать, фигурировали слова, от которых Каоре становилось дурновато: «мертвецы», «Орачимару», и самое пугающее - «переворот». Кто мог устроить переворот в Конохе, Каора не догадывалась, но зато отлично знала, кто мог зачинщика на это подбить. Сенатор Бернелл, горите в аду! С наступлением ночи в подземелье стало спокойнее, большинство факелов было погашено с целью экономии и обстановка напоминала ночные коридоры лазарета - все спали и лишь Сакура-чан, Цунаде-сама и леди Каора доделывали последние на сегодня дела. Мастерство ниндзя-целителей восхищало Каору - последовательность правильно сложенных печатей восстанавливает человеку здоровье, а иногда (как в случае с Какаши) и жизнь. Лицо Какаши Каора сегодня не увидела. Ей показалось, что пепельные волосы и повязка, спущенная на один глаз, мелькнули где-то в пределах видимости бокового зрения, но повернувшись в эту сторону, она не увидела его. Для Сакуры-чан и леди Каоры была отведена маленькая, но теплая и уютная комнатка, где девушки расположились почти что вплотную друг к другу. День выдался очень сумбурным и, казалось, нереальным. Каора думала, что проснется утром и все произошедшее окажется сном, но то, что рассказала ей Сакура, сделало этот день одним из самых запоминающихся. В плохом смысле, к сожалению. -А как копирующий ниндзя? - невзначай, неожиданно даже для себя спросила Каора, -Какаши-сенсей… - чуть помедлив прошептала Сакура. Оказалось, что Какаши Хатаке проклят. Проклят мальчишкой Учихой (голос Сакуры дрогнул, когда она говорила о нем), который явился им на пути в лесу. Проклятые печати проступают на предлечье копирующего ниндзя (причина, по которой его рука была забинтована в последний его визит) и постепенно распространяются на все остальное тело. Цунаде-сама лишь помогла облегчить его состояние, но никак не снять проклятье… -Он умрет? - шепот Каоры, -Обычно проклятые с такими печатями живут девять дней после того, как печати были наложены - так написано в книгах о темных техниках, - Сакура явно старалась не терять настроя, голос ее оставался нежным и твердым, как всегда, - но… Все можно исправить. -Как?! - нетерпеливо бросила Каора, но сразу же осеклась, - мне просто интересно… Как. -На проклинателя нужно наложить эти же печати, но в обратном порядке, - Сакура, казалось, заметила нетерпение Леди Каоры, но сразу же будто забыла об этом (или сделала вид, что забыла), в лунном свете ее лицо было трудно различимо, - только у этого человека должна быть мощная чакра, потому что это очень сильная техника. Если чакры не хватит, человек умрет. -Кто же?.. -Цунаде-сама думает, что Наруто-Кун сможет сделать это. Я… - сизо-розовый голос стал тише, - Я…тоже так думаю. Ну еще бы. Девять дней. Сколько дней прошло с момента, когда человек, похожий на девушку, проклял Какаши? День прибытия - раз. День, когда она впервые спустилась в подземелье дворца, - два. День знакомства с Наруто-куном, шумным ниндзя, - три. Званый ужин и последующий визит копирующего ниндзя - четыре. О, ужас! День нападения на Коноху - пять. Остаётся четыре дня. Четыре дня, чтобы спасти его. Не привязывайся к шиноби, моя девочка, у них зачастую трагичная судьба. Ну почему? Почему ты всегда так права, няня? . Ведь казалось, что он полностью исцелен… Слезы не текли по ее щекам в эту ночь. Она заснула и ей почти ничего не снилось. ***

Второе нападение на Коноху.

Второе нападение произошло на рассвете спустя несколько часов после первого и принесло гораздо больше потерь. Раненых было много, разрушения были масштабнее и самое главное - Конохи лишилась (пусть и временно) своей пятой хокаге - целительницы, Цунады-самы. Когда в просторы подземного дворца внесли тело, обернутое в белую ткань с головой, Kаора обомлела. Слишком очевидны были ассоциации. Лишь позже Сакура-чан объяснила ей, что Цунаде-сама наложила на себя печать, которая позволяет ей выглядеть на тридцать лет моложе своего возраста. На самом же деле Пятой Хокаге более пятидесяти лет и лишь печать придает ей вид, под которым все знали ее. Пятая Хокаге тоже оказалась проклята, но, по словам Сакуры-чан, проклятье ее было иного происхождения, нежели проклятье Какаши. Оно было не смертельным и Цунаде-сама погрузилась в состояние, подобное сну. Пребывать в нем она будет, пока нападающие не добьются цели, ради которой совершено нападение, - завоевание Конохи. Для Цунаде-самы, окутанной белой тканью, словно младенец, в подземном дворце была отведена комната, где Сакура-чан попыталась справиться с проклятой печатью, но тщетно. Каора увидела руку, выпавшую из белого одеяния Хокаге, - кожа на ней не такой, какую она привыкла видеть у пятой Хокаге. Каора вздрогнула и вышла из комнаты. Второе сражение длилось гораздо меньше первого - по ощущениям Каоры от двух до четырех часов. Шиноби все еще находились в подземном укрытии, на случай новой атаки. Все чаще слышались слова «Орачимару» и «мертвецы», «мертвецы», «мертвецы». Ближе к вечеру Сакура управилась с раненными ниндзя настало время ужина. Ели прямо там, где сидели, обошлись без столов. Леди Каора была в окружении шумного ниндзя Наруто, Сакуры-чан и темноволосого Шикамару из клана Нара. Рядом сидела Хината Хьюга - куноичи с лавандовыми глазами «Бьякуганами», громкоголосая красивая блондинка - Ино из клана Яманака (по всей видимости она была давней подругой Сакуры - они много общались сегодня) и остролицый шиноби, поглаживавший своего белого щенка, - Киба Инузука. Леди Каора разговаривала с ними и ужасалась. Оказалось, что ниндзя, напавшие на деревню, были воскрешенными мертвецами. Воскресил их ниндзя-отшельник по имени Орачимару. Вот чем объяснялось странное смятение на лицах шиноби в первый день сражений - они встретились на поле боя с умершими шиноби. «Техника воскрешения». Каора давно слышала о ней, но не думала, что кто-то может по-настоящему применить ее. Все больше сомнений появлялось относительно того, мог ли господин Сенатор связаться с такого уровня темными техниками шиноби. Все же он злодей, а не сумасшедший. Но если не он, то кто? В коридоре возникла фигура, одетая в боевую форму шиноби. Повязка спущена на один глаз, пепельные волосы спадают на лоб через нее. Прямой, чуть похудевший - это было заметно по болезненно отчетливым линиям скул. Каора вспомнила темную повязку Листа, завернутую в теплую шаль ее няни, и тепло разлилось у нее в груди. Он выглядел здоровым и рука с проклятыми печатями, казалось, совершенно не беспокоила его. Казалось, он посмотрел на нее своим прямым взглядом, но это длилось мгновение. Ниндзя, скрывающий лицо маской, подозвал к себе Сакуру-чан и они куда-то ушли. По нему не скажешь, что жить ему осталось три с лишним дня. Перед отбоем в подземелье принесли известие от совета старейшин. Завтра с наступлением рассвета всем необходимо явиться для торжественного избрания Шестого Хокаге. Интересно. Должно быть выберут кого-то из старейшин. Сакура-чан раскладывала свою постель и Каора заметила перемену в ней. Куноичи держалась все так же твердо, но из под ее ног будто выбили землю. Сизые глаза были беспокойными, но она пыталась скрыть это. Сакура лишилась своей наставницы и сенсея - громогласной и сильной пятой Хокаге. Теперь обязанности ниндзя-целителя были целиком на ней одной. Для Каоры сильной фигурой и объектом восхищения всегда была ее мать. А вот у Сакуры такой матери не было и она росла, самостоятельно прокладывая себе путь и ища наставника. Должно быть это оставило следы на ней в виде твердых, стальных линий в ее фигуре, движениях и словах. -Цунаде-сама предполагала такой исход, - накрывшись одеялом и смотря на маленькую свечу между их постелями, произнесла Сакура. -Думаешь, кто станет шестым Хокаге? - Каора не сводила глаз с лица куноичи. -Цунаде-сама сказала, что совет… Они выберут Какаши Хатаке. Они немного посмотрели друг на друга в тишине и Сакура-чан сдула свечу. Комната погрузилась в темноту. Они выберут Какаши Хатаке. ***

Thank you, miss Они действительно выбрали Какаши Хатаке. На седьмой день после проклятия копирующий ниндзя был посвящен в Хокаге деревни, сокрытой в Листе. Он держался…достойно, несмотря на все. Будто он знал, что станет шестым Хокаге. На его сильном теле теперь располагался длинный молочно-белый плащ Хокаге Листа с красными иероглифами на спине, обозначающими его титул. Хокаге было положено носить головной убор, подобный традиционной японской конусообразной шляпе, но более уплощенный и похожий больше на ромб, чем на круг. Головной убор Хокаге был красного цвета и носил иероглифы, подобные тем, что находилась на его плаще. Из под головного убора спускалась белая ткань, спадавшая на его плечи. Все это одеяние могло казаться странным и громоздким на ком-либо еще, но высокий и крепкий силуэт Какаши делал одеяние Хокаге легким. Шиноби прислали вести со своих лесных постов, что противник покинул леса, прилежащие к Конохе, и теперь стало возможным покинуть подземное укрытие. Шиноби по очереди подходили к новопосвященному Хокаге, чтобы поклониться и выразить поздравления и почтение. Он отвечал им встречным почтительным поклоном и прямым глубоким взглядом темных глаз. Повязки теперь не было и один глаз-шаринган отливал темной вишней. По мере продвижения по очереди к Хокаге, Каора начала волноваться. С чего бы? Торжественные приемы не новость для леди. Подходя к нему вместе с Сакурой-чан она разволновалась совсем. Он выглядел по-другому в своем новом одеянии, подобающем теперь его титулу. Казалось, он был еще выше, а его глаза стали еще глубже в тени головного убора. Сакура-чан поприветствовала его своим звонким розово-сизым голосом и поклонилась, сложив руки перед собой. В этот момент она была прекрасна, как раньше, до того, как лишилась своего сенсея. Взгляд шестого Хокаге переместился на Каору и она, замешкавшись, протянула ему руку. -My congratulations, sir. По английски. Она забыла, что находится не на английском приеме и по привычке выдала английскую любезность. Она видела боковым зрением, что шиноби смотрят на нее. Жар покрывал ее щеки. Ну почему? Почему я сказала это? Почему все услышали? Они могут воспринять это как провокацию? Когда казалось, что уже абсолютно ВСЕ присутствующие смотрели на нее удивленными и несколько смущенными взглядами, по лицу Хокаге скользнула еле заметная улыбка. Его крепкая ладонь взяла ее растерянно протянутую руку и поднесла к губам, покрытым темной тканью. Склонился. Поцеловал. -Thank you, miss, - ответил. По английски. Как всегда смотрит прямо на нее, не отводя глаз. Казалось, он не заметил смущения остальных шиноби. Только казалось? Вуаль, спадающая из под головного убора, чуть накрыла его грудь. Он выпрямился и светлая вуаль вновь ровно обрамляла его голову. Удивленные взгляды тут же испарились и они с Сакурой-чан отошли. Она старалась не смотреть на него, а он, кажется, смотрел. Жар долго не сходил с ее щек. Вот так. Рин!..