Путь шиноби освещается звездами

Он явился, когда его уже никто не ждал. Явился, посеял всюду молчание и обратил на себя взгляды, будто он был падающей звездой на синем куполе бесконечно высокого неба. Куноичи с волосами цвета лепестков сакуры в своей безапелляционной манере делала то, что должна была делать - собирать раненных, защищать их от атак противника и исцелять. В случае со слишком решительными атаками - она безжалостно атаковала противника в ответ своей могучей силой, которая так резонировала с изящным сложением ее тела. Померкшие, мутные глаза нападавшего мертвеца после одной из таких атак Сакуры-чан померкли и закрылись уже навсегда. Сильная, потерявшая своего сенсея - Цунаде-саму. Сакура осталась совсем одна и ей пришлось экстренно обучать Каору мастерству шиноби-целителя. Получается, она и сама стала сенсеем - слишком быстро повзрослела за последние дни. Сакура организовывала лечение раненных, отражала атаки мертвецов - а ведь она даже младше Каоры… Теперь они потеряют и Какаши - и останутся совсем одни, словно сироты. Потому что после Какаши на пост Хокаге претендует только Удзумаки Наруто - это было решено. Внимание леди Ямада было сосредоточено на последовательности целительных печатей, которые она накладывала на пострадавших в битве шиноби, в отдалении от поля сражения. Ей нравилась боевая форма шиноби, что была надета на ней - темно-синий костюм с болотно-зеленым жилетом и сверху серый плащ, такой же, в каком копирующий ниндзя укрыл ее от удара на лесной тропе. Ей нравилась работа, которую она выполняла, и еще ей нравилось быть полезной. Но ей не нравилось, что в подземелье дворца Хокаге умирает один важный для нее человек. Красная вспышка загорелась неподалеку - Наруто-кун и его огненная чакра. Почему? Он должен быть там, дальше, в гуще сражения. Почему он здесь? Он мог прийти только если Сакуре-чан грозит опасность. -Сакура-чан, - низкий, твердый, холодный голос откуда-то сверху. Совсем близко. Вот почему Наруто-кун здесь. Все остановилось. Пленку заело и кадры медленно сменяют друг друга - лицо сизоглазой куноичи посерело, осунулось, она подняла пустые глаза к небу - снова стала похожа на одежду, подвешенную в воздухе. Сизые изумруды стали прозрачно-белыми: -Саске..кун… Значит пришел. Учиха. Отступник. Шиноби Листа возвращают свои позиции на поле битвы, вот он и явился, чтобы это исправить. Ну что ж, тебе же хуже, подонок. Куноичи, чьи глаза когда-то были сизыми (с появлением Учихи они стали мутными и серыми), забыла, что перед ней враг и стояла совсем открытая со всех сторон - идеальная мишень. И последствие этой оплошности не заставило себя ждать - сзади ее атаковал человек с черными склерами глаз… Каора подняла глаза вверх и увидела его, стоящего на крыше невысоко строения совсем близко. Лицо его выражало презрение, на губах - довольная ухмылка. Он специально отвлек Сакуру - знал, что она откроется. Он ухмылялся, но отчего-то его лицо вдруг окрасилось раздражением. Кадр сменился. Сфера из грязи и пыли растворялась в сером воздухе и в том месте, где стояла безликая фигура сизоглазой девушки, теперь красным цветком развевался плащ Наруто-Куна. Его форма отличается от формы остальных шиноби. То ли потому что он Джинчурики, то ли потому что Удзумаки, то ли из-за всего сразу. Собою он укрывал серую, бестелесную девушку - ту, что мгновение назад была сильной Сакурой-чан. Светлые волосы растрепаны, падают на лоб через повязку. Шумный ниндзя поднимает голову и глаза его отливают огнем. Лицо искажено чем-то… чем? Полосы на лице стали багровыми, острые кончики зубов сверкнули в серости вечера. Что с ним? Это гнев. Если угодно - он в бешенстве. Каора не сразу распознала это, ведь обычно его лицо сияет доброжелательной и беззаботной улыбкой - теперь чакра его пылает и от этого вокруг трескается воздух. -Сакура-чан, - из уст шумного ниндзя это имя звучало совсем по-другому, - уходи отсюда. Оказалось, все это время Сакура-чан не сводила глаз с лица шумного ниндзя в огненно-красном одеянии. И сейчас Каора ясно увидела связь, что крепко соединяет этих троих шиноби. Это связь, похожая на ту, которой объединены члены одной семьи, пусть они и ненавидят друг друга. Что любовь, что ненависть - семья обречена быть связанной сильным чувством, которое появилось незримо и становится тем сильней, чем дальше люди друг от друга. Куда ни беги, везде будешь видеть лица тех, с кем неразрывно связан. Быть может, поэтому Саске Учиха и явился сегодня в Коноху, зная, что не должен этого делать. Поэтому Наруто-Кун примчался сюда, хотя не должен был покидать сражение. Поэтому Сакура-чан так беспомощно открылась противнику, хотя секунду назад была непобедимой куноичи. Сакура-чан не собиралась уходить. Мутная пелена на ее глазах исчезла и они вновь загорелись прежней несгибаемой решимостью. Каора увидела и другое - Учиха потерял очень много того, что обрели два молодых ниндзя, которые сейчас будут биться против него. Он буквально стоял по другую сторону берега, в то время, как они стояли держась за руки. Наруто хватило лишь взгляда Сакуры-чан, чтобы понять - она остаётся, чтобы сразить отступника Учиху, какой боли бы ей это не стоило. Я так горжусь тобой, Сакура-чан. Спасибо, что ты не простила ему предательство, которое он только что тебе причинил. -Как ты дошел до этого?! - голубые глаза стали багровыми. Да, как ты дошел до этого? Как ты дошел до того, чтобы убить своего сенсея? Ведь Какаши твой сенсей, иначе почему у вас идентичная манера боя. -Ты еще злишься на меня? Завтра ты станешь Хокаге. Я исполняю твою мечту, идиот. Хотя до тебя всегда медленно доходи… Глубокий надменный голос, который резонировал с девичьими чертами Учихи, замолк. Грохот. На его прежнем месте теперь зияет дыра, а из дыры вьется дымок пыли. Сквозь дым проступал силуэт из твердых линий - Сакура-чан потирает кулак: -Наруто, действуй. Это уже больше похоже на ученицу Цунаде-самы. Красивое лицо отступника сверкнуло неподалеку довольной ухмылкой - похоже, юнец уважает силу. А силы у этих двоих хоть отбавляй. *** «Наруто, действуй». И Наруто действует. Воздух нагревается и разряжается от его красной чакры. Дышать становится тяжело, но Каора остается наблюдать - слишком заворожена боем и слишком незаметна для них троих. Некогда доброе лицо шумного ниндзя все больше обрастает хищными, звериными чертами. Это дух Девятихвостого Лиса пробивает себе путь, но Наруто совершает усилие воли и разума - демон подчиняется. У Наруто нативный стиль боя. Резкими, хищными рывками он наносит удары и горячая чакра сверкает следом за движениями его тела. Звуки, которые раньше были его хрипловатым голосом, теперь складываются в единый еле различимый рев: «С-А-С-К-Е». Каоре было страшно. Учиха был изящен, как утренний бутон. Полы его наряда - лепестки, сверкающий меч - роса. Юное, благородное лицо. Это лицо красивой женщины - он, должно быть, похож на свою мать. Каора представила ее - благородную, изящную, печальную. Отчего-то казалось, что она была печальна - ведь лицо ниндзя-отступника тоже было печальным, когда не было напыщенно надменным. Стиль боя Учихи был зеркальным отражением его сенсея - Какаши Хатаке. Его чакра сверкала серебром - от этого Каоре становилось не по себе. Он сложил печати и в его руке вспыхнула серебристая молния, в которой словно пела тысяча птиц - такой тонкий, пронзительный звук она издавала. Этот сверкающий удар встретила пульсирующая сфера - техника Наруто-куна, «расенган». Обоих шиноби отбросило в разные стороны, но через мгновение он встретились в схватке вновь. Несмотря на напряженность данной ситуации Каоре показалось, что для этих троих ниндзя это привычное расположение вещей. Слишком слаженно шел бой. Сакура словно не впервые наблюдает за схваткой Наруто-куна и Саске. Сейчас она прикрывала Наруто, но, должно быть, обычно она просто наблюдала за происходящим. Но Саске Учиха не давал ни единой секунды слабости. То атаковал, то отражал удары. Наруто не мог найти момент, чтобы сложить сложную последовательность печатей, которая снимет проклятье с Какаши. За Сакурой он тоже внимательно наблюдал. Учиха не давал шанса. Вдруг он поднял голову и на его лице мелькнуло нечто вроде разочарования. Должно быть, его позвали обратно. Армия воскрешенных шиноби нанесла Конохе достаточно ущерба и наступила пора уходить. У его ног уже загорелся огонь - запрещенная техника перемещения в пространстве. Сейчас он полностью сгорит и бесследно исчезнет. А его проклятье останется.. Уже не в первый раз Наруто попытался сложить печать, снимающую проклятье, но она снова была сбита Учихой. А что, если… Будет только мгновение. Одно мгновение. Неверное движение и он убьет тебя. Он точно убьет тебя, жалеть не станет. Он не пожалел даже своего сенсея. Не пожалел Сакуру, хотя рос вместе с ней. Не могу же я оставить все, как есть? Если звезда копирующего ниндзя потухнет, потухнет все. Каора отошла в еще более скрытое место и решила, что будет атаковать оттуда. Наруто показал ей последовательность печатей и она запомнила. Ворота. Птица. Тигр. Вол. Крыса. Дракон. Змея. Учиха складывал змею, дракона, крысу, вола, тигра, птицу, ворота. А чтобы техника возымела обратное действие, нужно сложить печати в обратной последовательности. Одно мгновение. Он сразу же убьет тебя. Ворота. Указательные и большие пальца обеих рук складываются в треугольник основанием вниз. У Каоры тонкие длинные пальцы и заостренные ногти. Иногда судьба оказывается милосердной к тем, кто этого заслуживает. Кажется, Учиха ее не видит. Птица. Тоже треугольник, но уже из ладоней. «Вы мечтаете освободиться от ига своего достопочтенного семейства, обрести самостоятельность и свободу. Конечно, еще вы хотите столкнуться с приключениями и… страстями, должно быть, я все угадал?» Да, вы все угадали, шиноби Хатаке. Тигр. Перекрестить мизинцы и безымянные пальцы. Не привязывайся к шиноби, моя девочка, у них зачастую трагичная судьба. Учиха Саске почти совсем исчез. Окажись сейчас неправой, няня, прошу. Вол. Правая рука поперек, перекрестить пальцы. По имени Мацумото, а по крови все же Ямада? Да, профессор, вы правы. Крыса. Ладони обнимают друг друга. «Я понял, какой вы станете, когда еще только увидел вас - зеленоглазую, в детском розовом платье. -Какой же? Хорошей? -Больше, чем просто хорошей». О, Боже. Дракон. Мизинцы вниз. Пусть судьба будет милосердной к тебе, моя девочка. Я скучаю по тебе, няня. Змея. Ладони соединяются. Я очень рад, что мне повезло стать звездой на вашем небосводе. Надеюсь, я ничем не дал повод посчитать меня недостойным этой чести. Прощайте, Леди Каора. Вы достойны всего мира, копирующий ниндзя Какаши… Учиха почти исчез. Почти. Его темные волосы все еще были видны в воздухе. Что-то незримое пронзило Каору с рук до головы и пяток. Пронзило и устремилось вперед. Настигло темные длинные волосы, которые почти совсем исчезли из виду. Импульс был слишком слаб, чтобы возыметь эффект. Темнота. *** Она очнулась в большой полупустой зале - одной из зал верхних этажей дворца Хокаге. Вдоль внешней стены простирался просторный балкон, огражденный от внутреннего помещения раздвижными японскими дверьми. В небе сверкают звезды, в воздухе свежесть ночи. В голове звон, перед глазами будто туман. Так бывает, когда просыпаешься ночью, чтобы сходить в туалет. Встаешь, делаешь, что должна, а на следующий день и не помнишь об этом. Тишина. «Рин!» В небытие она видела Рин. Теплые карие глаза, детская улыбка. Рин будто смотрела прямо на нее, а потом Каора поняла, что она видит Рин глазами Какаши. Наверное так действует эта техника - ты на мгновение проникаешь в разум того, на кого эта техника была изначально направлена. Какаши не влюблен в нее - это Рин влюблена в него! Наверное она сама, Каора, смотрела на него такими же глазами. А затем ее глаза меркнут, лицо сереет… «Какаши…» Это было больно. Там внизу, за окном, поднялись голоса. Не тревожные. Удивленные. Как будто дети выбежали на улицу. Так бывало, когда мама давала детям прислуги сладости. Они удивленно и радостно щебетали. Каора встала. Удержалась на ногах. Отодвинула дверь. Вышла на балкон…застыла. Это было прекрасно. Из бесконечно высокого купола темного неба на нее смотрели рождающиеся снова и снова серебристые вспышки - падающие звезды. Каждая оставляла своей уникальный рисунок в толще космоса и вместе они образовывали свой торжественный танец, который был выше и прекраснее всего, что было на земле. Жизнь человека - мгновение по сравнению с космическим масштабом, где время измерялось степенями бесконечности. Серебристый свет этого танца озарил лица пятерых Хокаге, что были выбиты на противоположной дворцу скале. Они теперь такие же бессмертные и далекие, как и танцующие в небе звезды. Сами они давно умерли, но мы еще долго будем видеть их свет. Серебристая вспышка сверкнула где-то высоко высоко в небе. Здравствуй, звезда по имени копирующий ниндзя Какаши. Теперь ты будешь оттуда освещать мой путь? Да, - отвечало звездное небо, отражаясь в ее сверкающих слезах.