Клинч

      Чонгук сложил руки на груди и взглянул на валяющегося на полу Тэхёна. Они только закончили с основной тренировкой и все начинали расходиться, потому что время переходило за индивидуалки. Чонгук уже около месяца бился над омегой и делал это не зря, потому что с каждым днём техника становилась всё лучше, пусть и не всегда, пусть и не всё. Чон видел в парне его стальной стержень, который пытался сломать до этого, но ничего не получалось.       Ким, зевнув, потянулся на ковре, не пытаясь даже сделать вид, что не причастен к разглядыванию тренера. Сегодня Чонгук был в широкой белой футболке, рукава которой приятно открывали вид на резные мышцы рук. Так и манит этот альфа к себе, чтобы потрогали. А Тэхён готов повеситься на его шеи, лишь бы оказываться рядом. Взгляд каштановых глаз привлекает Богён, стягивающий с себя потную футболку, будто бы специально открывая вид на подтянутое тело. Интересно, а у Чонгука такой же пресс? А мышцы спины? Ким уплывает обратно в свои мысли, краем уха подслушивая чужой разговор.       – Ахаха, я переодеваюсь, а тут Тэхён, – смеётся альфа и закрывается футболкой, не желая смущать вдруг покрасневшего Кима.       – Пусть привыкает. Поедет на соревнования, там все будут в трусах ходить, – остужает Чонгук и подходит окну, на подоконнике которого лежат телефон и лапы.       Тэхён задумывается над словами тренера. Почему-то хочется увидеть именно Чонгука в трусах, а ещё лучше без них. Конечно, солнце ему не светит, но помечтать в ду́ше никто не запрещал. Отыскав в себе последние силы, Ким поднимается на ноги, провожает взглядом Богёна и возвращается к тренеру.       – Ты же собираешься на этой неделе в Пусан? В пятницу мы выезжаем, – щурит глаза Чон, на что получает согласный кивок. – Перчатки у тебя есть?       Тэхён молча кусает кусает губы и опускает взгляд к полу, чувствуя всем своим нутром, как альфа подходит ближе. Чонгук хватает мозолистыми пальцами совсем легонько чужой подборок, поднимая к себе, чтобы заглянуть в глаза.       – Когда я спрашиваю, нужно отвечать, – холодно кидает альфа, но тут же тает, стоит заметить нахлынувшую ни с того ни с сего истерику. – Ты чего?       Тэхён громко шмыкает носом, вытирает покрасневшие глаза подолом футболки, а затем быстро качает головой, будто не он здесь секундой назад лил крокодильи слезы.       – Простите, – сипит Тэхён. – У меня нет перчаток...       – Я понял, ладно.       Чонгук вздыхает, понимая, что самостоятельно придётся скупаться для этого пацана. А он и не против: деньги у него есть, возможность тоже. В Тэхёне нащупан тот стержень, который поможет достичь успехов, если сейчас немного подтолкнуть и дать возможность заниматься. Чон такой бриллиант так просто от себя не отпустит, он создаст все условия, лишь бы цветочек цвёл.

***

      Тэхён не помнит, как к нему пришёл Хосок с бутылкой вина, как предложил выпить и они вместе засели в гостиной, а после к ним присоединился Юнги, который, как собака, по запаху, учуял гостя. Они долго выбирали фильм, пока Тэхён не был отправлен на кухню за чем-нибудь для закуски. Оказывается, поводом для бухича стал парень Хосока.       – Он такой придурок. Я говорю, что люблю его, что он нужен мне, а в ответ слышу: «я тебя тоже люблю, потом говорим», – ноет Хосок, сложив руки на груди. – Брат ни чуть не лучше. Эти двое альф в моей жизни просто никчемные суки.       Юнги сглатывает, совсем не замечая за собой, как разглядывает омегу. Если немного присмотреться, то в глазах Мина можно заметить звёздочки. Альфа слегка заметно приподнимает уголки губ в улыбке, хотя улыбается максимально минимально. Сейчас его переполняют необъяснимые эмоции. А может это любовь? Да, любовь с первого взгляда. Возможно, вам покажется, что влюбиться в человека с первого взгляда нельзя, ибо: ты его не знаешь, он тебя не знает; ты не знаешь, как он ест; ты не знаешь, куда он ходит по утрам; а узнай ты его получше и разлюбишь. Нет! Всё не так. Существует тонкая, почти невидимая, грань между любовь и влюбленностью, которую не каждый человек замечает. Полюбить и влюбиться – не одно и то же. Это два разных полюса. Любить можно человека и его привычки. Мы не можем любить всего человека, но мы любим и можем справиться с его тараканами. Нельзя полюбить с первого взгляда, но влюбиться можно, ведь первая стадия симпатии именно так и называется. Кажется, Юнги влюбился.       – Может быть как-нибудь встретимся? – интересуется альфа, сразу поймав на себе вопросительный взгляд.       – Наличие парня у меня никак тебя не смущает?       – Не стенка, подвинется. Тем более из твоего рассказа стало ясно, что парень у тебя – чудак, – Юнги не боится высказываться напрямую, а кого ему бояться?       – Я непонятно отказал? Мне на английском повторить?       Хосок, очевидно, даже не понимает намерений Мина, а уж связывать себя с другим человеком, имея за плечами чувства к своему парню, как минимум по-хамски. Юнги только усмехается на реакцию и обещает себе, что обязательно украдёт номерок этого омеги у своего младшего брата и ещё раз предложит встретиться.       От дальнейшего неловкого молчания спасает вовремя появившийся Тэхён с тарелкой фруктов в руках. Ну как: яблоки и виноград. Неплохо было бы вино употреблять вместе с сыром, но такого счастья им не предоставили. Юнги пить отказывается и брата просит не злоупотреблять, он за этим строго проследит. И этим вечером бутылка красного полусухого остаётся почти полной, прячется в комнате Тэхёна, ибо в холодильнике отыщет мать.

***

      Уже завтра их ожидает дальняя дорога в Пусан, где должен проходить турнир. Тэхён не уверен в своих силах, он чересчур переживает, но пытается этого не показывать. Чонгук сказал, что привезёт экипировку, так что волноваться не о чем, но омега не может прекратить думать о том, как больно будет получать по голове. И если вначале омеги среди их клуба были, то дальше Тэхён остался один среди альф. Это и лелеяло собственное самолюбие, и в то же время настораживало.       Ким выходит на улицу, греется в лучах солнца, а взглядом ловит силуэт Хосока. Погода отличная, настроение на высоте, казалось, ничего не может его испортить. К сожалению, так только казалось.       – Хосок-щи! – зовёт Тэхён, улыбается ему и машет. Через полчаса тренировка, он надеется успеть к началу.       Предусмотрительный Тэхён взял привычку переодеваться на тренировку не в ФОКе, а прямо в туалетах института на третьем этаже, куда никто обычно на заходил. И вот сейчас, представ перед другом во всей красе: спортивные серые треники, кеды, футболка – Ким сражает наповал своей улыбкой.       – Тэхён! Привет, – салютует омега. – Надеюсь, ты не слишком сильно спешишь, потому что сейчас я тебя познакомлю с Чхве.       Тэхён слишком беспокойно оглядывается, услышав знакомое имя. По ступенькам к ним спускается широкоплечий бугай – готовый одним взглядом выбить из Кима весь воздух. Хосок эту игру вхгядов не замечает, только крепко обнимает своего возлюбленного, целует в щёку и разворачивается к застывшему другу.       – Что-то не так?       – Я...– шатен пытается придумать хоть какую-то отговорку, но всё напрасно и кажется каким-то до боли глупым.       – Помнишь, я рассказывал тебе об одном мальчике, послужившим хорошей боксерской грушей для меня? – влезает Чхве, язвительно улыбаясь. – Это он. Мне кажется, я его совсем распустил, раз он тут кружится.       Хосок хватает за руку Чхве, как только тот делает шаг в сторону Кима, но тут же отпускает, будто обжёгся, стоило альфе кинуть тяжёлый взгляд на своего парня. Альфа подходит вплотную к Тэхёну и выдыхает в самые губы, а затем хватает одной рукой за тонкую шею, начиная сдавливать. Омега метает взгляды по сторонам, но их никто не видит кроме Хосока, который ничего не предпринимает, просто стоит в стороне с опущенной головой. Реакция Чона добивает окончательно. Тэхён плачет совсем тихо, пытаясь не расходовать слишком много кислорода, потому что он уже на исходе. Его отпускают, и парень, ещё раз взглянув на своего несостоявшегося друга, уходит прочь, перечеркивая планы пойти на тренировку.       Предательство? Как можно назвать действия Хосока, который сам пытался стать ему другом? Тэхён низко опускает голову, всё ещё чувствуя присутствие фантомных рук на своей шее. Он ждал, пока Хосок сделает хоть что-нибудь, но тот стоял, смотрел, вертел головой, а возразить не пытался. Мир уже настолько прогнил? А разве они не были другими? Конечно, у Тэхёна не настолько хорошо с товарищами, он старается работать всегда один, нежели в группах, оттого и друзей у него нет. Возможно, Ким просто не умеет выбирать друзей, с которыми можно сдружиться.       Омега быстро возвращается домой, где без промедлений оказывается в своей комнате. Руки дрожат, истерика накатывает новой волной, почему-то все чаще она становилась гостем. Тэхён падает на кровать, долго вглядывается в потолок, а затем переворачивается на бок, начиная сверлить взглядом стену и рисунки тренера на ней. Чонгук ему нравился как человек, а как альфа...просто манил. Хотелось потрогать, понюхать, стать ближе, но всё, что мог Ким, так это фантазировать и рисовать.       – Да чёрт с ними, – шипит шатен и поднимается с кровати. Запрятанная бутылка вина, которую вчера они осушили на одну пятую, сейчас стояла на столе рядом с незаконченным портретом Чонгука.       Тэхён смотрит на время на дисплее телефона, затем хватает в руки карандаш и начинает судорожно вырисовывать на чистом листе блокнота завитушки, параллельно заливая в себя алкоголь и морщась от неприятного вкуса.       Бутылка уже через пятнадцать минут оказывается пустой, а вино негативно сказывается на до этого непившим Тэхёне. Омега находит пару тысяч вон у себя в кармане и решает сходить за продуктами. И пусть язык не ворочается, а ноги почти не держат. Ким незаметно выскальзывает из дома и спешит к первому круглосуточному.       На город опустилась ночь, Тэхён пропустил тренировку и смену в кафе, за что ему уже завтра будет стыдно, а сейчас, когда стыд в пьяном теле полностью отсутствует, парень готов на великие свершения. Омега замечает знакомую машину на парковке магазина, а затем и ее хозяина.       – Тэхён? Ты куда пропал? – изгибает в вопросе бровь Чон. Он улавливает перегар и хватает под руку омегу. – По какому поводу пьем?       – Твой брат встречается с монстром, – хнычет Тэхёна и садится на переднее сидение чужой машины. Он смотрит на завалившегося рядом Чонгука и улыбается.       Тренер сегодня красивый...он всегда такой. Его жилистые руки крепко держат руль, пока автомобиль готовится выезжать на дорогу, где машин почти нет.       – И из-за этого ты пил?       – Я пил, потому что захотел, – дерзит омега, смело заглядывая в глаза напротив. В здравом уме он бы головы не поднял.       – Я отвезу тебя домой.       Тэхён ойкает и хватается за чужую руку, начиная тянуть на себя.       – Только не домой. Там брат, он не должен видеть меня в таком...состоянии. Гу..Гуки?       А Чона будто током прошибает. Он смотрит на пьяного "попутчика" и пытается сдержать улыбку. Приятно до невозможности слышать своё имя, произносимое этим человеком. Голос Тэхён обволакивает, заставляет погружаться в себя с головой.       – Гуки, можно я тебя...поцелую? Пожалуйста, – кривится Тэхён и пытается подняться, чтобы пересесть на чужие колени.       – Ты с ума сошел? Сядь и пристегнись, – рычит альфа, сжерживая шатена.       – Если я пристегнусь, нам неудобно будет целоваться, – икает. – Всего один поцелуй.       А Чонгук? Чонгук не железный, тем более перед таким красивым омегой. Он даёт волю собственному желанию, своего альфу решает немного подразнить. Тэхёна усаживают на чужие колени, а он и рад. Парень без стеснения закидывает руки на плечи мужчины, приближается к лицу и принимается разглядывать его вблизи. Ким пальчиком по старому шраму водит, затем совсем неумело дотрагивается своими губами до чужих. Он чувствует непринуждённый ответ и плавится от контраста своих мягких губ с чонгуковскими обветренными, которым потом обязательно подарит бальзам.       Чонгук совсем забывает про один поцелуй. Он бережно оглаживает бёдра парня, но поцелуй не углубляет, боясь напугать, сделать что-то не так. Альфа теряется в ощущениях и приходит в себя, только когда на шее вырисовывается багровый след. Чонгук ощущает юркий язычок и теплые губы на своих ключицах, и как бы не хотелось продолжить, они просто не могут. Чон перешагивает через себя и усаживает надувшегося Тэхёна обратно на его пассажирское сидение.       – Гу-ук, – тянет омега, – я думаю, нам нужно в зал. Отвези меня в зал.       Чонгук кивает и наконец выезжает на дорогу. До ФОКа они доезжают в тишине, только слышно рычание мотора и монотонные вздохи Тэхёна, развивающего в окно пролетающих бетонных гигантов.

***

      – Сдурел? – выругивается Чонгук, глядя на то, как пьяный Тэхён пытается пробить двоечку без перчаток по мешку.       Альфа подходит к полке в стене, где горой возвышаются перчатки и шлема. Он достает пару черных перчаток Everlast и кидает их в Тэхёна, а затем сам подходит ближе.       – Зачем ты сбиваешь костяшки? – строго спрашивает Чонгук. – Руки – твой инструмент, береги их. Собьёшь, как потом ударишь, если больно будет?       Тэхён молча надевает перчатки, но на этом моменте оседает на пол и сверлит взглядом стену.       – Мне нельзя домой. Брат меня никогда не простит за такую выходку, – лепечет Ким. – Давай ещё выпьем? Хотя бы по баночке пива.       – Тебе хватит, – Чонгук поднимает омегу с пола и тянет к выходу. Сердце всё ещё стучит в надежде получить порцию очередной ласки. – У меня переночуешь.