Переломный момент

Руки, затёкшие от того, что обездвиженно задраны на стену, хотелось окунуть в ледяную воду, дабы заморозить жгучие раны, а лицо залить чем-то, от чего банально перестало бы болеть. Но в ближайшее часов 5, а то и 10, такой возможности Азамату точно не предоставится. Сослан не жалеет о том, что вернулся к Азамату, даже не смотря на то, что тот его назвал "мудаком" за "мудацкий" поступок. Мог бы подремать в бусике, а не стоять у стены с остальными, но тогда и вспомнить не будет чего. - шмон детский, выдыхай,- шепотом, поглядывая на Санька, пытается разрядить обстановку Сос. - тебе бы зашить...- Саня лишь морщится от того, что видит вместо губы Соса,- просто мясо. - оно онемевшое, не чувствую ничего. - так попроси Туши Свет напомнить ощущения, не стесняйся, - кивает в противоположную сторону, где в таком же положении подпирают стену их "противники". - я вообще не понял, что и произошло. - тебя вырубило от первого приклада – вот что произошло. Вечно летишь вперёд... - а кто? - не унимается Сослан и старается украдкой через плечо понять о ком талдычит ему Саня. - главный их. Тот, что выше,- наконец, не выдержав занощивости товарища, повышает голос, привлекая излишнее внимание. - мне на руку упал, - из противоположного угла слышится голос, в котором Сос узнает своего "спасателя". Низкий хохот мгновенно заполняет помещение. - а "Туши Свет" – это его погоняло?- снова с опаской шепчет Сослан, обращаясь к Саше, но тот не успевает произнести и слова, как его вновь опережает Аза: - нет, цель, - саркастически выплёвывает и гогот снова содрогает стены. Один за другим парней зовут в кабинет, где допрашивают, высасывают и пытаются выбить информацию, но ничего не выходит. Кто-то молчит, кто-то сочиняет басни о том, что просто рядом отказался и остальные похожие примитивные истории, на которые сидящий напротив мент со временем уже просто кивает и отпускает, приказывая позвать следующиего. По традиции, им всем выпишут административку по типу "курение в общественном месте", или "переход дороги в неположенном месте", дабы как-то закрыть отчётности. Но пока круг заканчивается, проходит около шести-семи часов. - Аза, ОМОН вырос как из-под земли... - суетился Алан, пробираясь сквозь толпу к Кудзаеву. От произошедшего его разрывали изнутри эмоции и злость. Ему срочно нужно было поделиться своими мыслями и озвучить предположение, которое зародилось в его голове за то время, пока они торчали в этом участке. Но, второму до этого не было дела: - погоди, я сейчас вернусь,- отмахивается в ответ Азамат и, быстрее его ребят, оказывается на улице, догоняя плетущегося позади своих Сослана с Саньком. Хватает Соса за локоть и оттаскивает в сторону под сопровождение ахуевшего взгляда второго. - какого хуя?! - молчи и слушай,- чуть ли не рукой Кудзаев затыкает ему рот,- если тебя Кади не научил, то научат другие. Подставлять жопу мусорам – вот это "не по-пацански как-то", а воспользоваться возможностью и сьебаться – это мудрый взрослый поступок. Чем больше таких "отважных" как ты – тем больше вероятность, что нас пересажают всех за полгода! - да чё ты меня отчитываешь, как школьника?- не выдержав напора, Сослан толкает Азамата руками в грудь, но тот даже не пошатнулся, а только ещё больше разозлился. Схватив его запястье в воздухе, Кудзаев закинул чужую руку за спину и скрутил мелкого в два счёта. - у тебя отвратительная манера общения со старшими. А я все равно помочь тебе решил, не смотря ни на что,- фальшивый приторный голос, что исходил из уст Азы, вызывает у Сослана мурашки по коже, от чего он еле заметно содрогается,- не ссы. Сейчас мой брат подъедет, завезу тебя в больничку, пусть подлатают. - не надо меня никуда...- попытался огрызнуться второй, но вместо ответа почувствовал, как рука ещё сильнее задралась к спине. Затолкав Соса в машину, сам Кудзаев поменялся со своим братом местами и уселся за руль. Был это брат или "брат" малой не понял и разбираться не собирался. Как так произошло, что он в чужом городе, без мобилы (ведь оставил ее в автобусе) и бабок, едет с главой их принципиального противника, который его, как он выяснил, вырубил без особых усилий с одного удара, в тачке, неизвестно куда? Недоумение брало верх над страхом. Ко всему прочему, сильная боль в висках и сочившаяся до сих пор разорванная в клочья губа, притупливали ясность ума, концентрируя мысли на болевых ощущениях. До определенного момента в салоне было тихо. - сколько тебе лет?- вдруг нарушив атмосферу, подаёт голос Азамат, посматривая на Соса через зеркало заднего вида. - 20,- врёт второй и уводит взгляд в окно. - да, расскажи кому-то другому. Если есть 18 – кивни и этого будет достаточно, - видя еле заметный кивок сидящего сзади малого, Кудзаев продолжает распрос,- зовут как? - да какая к херам разница? - мне никакой. За твою жопу будет волноваться Кади, наберу ему скажу, что ты в надёжных ручках, пусть езжает домой со спокойной душой,- ухмылка, что вырисовывается на лице, заставляет Сослана снова содрогнуться, но в целом мысль кажется вполне логичной, поэтому он называется: - Сослан. - очень хорошо. Ты уже на много сговорчивей. С какой целью Кудзаев решил позаботиться о совершенно чужом человеке, он и сам не понимал толком. Но чувство какого-то стыда пробирало его волнами. Это и было настоящей причиной его злости – не время убитое в мусарне, не задававший много вопросов Сослан, не сам факт, что их приняли, а именно то, что ему было стыдно в первую очередь перед самим собой. Он варится в этом давно, дрался уже под сотню раз, и "вырубал" парняг не единожды. Но Сослан, из-за своей какой-то отважности, то ли наивной глупости или неудержимого стремления доказать остальным свою силу, получил от Азамата с особой жестокостью. Кудзаев почему-то запомнил те обезумевшие горящие глаза, несущиеся на него напором и через секунду уже закрыты. В процессе он не остановился, а продолжал дальше махать кулаками и наносить удары, но обездвиженное тело Сослана все время не давало ему покоя, поэтому, когда кто-то из толпы неистово заорал "ОМОН!", он без раздумий подхватил свою жертву и потащил в лесополосу, где уже и привел в чувства. Кади ответил после первого гудка: - твой малый у меня,- протараторил Аза, как только услышал краткое "да" по ту сторону трубки. - Сос? Нахера он тебе? - у него сотрясение, сейчас накинут пару швов на губу и будут отпускать. - а на тебя что нашло, папаша? - ничего не нашло. Малой сказал, что сам доберется, "семеро одного не ждут", так что езжайте. Я его провожу, если что,- врёт Кудзаев, оглядываясь не слышит ли его кто-то посторонний. Распрощавшись с Кадиевым, кладет трубку и возвращается обратно в приёмное отделение. Сколько раз его здесь зашивали и откачивали не сосчитать, и эта мысль рисует на лице Азамата неоднозначную улыбку. В его голове зарождается сомнительный и, вызывающий тонну вопросов, план. - извините, Вы же осматривали только что Сослана...- Кудзаев перехватывает в коридоре врача. - Бурнацева? - да, Бурнацева, как Вы и сказали,- подхватывает Азамат и продолжает,- как его состояние? - да все нормально с Вашим товарищем. Можно забирать,- улыбается доктор и уже делает шаг, дабы пройти мимо, но тот его снова задерживает. - это хорошо. Но мне нужно, чтобы он побыл под Вашим чутким наблюдением. Это возможно?- с виртуозной незаметностью для посторонних глаз, перекладывает пару купюр наличных из своего кармана в карман белого халата доктора. Не теряя при этом зрительный контакт, Аза натягивает на лицо самую любезную улыбку, на которую он способен, но отсутствие реакции врача вынуждает его повысить гонорар и он добавляет ещё столько же. - как пожелаете,- мужчина напротив тут же меняется в лице, приобретая довольный вид,- определим в палату, прокапаем витамины. - я буду Вам крайне благодарен за то, что Вы пошли мне на встречу. Это не на долго – 2-3 дня и я заберу его отсюда. Лёгкость сделки удовлетворила Кудзаева, учитывая не такие уж и большие финансовые потери. Из кабинета выходит сам Бурнацев и стремительно движется навстречу. - а ты куда так на уверенном?- как только он оказывается рядом, Азамат закрывает проход,- тебя медсестры сейчас в палату быстренько определят, отдохнёшь немного. От услышанного округлившиеся глаза Сослана становится похожи на две шоколадные медальки: - какая в сраку палата? Я могу хоть сейчас в строй! Мне домой вот так вот надо,- упирается торцом ладони к непрерывно ходящему от нервов кадыку и повышает голос. - тише, послушай,- Кудзаев тяжёлыми руками грубо хватает малого за плечи, пытаясь успокоить и это выходит,- забудем, что было до этого. Я нормальный, адекватный и присмотрю за тобой, пока ты здесь. Кади в курсе, где ты и как. Если нужно кому-то ещё позвонить, я дам мобилу. - матери...- Бурнацев стыдливо уводит взгляд и заметно зажимается, чем вызывает неожиданно добрую улыбку Азамата. - держи,- тот без лишних вопросов протягивает ему телефон и садится на коридорный диван, - только солги ей что-то, чтобы не волновалась.