Аконитовое зелье

      — Логан, как полностью реабилитированный оборотень, что вы думаете о перспективе этого закона? Считаете ли вы, что он сделает жизнь британских оборотней лучше?       — Безусловно! Я хотел бы обратиться ко всем оборотням, читающим эту статью. Министерство — всецело на нашей стороне. Аконитовое зелье — благо для всех нас.       Несвойственные Логану фразы и тон — всё встало на места, когда Нил увидел имя автора в конце интервью. Рита Скитер.       В спальне Джеймса ему никто не ответил.       — Хьюгли Манор, гостиная!       Молчание. Ещё в Хогвартсе Джеймс смеялся, рассказывая, как, когда никого не хочет видеть, когда чувствует себя дома незваным гостем, уходит в…       — Хьюгли Манор, гостевая спальня на втором этаже! Джеймс, ты здесь?       — …Нил.       Усталый, скрипучий вздох.       — Давай, расскажи мне, какой я избалованный, богатый, не знающий жизни мудак.       Нил беспомощно осмотрелся по спальне — и оцепенел, увидев Логана у дальной стены. Джеймс растянулся на кровати, словно на пляжном шезлонге, словно труп на столе для вскрытия, забросив ногу на ногу. Логан вжался в дальнюю стену и при виде Нила поник, съёжился, выпучил глаза.       Нил смог только покачать ему головой, пытаясь успокоить, прежде чем обратиться к Джеймсу.       — Я не собирался говорить ничего подобного. Д… — ложь, извинения застряли в горле. — Джеймс. Джеймс, послушай. Твоя обида на меня не стоит геноцида.       — Я понятия не имею, что такое геноцид, Нил.       В глазах потемнело. Пока Нил беспомощно скользил, пытаясь придумать аргументы, Джеймс не жалел слов:       — Я тут наткнулся на интересные воспоминания. Как-то ты подозрительно увлёкся оборотнями, Нил. Я помню первый курс. Был случай, что всех зверьков слизеринцев — котят, сов, крыс, всех, что-то загрызло. Ты тогда аж уроки прогулял, аж уроки Травологии и Трансфигурации, бросился в библиотеку. На обед не пришёл. И ещё помню — ты всё время куда-то пялился. В сторону слизеринцев в основном. Что это может значить, а?       — Джеймс, мы можем обсудить этот новый закон?       — Его примут со дня на день, что ты хочешь там обсуждать? «Мерк» уже принялись за работу.       Ад — круг за кругом. Джеймс не останавливался:       — Значит, слизеринцы, взгляд куда-то в сторону, сразу после школы ты попёрся к оборотням, как под Империусом, как поезд на рельсах… В выпускной год я не верил профессору Грэму, что на него кто-то напал — а ты весь побледнел. Аж посерел. Я подумал, ты просто испугался, а ты… Ага. Оглянулся на слизеринский стол. Значит, слизеринец.       — Чего ты хочешь от меня? Чего?..       — Точно. Точно. Этот урок Трансфигурации. Ты хлопал, как угорелый, ты аж вскочил — я думал, тебя сильно заинтересовали эти двадцать очков, профессор де Блан же сказала: факультету, который будет громче всех аплодировать…       Джеймс вскочил и сел на кровати. Логан дёрнулся. Нил смотрел на Джеймса широко открытыми глазами — должен же быть где-то предел, должен же?..       — Аплодировать тому, кто оживит чучело лисы. Мерлин. Мерлин. Мер-лин…       Джеймс наконец посмотрел на Нила.       — Дилан Вермиллион, — отчеканил он, словно говорил непростительное заклятие.       — Джей…       — Наконец-то. Хоть что-то всколыхнуло твою кирпичную морду. Этот…       За долю секунды Нил услышал каждое из предстоящих оскорблений — он слушал их в коридорах Хогвартса семь лет. Они смешались, слились в чудовищный хор — в вопль, потусторонний и бесконечный, по-церковному осуждающий. Нил воткнул руку в зелёный огонь, взрываясь криком:       — Круцио!       — Протего!       Карательный луч красного ударился о щит и рассеялся, обнажая Логана. Тот тяжело дышал, стоя перед кроватью. За его спиной Джеймс вжался в стену.       — Нил, не портьте себе жизнь.       Все трое тяжело дышали.       — Нил, — повторил Логан с тихим отчаянием, — Нил. Я всё испортил? Я?       Нил сломанно закрыл глаза:       — Не ты. Не ты. Только не ты. Всё было решено за тебя, Логан. В-всё уже произошло.       Вынырнув из камина, Нил столкнулся взглядами с Прюэттом. Тот стоял рядом и нервно крутил палочку в пальцах.       — Вермиллион, значит…       Нил вскинул палочку.       — Нет. Я не собираюсь его оскорблять. Я просто знал его бабку. Хуже боггарта.       — Бабку? Бабку… «Заботливую бабушку»? — переспросил Нил надломленно. — Ту самую? Она его била? Хотя о чём я… Конечно. Да. Кто его не бил…       Содрогание, второе — и Нил спрятал лицо в ладонях. Медленно наклоняясь к своим коленям, он воюще, безнадёжно зарыдал. Всхлипы сотрясали его тело, время от времени прерываясь кашлем тошноты. Прюэтт позволил ему рыдать.       Нил вытер глаза так же судорожно, как всхлипывал, и подскочил на ноги. Он то открывал, то закрывал рот, оглядываясь слепым слёзным взглядом. Рвения действовать у него было больше, чем вариантов.       — Нил, ты учился в Хогвартсе.       — Где ж ещё. Это важно?       Прюэтт сочувственно нахмурился.       — Куколка, куколка. Подними голову, посмотри на ниточки и карабкайся. Доберёшься до кукловода.       Глаза Нила медленно и неумолимо рассекло осознанием.