Юные дарования

Горожане, закончив работу, медленно стекались к торговым улицам Сумеру. Кавех наблюдал за ними, сидя на ящиках возле торговых лавок Большого базара, беспечно болтая ногой и аппетитно уплетая еще горячую самосу*. Он ждал, когда Айши вместе с Софи вернутся из магазина с антиквариатом, в которой они могли застревать надолго. Кавех отказался пойти с ними, чтобы лишний раз не повестись на заманчивые уговоры продавца, накупив себе очередных безделушек. Прошедший день настолько взволновал его, что он перенес поход к куратору и решил вспомнить, какой иногда должна быть жизнь молодого парня. Поход в театр был запланирован на выходные, поэтому можно было просто гулять по любимому маршруту извилистых городских улочек, меняя местами знакомые точки на карте. Кавех уже успел заглянуть в лавку к знакомому торговцу и отдать аккуратно оторванный набросок для фасада. Остальную часть с машущим руками Вазиром он оставил себе, закинув на стол в общежитии. Если его сосед по комнате и увидит рисунок, то скорее даже не узнает преподавателя. В Академии таких бородатых стариков было полно. Мысли то и дело возвращались к совмещенному занятию с Харавататом. Хотелось поскорее поделиться произошедшем с Айшей, но лучше не в присутствии Софи. Кавех не был с ней таким близким другом как с Айши, и хотя студентка из Фонтейна была веселой, приятной и лишь изредка высокомерной девушкой, Кавех хотел доверить свой рассказ только Айше. Он думал, что ей точно будет интересно узнать об небольшом «общении» на занятии. К тому же Айши говорила, что считает его красивым и даже запомнила имя. Хотя не сказать, что этот парень был на слуху в Академии. Как известно, их учебное заведение славится на весь Тейват, а многие ученики часто становятся знаменитостями и большими шишками по возвращении к себе на родину. Поэтому студенты с амбициями всячески стремятся заработать себе имя, обзавестись громкими знакомствами или взяться за самое редкое исследование, залезая в угрюмые глубины Пустыни. Среди таких было много блестящих умов, и имя каждого такого студента постепенно запоминали все. Кавех особо не искал славы, но не амбициозным его нельзя назвать.Он не пытался завести полезные знакомства, но быстро становился полезным другим. И хотя он толком не запомнил даже треть однокурсников по имени, они все относились к нему хорошо. Периодически по ночам Кавех мог переделывать чьи-то неудачные чертежи или перетаскивать девичьи ящики с книгами из комнаты в комнату. Наладить отношения ему удавалось не только в своем даршане. Прошлой зимой он пронес небольшой ящик османтусового вина в общежитие Амурта, даршана, который изучает биологию и медицину, и споил там несколько студентов. Стойким оказался лишь Тигнари, с которым Кавех познакомился там же и у которого повис на плече, заплетающимся языком выясняя, насколько сильные осадки в джунглях Лопакал. Ему срочно потребовалось выяснить дождевую нагрузку на кровлю. Если он собирается строить там дворец, нужно было все продумать. Нет! Нужно было непременно направиться туда прямо сейчас. Думая «прямо сейчас» Кавех пытался несколько раз встать, но невозможно было протиснуться меж ног свалившихся спать студентов и низким столом, на котором лежали остатки фруктов и декоративные пустеющие чаши из-под вина. В итоге Тигнари оставил его спать у них, а утром отпаивал каким-то кислым отваром, смотря строгим взглядом прямо в душу. — Чего сидим? — от воспоминаний Кавеха оторвал голос Айши. На шее у девушки поблескивал нежно-зеленым оттенком новый антикварный кулон. Кавех с интересом уцепился за него глазами. Софи стояла рядом с хмурым лицом. — Ну что идем к Ломбаду? — пробубнила она. Кавех внимательно на нее посмотрел. — Идем. А что такая недовольная? — Да Вазир сегодня застал ее врасплох своим вопросом. Она ответила не так, а потом кое-какие две зазнобы с Хараватата начали похихикивать, крокодильи рожи. Кавех прыснул. Айши за словом в карман точно не полезет, и иногда и вовсе разговаривала как сварливая женщина. А вот ситуация, конечно, неприятная, он бы точно вышел из себя. — Стоп, Вазир вопросы задавал? Я все прослушал, — Кавех отдаленно попытался воспроизвести, что вообще старик говорил, но в воспоминаниях его голос по-прежнему звучал сквозь толщу воды. — А меньше надо было с соседом чего-то там чиркать на листочке, — протянула Айши. Кавех внезапно вздрогнул. Да уж, зрению Айши точно стоило позавидовать. Но этой темы еще рано было касаться. Подруга словно украла у него эту маленькую возможность написать горячую сенсацию на городской доске объявлений. *** В ресторане было не так шумно как на выходных. Однако молодых лиц заметно прибавилось. То тут, то там за столиками сидели парни и девушки, весело болтая и пробуя друг у друга еду, и судя по одежде некоторых — иноземцы. В Сумеру было много путешественников, особенно здесь — в городе. Кавех на всякий случай проверил акашу: не позабыл ли он о каком-нибудь крупном слёте ученых. Нет, в ближайшее время ничего подобного не было. Софи уже успела заказать графин вина, а Кавех принялся клевать свои закуски: фрукты и засахаренные орехи. В ресторан ввалилась группа студентов старшекурсников, судя по значкам формы, со Ртавахиста, даршана, изучающего звездное небо. Их как раз отличал вечно измученный вид, что уж говорить, даже сюда они приплелись в форме: видимо, много работали по ночам. Кавех слегка скучающе их разглядывал, пока не заметил, что с другого столика на него в упор смотрела незнакомка. Темные волосы, высокий хвост и одета в пустынном стиле. Из бригады наемников что ли? Кавех уставился в ответ. Айши и Софи тем временем принялись обсуждать своих кураторов по проектам, что ему было не особо интересно: сейчас он отдыхал от учебы. Девушка немного отпила вино и самодовольно уставилась на Кавеха, подперев лицо рукой, отчего в зоне ее декольте образовалась ложбинка. Кавех задумался и сделал большой глоток вина. Интересно, может ли это чем-то закончится? Он снова вернул взгляд девушке. Та теперь убрала ладонь от лица и откинулась на стуле, словно соблазняя разглядеть себя получше. Кавех сделал еще один глоток вина. — Эй, а ты чего так налегаешь? Тоже кто-то настроение испортил? — Айши толкнула его острым локтем. Кавех вспомнил легкое касание локтя своего соседа с совмещенных занятий. Отчего-то захотелось сделать еще один внушительный глоток вина. — Сегодня я отдыхаю, — невесело произнес он. Айши внимательно на него уставилась, затем перевела взгляд на Софи, которая приобрела еще более понурый вид. Только что десять минут она рассказывала, как куратор по проекту ей совсем не нравится: идеи отбрасывает, советов не дает и постоянно говорит «подумай». Ну что за дела, почему рядом сразу два хмурых лица? Кавех снова посмотрел на девушку с соседнего столика. По мере того, как его сознание пьянелло, он становился мрачнее тучи. Такое случалось с ним каждый раз, когда он замечал женское внимание, а алкоголь только усугублял состояние на душе. Словно что-то темное внутри вылезало из дальнего старого ящика, дверцу которого он старательно придавил. Девушка подмигнула. Нет, Кавех и сам любил стрелять глазами, но делал он это из искреннего побуждения, одаривать хорошим настроением всех вокруг. А переглядки с незнакомыми девушками всяко веселее, чем с парнями, да и ни к чему не склоняли. А вот от подобных ситуаций как сейчас начинало тянуть в области солнечного сплетения. Кавех хотел скорее перестать думать, перестать чувствовать, но душу уже тянуло туда — в глубину его старого ящика. Темная комната в пустом доме его родителей. Его узкая кровать в детской комнате, которая уже давно переделана и теперь ему не принадлежит. Кавеху шестнадцать лет, и он еще носит короткие волосы. Рядом лежащая на стуле одежда: его и девчонки с его двора. — Почему он не встает? — недовольно проговорила она — Я тру его уже несколько минут. Кавех и сам не знал. Он смотрел на голую девичью грудь и не понимал, что должен делать. Она была нормальной формы, как у всех девушек, наверное, но трогать ее не хотелось. Ему нравилась эта девушка, нравилось проводить с ней время, бегать на пруд и помогать собирать цветы, разговаривать. Почему сегодня она решила прийти к нему так поздно и почему в итоге она голая, он не совсем понял. Но раз она ему нравилась, то могла нравится и по-другому? — Не получается, — проговорила подруга детства раздраженно, неловко слезая с кровати и беря в руки свое платье. Пока она продолжала собирать свои вещи, Кавех долго смотрел на свой член. — Может тебе попить что-нибудь для мужской силы? Я слышала, как отец шутил про отвары из красноплодника, — продолжила раздраженно она. — Да? Попрошу как-нибудь взрослых привезти мне такое. Когда дверь хлопнула, Кавех уже сидел, а не лежал. Пусть уж лучше она считает, что в нем нет мужской силы, чем обидится. Ведь наедине с собой у него все получалось. От забытых воспоминаний хотелось задрать плечи, вжать голову и пойти куда-нибудь поближе к воде — утопиться. Кавех начал возить пальцем по сладкой от орехов тарелке. С тех пор прошло много лет, но он так и не трогал женскую грудь. Да и не только грудь. Да и, проще говоря, секса у него не было. Но это не вызывало проблем. Сначала он думал, что слишком мал для этого, потом, что слишком занят поступлением в Академию, потом слишком занят первым и сложным годом обучения. Потом проектами и веселой жизнью. А была ли она веселой? Что значил этот чувственный опыт, и много ли он терял? Под пустые разглагольствования преподавателей о том, что романтическая жизнь только отвлекает от получения знаний, можно было бы согласно кивать. Но Кавех не был согласен: влюбляться прекрасно. Он любил очаровываться людьми, делать комплименты людям искусства. А разве само искусство не связано с любовью? Многих людей любовь вдохновляла на создание легенд и возведение целых храмов. А вот про физический опыт никто вообще не говорил. Казалось, эта часть жизни не существует в сумерском обществе, но люди явно откуда-то берутся. Да и инадзумские романы все чаще попадались на полки. Иногда у кого-нибудь можно было обнаружить новый торчащий томик из сумки. Кавех прекрасно знал об откровенном содержании некоторых из них. Конечно, заметить такой у кого-то в самих чертогах Академии было невозможно. Но вот в комнатах общежитий — пожалуйста. Хотя остались крупицы информации, что древние народы Сумеру считали секс — процессом высвобождения жизненной энергии и способом единения с природой. Были даже практики, которые способствовали пробуждению творческих сил. Сейчас мудрецы немного почистили данные в акаше на этот счет. Услышать это можно было в совсем пьяных застольях от простых ученых, любящих практиковать окуривание в сумерских лесах. — Пойду я пораньше, вы еще сидите. Мне надо проект переделывать, — Софи медленно поднялась из-за стола и залезла в свою сумку за кошельком, отсчитала горсть монет и положила на стол. — Так мы, наверное, тоже пойдем, — оглянулась на Кавеха Айши. — Нет, давай еще посидим. Софи ушла, а вместе с ней и компания из Ртавахиста отправилась дальше продлевать свои мучения. Кавех заметил, что и пустынница тоже исчезла. На душе стало заметно легче. — Хотел тебе, кстати, рассказать! Как зовут этого парня? С которым я сидел, — Оживился Кавех. — Аль-Хайтам? — Да-да, аль-Хайтам. Так вот, представляешь, он принес мою заколку, не знаю, почему в этот раз ему отдали. Короче, положил ее прямо на мой набросок. Я рисовал эскиз фасадной вывески для ларька, меня попросили помочь, ты же помнишь, с торговцем общался, он еще хочет открыть лавку в Ормосе. От количества подробностей, которые Кавех вечно пытался уместить в один рассказ, Айши слегка улыбнулась. Можно было выбросить некоторые из головы сразу, чтобы не перегрузиться деталями, мерно допивая остатки вина. Кавех продолжил рассказ, упуская из виду кое-какие свои реакции. В какой-то момент он резко замолчал, не понимая, почему вообще решил выложить все это Айши. Чем больше он говорим, тем больше рассказ казался детским. Словно маленький ребенок прибежал рассказать маме, что видел большую лягушку на камне, и это стало большим событием — впечатлений на неделю. — Хм, а он мне не таким представлялся. Он же особо не похоже, что прям с кем-то дружит, да и выглядит отстраненным. Я про него еще месяц назад спрашивала у студентов с его даршана, он работает ассистентом. Говорят, очень умен и часто исправляет молодых преподавателей. Парни, наверное, его не любят, ну а девушки… — Айши хитро улыбнулась. — Пфф, почему девушки часто выбирают самых молчаливых? — Кавех потер подбородок. Айши в ответ легко прыснула. — Ну так а что в итоге? Вы хоть словами то пообщались? — она принялась поглаживать края чаши из-под вина. — Нет, Вазир подозвал его сразу, как закончил лекцию. А я пошел отпроситься у куратора.