Доктор Шрам

— Ну, что там у нас с расписанием? — Ничего примечательного, — Гарри с трудом подавил рвущийся наружу зевок. — Трансфигурация и история, а после обеда — сначала окно, а затем — защита. — Сносно, — проворчал Бут, наливая в чашку кофе из кофейника и отставляя чашку в сторону. Взглянув на кофейник, он проворчал: — Так… Это мне. Равенкловцы похихикали, но тихонько — конечно, минералка утром, равно как и абсорбирующие зелья, творит чудеса, но у некоторых особо впечатлительных голова трещала до сих пор. Вообще завтрак выдался каким-то вялым, как, впрочем, и всегда на первый день учебы. Студенты привыкли за лето спать до обеда, а тут ранняя побудка еще и наложилась на вечерние алкогольные возлияния… Да уж… Настолько тихо себя даже на уроках не ведут, как за завтраком после серьезной пьянки. Даже гриффиндорцы, которых за завтраком обычно слышно за много сотен метров, сидят тише воды и ниже травы. — Раздупляйся быстрее, — посоветовал Гарри. — Первой парой идет трансфигурация, а я у Макгонагалл заклятый друг. — В смысле? — В смысле заклясть меня надо и поставить на дальнюю полку, чтобы глаза не мозолил, — Гарри покачал головой. В самом деле, с профессором Макгонагалл у Гарри были натянутые отношения. И не только потому, что он однажды подарил ей корзинку с котятами, но и потому, что он не оправдывал ожиданий. Нет, не в плане трансфигурации — с этим все было неплохо. По крайней мере, превращенные черепахи были именно черепахами, а не крабами, а посуда при превращении была хоть и простой с виду, но функциональной — не протекала и не разваливалась от одного касания. Нет, Гарри не оправдывал совсем других ожиданий. Во-первых, он поступил на Равенкло, а не на Гриффиндор. Так получилось, что шляпа при сканировании воспоминаний случайно заглянула в воспоминания о разработке компилятора. Куча страшных незнакомых слов основательно перегрузили старинный артефакт, так что шляпа, от греха подальше, отправила его к воронам. Во-вторых, Гарри не спешил быть героем. Мало того — объяснял всем убежденным в его героизме, что фраза «стать героем» означает раннюю и, как правило, глупую смерть. Простое и общепринятое пояснение привело Макгонагалл в невероятную ярость, вылившуюся в вялотекущую вражду, снятые баллы, на которые Гарри было плевать, и злобное шипение в спину со стороны гриффиндорцев. Кроме того, Гарри в школе — вот ужас-то! — именно учился. Учился, изредка прерываясь в свободное время на всякие квесты от директора. Не терял время в квиддиче, не шлялся по ночам в поисках приключений, не желал мотаться по гостям к «добрым и уважаемым волшебникам» в лице семейства Уизли, постоянно спорил с учителями, если считал себя правым, да и вообще обладал собственным мнением, что очень не нравилось «более взрослым и мудрым» волшебникам. В общем, смел быть самостоятельной личностью… Собственно, именно поэтому решительно каждый урок трансфигурации у Гарри превращался в этакий незримый поединок между ним и Макгонагалл. Профессор искала, к чему придраться, находила и пыталась надавить на нерадивого студента — то ей, видите ли, бумага вместо пергамента не нравится, то ответ на вопрос неполный, хотя процитирован из учебника дословно, то ей нужно свое мнение, а не цитата из учебника, то «Поттер, не несите отсебятину», то писать волшебникам положено исключительно пером, а не перьевой ручкой и уж тем более не прыткопишущим пером, которое Гарри настроил на преподавателей и слушал лекцию, не отвлекаясь на конспектирование, которое за него делала зачарованная канцелярия. Впрочем, Гарри довольно успешно отбивался от нападок почти каждый раз, пасуя лишь там, где не был достаточно хорошо подкован. Ученики даже негласно ставки делали, в чью пользу закончится очередной урок. Завтрак закончился как-то слишком быстро, по мнению студентов. Впрочем, вероятной причиной тому было то, что основная масса учащихся с трудом заставили себя встать и приползти на завтрак только ближе к концу времени приема пищи… Теперь же следовало разойтись по классам. В этот момент Гарри искренне позавидовал гриффиндорцам, у которых первой парой, судя по разговорам, должна была начаться история магии. Счастливчики, доспать смогут… А тут еще и довольная и свежая мордашка Грейнджер глаза мозолит — явно ведь вчера и сама не веселилась, и другим своей властью старосты мешала, раз большинство тусовщиков переползли пьянствовать в гостиную Равенкло… В кабинет трансфигурации они добрались за минуту до начала урока. Идеально. Как раз уже и старая вешалка должна быть на месте, чтобы не было ситуации с классическим «Без преподавателя в класс заходить запрещено. Поттер, почему вы не напомнили своим однокурсникам? Минус пять очков Равенкло», и еще не опоздали, чтобы не вызвать десятиминутную лекцию на тему пунктуальности и уважения к чужому времени. Гарри заглянул в приоткрытую дверь класса, кивнул, заметив сидящую на столе кошку — и зашел в кабинет. Следом за ним потащились, располагаясь за партами, остальные. Кошка прыгнула со стола, в полете превращаясь в профессора Макгонагалл. Гарри с трудом удержался, чтобы не фыркнуть. Показушница… И не надоело ей? Подобный трюк вызывает удивление только на первом занятии у первого курса, но никак не у пятикурсников, среди которых есть минимум один медведь-берсерк в лице Лонгботтома и минимум шесть незарегистрированных анимагов. Нет, ну а что? Такие раздолбаи, как Джеймс Поттер и Сириус Блэк, равно как и слабосилок Петтигрю, осилили процедуру обретения анимагии. Что, нормальные целеустремленные студенты не осилят? — Добрый день, класс! В ответ ученики проворчали что-то среднее между «здравствуйте, уважаемая профессор» и «иди ты в жопу». Макгонагалл сочла это достаточным приветствием, хмыкнула, оценив состояние студентов после вчерашнего загула, взмахнула палочкой. С ее стола по студентам разлетелись пергаменты с заданиями. Гарри покачал головой. Издевайся над похмельными людьми, издевайся… Но потом не интересуйся, профессор, почему чашка вымазана валерьянкой… — Спешу напомнить, что вы в этом году сдаете СОВ — экзамены, результаты которых определят ваше будущее и будут влиять на то, какие предметы в будущем вы будете изучать, а заодно и на какую специальность сможете претендовать при выпуске из Хогвартса, — Макгонагалл поправила очки. — Так что сегодня мы с вами проверим, какие знания с прошлого года смогли закрепиться в ваших головах и что вам следует подтянуть, ведь на СОВ многие вопросы касаются основ преподаваемых на третьем и четвертом курсах. Перед вами задания, которые встречаются на СОВ, так что условия будут максимально приближены к реальным. У вас двадцать минут на теорию и затем будет еще час на отработку практики. Удачи. Надеюсь, ваши познания меня не разочаруют. Гарри уставился на список вопросов. Ничего сложного. Двадцать вопросов в духе «назовите исключения закона Гэмпа» или «опишите базовый принцип трансформации материалов с однородной структурой». Правда, были вопросы и посложнее в духе «опишите и подготовьте базовую схему функционирования заклинания, предназначенного для обращения беспозвоночных в сосуды для жидкостей», но тоже в пределах допустимого. Пока Гарри думал, руки уже сами написали ответ на первый вопрос и начали писать ответ на второй. Все же, в противостоянии с профессором был некоторый плюс — для успешных ответов на нападки приходилось чуть ли не посимвольно запоминать учебники, предлагаемые справочники и дополнительную литературу всех сортов и видов. Примерно через пятнадцать минут в дверь постучали, Макгонагалл нахмурилась, взмахом палочки открыла дверь. Там оказалась мадам Амбридж собственной персоной. — Добрый день, профессор Макгонагалл. — Что вам нужно? — негостеприимно и с некоторым вызовом спросила Макгонагалл. — Уверена, профессор Макгонагалл, вы, как заместитель директора, обязаны были ознакомиться с программой инспекции образования в этом году. И если вы хотя бы немного читали переданные вам документы, то вы в курсе, что на сегодня был запланирован аудит преподавания такой важной для студентов дисциплины, как трансфигурация, — Амбридж вежливо улыбнулась усмешкой голодного дракона. — Не уверена, что сегодняшнее занятие будет уместным, — сухо процедила Макгонагалл. — Видите ли, у нас сегодня контрольное занятие и… — О! Так это же прекрасно! — улыбнулась Амбридж. — Экзаменационная обстановка — это прекрасно! Мы с вами удостоверимся, что ученики ознакомились с материалами за прошлые годы, я смогу снять копии теоретических работ и передать их на независимую оценку в Министерство. Кроме того, пока ученики заняты — мы с вами можем рассмотреть ваши документы о квалификации, финансовую отчетность по вопросу трансфигурации и планы занятий. — Профессор Амбридж, — поджала губы Макгонагалл. — Я не считаю допустимым… — По счастью, уважаемая профессор Макгонагалл, — перебила ее Амбридж, — сейчас решаете не вы. Прошу вас предоставить ваши документы и ответить на мои вопросы… Гарри с трудом подавил улыбку. Похоже, этот год будет даже интереснее, чем он изначально планировал. Правильного человека Министр прислал в эту богадельню, ой правильного… Амбридж была известной карьеристкой, которая сделала себе замечательную карьеру с помощью воистину драконьей хватки и невероятного внимания к деталям. Особенно к деталям в недостатках. Так что можно было не сомневаться — инспектор из Макгонагалл и остальных учителей душу вынет и наизнанку вывернет, поскольку ей явно дали команду «фас» в адрес Хогвартса. Впрочем, кто знает — может, хоть после этого происходящий дурдом обретет хоть минимальный порядок… — Профессор Макгонагалл, я закончил, — поднял руку Гарри. — Готов приступить к практическим занятиям. — Хорошо, Поттер, — цыкнула декан Гриффиндора. — Возьмите из шкафа чашку. Ваши задания — по очереди изменить чашке материал, цвет, форму, превратить ее в живое существо, изменить его, заставить его исчезнуть, вернуть обратно и отменить прочие чары. Вопросы есть? — Нет, профессор. — Приступайте.

⊹──⊱✠⊰──⊹

Когда они вошли в класс защиты от Темных искусств, профессор Амбридж уже сидела за учительским столом. В классе все старались вести себя тихо: профессор Амбридж для большей части учеников — в частности тех, у кого родители не работали в Министерстве Магии — была пока что величиной неизвестной, и почти никто не знал, насколько строгим ревнителем дисциплины она окажется. Гарри вот, например, знал. И в иной раз вел бы себя при ней максимально тихо и мирно, но раз уж она сама просила сорвать урок… Тем более, так удачно совпало, что урок Равенкло поставили вместе с Гриффиндором… — Здравствуйте! — сказала она, когда ученики расселись по местам. Несколько человек пробормотали в ответ: — Здравствуйте. — Стоп-стоп-стоп, — сказала профессор Амбридж. — Ну нет, друзья мои, это никуда не годится. Я бы просила вас отвечать так: «Здравствуйте, профессор Амбридж». Ещё раз пожалуйста. Здравствуйте, учащиеся! — Здравствуйте, профессор Амбридж! — проскандировал класс. — Вот и хорошо, — сладким голосом пропела профессор Амбридж. — Ведь совсем нетрудно, правда? Волшебные палочки уберем, перья вынем. Ученики тут же потянулись к сумкам. Гарри взмахом палочки разложил на столе все необходимое, что могло бы пригодиться, например — прыткопишущее перо, что, разумеется, не ускользнуло от внимания Амбридж. Впрочем, верховный инквизитор, тьфу, то есть — генеральный инспектор, не спешила срываться на Гарри за подобные мелочи. Ага, понятно… Значит, наезд должен быть связан с некими пропагандистскими целями… Хорошо, значит надо использовать не в меру активных «львов» для достижения целей. Профессор Амбридж достала из сумки волшебную палочку, которая была необычно короткой, и резко постучала ею по классной доске, где тут же возникли слова: «Защита от Темных искусств. Возвращение к основополагающим принципам». Гарри хмыкнул. Основы юриспруденции. Обязательный в программе аспект защиты от темных искусств. Правда, обычно его ставят на четвертый курс, а перед СОВ стараются сделать акцент на заклинаниях, но кто, кроме директора Хогвартса, виноват в том, что в прошлом году уроки вел психопат, прикидывающийся параноиком, верящим в «практический подход»? Теперь, похоже, приходится догонять нудную, но необходимую теорию. — Отмечу, что до сих пор ваше обучение этому предмету было довольно-таки отрывочным и фрагментарным. — сказала профессор Амбридж, повернувшись к классу лицом. — Постоянно менялись учителя, и не все они считали нужным следовать какой-либо одобренной Министерством программе. Досадно… Но ничего — мы это исправим. В нынешнем учебном году вы будете изучать юридическую составляющую самозащиты по тщательно составленной, выверенной, одобренной Министерством программе. Запишите, пожалуйста, цели курса. Она опять постучала по доске. Слова, которые на ней были, исчезли, и взамен появилось: ЦЕЛИ КУРСА: 1. Юридические основания применения защитной магии. 2. Умение распознавать ситуации, в которых применение защитной магии допустимо и не противоречит закону. 3. Включение защитной магии в общую систему представлений для практического использования. — Хорошо, — сказала профессор Амбридж, убедившись, что все ученики закончили конспектирование. — Теперь попрошу вас открыть пятую страницу и прочесть первую главу уложения «О наказаниях в Магической Британии» и записать основные положения по мере надобности. Вопросы можете задать по ходу конспектирования, от прочих разговоров рекомендую воздержаться. Гарри открыл пятую страницу, окинул ее взглядом, кивнул, понимая, что помнит этот раздел дословно, коснулся учебника прыткопишущим пером — и просто стал ждать. Если Амбридж спросит — он ответит по всем трем целям курса, все же магическое право он учил очень тщательно. Почему? Ну, он, в конце концов, иногда занимался не самыми законными делами и готовился на тот случай, если потребуется оперировать знанием законов для того, чтобы выйти сухим из воды. Да и в будущем он планировал обрушить Статут, так что следовало готовить юридические обоснования заранее. Не спросят — ну и ладно, есть и другие вещи, которыми можно занять мозги. Например, начать обдумывать, каким образом в Хогвартсе можно прокинуть нормальную проводную сеть. На ум пока приходило только использование протеевых чар, но как именно это сделать, Гарри пока не придумал. Тем временем в классе начались первые брожения недовольных. Равенкловцы и некоторые гриффиндорцы спокойно занимались конспектированием, поскольку прекрасно знали о необходимости данного вопроса, но нашлись особо умные, которым только дай вволю шашкой помахать. — Да, мисс… — Гермиона Грейнджер, мэм. — И что вы хотели, мисс Грейнджер? — Мы что — не будем изучать защитные заклинания? Гарри хмыкнул. Похоже, начинается… — Видите ли, мисс Грейнджер, — начала Амбридж. — Мне кажется, цели курса указаны достаточно ясно и понятно для любого студента, кто умеет читать. — Я не согласна с этими целями! — Мисс Грейнджер, — встрял в разговор Гарри. — Вспомните наш вчерашний разговор. Вы — не аврор, чтобы владеть защитными чарами сверх меры, а в обычной жизни изученных нами за четыре курса заклинаний более, чем достаточно для самозащиты. Включите мозги и перестаньте играть в героев. — Мистер Поттер, ваша рука не была поднята. — Извините, профессор… Аллергия на тупых людей с шилом в одном месте. Впрочем, полагаю, проблема связана с ближайшим окружением… — Ах ты поганый сноб! — взорвался гневом Уизли, считавший себя, должно быть, не иначе, как личным телохранителем Гермионы. Он уже схватился за палочку и явно собирался что-то сделать. — Да я тебя… — Ты меня что? — Ступе… — Силенцио! Уизли попытался закончить заклинание, но его взмах палочки не привел ни к каким результатам. Он, похоже, даже не понял, что его заколдовали. Гарри убрал палочку в кобуру, обернулся к нахмурившейся Гермионе. — Видите, мисс Грейнджер? Заклинание, изучаемое на четвертом курсе, хоть и не на этой дисциплине. А ведь я могу ослепить человека Люмосом, изучаемым на первом курсе. Могу поднять его в воздух и выкинуть из окна девятого этажа Левиосой, изучаемой на первом же занятии. Могу заклинанием воды с третьего курса наколдовать водяной шар и удерживать его вокруг головы, чтобы человек захлебнулся. Могу заклинанием «Инсендио», изучаемым на первом курсе, оставить от человека дымящиеся угольки… Вам этого мало? Сидите, конспектируйте и не выделывайтесь! Вы же староста, а не я! На вас должны равняться, а не… — Достаточно, мистер Поттер! — прервала его Амбридж, довольно улыбаясь. — Благодарю вас за прекрасную демонстрацию возможностей базовых чар, однако я не разрешала вам доставать палочку. За это вы сегодня вечером останетесь на отработку у меня. То же самое касается и вас, мистер Уизли, за попытку нападения на студента на моем уроке. Вам все ясно? — Предельно ясно, профессор, — кивнул Гарри. Он, разумеется, мог бы легко оспорить подобное взыскание — все же, это была самозащита, да и рыжий не пострадал физически, так что придраться по закону было бы невозможно, но раз Амбридж решила зачем-то оставить его после занятий — значит, ей нужно поговорить без лишних ушей. — А что до вас, мисс Грейнджер, — продолжила Амбридж. — Надеюсь, вы удовлетворены ответом, который вам предоставил мистер Поттер, пусть он ради этого и нарушил дисциплину? — Нет, но… — В любом случае, программа подготовки в магических учебных заведениях составлялась волшебниками гораздо более опытными и квалифицированными, чем вы. Так что будьте любезны, мисс Грейнджер, вернитесь к конспектированию. Гермиона насупилась, но спорить дальше не стала. Впрочем, Гарри не сомневался, что она еще что-нибудь придумает в духе своего дебильного общества по освобождению домовиков. И если он правильно понял посыл Амбридж — она на это и рассчитывает. Гарри хмыкнул, вернулся к конспектированию — а точнее, к наблюдению за конспектированием — и, подумав, проговорил еле слышно: — Что же… Давайте поиграем, господа и дамы…