Русский немец

Pov Степан В комнату, сквозь решетки, чуточку проникал солнечный свет, спасая меня из этого кошмара, под названием - концлагерь. Я сидел на скамейке, обнаженный по пояс, на моей спине не было живого места, мне было не видно, но по боли было не сложно понять, что вся моя спина была истерзана. Тяжело вздохнув и стал ждать своих мучителей. Фашисты зря стараются , я им ничего говорить не собираюсь. Услышав шаги за дверью, мое сердце начало биться сильнее, а боль становилась невыносимой, словно предчувствуя будущую пытку. Железные двери открылись, я не смотрел в сторону фашистов , только знакомый голос заставил меня повернуть голову. - Давно не виделись... Степа - сказал Ивушкин.

***

Pov Коля - Ив.... Ивуш... Ивуш.. - прошептал, или же прошипел Степан, двигаясь подальше о меня, гремя наручниками. Николя , стоявший чуть подальше от меня, напрягся и достал пистолет, на всякий случай. Я мягко улыбнулся ему и присел возле Василёнка, принебрижительно взяв его подбородок пальцами и поднимая его голову. - Называй меня герр Клаус-Ивушкин. Тем более сейчас ты у меня в гостях. Прояви уважение - улыбнулся я, проведя большим пальцем по свежей царапине под глазом и надавливая на нее, слушая стон боли. - Ненавижу.... Я думал ты сдох... - прошептал мне в лицо мужчина. Я усмехнулся. - К твоему сожалению это не так. Я, как ты видишь, в добром здравии, в отличии от тебя - отвесив ему подтщечину, отошёл от него я. Степан зло сверкнул глазами. - Знаешь почему я здесь? - спросил я, после недолгой паузы. Не получив ехидного ответа, продолжил. - Потому что, мне захотелось посмотреть на жалкое подобие человека - на этих словах я пнул его. Сейчас я мстил за себя, за свою любовь, за предательство Степана в конце 30-ых. - Коля, не трать на него силы - попросил Николя, быстро хватая меня за руку, не давая мне ударить пленного. - Как скажешь - прошептал я ему и отошёл от пленного.

***

Pov Николя - Что ?! Продолжаешь трахать этого фашиста? - рассмеялся Степан, и тут же получил от меня по лицу. - Моя школа - прошептал Коля на немецком, довольно улыбаясь. - Следи за языком, грязная русская свинья. Ты никто здесь и тебе оказана честь, что ты видишь меня и Николая перед собой. С завтрашнего дня, твоя жизнь измениться так, что ты поймёшь, твоя жизнь ничего не стоит. Тебя не будут пытать из-за информации, нет, теперь ты не военнопленный , ты никто и звать тебя никак - на этих словах, я разорвал его документ . Ненависть - вот что я видел в глазах врага своего мужа, но меня это мало волновало. Николай хлопнул в ладоши и , приобняв меня за талию, повел прочь из камеры, на последок плюнув в лицо Степана. Почему то я чувствовал, что это не последний раз когда мы с ним столкнемся лицом к лицу.