нефть в венах

      — ты похожа на лилию.       минджон протягивает руку в сторону джимин и убирает прядку ее волос прямо за покрасневшее ухо. кончики пальцев задевают серьги на мочках, и минджон улыбается самой себе, вдыхая душный воздух, пропахший прошедшим дождем.       джимин стыдливо опускает глаза и широко улыбается. чувствует, что ее любят. и чувствует, как любит она сама.       минджон — самая важная часть ее жизни, хоть и нестабильная, травмированная, боящаяся доверять, но верно контролирующая каждый свой шаг, свое поведение, свои внутренние позывы, от которых хочется громко кричать в пустом поле на несколько гектаров.       у нее комплекс неполноценности, проблемы с родителями, а еще ледяная тоска сердце окутывает по сей день, и ничто не способно растопить эти глыбы.       только если это не нежность джимин, которую она дарит минджон с помощью невесомых касаний к плохо окрашенным волосам.       — правда?       — правда. и пахнешь также, — минджон улыбается, чувствуя, как что-то странное разливается в глубине ее души. как будто бы тяжелая ваза, брошенная в стену, разламывается вдребезги.       — а ты... похожа на незабудку, — джимин улыбается в ответ и подходит к минджон ближе, опираясь ладонями на железные перила балкона.       джимин — это солнце в пасмурный день, это прохладное море в жаркий летний день, это белые терпко пахнущие лилии, это невероятное счастье минджон. недосягаемо достижимое. то, что принадлежит отныне ей.       ее взгляд всегда наполнен нежностью, которой никогда минджон не одаривали. ее касания наполнены истинной аккуратностью, с которой ее пальцы притрагиваются к бледной холодной коже, поглаживают шрамы и родинки.       — почему? — минджон наклоняет в бок голову.       джимин — загадка. в ней полно тайн, она сложная система, которую трудно изучать, но если поднапрячься, то и любая разгадка окажется на поверхности. держать ее в руках легко, но труднее раскрывать одну за другой оборванные кое-где страницы.       — потому что они символизируют верную любовь.       это потому, что я как псина ко всем привязываюсь?       минджон уходит в себя и пропускает мимо ушей некоторые фразы джимин. она всматривается в многоэтажки, в которых горят яркие огни.       разве я настолько плоха?       настолько плоха, что заслуживаю такого отношения к себе?       но я ведь не заслуживаю       твое       хорошее       отношение       к себе.       — все в порядке? — рука джимин ложится прямо на спину ушедшей в себя минджон, и та в ответ дергается и кивает, нервно выдыхая.       — мы можем покурить вместе?       — ты же знаешь, я не особо жалую сигареты... — джимин вздыхает. минджон давится собственным желанием.       — тогда мне необходима замена.       а замена чему?       собственным навязчивым мыслям и чувству ненужности?       — что можешь предложить? — джимин поворачивается спиной к перилам и облокачивается на них, отбрасывая голову назад, чтобы взглянуть в ночное небо, усыпанное в некоторых местах серой массой облаков и россыпью тусклых звезд.       я нужна?       я важна?       я никогда не оставалась одна.       минджон ухмыляется и нервно сглатывает комок слюны, скопившейся во рту. она поднимает глаза на джимин, и порыв ветра легонько развевает ее волосы, которые девушка убирает за ухо, всматриваясь в чужое озабоченное лицо.       минджон лишена эмоций, но не лишена внутренней бури, бушующей в ее теле. джимин протягивает снова руку вперед и укладывает ее на щеку ким.       — ты можешь меня поцеловать?       джимин удивленно расширяет глаза и смущенно уводит их в сторону, на кирпичную стену балкона, на его бетонный пол и баночку с бычками и окурками.       — я... могу, — джимин слабо улыбается.       а могу ли я?       могу ли я стать чем-то важным для тебя?       могу ли быть той любовью, о которой ты мечтаешь?       могу ли сказать о том, как действительно тебя люблю?       могу ли я плакать тебе в колени о своей тщетности и ранимости?       нужно ли оно тебе?       — поцелуй меня, — минджон поднимается и делает шаг назад, чтобы коснуться стены своей спиной.       она расслабленно касается ее своей кофтой и поднимает глаза вверх. стеклянные, опустошенные, они не выражают никаких положительных эмоций. сплошь переживаний и тревоги.       джимин боязливо подходит к ней и какое-то время смотрит на чужое лицо. изучает каждую родинку, очерчивает глазами треугольник из них, заостряет внимание на изъянах и вздыхает: ей абсолютно плевать на их существование.       ее пухлые губы касаются губ минджон и трепетно сминают нижнюю, моментально отрываясь.       и все же тебе нужно это?       тебе нужен такой человек, как я?       человек-катастрофа, человек-проблема, человек-идиот?       минджон прикрывает глаза и делает шаг вперед, обхватывая ладонями лицо джимин и целуя ее, но со своим грубоватым напором, который она крепко удерживает внутри себя. она целует, кусаясь и причмокивая. она целует со всей своей любовью. целует и наслаждается, потому что джимин позволила ей заново дышать.       я не даю гарантию, что со мной будет легко.       но ты можешь изучать меня, как чертову головоломку.       только не сломайся, пожалуйста.