И глянет мгла

«Когда я сказал вам, что никогда не позволял трогать меня, — в тот самый момент я впервые позволил себе быть тронутым.» — «Когда Ницше плакал» Фридрих Ницше

Итан потёр шею, словно всё ещё не мог поверить в то, что остался жив. Белиал впереди него шёл высокой тенью, словно сама тьма сформировалась в подобие человека. Гнетущая тишина давила на уши, и парень постарался успокоить себя. Его демон здесь, рядом, не убил и даже сказал, что поможет. Повода для волнения нет, но… Белиал бросил на мальчишку короткий взгляд через плечо. Тот был бледен, как мел, и выглядел не то, что испуганно, а словно нездорово. Демон видел подобное, но обычно это заканчивалось смертью от продолжительной хвори, а парень двигался более чем бодро, особенно когда убегал от идиотов, принявших его за нечисть. Он не мог поверить в то, что этот хрупкий человек, слабый и глупый, был важен ему. Как мальчишка смог приблизиться к Белиалу настолько, что заполучил его доверие? Место, про которое никто не знает — об этом уж он позаботился — внезапно стало известно Итану, который не преминул этим воспользоваться. Мысли об этом заполнили голову демона, и он даже не сразу обратил внимание, что паренёк отстал. Итан стоял в метрах пяти от него и как-то подозрительно покачивался, словно едва стоял на ногах. Белиал оказался перед ним почти в тот момент, когда парень пошатнулся и упал — от соприкосновения с землёй его спасла только сила демона, подхватившая его. Что ж, похоже он прав. Итан действительно был белым, как полотно, и прерывисто дышал. Из очень даже энергичного и полного жизни юнца он в один миг превратился в беспомощного больного. Белиал не почувствовал ничего, но на миг его кольнула вина перед самим собой из будущего. Сложно было поверить в то, что мальчик ему действительно дорог, но демон просто не мог представить, насколько он из будущего на самом деле близок с Итаном, раз рассказал ему столь много о себе. Лучше позаботиться о нём хотя бы ради себя самого.

***

Надо признать, даже по его демоническим меркам, парень был красив. Он почти не встречал таких людей, но Итана, кажется, Бог действительно одарил. В этих чертах лица таилась дьявольская красота, при желании мальчик мог бы стать отличным демоном-искусителем. Белиал силой отогнал от себя нелепые мысли. Ещё не хватало смотреть на человечка, как на красивое творение божеской мысли. Он бросил быстрый взгляд на покрывшееся испариной лицо и впервые подумал, что, возможно, в Итане действительно есть что-то цепляющее. Было ощущение, что демон видел его раньше. Может, не его, а его дальних предков, чью внешность он повторил сквозь века, но видел. Страннее всего был факт наличия у высших существ идеальной памяти, но сейчас, даже копаясь в своих воспоминаниях, Белиал не мог найти кого-то схожего. Итан прерывисто вздохнул, и вздох этот был хриплым, болезненным. Демон провёл ладонью над головой парня, но его сила не нашла отклонений в здоровье. А это значит, что дело было в ином, и Белиал догадывался, в чем именно. Он отошёл от кровати и бросил взгляд в окно, за которым стоял туман, ещё час назад бывший не таким густым, как сейчас. По меркам демона, ничего особо страшного в таком обычном природном явлении не было, но суеверие людей сделало их трусливыми и жалкими, теперь они просто поджимают хвосты, подобно шакалам, и прячутся в своих домах. Одно радует Белиала: когда приходит опасность, человек осознаёт своё место в пищевой цепи, а когда природа бушует, он понимает свою ничтожность по сравнению с ней. Острый слух уловил завывание где-то за пределами города, где простирался густой чёрный лес, и Белиал прикрыл глаза, прислушиваясь к звукам. Шум ветра смешался с перешёптываниями местных, лаем собак и там, среди этого гула, пробивалось нечеловеческое рычание того, кто держит в страхе англичан на протяжении немалого, по их меркам, времени. Демон знал, что это за существо, но не вмешивался в жизнь подлунного мира, предпочитая со стороны наблюдать за кровавой бойней. Нечисть он презирал не меньше людей, потому что видел в них слишком большое сходства. Вампиры, оборотни и другие привыкли считать себя выше людей, расой, что стоит во главе мира. Но, в конце концов, суть у них была одна: творения из плоти и крови, ползающие по земле в попытках пропитаться и удовлетворить свои потребности, установить власть на планете, которая изначально принадлежала не им. Каждый из них, будь то человек или нечисть, игнорировал Творца, возвышался над остальными, мнил себя господином, но заканчивал одинаково: становился тем, чем был изначально — глиной и удобрением для растений, которые, вопреки жестокой и беспринципной сущности некогда живого тела, расцветут на их безымянных или ухоженных, но со временем забытых могилах. Белиал прикрыл глаза и задумался. Никогда раньше он не задумывался о будущем — оно казалось таким же мрачным и пустым, как настоящее. Но сейчас, улавливая редкие хриплые вздохи позади лежащего парнишки, не мог не задаться вопросом: почему он? Почему его внимание привлекло хрупкое и слабое существо, которое не смогло выдержать даже простого путешествия во времени? Мальчик за его спиной завозился и прохрипел: — Бел?.. — обращение резануло по ушам демона, отчего тот скривил губы. — Белиал, — поправил он и подошёл к кровати. — Встать можешь? Итан нахмурил брови и попытался подняться на локтях, но те задрожали, и парень рухнул обратно на постель. Он нахмурился и моргнул пару раз, чтобы капелька пота, стекшая по виску к ресницам, упала. — Можешь помочь? — хрипло выдавил из себя Итан, стараясь держать лицо перед другим, не его, Белиалом. В голове гудело так сильно, что казалось, будто Повелитель мух лично приказал пробраться к нему в голову и жужжать, пока не сведут с ума. Хотя, конечно, он этого не делал. Парень мог только догадываться о причинах столь плохого состояния своего здоровья, но точно понимал, что демон перед ним уже всё знает. Белиал, к полному разочарованию Итана, даже не прикоснулся к нему, только сделал какой-то незначительный и, можно сказать, пренебрежительный жест рукой, и тени тотчас обхватили крепкое тело, рывком подняв с кровати и поставив на ноги. От резкой смены положения парня затошнило, к горлу подступила желчь, но он сдержался, используя всю силу воли, что оставалась в запасе. Колени дрожали также, как и всё тело, предавая его. Только какой-то внутренний стержень, гордость и дух бунтарства, этот огонёк подросткового протеста против общественных ожиданий, не позволили ему упасть. Демон сейчас смотрел на него и ждал, когда же человеческое тело сдастся, и Итан свалится на пол, но тот не мог дать ему удовольствия насладиться своей слабостью. Парень выпрямился, игнорируя боль в голове и противное чувство удушья. — Со мной всё в порядке, но нужно выяснить, зачем я здесь, — он гордо вскинул подбородок. И, хотя Итан знал, что по его бледному лицу и плотно сжатым губам было видно, что его слова — просто фальшь в попытках казаться более стойким, чем есть на самом деле, он не мог поступить иначе, продолжая держать голову высоко поднятой. Если Белиал и удивился, то не показал этого, а лишь холодно окинул взглядом качающегося, словно листик на ветру, парня и отвернулся. — Кто тебя сюда переместил? Итан нахмурился, силясь припомнить все детали. — Это был кто-то в образе маленькой девочки с чёрными глазами. Они были именно полностью чёрными, будто кто-то залил их нефтью. Белиал вдруг резко поднял успевший опуститься в пол взгляд и впился своими зелёными горящими радужками прямо в удивлённый такой переменой настроения взор напротив. — Исполнитель? — суровость его голоса придала и без того строгому лицу излишней мрачности. — Кто? — тупо переспросил Итан и моргнул. — Это падшие ангелы, которые исполняют волю Бога, следя за тем, чтобы ход времени не был нарушен. И если они добровольно перенесли тебя сюда, нарушив правило завесы, то у них был прямой на то приказ… — От Бога, — закончил парень и нахмурился. Он не понимал, какой смысл был в том, чтобы отправлять его на сотни лет назад. — В твоём времени что-то происходит? — Демон внимательно посмотрел на Итана, чтобы не дать тому солгать. — Это может послужить причиной. В нынешнем веке ты можешь найти подсказку. Парень пробежался взглядом по комнате, чтобы не сталкиваться с цепкими и пронзительными глазами оппонента. Подсказка к победе над Ваалом? Что это может быть и как найти неизвестное средство? Почему ему как всегда кидают информацию, как кирпич на голову, и оставляют со всем разбираться? Он почти зарычал от отчаяния и схватился за волосы, теребя и окончательно приводя их в беспорядок. Гнев в груди закипал с новой силой, подпитываемый страхом и раздражением, что делало его необузданным, и Итан вдруг замер, осознавая своё положение. Парень поднял тёмные глаза на Белиала, глядя с какой-то обречённостью, а после вновь опустил их в пол. И без того бледное лицо, казалось, побелело сильнее. — О нет… Нет-нет-нет, — от былого гнева не осталось и следа, вместо этого начали душить слёзы. Демон равнодушно глядел на него, и, если бы не едва приподнятая черная бровь, удивление было бы невозможно разобрать на этом будто высеченном из камня лице. Он поразился тому, как быстро сменялись эмоции человека перед ним, чувствовал запах злости, ужаса и отчаяния, смешавшийся друг с другом. Итан посмотрел на разбитые костяшки пальцев и сжал кулак, не понимая, чего хочет больше: не видеть этого вовсе или посмотреть с надеждой, что это сон. Он столько лет боролся с гневом, с излишней вспыльчивостью, которая могла перерасти в необузданную ярость, что возвращение к этому ощущалось ведром ледяной воду на голову. Парень вдруг захотел поблагодарить небеса за отсутствие силы, которая могла навредить не только ему, но и всем вокруг. — Нормально… — судорожно выдохнул Итан и добавил более спокойно, пытаясь убедить скорее себя, чем демона: — Нормально. — Твой организм не справляется с перемещением, — пустой и лишённый эмоций голос раздался вдруг совсем близко. — Я вижу на твоей душе свою печать и сомневаюсь, что в будущем чувствую к тебе что-то большее, чем терпимость, но раз мы заключили сделку, я должен получить своё. Найдём то, что требуется, и вернём тебя обратно. Парень поднял голову и прищурился, вглядываясь в выражение лица Белиала, но, как и прежде, не разглядел и проблеска искренней заботы. Живот внезапно скрутило неприятным чувством, похожим на разочарование и боль, но он не показал этого, старательно отводя взор. — Да, понимаю, — Итан кивнул. — Сколько у меня времени, прежде чем я-…мне станет хуже? — Должно быть около трёх дней в запасе, если тебя перенес сюда Исполнитель. Они обычно ограничивают лимит времени, чтобы сохранить баланс и ход истории. Но с твоим телом что-то происходит, и это «что-то» влияет на твоё состояние и противостоит силе Исполнителя. Думаю, у тебя около тридцати часов. — Сколько?! — Парень резко повернулся в сторону Белиала, округлив от ужаса глаза. — Погоди-погоди, меня же потом вернут обратно, верно? Ну, типо, лимит же не зря стоит, да? — Через четыре дня и вернут, — уверенно кивнул тот. — Но к тому времени ты, скорее всего, умрёшь. Итан с открытым ртом взирал на невозмутимого демона, не понимая, как реагировать на такое заявление. — Но я думаю, что найду решение этой проблемы раньше. Парень выдохнул от облегчения, хотя его по-прежнему грыз червь сомнений, и иголки страха впивались в сердце. Он старательно отогнал их, решив, что Итану Эвансу здесь не место. В том, что происходило с ним сейчас, нужна была помощь Итаниэля — смелого мальчишки-хулигана с задранным кверху носом и шальной, дерзкой ухмылкой своего дяди, стойкостью и справедливостью крёстного и, в конце концов, безжалостностью отца. Именно такой набор качеств должен быть в данный момент у двадцатилетнего юноши, оставившего позади таблетки и драки на заднем дворе школы, разбитые костяшки, не заживающие никогда. Ему не хватает той безбашенной подростковой жизни, но необходимо вернуть Итаниэля, пока он полностью не исчез за слишком нормальным и обыденным «Итаном». — Хорошо, — парень вдруг слишком строго посмотрел на Белиала. — В этом городе помимо, кажется, оборотня, есть что-то сверхъестественное? Демон какое-то время молчал, почти сканируя Итана глазами, но вскоре сказал: — Да. Я здесь как раз за этим. Сила, что скрывается в этом городе, приманивает сверхъестественных существ. До этого она не проявлялась, но сейчас, по какой-то причине, вновь начала действовать. — Вновь? — парень склонил голову немного вбок, недоумённо хмурясь. — Да. Подобное происходило раньше, до пришествия… — Белиал замолчал, не в силах произнести имя Господа, — До Рождества. Я почувствовал это, но не успел определить источник, сейчас вновь ощутил энергию. — Так это просто праздный интерес? — Итан присел на кровать, на которой лежал, когда только очнулся, и начал перебирать пальцы — привычка с детства, которая проявлялась, когда он был взволнован. — Не совсем. У меня тоже есть выгода, но для тебя это ненужная информация, — резко пресёк демон. — Хорошо, — парень кивнул. — Да, хорошо. Твоё дело. Но, пожалуйста, помоги мне. Я должен увидеть то, о чём ты говоришь, возможно, это сыграет мне…нам в будущем на руку. — Только ради себя.

***

— Итак, что мы делаем? — Итан бросил пытливый взгляд на демона рядом с собой, который стоял с невозмутимым видом на крыше одного из самых высоких домов. Сам парень сел с правой стороны, подогнув одну ногу под себя. — Ждём оборотня, — коротко бросил Белиал, воздержавшись от дальнейших объяснений. Итан вопросительно приподнял бровь, но демон даже не посмотрел на него, продолжая вглядываться в простор ночи. Дело близилось к рассвету, из-за чего парень не знал, сколько ещё времени ему предстоит провести вместе с Белиалом. Тот не знает его и, возможно, это даёт ему право немного дольше полюбоваться этими острыми чертами лица?.. — А когда встанет солнце? — странный, незаконченный вопрос сам вылетел из его рта и повис в воздухе. — Ты вернёшься туда, где тебе дали эти тряпки, и будешь ждать вечера. Я сам тебя найду, — демон, казалось, понял эту недосказанную мысль. Парень кивнул и скрыл глупую ухмылку. Что ж, он, по крайней мере, теперь знает, что не будет убит, потому что его душа всё ещё имеет ценность, даже в этом времени. Итан просто смотрел вдаль, и по его спине бежала дрожь при каждом вое волков, доносившимся из леса.

***

Он вернулся к Божене, которая сидела у маленького окошка и что-то вязала, но при виде Итана резко вскочила со стула, едва не перевернув его. Она быстрым шагом подошла к парню, осматривая его на наличие травм, но заметила только уставшие, блестевшие от слёз недосыпа глаза и лёгкую испарину на побледневшем лице. — Милый мой, что с тобой? — Божена быстрым движением смахнула с его лба прилипшие волосы. — Всё хорошо, — губы тронула слабая и уставшая, но искренняя улыбка. — Это нормально. Я всё решу и в вашем городе прекратятся убийства, просто немного подождите. Женщина поджала губы и провела парня под руку вглубь дома, в комнату сына, которая уже была знакома Итану. — Мой муж вернётся только вечером, вчера он пришёл поздно, а сегодня рано уехал в соседний город торговать. Поспи пока, а уж если не станет лучше к его приезду, я всё ему объясню, и он не расскажет про тебя. Парень хотел ответить что-то про то, что не хочет становиться причиной возможного разлада в семье, но кровать, на которую его уложили, хоть и была твёрдой, показалась ему райским облаком, и он смог только промычать что-то невнятное, прежде чем заснуть. …Проснулся он только ближе к позднему вечеру, когда солнце пробивалось уже не золотыми лучами, а насыщенными оранжевыми. Итан сонно разлепил глаза, часто моргая, чтобы сфокусировать зрение. Потные волосы всё ещё были прилипшими ко лбу, и рубаха плотно облегала мокрую спину. Он поморщился от неудобства. Будучи очень чистоплотным, парень купался каждый день и испытывал отвращение, когда был грязным или потным. Сейчас же ванна была недоступна уже вторые сутки, и становилось морально тяжело переносить отсутствие воды и мыла. Итан встал и пошатнулся, когда в глазах потемнело. В голове начали мелькать воспоминания, в которых Белиал говорил о том, с чем связано его ужасное состояние. Нет, никакая сила не могла сопротивляться путешествию во времени… Он подавил в себе зародыши надежды и мотнул головой. Парень вышел из комнаты, оглядываясь в поисках хозяйки, но она, видимо, куда-то ушла, поэтому он просто обошёл небольшой домик, разглядывая его внимательнее. Итан очень любил старинные вещи, здания и то, какое чувство они пробуждали в нём: трепет и желание узнать больше, погрузиться с головой в прошлое. Иногда, читая книги, ему хотелось оказаться там, в центре событий, однако эти мысли никогда не перерастали во что-то большее из-за осознания простой истины, которую уже испытал на себе: романтизация средневековья и античности не соответствует более жестокой реальности. — Неплохо, хотя и грязно. Итан подпрыгнул на месте и схватился за сердце, когда услышал за спиной этот глубокий мрачный голос. — Ох мать вашу, — невольно вырвалось у него. — Ты не мог бы не пугать так? Я всё же смертный, и сердце имеет способность останавливаться. Демон просто молча посмотрел на него и кивнул на дверь, призывая уходить из дома. — Подожди, нужно же как-то отблагодарить хозяйку, — Итан хотел было машинально потянуться к карману на кофте или штанах, но вспомнил, что Божена куда-то отнесла его одежду, а деньги, оставленные там, не пригодны в этом времени. Он выжидающе посмотрел на Белиала и вытянул руку, пару раз сжав пальцы в жесте «я жду». Демон перевёл взгляд с ладони на него и уставился в ответ. — Нет. — Да, — настойчиво выдал парень и нахмурился. — Давай, ты явно не бедствуешь. Тот в раздражении сощурил глаза, но всё же протянул пару золотых пенни, при этом старательно избегая любых прикосновений. Итан радостно улыбнулся и положил их на стол, чувствуя себя обязанным хоть чем-то помочь Божене. Он с гордым видом и чистым сердцем вышел за порог дома, ощущая уже начинавший пробираться под одежду холод. Сегодня погода была не так благосклонна. — Я чувствую, что он вышел на охоту, — Белиал нахмурился и посмотрел куда-то влево. — Пойдем. — Стой, — Итан схватил его за плечо, но демон почти молниеносно сбросил руку, зло и одновременно с слегка удивлённо поглядев на него. — Не трожь. — Почему? — на лице парня отразилось искреннее непонимание. — Ненавижу прикосновения. Итан осторожно подтянул к себе руку, которой до этого держал Белиала, и окинул на неё долгим, внимательным взглядом, словно пытаясь найти на ней что-то. Сразу же вспомнились танцы, а затем Вальпургиева ночь, когда они с демоном боролись в озере, пытаясь в шутку утопить друг друга. Да, он замечал, что Белиал первое время напрягался, когда чувствовал чужую кожу на своей, но никогда открыто не проявлял агрессию или неприязнь на это. Иногда даже…успокаивался? Демон напротив него смотрел с неким интересом, будто тоже задался сейчас вопросом: почему Итан не знал об этой его особенности? — Я не говорил тебе, — это было скорее утверждение, чем вопрос, голос Белиала прозвучал резко и слишком холодно, стремясь заглушить неверие, промелькнувшее где-то на последних словах. — Ни разу, — признался парень, выглядя раскаявшимся в преступлении, которого не совершал. Он заметил, как на лице демона заиграли желваки от того, насколько сильно тот сжал челюсть. Итан не совсем понимал, почему Белиал так реагирует на эту информацию, но было стойкое ощущение неправильности. Как кто-то, кто жил миллиарды лет, мог так измениться за столетия? — Идём. Это было последнее, что сказал ему Герцог и пошёл вперёд. Это была точка в их разговоре. Парень шагал следом, петляя по улицам, двигался тенью за чёрной фигурой перед собой, которая стремительно направлялась к волчьему вою, не опасаясь столкнуться лицом к лицу с нечеловечески сильным монстром, потому что знала, что сильнее и безжалостнее любой нечисти. Это одновременно восхищало и пугало Итана, заставляла кровь в его жилах стыть, а низ живота скручиваться в тянущей истоме. Он никогда не любил побоища, где легко забирали чужую жизнь, но те чувства, которые в нём вызывал демон, были неправильно-сладкими, в один момент его тошнило от того, насколько прекрасной кажется кровь на когтистых руках, в другой — нельзя было отвести взгляд, а сердце заполошно билось в груди. Парень помнил то, каким был Белиал после того, как убил почти всех демонов, угрожающим ему, как черная кровь Воалока окропила его лицо, и вспоминал свой страх, а после — к собственному стыду — холодный душ, когда паника отошла на второй план, уступив место переосмысливанию и будоражащему воображение холодному и жёсткому лицо. Он хотел прикоснуться к себе и снять напряжение, но слишком острый слух демона мешал, хотя, Итан не сомневается в том, что тот слышал слишком участившийся пульс. Он отрицал свои чувства до тех пор, пока не понял — непринятие их не изменит уже случившегося. Парень тряхнул головой и постарался сосредоточиться на нынешней ситуации. Первое, что его волновало — своё здоровье. Он то падал в обморок посреди улицы, после чувствуя слабость, тошноту и головокружение, то вполне спокойно вставал и не ощущал дискомфорта. Вдруг вспомнилась фраза Воланда из русской классики: «Да, человек смертен, но это было бы ещё полбеды. Плохо то, что он иногда внезапно смертен, вот в чём фокус!» По телу пробежали мурашки. Нет, умирать он ещё не собирался. По крайней мере, не хотелось бы. Белиал, каким бы другим он не был, сейчас рядом, и он не даст Смерти забрать его, хотя бы ради себя. Интересно, а если он умрёт, за ним придёт Азраил из прошлого, или он вернётся в своё время и там его заберёт ангел смерти из настоящего? — Ох ты ж! — шёпотом выругался Итан, не понимая, откуда в его голове такой смертоносный бред и мысли о собственном упокоении. Смерть для него всегда была такой далёкой и одновременно близкой, что граи начали размываться, пугая даже самого парня. Они вышли к какому-то зданию у леса: оно черной тенью возвышалось над другими домами и выглядело, как типичная заброшка из фильмов ужасов, которые Итан так любил раньше. И он сам был похож на героя, что вот-вот сделает глупость и обречет себя на смерть от проклятия или мстительного призрака. Но на самом деле зло было не в доме, оно вот, стояло рядом, вглядываясь в тёмные заколоченные окна, высматривая тень, скрывающуюся в здании. Бездонные зелёные глаза его личного монстра обещали долгую и мучительную смерть, но, о, вовсе не Итану, а тому, что было в доме. А он сам, парнишка из другого времени, был чуть поодаль, немного позади мрачной фигуры, и испытывал страх вперемешку с какой-то извращенной гордостью, восхищением. — Ты дашь мне какое-то оружие? — Итан глянул на демона с неподдельным интересом, чуть склонив голову. — Ты быстрее убьешь себя, чем противника, — тот даже не повернулся к нему, будто намеренно показывал превосходство. Он отлично разбирался в людях. За те миллионы лет, что они существовали, Белиал успел изучить каждого: малейшее изменение эмоций, поведение, чувства. Еще в Эдеме, пробегаясь взглядом по Адаму и Лилит, а после и Еве, он понял, что ничего хорошего из этого не выйдет. Их жадность росла, не зная границ, и жажда власти вытесняла остальное: Лилит строила из себя жертву, но никакого равенства она не хотела, то же желание доминировать и быть выше, что и у Адама, сподвигло её на восстание. Тогда демон понял одну вещь: нельзя быть безгрешным, если ты родился человеком. Порок преследует тебя повсюду на этой Земле, и вплоть до смерти вынуждает потакать ему. Что уж скрывать, даже ангелы не были лишены недостатков, по крайней мере те, что выбрали сторону Люцифера. Гордыня — самый главный грех, который им уже не искупить. Но люди… Они, в отличие от падших, редко раскаиваются в своих делах: они берут от жизни столько, сколько вообще возможно. И Итан тоже. Мальчик грешит, поддаётся эмоциям, он не отличается от остальных и всё же… Всё же он их другого типа: из тех, кто признаёт, хоть и через силу, ошибки. Это видно по поджатым губам, искрам грусти во взгляде, заламыванию пальцев и тому, как он смотрит на Белиала. Демон не слепой, он видел это чувство раньше, в чужих глазах, но направленных не на него. Только тот, в чьей душе есть место для света, может испытывать нечто подобное. Белиал не полюбил мальчика за один день, конечно нет, и не полюбит, он уверен. Но те глаза впервые пробудили в его груди тепло, что-то странное и настораживающее, от чего он хмурился и пытался ухватиться за эту ниточку, отголосок чувства, но она ускользала от него. Демон не мог назвать это ничем иным, как Божьим промыслом, потому что только судьба, сплетённая Отцом, могла так быстро всколыхнуть пыль на дне его сущности. — Дай мне клинок, я смогу воспользоваться им, — настойчиво заверил Итан. Он вдруг вспомнил позорный момент в лесу, когда от страха и неожиданности смог только выставить оружие вперёд и ждать, пока бес его схватит. Представилось лицо Белиала, который бы посмотрел на него сейчас с иронией и скрытой насмешкой, прекрасно помня тот день. Но перед парнем демон, который этого не знает, поэтому только слегка выгибает бровь и спрашивает: — Что у тебя с лицом? — Ничего, всё супер, — Итан неловко отмахнулся от него. — Ну так что? Белиал равнодушно пожал плечами и кинул в него что-то, что парень ловко поймал, сделав это скорее инстинктивно, чем осознанно. И именно тогда в зелёных глазах мелькнул, но лишь на мгновенье, интерес. …В доме, как и ожидалось, было мрачно, сыро, и пахло затхлостью. Итан едва не выругался, когда его нос зачесался и захотелось чихнуть, тем самым нарушив тишину, а которой были слышны только его шаги. Демон передвигался тихо, как призрак, и своей чернотой почти сливался с окружающей обстановкой. Он шел уверенно, и именно его настрой напоминал парню, что оборотень, разрывающий людей на части, находился ещё здесь, хоть и вёл себя тихо, бесшумно прячась в тени. — А где он? — парень максимально понизил голос, но Белиал все равно одарил его раздражённым взглядом, — Не смотри на меня так, я злопамятный, — слишком серьёзно выдал Итан, скривив губы. Демон проигнорировал его и вдруг остановился посреди огромной комнаты, которая могла бы служить залом какого-нибудь аристократа, устраивающего частые балы. Вокруг них вспыхнуло зелёное пламя, освещая пространство, и парень наконец смог разглядеть то, что было вокруг. Помимо очевидного слоя пыли и паутины, в доме сохранились, казалось, все вещи. Будто хозяин просто сбежал, бросив всё на произвол судьбы, а местные были столь благородны, что не взяли ни гроша — ничего из того, что могло бы принести им богатство. Тяжёлые доспехи в углу, резной шкаф, золотые статуэтки — всё стояло на своих местах. — Что случилось с хозяином? — едва слышно спросил Итан, повернувшись к демону, присевшему на корточки и что-то изучающему. — Убил свою сестру, а после себя, — прозвучал спокойный ответ, Белиал так и не поднял на него свой взор. — Он был могущественным колдуном, заключившим сделку с самим Астаротом. Продал душу, увеличив свою мощь, сделав себя и последнего оставшегося члена своего рода бессмертными. Находясь под покровительством одного из Герцогов Ада, этот человек не знал ни страха, ни боли, но сошёл с ума, покончив с собой и унеся жизнь сестры в могилу. По телу Итана прошла неконтролируемая дрожь, когда он осознал весь ужас, который видел этот дом. Если бы не демон рядом, он бы бежал отсюда с такой скоростью, что сам адский пёс его бы не догнал. — Почему это произошло? — не унимался парень, пытаясь докопаться до сути. — Не знаю, — категорично ответил Белиал. — Но Астарот тогда рвал и метал. Этот колдун хоть и после смерти был в его власти, но на Земле прославлял его имя. К тому же… — многозначительно сделав паузу, тот продолжил, — этот демон не любит, когда кто-то вмешивается в его дела, и он убеждён, к самоубийству кто-то приложил руку. Итан пожал плечами от неуютного ветерка, пробравшегося под рубаху. Было похоже, что воспоминания о колдуне пробудили его призрака, и тот вернулся в свой законный дом с целью выгнать незнакомцев. Парень постарался отвлечься и обвёл взглядом мебель, заприметив интересную статуэтку в виде ангела, но что-то в нём было словно не так. Одно из крыльев было черным, будто обугленным, а на самом лице, казалось бы, нежном и младенческом, застыла не привычная любовь, обращённая к Богу, а страдание. Изготовитель статуэтки смог передать такую скорбь, что становилось жутко от одного вида неживых глаз. Это был падший ангел, понял Итан. Тот, что выражал в своём взоре боль и тоску по Небесам, жалел о выборе и становился тёмным. Именно поэтому одно из его белоснежных крыльев было сгоревшим. — «Мистеру Дэвенпорту от мистера Эванса», — прочитал он тихо надпись под ней, которая также покрылась слоем пыли и выцвела. На последних словах его голос дрогнул, а спина напряглась. «Нет, — Итан покачал головой. — Просто совпадение, ничего необычного. Очевидно, с фамилией тупанул. Ни силы, ни мозгов, может хоть историю своего рода учить стоило, — невесело заметил он, скривив губы». — Ничего не трогай, — твердо приказал Белиал, словно увидел, стоя к нему спиной, как парень тянет руки к фигурке. «Глаза на затылке у него точно есть». Итан фыркнул и убрал руку. Но через мгновенье вновь протянул её, решив, что не будет ничего плохого в том, что он просто проверит, правильно ли он рассмотрел надпись. Пальцем парень провёл по гравировке, стирая пыль, и тут же дом будто тряхнуло, как от землетрясения. — ЧЁРТ! — демон буквально взревел и впился полным гнева взглядом в Итана, который ссутулился и неловко пожал плечами. — Прости? — неловко произнёс он и еле удержался на ногах от очередной тряски. Откуда-то из-под земли донёсся волчий вой, и пол под их ногами разверзся, точно адская бездна. Прямо в том месте, где стоял Итан, появилась дыра, и он полетел вниз. Его успел охватить мимолётный страх, картина, где он лежит на дне этой ямы со свёрнутой шеей, но холодная рука сзади ухватила его за воротник рубашки, а после и за шею, и потащила обратно. — Боже, — Итан выдохнул, хватаясь за бешено колотящееся сердце. — Лучше заткнись, — Белиал жёстко прервал его, сжав руку в предостерегающем жесте. — Я сказал тебе не трогать ничего, так что в твоём человеческом мозгу отказалось воспринимать мои слова? Парень тяжело сглотнул и неуверенно покосился на тень рядом, испытывая одновременно стыд, страх, злость и печаль. Он понимал, насколько глупо поступил и поставил своими действиями под угрозу и себя, и демона, но в нём все равно проснулось неприятное чувство зарождающегося гнева за то, что его отчитывают, и вместе с этим глухая боль от той ненависти в чужом голосе, обращенном к нему. — Прости, — всё же выдавливает из себя Итан, поджимая губы и опуская взгляд в пол. Ему не хочется больше смотреть в глаза демона, полные нечеловеческой ярости. Но, к его удивлению, тот быстро отводит руку от шеи и огибает его, проходя вперёд. Перед их взором открывается вид на…подвал? Да, кажется так. Каменная лестница ведёт в тёмный погреб, откуда исходит удушающий запах затхлости, по силе превосходящий запах в главном зале дома. — Так вот, где ты был, — с какой-то иронией произносит Белиал, в его ладони загорается зелёное пламя, которое он уже использовал раньше. — Что это? — Очевидно, источник силы. Итан склонил голову вбок, всматриваясь из-за чужой спины в непроглядную черноту, пытаясь что-то увидеть, но спуск был слишком длинным, и кроме холодных и пустых стен ничем не выделялся. Инстинктивно ли или с помощью какой-то иной силы, но он ощутил давление энергии — неизвестной, сильной и пугающей. Если Бог послал его за этим, то он ошибся в выборе, потому что парню кажется, что он быстрее сбежит, чем спустится в этот чертов подвал. Он вновь вспоминает об Итаниэле, и от этих воспоминаний хочется спросить у вселенной, как, черт возьми, это произошло?! Почему в подростковом возрасте он был отбитым на голову и бесстрашным, а сейчас опасается последствий, хотя остаётся таким же идиотом? «Слабоумие и отвага, чертёнок — это твоё личное кредо» — сказал тогда друг отца, а после посмотрел на его дядю и дополнил: «Хотя, возможное, семейное». Так как за это время всё так сильно изменилось? — Подтолкни меня, — шепотом попросил он Белиала, глубоко вдохнув. — Без проблем. Его за шкирку потащили внутрь, заставляя буквально барахтаться в попытках не сломать ноги, перелетая через ступеньки. Страх за неизвестность пропал, вместо него вернулся инстинкт самосохранения и мысленные клятвы больше не просить демона сделать что-то хорошее. На последней ступеньке он падает прямо на Белиала, хватается за его одежду и руки, чтобы удержать равновесие и не сломать нос о твердый пол. Демон стоит невозмутимо, оглядываясь вокруг, и Итан понимает, что тут есть много чего интересного. Факелы на стенах зажигаются, как только их ноги касаются земли, освещают развилки. Множество помещений без дверей, неизвестно куда ведущих, и тонкий вой, отдающийся эхом от стен. — Катакомбы какие-то, — парень отпускает Белиала, но не отходит, помня о том, что даже несколько метров могут обернуться очередным приключением на одно место. — Они и есть, — сухо отозвался демон. Он во что-то то ли вслушивался, то ли вглядывался, но вскоре уверенно зашагал направо, вновь схватив Итана за шиворот и потащив за собой. — Ай, блин, отпусти! — тот попытался убрать руку, но хватка оказалась стальной. — Больше ты от меня не отходишь. Твоя преждевременная смерть не закончится хорошо, а за один день ты уже доказал способность лезть куда не следует и сводить счёты с жизнью, — в холодном голосе вдруг просочилась ирония, и парень не знал, можно ли отнести это к хорошему знаку. — Да я же не специально, — он попытался оправдаться, искоса глядя на невозмутимый чёткий профиль. — Ещё бы ты специально. Я уже сочувствую себе в будущем. Я не пытался тебя убить? — Нет, — настороженно отвечает Итан, и несмотря на всё доверие, которое испытывает к своему возлюбленному, пытается вспомнить какой-нибудь странный случай. — Странно. Дальше они идут молча, и парень не рискует спрашивать, куда именно. Очевидно, Белиал знает, что делает, иначе он не стал бы Герцогом. Коридор кажется бесконечным, он сужается по мере продвижения, и под конец демон отпускает чужой воротник, позволяя идти вслед за собой, потому что двое в проход уже не помещаются. — Почему ты сразу не нашёл это место? — едва слышно интересуется парень, практически дыша в затылок Белиала. — Он был скрыт очень сильной магией, и мне бы понадобилось время, чтобы почувствовать что-то. — То, как легко он признаётся в этом, немного удивляет Итана, но он не акцентирует внимание, не желая нарушить хрупкое спокойствие. — А сейчас?.. — он все же уточняет то, что его волновало до этого. — Я чувствую демоническую энергию отсюда, очень тёмную, но она не такая. — «Не такая»? — Да, — Белиал кивает. — у падших другая аура, это же больше похоже на очень тёмную человеческую душу, которая демонизировалась. — Разве это возможно? — Итан перебирает в голове варианты, когда слышал об этом. — Практически нет, но всегда есть лазейки, — демон вдруг остановился. — Помнишь про оборотня? — …да? — парень неуверенно выглянул из-за его спины. — Теперь и он о нас вспомнил. Итан почувствовал странную дрожь по телу, а после, не успел он что-то осознать, сквозь них пронеслось что-то огромное и черное, оставив только легкий холодок. Оно прошло через парня, и тот застыл в замешательстве и ужасе. Это было настолько неожиданно, что единственная реакция, сработавшая за этот миг — зажмуриться и вскрикнуть. — Что это, бес вас подери, такое?! — парень вцепился в руку Белиала, которая крепко держала его за бицепс, и посмотрел на него огромными, круглыми от шока глазами. — Иди в ту комнату, я всё решу, — буквально приказал демон и толкнул Итана в проход дальше, туда, откуда на них налетело существо. Он не стал спорить и побежал вперёд, успокаивая себя тем, что с Белиалом вряд ли что-то случится. В бою между ним и, как он понял, оборотнем, исход очевиден. Из помещения лился приглушённый фиолетовый свет, который точно не мог исходить от свечей. Позади раздавалось нечеловеческое рычание и звуки борьбы, но Итан понимал, что всё это скоро закончится. Единственное, что его волновало сейчас — разгадка, которая может скрываться за этим свечением. …Что ж, примерно такого он и ожидал. Что можно увидеть в заброшенном доме, когда-то принадлежащем колдуну? Хотелось бы склад конфет или мягких игрушек, но ведьмаки любят пафос и эффектность, поэтому алтарь посреди помещения, увенчанный кубком, из которого и исходит свет — это именно то, на что стоило рассчитывать. — Что б меня молнией ушатало… — срывается с губ Итана в тот момент, когда он это видит. Желание подойти и посмотреть сильнее внезапно проснувшегося инстинкта самосохранения, что заставляет парня почти машинально потянуться ближе к этому месту. Что-то внутри него отзывается тихим рычанием и скребёт когтями о ребра, пробираясь к тёмной силе, заключённой совсем близко. Итан не знает, что это, но оно словно пытается взять над ним контроль или, напротив, покинуть тело, являющееся для него сосудом, однако именно в этот момент ноги подкашиваются. Мягкий белый свет отблесками струится по его венам и тут же пропадает, однако этого хватает, чтобы парень успел заметить это. Люцифер — понимает он. Его архангельская частичка подавляет ту дьявольскую сторону, что пытается выйти из «клетки», и сейчас, лёжа на полу, Итан безмерно благодарен ей за это. — Что с тобой? Парень издал звук, похожий на смесь кашля и хрипа, и сел на землю, запрокинув голову вверх. Он вспоминал, как в детстве нырял в море, разглядывая рыбок, и подолгу задерживал дыхание, а после, выныривая, остро ощущал нехватку воздуха. Сейчас было похожее чувство, и ностальгия так не вовремя заставила его через силу улыбнуться. — Ничего, Бел, ничего, — Итан сипло выдохнул, вставая с холодного пола. — Я даже не удивлюсь, если в чаше ритуальная кровь или чья-то душа. Он намеренно игнорировал красную жидкость, стекающую по рукам демона, и острый металлический запах, висящий в воздухе. Было легче это делать, сосредоточившись на чём-то другом, более отвлекающем внимание. — Сила не в чаше, — Белиал шагнул вперёд, останавливаясь прямо перед алтарём. — она здесь намеренно, для отвода глаз. Но такая уловка сработает только идиотами. — Парень подозревал, что «идиоты» — это все, кроме самого демона, — Так что нужно искать что-то другое. — Если его намеренно прятали, создав такой лабиринт, значит, вещь очень ценная, — заключил Итан, и в ответ на свои слова получил только взгляд, говорящий о скудном представлении о его умственных способностях. — Хватит так меня осматривать, я знаю, что это логично и понятно даже без моих слов. Просто решил озвучить мысли вслух. — Тем оборотнем была его сестра. — Парень перестал пытаться осмотреть алтарь и замер, как вкопанный, — Кто-то воскресил её и превратил в это. Это был не оборотень, Итан, — впервые его имя прозвучало из уст демона, но почему-то радости это не принесло. Не тогда, когда так равнодушно звучали слова о чужой жестокой судьбе. — Кто-то воскресил её и превратил в ходячего мертвеца, обрастающего шерстью и когтями, имеющего одну-единственную цель — охранять тайник. — Кто-то настолько сильный, что… — Смог скрыть это от Астарота, — закончил Белиал. В ушах набатом стучала кровь, пока мысли в голове прогонялись с бешеной скоростью. Значит, возможно, Ваал начал действовать уже тогда, в этом времени? Сколько же у него ушло времени на воплощение плана, который он начал осуществлять в полной мере только в двадцать первом веке? — Бел….иал, ты сможешь найти то, что он спрятал на самом деле? Демон молча прошёл вперёд и протянул руку, освещая алтарь уже другим, зелёным сиянием, которое полностью перекрыло силу, сочившуюся из чаши. То, с какой невозмутимость он это делал, придало Итану уверенности в том, что всё будет хорошо. Будь то Белиал из этого времени или из его, он — всё ещё могущественный Герцог Ада, который поможет ему в тяжёлых ситуациях. «Я люблю его, — думает парень, с обожанием в глазах глядя на ту энергию, что разливается вокруг них, перекрывая мрачную ауру смерти бывшего хозяина дома. — Люблю так сильно, как не смог бы полюбить кого-то другого никогда.» Земля под ними дрогнула, и, помня предыдущий опыт, Итан подошёл почти вплотную к демону, готовый ухватиться за него в любой момент. Но пол не рушится, не открывает ещё один возможный подвал, и лишь алтарь рушится и раскалывается на две части, и в это же мгновенье пламя, бушующее, необузданное, вырывается вверх столпом, разрушая потолок над ними и стены, которые начинают сыпаться и ломаться, норовясь похоронить их под завалами дома. Пока парень лихорадочно соображает, что делать, Белиал тянет руку прямо в недра огня, ухватываясь за что-то. Его лицо не выражает особо ярких эмоций, но сердце Итана рвётся на части, когда он замечает крепко сжатую челюсть и напряжение в нахмуренных бровях, и осознаёт. Белиалу больно. Окровавленная ладонь в крепкой хватке уже не кажется чем-то страшным и отталкивающим, и парень просто не может заставить себя её отпустить. И когда демон обернулся на него, полностью стерев с лица признаки боли, его эмоции отражали только шок и непонятное, едва уловимое благоговение. Итан сам не понял, откуда в нём столько силы, но его пальцы крепко сомкнули чужое запястья, настолько, что попытка убрать его не увенчалась успехом, и демон лишь глядел на него тем странным взглядом, который парень видел впервые. Они отмерли только тогда, когда рядом упал огромный осколок потолка, и две пары глаз устремились вверх. То, что происходило вокруг, было похоже на начало Апокалипсиса, но лишь для двух случайных узников этого подземелья. — Уходим, — Белиал схватил парня за руку в ответ, и их обоих окутала привычная Итану черная мгла, которая сейчас ощущалась не как что-то опасное, а как возможность спасения. Именно в этот момент он ощутил, что к нему возвращается его демон — личный хранитель и возлюбленный, который ругает за мелкие промахи, используя скрытый сарказм, но всегда помогает, если того требует ситуация. В ушах стоял грохот, оставшийся от обвалившегося дома, но теперь для жизни опасности не было, и из волнующего осталось только прижатое совсем близко к нему тело и черные волосы, щекочущие лицо. Итан позволил себе втянуть в лёгкие запах крови и грозы, исходящий от демона, и прикрыть глаза, ненадолго погрузившись в мечты, сладкой болью терзающие сердце. — Я кое-что забрал оттуда, — внезапно прозвучал глубокий голос над ухом, но в этот раз парень не вздрогнул, лишь удивился, что его не оттолкнули. — Из огня? — он отстранился, решив не ждать, когда Белиал сам это сделает. — Да, — демон протянул ему какую-то вещь, завернутую в старый пергамент. — У меня есть смутное ощущение, что именно это ты должен был найти. Это твоё. Итан в недоумении взял протянутый свёрток и поднял взгляд, наблюдая за внимательными зелёными глазами, пристально следящими за его движениями. — И ты так просто отдаёшь это мне? Тебе же тоже было интересно. — Да, — он согласно кивнул, всё ещё выглядя равнодушным, но немного заинтересованным. — Однако я помогаю тебе в будущем, и если то, что хранилось в подземелье, поможет, можешь забирать. — Спасибо… — в который раз за день голос парня снизился до шёпота, словно не желая нарушить хрупкое согласие и спокойствие между ними. Он простоял так около тридцати секунд, и как только хотел прервать молчание, ощутил острую боль в районе груди. Было похоже на то, что в его сердце вонзили острый клинок и провернули пару раз. Демон же остался стоять, словно и не видел боли Итана, не переживал о том, что тот может умереть. — Похоже, пора прощаться, — безучастно протянул Белиал. — Ты исчезаешь раньше времени, а это значит, что я нашёл способ вернуть тебя обратно. Парень сквозь боль посмотрел на него, а после на себя — на руки, которые становились прозрачнее с каждой секундой. — А ты?.. — Ничего не вспомню. Такие ритуалы не оставляют следов во времени, чтобы ход истории не изменился. — Ты точно ничего не вспомнишь? — Итан слишком внимательно заглянул в его глаза. — Да. Времени оставались считаные секунды, и парень захотел воспользоваться ими, раз уж предоставилась такая возможность. В одно мгновенье он преодолел разделяющее их расстояние и выдохнул оставшийся в лёгких воздух в бледной лицо напротив, а после прижался губами к чужим холодным губам, запечатлев в памяти момент, как зелёные глаза расширились, а рот приоткрылся. Он исчез, оставив после себя только тепло на устах демона.