Immortal death

Воспоминания закрались на подкорке памяти неясным, смутным пятном: Гарри кружило в безумном водовороте тошнотворно-ярких событий, за которые он беспомощно силился ухватиться. Последнее, что он помнил - свой феерический во всех смыслах побег. И то не полностью, если мог судить по зияющим чёрной дырой недостающим фрагментам, которые были способны более... полно прояснить ситуацию, однако ускользали каждый раз, стоило ему подобраться к разгадке слишком близко. Отчётливее всего в сознании отпечатались постыдные кляксы-воспоминания о его финальном ударе. Гарри мигом почувствовал, как к щекам приливает кровь и попытался себя оправдать. В конце концов, магия была абсолютно бессильна против сильнейшего волшебника современности, по крайней мере, в руках подростка уж точно! Мысли отозвались в голове стреляющей болью, заставляя Поттера раздражённо поморщиться. В распоряжении у него было две версии возможных стечений обстоятельств: либо он слишком сильно приложился о стену, либо кто-то не очень умело, словно не хотя, подправил ему память. Гарри не был уверен, какой из вариантов ему импонировал больше. Возможно, он просто слегка перенервничал. Такое же бывает, когда от волнения воспоминания смазываются и блекнут на фоне фонтанирующих эмоций? Во всяком случае, Поттер был убеждён, что сейчас находится в безопасности, несмотря на упрямое нежелание открывать глаза. Он кожей чувствовал направленный на него жгучий взгляд и был абсолютно не готов встречаться с его обладателем. – Поттер, я знаю, что вы очнулись, можете не утруждать себя этой жалкой игрой на публику. Гарри раздражённо скрипнул зубами. Голос Снейпа хоть и был ожидаем, всё же отозвался скребущим чувством глухой неприязни в груди. Он медленно распахнул глаза и сразу зажмурился вновь: свет резью пробежался по лицу, вызвав головную боль. – Ради Мерлина, мы что, в чистилище? – приглушённо буркнул Гарри, несмело выглядывая из под ресниц. Он с облегчением узнал родные очертания больничного крыла и позволил себе немного расслабиться, уже смелее всматриваясь в Снейпа. – Спешу вас огорчить - пока нет. Но на этот раз вы были весьма близки к своей цели, продолжайте в том же духе, полагаю, у вас есть все шансы добиться успехов за рекордный срок. – Я не специально, – Поттер досадливо вздохнул, в спешке отводя взгляд. – Я что, по-вашему должен был высказать всё, что думаю по поводу задания Дамблдора прямо ему в лицо и отказать? Вы хоть сами представляете, насколько это бредовая идея? – Вы могли просто сделать вид, что приложили всевозможные усилия для завершения задания. Никто насильно вас идти туда вновь не заставил бы, полоумный вы мальчишка! – разъяренно шикнул Снейп, низко склоняясь над ним. – Я... я... А как же воспоминания? – Гарри не желал сдаваться, упрямо сводя брови к переносице. – В конце концов, всё же хорошо закончилось, никто... ну, почти... не пострадал! – Ваша легкомысленность отвратительна и неуместна. Вы совсем как ваш отец - у того тоже отсутствовало чувство меры и понимание, когда стоит остановиться. Наверное, именно поэтому он сейчас... – Закройте свой рот! – Гарри подорвался с места, почти сталкиваясь со Снейпом лбами. – Ваша вражда не даёт вам право высказываться столь уничижительным образом! – Поттер, вы совсем идиот или так хорошо притворяетесь? Заканчивайте истерить, я пришёл сюда не для того, чтобы слушать ваши сопливые словоизлияния. Гарри вперил в него тяжёлый взгляд, силясь утихомирить разбушевавшийся на подкорке гнев: по лицу Снейпа тенью скользнула неуверенность, словно тот хотел рассказать что-то, что предпочёл бы навеки держать при себе. – Директора сейчас нет в замке, – зачем-то констатировал он. – Полагаю, вы имеете опыт использования Омута Памяти? Окончательно перестав понимать происходящее, Гарри растерянно принял склянку с мерцающими воспоминаниями из рук Снейпа. – Просмотрите их сразу, как мадам Помфри выпустит вас из Больничного Крыла.

***

Гарри отшатнулся от Омута Памяти, не в силах ни втянуть вставший в груди воздух, ни осознать, принять то, что он сейчас увидел. Жар в груди смёл все остальные чувства: он окинул Выручай Комнату неясным взглядом, руками цепляясь за обшарпанный, полуразрушенный стол как за спасительную соломинку. На его лице на мгновение вспыхнула и тут же пропала иступленная ненависть. Больно... больно!... Первая реакция - недоверие. «Это какой-то абсурд, это неправда, подделка, это всё не по-настоящему!» – навязчивые мысли вспыхнули на подкорке сознания отчаянной надеждой. Гарри вцепился дрожащими пальцами в растрёпанные пряди, оттягивая их почти до тупой боли в голове и считаясчитаясчитая от одного до десяти и далее, пока не уляжется обосновавшаяся в груди тревога. «Пожалуйста, пусть это будет простым сном, обыкновенным кошмаром» От парализующего ужаса на кончиках ресниц выступают скупые слёзы: Гарри трясёт головой, силясь забыть тошнотворные воспоминания, но те назойливо вплелись в само существо, пробирая до костей и вызывая терпкое ощущение беспомощности. «Значит, мальчик должен умереть?» – голос Снейпа послышался в пугающей от него близости. Поттер содрогнулся и порывисто обернулся назад, однако не обнаружил ни единого намёка, указывающего на то, что его единение было нарушено. К горлу подкатила тошнота: Гарри словно толкнули в жерло вулкана и насадили на десятки, нет, тысячи импровизированных шпаг. Магия взвилась по венам раскаленной сталью, порабощая непослушное закоченевшее тело и оцепенелый рассудок. Разрушающей волной она хлынула к пальцам и нашла предвкушающее сосредоточение на самых кончиках. Гарри больше не контролировал себя, на слабых ногах отшатываясь к повидавшему виды исчезательному шкафу. Он чувствовал, как жар спускается к солнечному сплетению и опасно подбирается в настороженном ожидании. Тени сгустились вокруг него, шепча и завлекая, обещая, что в случае, если ему хватит смелости отпустить себя, они обязательно защитят, уберегут. Гарри вдруг кристаллически ясно осознал, что на этой земле, в этом чёртовом мире больше не осталось ни единого места, где бы он ощущал себя в безопасности. Всё здесь было чуждо ему с самого начала и будет потом, хотя теперь Поттер сомневался даже в призрачном шансе на существование этого пресловутого будущего. Вместе с пониманием наружу бесконтрольной лавиной зазмеилась магия. Едкие клубы колдовских сил - Гарри не мог поверить, что это принадлежало ему - разнесли многострадальный ветхий столик и устремились дальше, в груду хлама полуразрушенных артефактов. Боль под грудиной застлала пеленой глаза: он согнулся пополам, весь холодея от страха и безуспешно силясь остановить выброс. Истошный грохот практически оглушал. Гарри судорожно сцепил пальцы на шкафу, чувствуя как крошится от концентрации магии обитое рунами дерево. Зачем Снейп показал ему это? Почему именно сейчас? Намёк на то, что его конец близок или предупреждение об опасности? Единственное, в чём Гарри был уверен сейчас - он не мог закончить подобным образом после всей этой абсурдной борьбы за своё место в мире. Поттер в оцепенении сделал шаг назад и больше не нашёл в себе сил остановиться. Ничего сейчас не мешало ему поступить более эгоистично, чем он обычно себе позволял, ведь так? Тело двигалось почти на автопилоте: Гарри не понимал толком, что делает, осознавал лишь одно - это было единственно верное за последнее время решение. Поттер рванул вперёд, старательно игнорируя разбушевавшуюся стихийную магию: не успел он приблизиться на расстояние полушага, как двери Выручай Комнаты податливо распахнулись перед ним. – Акцио рюкзак Гарри Поттера! – не сбавляя скорости, раздражённо шикнул Гарри, чувствуя, как навстречу начинают тянуться магические переплетения призывающего заклинания. Перед глазами смазанным пятном мелькали пёстрые очертания родного Хогвартса, но он не позволял себе замедляться и останавливаться: несмотря на уверенность в принятом решении Поттер чувствовал, что даже один краткий миг колебаний был способен переубедить его. Беснующаяся магия вновь покорно закралась под грудиной и забурлила по венам. Гарри понял, что это лишь небольшая отсрочка перед новым выбросом и сорвался на бег. В руку как влитый влетел потёртый старый рюкзак, и на секунду Поттер засомневался: а как же друзья? Неужели ради собственной жизни он готов предать их доверие и оставить в разгар войны одних? «Им не угрожает опасность. Реддл больше не выглядит человеком, убивающим всех, своих и чужих, без разбору» – попытался успокоить себя Гарри. Конечно, Волдеморт вполне был способен в качестве тактического хода взять Рона и Гермиону в плен, чтобы добраться до него, но Поттер пообещал себе следить за новостями маг Британии через их с Реддлом связь. У Гарри было при себе несколько козырей, о которых Лорд подозревать уж точно не мог. Тяжесть рюкзака неприятно опалила руку: даже не касаясь артефактов, он всем существом чувствовал их зловонную магию. Была бы его воля, Поттер давно бы избавился от осколков чужой души, но, как подозревал уже давно, столь поспешное решение могло обратить ситуацию из просто неприятной в патовую. Согласится ли Волдеморт обменять несколько невинных жизней на свои крестражи? Гарри был уверен, что да. Он не заметил, как, увлекшись своими размышлениями, пересёк пару этажей, но, вопреки ожиданиям, ноги принесли его не к статуе одноглазой ведьмы. Поттер растерянно оглядел совятню. Разумеется, он не мог уйти, не предупредив Гермиону. Гарри решил, что не будет вдаваться в подробности - оставит это для личной встречи: в конце концов, письмо могли перехватить, и тогда все его планы пересекутся ещё в зародыше. В рюкзаке он с трудом отыскал маленький клочок пергамента и почти засохшие чернила, быстро начеркал место и время встречи и привязал послание к лапке недовольной неясыти. Гарри подумал, что с остальными делами он разберётся до предполагаемого разговора с Гермионой: он не желал оставлять себе пути отступления, страшась, что реакция подруги может в корне изменить всё. Поттер был уверен, что она поймёт и примет любое его решение, но не хотел рисковать. Гермиона могла предложить уйму вариантов выхода из этого со всех сторон незавидного положения, и Гарри признавал, что, возможно, куда более выигрышных, чем его позорный побег. Однако у него совершенно не было больше ни сил, ни желания разбираться со всей этой неразберихой. Один создал крестражи, другой пытается их уничтожить, так почему он опять крайний? Лично Гарри вынуждено соседствовавший осколок Волдеморта никак - по крайней мере, в последнее время - не мешал! На подкорке сознания как нельзя кстати помехами материализовалось воспоминание о тёмных клубах вышедшей из под контроля магии, и он содрогнулся. Гарри отчаянно сильно хотелось списать это на последствие воздействия чужой частички души на его собственную, но осознавал, что на этот раз Волдеморт был ни при чём. – Кричер! – не желая больше думать об этом, он хрипло окликнул домовика. Эльф аппарировал с едва слышным хлопком и исподлобья посмотрел на него. – О чём изволит просить недостойный хозяин Гарри? – Ты можешь переместить меня к Гринготтсу? Кричер подозрительно прищурился, и несколько долгих мгновений они провели в тишине, испепеляя друг друга взглядом. – Кричер может, – с глухой неприязнью всё таки промолвил домовик и, прежде чем Гарри успел опомниться, резко схватил его за руку. Грудную клетку на один краткий миг по знакомому неприятно сжало, внутренности совершили фантастические кульбиты, а потом перед глазами нечётким пятном начали вырисовываться стены магического банка. Поттер окинул Гринготтс унылым взглядом и шагнул внутрь, с трудом подавляя желание передёрнуть плечами: гоблины со своими хищными прищурами и недружелюбными оскалами едва ли были способны производить приятное впечатление при посещении банка. Их честно можно было понять - подавляемые волшебниками представители магических меньшинств, вынужденные терпеть нескончаемую предвзятость и пресечение собственных традиций. Ему лишь оставалось надеяться, что Волдеморт со всеми своими планами и мотивами не упустил пункт о волшебных существах. Насколько он знал, до того, как кануть в безумие, Реддл ратовал за возрождение магического величия в незыблемой и первобытной форме, чему имело место быть во времена Основателей и ранее. Какие идеи Волдеморт преследовал сейчас, Поттер не знал, но искренне желал, чтобы тот оставался верен себе и своей юношеской мечте. Осёкшись, Гарри скорым шагом пересёк разверзнувшееся перед главным гоблином пространство и тихо прочистил горло, когда существо не обратило на него внимания. – Прошу прощения, – он почувствовал себя до абсурдности нелепо. – Я бы хотел снять деньги со своего счёта и, если это возможно, попросить о некоторых... дополнительных услугах. – Ключ, пожалуйста. Крюкохват проведёт вас до хранилища, – гоблин внимательно посмотрел на него из под очков. – Какого рода услуги вас интересуют, если не секрет? Гарри воровато огляделся по сторонам и, убедившись, что их никто не подслушивает, низко склонился к банковскому сотруднику. – Я хотел спросить, возможно ли получить у вас порт-ключ, желательно на другой континент? – Это осуществимо, – немного поколебавшись, всё таки медленно проговорил он. – Крюкохват проконсультирует вас по этому вопросу. Гарри скосил взгляд на гоблина, который сопровождал их с Хагридом в его первое посещение Гринготтса, и с достоинством оценил всю иронию ситуации. До хранилища они добрались в напряжённом игнорировании компании друг друга. Поттер, с лихвой набирая денег, задавал беглые вопросы и получал на них не менее расплывчатые неясные ответы. Гарри думал, что в таком темпе они и продолжат, однако Крюкохват окликнул его до того, как он вновь успел сесть в подозрительного вида вагонетку. – Мистер Поттер, возвращаясь к теме порт-ключа... в какой срок вам необходимо получить его на руки? – До конца сегодняшнего дня, максимум - завтрашнего. Крюкохват посмотрел на него как на умалишённого. – Я могу доплатить, если понадобится... – Дело не в деньгах, – слышать это от гоблина было как минимум странно. – При всём желании невозможно достать порт-ключ за столь короткий срок, в особенности - на другой континент. – Но мне сказали... – Неделя. Вот минимальное время, которое понадобится для воплощения в реальности ваших планов, – заметив его разочарованный взгляд, Крюкохват поспешно продолжил. – Я могу предложить вам другой вариант решения этой проблемы. Видите ли, в последние несколько месяцев, не буду скрывать, значительно участились заказы порт-ключей - ситуация в стране, сами понимаете, не располагает к мыслям о дальнейшем безопасном проживании здесь. – Ближе к делу, – не выдержав, Гарри пересёк разглагольствования гоблина. – Я веду к тому, что зачастую заказчики отказываются от услуг, и артефакты через некоторый срок проходят процедуру уничтожения. – Отказываются? – Поттер в недоумении свёл брови к переносице, догадываясь, что именно предлагает ему гоблин. – Или находят защиту под покровительством одной из сторон, или, что не редкость, погибают до того, как осуществляют свои планы. Некоторое время они провели в тишине, каждый думая о своём и прикидывая в голове варианты развития событий. – В нашем распоряжении остался один порт-ключ, настроенный на город в Нидерландах с расположенным там имением. – Стесняюсь спросить, во сколько мне всё это обойдётся? – настороженно подобрался Гарри. – Порт-ключ оценивается в тысячу галлеонов, – только на этом Поттер был готов взвыть. – Коттедж обойдётся вам в восемь тысяч галлеонов и пятьсот сиклей. Ради всех Святых, Гарри за всю свою жизнь в маг мире столько не тратил! Не останется он случаем банкротом, если позволит себе подобную слабость? – Я согласен, – на выдохе выпалил Поттер, прикрывая глаза: он надеялся, что ему никогда не придётся жалеть об этом решении.

***

Порт-ключ приятно тяжелил карман брюк, когда Гарри вышел в магловскую часть Лондона через Дырявый котёл. Гермионы ещё не было видно, и он расслабленно облокотился на стену, чувствуя непривычную лёгкость в теле. Дело осталось за малым - объясниться с подругой и потом со спокойной душой отчаливать в Нидерланды. Он испытывал слабое волненение, но на краю сознания мимолётным проблеском мелькнула мысль, что это было вполне оправданно - в его случае даже самые невозможные и абсурдные происшествия могли испортить все планы. Гарри чуть прищурился, взглядом силясь выцепить из толпы знакомую макушку. Они не виделись чуть больше двух недель с тех пор, как в Хогвартсе закончились занятия, но ему уже было, что рассказать. Губы Гарри тронула мягкая улыбка: если он так безмерно сильно скучал по Гермионе сейчас, то что ждёт его дальше? Поттер почувствовал, как, словно вторя мыслям, в висок упёрся чей-то острый раздражённый взгляд, и весь подобрался, настороженно осматриваясь. – Что за невиданные обстоятельства всё же заставили тебя вспомнить о друзьях, Гарри Джеймс Поттер? – голос Гермионы не стал для него неожиданностью, но обвиняющие интонации оглушающим набатом ударили по ушам, напоминая, что они условились встретиться не для праздного разговора. – Ты случаем не знаешь, есть ли поблизости какое-нибудь маггловское кафе или... любое другое достаточно изолированное от магов место? – Что-то случилось, – Гермиона даже не спрашивала - утверждала. – Этот разговор не для лишних ушей. – Недалеко, я точно знаю, расположен небольшой парк... – Грейнджер заколебалась, что-то мысленно прикидывая в голове. – Если мне не изменяет память, туда обычно редко, кто суётся. Представляешь, уже который год там ведутся какие-то реставрационные работы! Не то чтобы наблюдаются какие-то изменения, но... От волнения, как часто случалось, Гермиона начала быстро тараторить и заламывать пальцы. Гарри хотелось успокоить её, уверить, что всё будет хорошо, и он уже собирался обличить свои мысли вслух, но вместо этого с его губ, повинуясь какому-то иррациональному порыву, словно приговором слетело тихое: – Я покидаю Британию. Гермиона замолчала на полуслове и в немом недоумении заглянула в его глаза, силясь отыскать в них хотя бы призрачный намёк на то, что это была просто глупая шутка. – Что?.. – её губы слабо шевельнулись. – Что произошло? – Пару дней назад Снейп дал мне воспоминания, – взгляд Гарри безучастно скользнул по высаженным вдоль тропинки деревьям. – Я просмотрел их, стал свидетелем разговора о крестражах. Честно говоря, когда я услышал, что являюсь вместилищем частички души Волдеморта, сразу усомнился в подлинности предоставленных мне воспоминаний. – Снейп - выдающийся легиллимент, – мигом побледнев, поняла ход его мыслей Гермиона. – Ему бы не составило труда обманом заманить тебя в ловушку, будь он на стороне Сам-Знаешь-Кого. – Я думал об этом, но знания, полученные из воспоминаний, очень хорошо объясняют нашу с Волдемортом связь. Сама понимаешь, положение здесь безвыходное. С одной стороны Дамблдор, которому для победы необходима моя жертва, с другой - Тёмный Лорд, который, узнав о крестраже, станет ещё более непредсказуемым, чем сейчас. Глаза Гермионы застлала пелена слёз, и Гарри замолчал, неловко потупив взгляд. В голове непрерывным ураганом роились мысли: слишком обескураженный и уставший, он не мог выцепить и сформулировать во что-то цельное ни одну из вспыхивающих на подкорке идей. – Хочешь, сбежим вместе? – неожиданно даже для самого себя вдруг выдохнул Гарри, всем телом подавшись вперёд. – Я имею в виду, увидим мир, новых магических существ, а когда убедимся, что за нами нет погони, отправимся искать твоих родителей! Поттер излучал энтузиазм и нетерпение, пытливо вглядываясь в изумлённое лицо подруги: Гермиона уставилась на него, ошарашенная внезапным предложением, но, к огромнейшему облегчению Гарри, отказывать не спешила. – Я… – Грейнджер заколебалась, глядя в его лучистые, переполненные жизнью глаза. Поттер был готов отдать правую руку на отсечение, убеждённый, что Гермиона примет его приглашение. Он знал подругу как облупленную - складывались проведённые вместе года, но всё равно иррационально сильно, до противной дрожи в пальцах и сбившегося дыхания, страшился услышать отказ. Судорожный вдох так и застыл на губах, когда Гермиона, ласково усмехнувшись, прищурила свои тёплые карие глаза и сказала: – А почему бы, собственно, и нет?