я тебе покажу все свои эмоции.

Вновь засыпаю на уроке, математичка как всегда нудно и не доходчиво объясняет какую-то тему. Я никогда не вникала в алгебру, а в геометрию тем более, это самые скучные и неинтересные уроки. Вокруг все списывают что-то с доски, а я даже не открывала тетрадь. Только и слышно как кто-то листает страницы книги, как кто-то что-то пишет или нервно стучит пяткой по полу. Слишком бесячие звуки. В моей голове мысли, как всегда, только об одном человеке. Кажется, что дни идут слишком долго, потому что я много времени посвящаю своим мыслям о ней. Я одержима её тёмными угольками глаз и ехидной улыбкой, мне безумно нравится то, как она двигает бровями, когда смеётся с моей шутки. Нравится как она выглядит сверху, как выглядит вечером рядом с плитой, нравится то, что она готовит. Нравится слышать её весёлый голос, который рассказывает мне какую-то историю из жизни, я люблю её смех. Нравится говорить о пушистых котиках, ведь как оказалось, она их очень любит. Никогда ещё такой счастливой себя не чувствовала и никогда не думала, что все мои мечты станут реальностью, что я когда-то прикоснусь к любимым губам, что мы на постоянке будем вместе. Я получаю удовольствие от времяпровождения с ней. Вот выходим гулять в парк. Нас, конечно, замечают люди из школы, но никаких вопросов пока ещё не было, и я удивляюсь тому, насколько она сдержанная. Она мне уделяет внимания ровно так же, как и дома, только за руку не берёт и ведёт себя спокойнее. Мне хотелось бы такую же выдержку иметь, такое же спокойное лицо, когда внутри происходит круговорот из всех существующих эмоций. Хотелось бы так же безразлично относится к плохим словам в свою сторону, плевать на чужое мнение.

***

Наедине со мной она такая, какая есть на самом деле: улыбается вовсю, ластится как кошка мартовская, смеётся со всех моих шуток. Она любит делиться информацией и опытом о спорте, болтать про школьные времена, а я люблю её долгие вечерние рассказы. Даже фотографии школьных времён свои показывает, такая милая. Оказалось ещё, что имя сменила. Анастасией была, но это имя связывало её с прошлым, плохим прошлым. Тот период когда-то сломал её жизнь, а сейчас ломает эту травму она. Говорила, что в школе много кто к ней испытывал симпатию, но она её не разделяла. Поэтому в отношениях была только несколько раз, за всю жизнь. Оказалось, что у неё только с биологией, физической культурой и историей проблем не было, потому что к ней учителя нормально относились, вот она и старалась. А остальные её не любили, поэтому им на зло и прогуливала, не делала домашние задания и срывала уроки. Она вообще в классе была заводилой. Её много раз отчитывали за это, были какие-то ужасные моменты, после которых грозили исключением. Но ничего не помешало ей творить и воплощать свои безумные идеи. Так до самой ночи мы делились какими-то воспоминаниями, а потом звонила мать, грозила мне, что запрёт дома, если через полчаса не появлюсь дома. Кира Андреевна подвозила меня всегда, целовала напоследок в лоб и в нос, провожала взглядом, пока я не скроюсь за дверью, и уезжала. Мать пыталась узнать, кто же меня подвозит, но я как рыба в воде молчала и уходила в свою комнату. Много раз заводила тему про отношения, думала всё, что у меня парень появился какой-то статный и ей бы с ним познакомиться, но я не отвечала. Она бы всё равно не поняла меня. Не поняла бы моих искренних чувств и того, как сердце моё трепещет при одной мысли о любимой девушке. Она бы просто ориентацию мою не признала, думала бы до конца жизни, что я какая-то ненормальная, что нужно в психушку меня упечь. Таких проблем мне не нужно. А когда мы с Кирой в людных местах, она вновь серьёзное лицо корчила. Со мной непринуждённо вела беседу о чём-то, взгляд её был направлен только вперёд, иногда под ноги. За руку меня брала только тогда, когда мы уже в её или, очень редко, в моём подъездах. При людях у неё никогда и голос не дрожал, я лично не слышала. Хотелось бы не скрывать того, что мы вместе, но я ещё не совершеннолетняя, закон не позволяет, мама моя, место её работы и ещё многие причины. Кира рассказала, что скоро увольняется и будет работать в другом месте. Её пригласили работать тренером в спортзал, с часу дня и до восьми вечера, а она согласилась. Меня радость окутывает с ног до головы до сих пор, она ведь спортом живёт и его любит. Но то, что совсем скоро я перестану бегать к ней на больших переменах, мы будем видеться реже и чаще всего только вечером, меня очень огорчает. Мы неоднократно говорили об этом, обсуждали то, когда лучше встречаться и как совмещать рабочие и учебные дни с прогулками и посиделками дома. Тем было на самом деле много. И про ревность, про наши отношения, про то как может сложиться дальнейшая судьба, про детство, заработок и вредные привычки. Иногда темы совершенно странные, но говорить о них интересно и даже затягательно. Так я узнала о том, что она никогда не приходит в одинаковых носках, потому что у неё их очень много. Вот идёт иногда по торговому центру и обязана пары три носков точно купить, каких-то новых, которых у неё ещё не было. Так я узнала, что она не особо любит цветы и если ей их подарят, то это скорее будет раздражать, а не радовать.

***

За партой сижу одна, потому что подруга заболела и ещё около недели не появится в школе. Спасибо, что у меня иммунитет хороший и я болею редко, так бы пропускала всё самое интересное лёжа в кровати и попивая невкусные лекарства. Делать совершенно нечего, а слушать басни учительницы я не очень хочу, точнее, совершенно не хочу. Одиноко так, что хочется волосы на голове рвать. Никто не устраивает скандалов, не срывает уроки, все тише воды и ниже травы. Зануды. Смотрю в окно, наблюдая за какими-то птицами, сидящими на подоконнике и вздыхаю. Пара созданий трётся друг об друга, прижимаясь всё ближе и ближе. Задумываюсь о том, что это я с Кирой. При одном воспоминании о ней, я растекаюсь водопадом; меня дрожь берёт, потому что чувствую её прикосновения на себе постоянно. Слышу её хриплый голос около своего уха, будто она сейчас сидит рядом и шепчет что-то смешное или милое. Слышу, что телефон вибрирует, знаю от кого сообщение и улыбаюсь. Она написала мне. Потому что писать больше некому. Только вот не сообщение это было вовсе. А фотография, на которой видны её оголённые ключицы, по которым струйками стекает вода. Знает же, что я не дома и всё равно таким занимается. Фотография сделана под тусклым светом, что заставляет присмотреться поближе и добавить яркости на телефоне. Красиво, да ещё так, что у меня дар речи отнимает. Чувствую, что бабочки в животе начинают трепетать сильнее прямо во время урока. Прямо сейчас, в грёбанном классе, где помимо меня находится ещё двадцать человек. нравится? Она добивает меня этими вопросами, спрашивает что-то невероятно глупое, хотя ответ очевиден. Знает же, что я невероятно сильно восхищаюсь её подтянутым и чудесным телом. Что могу часами рассматривать место, которое уже сотни раз видела, осознавая, что каждая частичка её тела моя и всё равно спрашивает.

конечно нравится!

Несколько смайликов с человечками, у которых вместо глаз сердечки, дополняют всю картину. Она ставит реакцию с поцелуем и я осматриваюсь вокруг. В такие моменты почему-то кажется, что все норовят посмотреть в телефон. Осознаю, что сейчас начинается какая-то игра, которую мне решили устроить прямо сейчас. И я принимаю её, потому что отказаться просто не в силах. Потому что не хочу. Далее прилетает фотка, где уже видно место от подбородка к ключицам. На лебединой шее видны недавние засосы, небольшие укусы, которые уже начали заживать. Сделала их я. Она любит, когда я кусаю её. Пользуюсь тем, что сижу за последней партой и запускаю руку в спортивные штаны. Мне очень хочется прикоснуться к промежности, а ещё больше хочется, чтобы это сделала она. Чуть раздвигаю ноги и мне становится хорошо, когда рука ложится между ног и гладит по ткани трусов. Я жду чего-то нового. Дрочить будешь? Мне становится смешно, но я сдерживаюсь, показывая только широкую улыбку до ушей. Она будто знает все мои шаги наперёд. Преподавательница внимания на меня не обращает, объясняет тему другим ученикам, зная, что вся эта ересь мне не интересна. Вожу пальцами и возбуждаюсь сильнее. Фотографии всё так же бросаются в глаза, а мне мало. Я знаю, что пока не отвечу хотя бы смайликом – она новое не покажет, а там ведь явно есть что-то поинтереснее.

ты же знаешь, что я на уроке.

да, а ещё знаю, что будешь:)) Усмешка с лица не спадает, щёки заливаются румянцем, выдыхаю тяжело, заставляя девчонку, которая сидит за передней партой, обернуться ко мне. Она вопросительно на меня смотрит, думая, что я решаю что-то. Возможно хочет что-то спросить или посмеяться, но её взгляд попросту раздражает. – Чё пялишься? – выдаю тихо, а она очки поправляет и быстро оборачивается. скажи мне, сколько раз ты дрочила на меня и когда был первый? Сглатываю большой ком и неохотно вытягиваю руку, собираясь печатать. Первый я не забуду никогда, он в памяти остался печатью на всю жизнь, первый и самый сладкий. А после него была нехватка, хотелось ещё и ещё.

первый был в четырнадцать лет, в девичьей раздевалке, а сколько их всего я не сосчитаю на пальцах.

Жду её реакции на это сообщение, мне почему-то страшно до безумия, но продолжить хочется. Очень хочется узнать что будет дальше, видеть всё наперёд и знать, как лучше ответить. даже так)) Уже знаю, что хочу дописать и лыбу тяну широкую. Это, наверное, со стороны выглядит слишком глупо. Сижу, как дурочка улыбаюсь телефону, выписывая какое-то очередное сообщение.

я это точно помню, а остальные уже где попало. в уборной, в классе, когда я оставалась одна. дома у себя.

Эти все моменты я помню настолько хорошо, будто бы это было вчера. Помню как текла по её голосу холодному, кончая без прикосновений и с ними тоже. хочешь секретик? Что-то в груди сжимается от этого вопроса. В голове прокручиваю всё, что она может мне рассказать. Мне становится одновременно интересно и страшно. Это что-то плохое или хорошее? Разные вопросы в голове крутятся, а ответа на них нету.

хочу..

Она печатает что-то слишком долго, несколько раз стирает весь текст, а меня ещё больше это пугает. Меня это обидит или порадует? Я совершенно не знаю, но готовлюсь уже ко всему. Готовлюсь ко всему, что может произойти. один раз я заметила, как ты мастурбируешь в раздевалке. проходила мимо и заглянула в щель, то, что увидела, меня поразило. ты так извивалась, так тяжело дышала, что мне захотелось довести тебя. я несколько дней ходила с мыслями, что хочу тебя. меня разрывало желание, а я не могла никак его проявить. Следующая фотография уже в майке. Она мокрая, поэтому обтягивает женское тело, выделяя вставшие соски. Я мелко подрагиваю, вновь запуская руки в штаны. Прикасаюсь к клитору через бельё, тереблю слегка и чувствую, что влага из промежности выделяется и останавливаться не собирается. не смей себя трогать, это сделаю я) Я слушаюсь её. Слушаюсь и жду, что скажет она дальше. Меня безумно бесит то, что я могу её ослушаться, но не делаю этого. Девушка несколько минут ничего не пишет, а потом присылает видео. Я подключаюсь к беспроводным наушникам и ставлю звук на минимум, вставляю один в ухо и прикрываю волосами. Включаю видео, вижу её сидящую на тумбочке, она только в одних трусах, руками закрывает грудь и раздвигает ноги. Такая пошлая. Её грудная клетка вздымается; она спину выгибает будто кошка, показывая все свои прелести. Я губы кусаю в кровь, когда слышу тихий стон и замечаю, как она берёт в руки игрушку, такой у неё я ещё не видела. Когда видео обрывается, вздыхаю тихо, потому что продолжения хочется. Она ведь не врала во время нашего первого раза, когда говорила о том, что замучает меня так же, как я её. к кому ты ревнуешь меня больше всего? А я перебираю все варианты в голове. Одноклассница моя, которая задницей перед ней постоянно крутит или медсестра, которая мою женщину пыталась на ужин позвать уже несколько недель? А может девочка из параллели, которая на восьмое марта дарила ей букет хризантем, их она ненавидит, и каждый раз пыталась притронуться к её телу? Или техничка молодая, она же открыто заявила моей девушке, что влюблена в неё, а Кира рассказала мне об этом, мы вместе посмеялись, но моя ревность никуда не ушла. Или любая другая девушка, которая как-то не так на неё посмотрела?

ко всем. я не буду выделять кого-то, они все меня раздражают, я хочу чтобы ты поступила с ними как можно хуже.

моя девочка)) Следующее видео снято уже со спины, она под струёй воды, стоит голая. Видно только её спину и очертания груди, но этого мало. Она себя гладит и дышит тяжёло, я слегка звук погромче делаю, чтобы расслышать всё получше. Хочу её очень, мечтаю прикоснуться к её телу прямо сейчас.

играешься со мной? Кидаешь такую красоту, а подрочить нормально не разрешаешь..

Прикасаться к тебе там буду я, а ты будь послушной девчонкой и терпи;) Я ничего не отвечаю, мне вообще ничего не хочется, кроме того, чтобы почувствовать родные пальцы в себе. Узел внизу живота затягивается сильнее, мне становится очень жарко только от одной мысли, что же будет дальше. Что же будет на этот раз? А на этот раз она вновь в трусах, стоит на коленях, задом к камере и руками поглаживает поясницу. Задевает резинку ненужной вещи и немного приспускает, сквозь тишину я слышу тихое «Виолетта» и у меня начинает мутнеть всё вокруг. Через время становится на четвереньки, поворачиваясь к камере боком, всё ещё прикрывает одной рукой грудь. Выгибается будто кошка. Что-то шепчет неразборчивое, заставляя меня прибавить звука. Слова становятся большее понятнее, она просит прийти к ней скорее. моя милая, скажи, как ты хочешь, чтобы я поступила с каждой, к кому ты меня ревнуешь?

Хочу, чтобы ты унизила их при всех, чтобы довела этих девчонок до слёз

я сделаю это, чтобы доказать свою верность тебе. После этого сообщения я снова вижу видео. Камера обхватывает только её грудь, она её в своих руках сжимает и вновь дышит так, чтобы было слышно мне. Моё имя произносит несколько раз, шепчет его. Мне так это нравится, я теряю от этой девушки голову, Кира буквально сводит меня с ума. чего ты сейчас хочешь?) В голове крутится только одно слово, единственное. Я набираю эти четыре буквы очень долго, прикрываю глаза, перед тем как отправить сообщение. Мечтаю о том, чтобы время шло быстрее. Хочу скорее оказаться в её квартире, на её кровати, в ней.

тебя.

На следующем видео Медведева вновь на тумбочке, крутит в руках вибратор и улыбается, отправляет поцелуйчик, поглаживая себя им по ноге и включает игрушку. Сгибает ногу в колене и ближе к стене двигается. Я завороженно наблюдаю за этим всем, глаз отвести не смею. Мне нравится наблюдать за тем, как она нежно водит игрушкой сначала вокруг промежности, не задевая даже ткани трусов. И снова обрывает видео на самом интересном моменте, даже не проронив ни единого вздоха. Как ты там говорила? Я буду мучать тебя столько сколько захочу?)) Пока читаю – усмехаюсь. Я несколько раз говорила ей об этих словах во время секса. Сколько бы раз я не прикасалась, пусть даже самую малость, ей будет всё равно этого много. Она ждать не любит, поэтому умоляет всегда, пытается меня скорее ниже опустить. ты такая в купальничке миленькая, покажешь мне, как выглядишь в нём в живую? Я вспоминаю свою фотографию в раздельном чёрном купальнике. Он фигуру мою только подчеркивает, выделяет бёдра округлые. Почему-то мне начинает казаться, что все в классе смотрят на меня. Но я будто выпала из реальности и даже голову поднять, чтобы осмотреться, не могу. Посвятила всю себя только одному человеку, внимание своё тоже отдаю только ему. Точнее ей. Моей Кире.

покажу)

Получаю реакцию с поцелуем и видео, где она медленно стягивает с себя эти чёртовы трусы, стоит задом к камере. Шлёпает себя по заднице, хотя делать это должна я. Хочу оставлять на её ягодицах большое количество следов. Хочу именно сейчас сжимать их в своих руках и получать одобрительные вздохи. Интересно, как ей в голову пришла эта идея? Как она решила, что хочет помучать и побаловать такой красотой меня именно сейчас? Я никогда не пойму ход её мыслей, зато очень быстро пойму её эмоции, когда она постарается сделать вид, будто обиделась.

ты безумно красивая, я хочу большего..

Без раздумий пишу, закусывая губу и слежу за временем. Я не могу дождаться окончания учебного дня, чтобы наконец-то собраться и пойти к Кире. Она знает, когда нужно начать вести такие игры, чтобы возбудить, чтобы страсть между нами играла новыми красками. Знает, как я одновременно зла и польщена происходящим. Ви, сначала нужно заслужить разрешишь мне испробовать и на тебе новую игрушку?

тебе и спрашивать не надо, конечно разрешу..

И через буквально полминуты старшая отправляет видео, где она полностью голая. Сначала оборачивается, показывая красивую ровную спину и подкачанную задницу, а после поворачивается лицом к камере, руки с груди убирает и смотрит прямо в душу будто. У неё тело красивое и подтянутое. Я всегда сходила с ума от её ног и пресса. Взгляд у неё такой вызывающий, такой умоляющий; движения такие размеренные и медленные, будто она ждёт, пока кто-то сфотографирует её в моменте. Я хочу стать её фотографом и развесить полученные фото у себя в комнате. Мне безумно нравится смотреть на её красивое тело, нравится обводить пальцем её татуировки, указывать на то, какая часть её тела мне нравится больше всего. Когда касаюсь бархатной кожи, а она шумно вдыхает воздуха, набирая как можно больше, и мне это нравится. я знаю, что ты подразумеваешь, под словом «большего», оно будет, милая) Следующее фото уже возле зеркала, она голая сидит на кровати с раздвинутыми ногами и будто манит пальчиком. Под красным светом это выглядит великолепно. Это дурманит разум. Я уже не слышу и не вижу никого. Я смотрю только на телефон, только на переписку, только на неё. мне безумно хочется, чтобы ты как можно быстрее вернулась домой. скажи, от чего ты возбуждалась сильнее всего, когда представляла, как я тебя имею? Её вопросы улыбают меня всё больше и больше. Она всегда хочет знать всё, хочет, чтобы я говорила прямо, как есть. И я говорю, буду говорить как есть.

когда мечтала, чтобы ты подчиняла меня себе.

Я всегда хотела этого. Когда в классе одна оставалась, пытаясь пальцами в своей промежности как можно быстрее двигать. Когда представляла, что это делает она. что помогло тебе влюбиться в меня?)

ты всегда была отстранённой ко мне, будто я вообще ничего не значу для тебя. меня это заводило и подогревало интерес ещё больше, я представляла твоё лицо совсем близко к моему и мне становилось не по себе, как-то слишком хорошо и жарко.

Мне бы хотелось почувствовать это всё на себе ещё раз. Но сейчас происходит что-то новое, меня не игнорируют, меня любят и я не смею мечтать вернуться в прошлое. Не смею думать о том, что раньше было лучше. Раньше было намного хуже. Раньше было плохо думать о том, что я ничего не значу для человека, который значит для меня весь мир. Было ужасно больно плакать ночами, мечтать о счастье и любви с этим человеком. А сейчас, это всё имею, сейчас это всё у меня. Пусть даже времени много прошло, но я получила то, о чём желала всегда. Меня любят взаимно и это лучшее, что могло быть в этой жизни. интересненько)) думаю, кидать тебе следующие видео или оборвать на самом горячем

я тебе губу откушу если не скинешь(

Она мне стикер смеющийся отправляет, а после него видео, от которого я, кажется, уже кончаю. Кира сидит с раздвинутыми ногами, они чуть в коленях приподняты, пальцем средним клитор теребит и тяжело дышит, спиной в изножье кровати вжимаясь. Её глаза смотрят куда-то в потолок, а рот слегка приоткрыт. Завораживающая и потрясающая картина. Через некоторое время она берёт в свои руки вибратор. Включает и к влагалищу прижимает, от этого подрагивать начинает крупно. Скулит, стонет прерывисто, дыхание уже сбито. Спускается ниже, чтобы к камере быть ближе. Моё имя несколько раз проговаривает. Говорит, что не хватает ей моих рук, прикосновений, моего голоса и взгляда. Она говорит, что сильно меня любит, что сильно хочет. Несколько раз повторяет, что то, как я прикасаюсь к ней своими пальцами никогда не сравниться с этой игрушкой. Ещё что-то сказать пытается, но в один момент вздрагивает, сильно ёрзает задницей по полу, ноги не сомкнуть пытается. Закусывает свой же указательный палец и вскрикивает, обмякая. Кончила. Я выпадаю из этой реальности полностью, мне дышать нечем, воздух в кабинете становится слишком горячим. Моя рука сжимается в кулак, а внизу живота и между ног происходит просто нечто.

какая ты сучка, возбудила меня, а до конца урока ещё минут десять, я же умру от ожидания!

ну чего ты так злишься? вот мне не хватает тебя сейчас, хочу, чтобы ты поскорее оказалась рядом со мной)) Ничего не отвечаю, лишь блокирую экран телефона и на парту грудью ложусь. Мне хочется, чтобы десять минут стали одной секундой именно сейчас.

***

Выбегаю из здания как можно скорее, ведь помимо возбуждения, чувствую, что очень хочу курить. Достаю пачку любимых сигарет. Мне уже давно всё равно на то, кто меня заметит во время важного процесса. Когда вдыхаю сигаретный дым, разрешая ему раствориться по всему телу, становится намного легче и спокойнее. Матери ничего писать не собираюсь, сразу иду в другую сторону от своего дома. Как только вижу знакомый подъезд, в котором я появляюсь чаще, чем у себя дома, то улыбка сразу же проявляется на моём лице. Самой сюда мне не часто приходилось идти, но дорогу я запомнила. Меня Кира всегда к себе возила, ну или мы вместе всегда шли. Знаю, что сегодня я позволю ей прикоснуться к себе. Сколько же раз заканчивалось только поцелуями в области груди, потому что дальше мне было страшно. Сколько же раз, она понимающе кивала головой, обнимала меня и говорила, что всё хорошо; что она будет ждать столько, сколько потребуется. От этого страха осталось буквально ничего. Я безумно хочу, чтобы она взяла меня. Подхожу ближе к зданию, когда меня останавливает какая-то бабушка, что уже несколько раз замечала меня вместе с Кирой около её подъезда. – Эй, дочка, – она в мою сторону направляется и улыбается странно, – ты так зачастила к Кире, и баб никаких новых к ней в квартиру не ломиться, что мне уже интересно кто ты ей. – Мне кажется, вас это касаться не должно. Желания говорить нету никакого, она сбивает весь мой настрой на этот день и приближающийся вечер. – Какая невоспитанная, вот бабы все прошлые такие же были, трахаешься с ней небось? Так она тобой поматросит и бросит, у неё никогда в жизни постоянных девчат не было. От этих слов мне становится слишком тошно. Оглядываю старушку с ног до головы и мне очень хочется её перебить. – Думаешь я вру? – руку на сердце укладывает, будто свечку держала и брови поднимает. – Нет, мне просто всё равно, – и нет, мне не всё равно, мне становится в такие моменты очень страшно. Я боюсь, что её у меня кто-то заберёт, что она меня бросит, что нас кто-то разлучит. Иду уверено, отворачиваясь, а она все за мной, всё пытается сказать что-то о Кире плохое. – Все они так тоже говорили, а потом то в слезах домой шли, то на улице её ловили и проклинали за то, что она ими воспользовалась, – и каждое слово как-то ранит, что-то начинается в сердце ковыряться. – Чего вы ко мне пристали-то? – бросаю напоследок, скрываясь за дверью подъезда. Пытаюсь быстрее подняться на нужный этаж, перебирая в голове всё, что мне рассказали, но в итоге решаю оставить это всё на потом. Тем более это другие бабы, а не я, со мной она искренняя, со мной она такая какая есть. Я не верю, что это всё может быть просто уловкой, чтобы как-то использовать. Подхожу к нужным дверям и жму на звонок. Дверь открывается почти сразу же, а передо мной стоит Кира, в халате тоненьком, улыбается. В её чёрных омутах различные огоньки прыгают, сообщают, что интересное что-то будет. – Быстро ты, – говорит, затягивая меня в квартиру и вовлекая в крепкие объятия. А я к ней прижимаюсь ещё крепче, потому что знаю – она за мной скучала. Потому что я сама за ней скучала. Сама уже быстрее хотела прижаться к любимому человеку, ощутить её прикосновения. Как только двери закрываются, рюкзак оказывается на полу, а верхняя одежда стягивается из моего тела, я оказываюсь у Киры на руках. Целует в губы, а после в шею и уносит в сторону кухни. Сажусь на стол и чувствую её руки на своих бёдрах. Наши губы сплетаются страстном танце, таком медленном, будто я больше не коснусь их никогда. Чувствую как старшая горит от желания и сама начинаю чувствовать то же самое. Она меня укладывает на этот стол, прямо в шею дышит, обдавая её тёплым воздухом, а я уже дрожу. Поцелуи приходятся везде, куда выйдет. Она стягивает с меня топ и выцеловывает грудь, нежно так, профессионально. Мурашки по моему телу гоняет бесцеремонно, языком выводя узоры по коже изрисованной тату-машинкой. В это время низ живота одной рукой поглаживает, заползает руками в штаны и поглаживает ноги. Спускаясь ниже, приостанавливается и смотрит на меня, она ждёт моего согласия. – Ты точно готова? – спрашивает, подцепляя резинку штанов, и замирает на месте. Глаза её направлены только в сторону моих, нижняя губа закушена. – Да.. – киваю, чувствуя, что предпоследняя вещь, которая есть на моём теле, уже где-то на полу. Ноги мне чуть раздвигает, покрывая поцелуями сначала низ живота, перемещается на внутреннюю сторону бедра, сначала одной внимание уделяет, а после второй. Я лишь на локти приподнимаюсь, чтобы за всей этой картиной следить. Она старается сделать всё по максимуму нежно и осторожно, скользит языком от коленки к тазобедренной кости, оставляет легкий поцелуй на месте остановки. А я в это время понимаю, что ничего страшного в этом нету. Что с любимым человеком наоборот больше хочется и за фигуру меня никто не осудит. Улыбаюсь, дышу тяжелее от удовольствия. Подрагиваю мелко, но её тёплые ладошки, которые гладят мои колени, позволяют мне немного успокоиться. Возлюбленная стягивает последний элемент одежды и сразу своим взглядом по промежности скользить начинает. Ноги мои раздвинуты по максимуму, она нагибается ближе, чувствуя за несколько сантиметров мою горячую плоть. Длинным мазком по промежности проходиться, а у меня глаза уже закатываются. Раздвигая складки, целует клитор и облизывает свою нижнюю губу. Мне хорошо. Хорошо до безумия. Я глажу её по голове, пока она работает у меня между ног, и вновь свою губу терзаю в кровь. Сил, держаться на локтях, уже нету, поэтому я опускаюсь полностью на спину, а стоны из меня наружу так и рвутся. – Моя девочка, – говорит она, целуя куда-то в лобок и вновь припадает к влагалищу ртом. Она пальцы в меня вводит слишком резко, выбивая полукрик-полустон и её рука темп быстрый за считанные секунды набирает. Интересно только, как у неё рука от этого всего не болит. Я выгибаюсь всё сильнее и сильнее, не скрываю своего удовольствия, проговариваю будто в бреду слова о том, что мне всё нравится и крупно вздрагиваю. Но как только толчки, к которым я уже успела привыкнуть, останавливаются, мне почему-то хочется заплакать. Я хочу большего, и я прошу о нём. – Кисуля, подожди, секунду, – она достаёт тот же вибратор, который был на видео и включает его. Аккуратно прикасается к промежности и смотрит на мою реакцию. Хочется ноги сомкнуть, но я со всех сил стараюсь этого не сделать. Начинаю двигать тазом в такт игрушки, а руки ищут за что зацепиться. Она вновь в меня пальцы вводит, да ещё и так медленно, растягивает этот процесс. – Твои стоны для меня – лучшая награда, – проговаривает, улыбаясь, сильнее прижимая игрушку к клитору. Я чувствую, что уже на грани, совсем скоро кончу. Она видимо чувствует это тоже, поэтому ускоряет действия пальцами. В моих глазах мутнеет, я уже не вижу ничего. Пелена возбуждения накрывает меня с головой, а прекрасный голос Киры, который твердит, что я умничка и молодец, завораживает ещё сильнее. – Давай, малышка, кончи для меня.. – говорит еле слышно, целуя меня в живот. Я вскрикиваю, царапая стол, и обмякаю, пока Кира пальцы вытаскивает. Радуется тому, что меня настиг оргазм и поднимает на себя. – Невероятная.. – шепчет мне на ухо, пока я её руками обхватываю её шею и пытаюсь посильнее сжать в замок.

***

Помогая собрать мне все мои вещи, мы говорим о том, что сегодня происходило у кого и я рассказываю, что ко мне бабка какая-то по пути к ней пристала. Кира твердит, что нехуй её слушать, что враньё это всё; ей тут все зла желают, потому что у неё денег всегда хватает на жизнь. Рассказывает, что её ненавидят тут с самого детства, а точнее её семью. Отец не пойми где, мать ушла в запой, а ребёнок остался бабушке с дедушкой. Малышка растёт без родителей, а деду и бабе хлопот лишних привязывают. Когда она малышкой была, то совсем ничего не понимала. А когда уже взрослее становится начинала, то стала многое осознавать. Интересы сменились жизненные, она определилась с тем, что в постель ляжет только с девушкой, а там уже пошло поехало. Когда старики узнали, что та лесбиянка, то не осудили её за это. Никак нет. Наоборот поддержали и сказали, что любят очень. А когда переехали, переписав квартиру на внучку, тут стало много интересного происходить. То девчонок водить начнёт, то тусы устраивать. Соседям, что снизу, сверху и напротив, такое не нравилось совершенно. Они много раз скандалили с ней, но ничего так и не добились. Только ненавидеть по тихому стали, да обсуждать за глаза. Больше позволить себе ничего не могли. – Кушать хочешь? – спросила Кира, поднимаясь с кровати, и я, не в силах отказать, соглашаюсь. Она варит мне макароны, рассказывая о чём-то своём, а я, несмотря на то, что это просто макароны, считаю это лучшим обедом в моей жизни.