Академия Мэри Сью

Посвящение: Алиш, спасибо за то, что разрешила так издеваться над своим именем Х) Меня зовут Алиса Мартынова. Мне было двадцать. Обыкновенная студентка с ужасным комплексом по поводу непритязательной внешности. Мечтала быть блондинкой, а ведь с детства - жгучая брюнетка, причем ни одна краска не берет нормально. Получается гибрид чудовища и... чудовища, с мочалкой на голове цвета весеннего асфальта. Романтики - что у Снегга лимонных долек. Грудь... Как сказал однажды мой старший братец: "Я заплачу тому, кто ее найдет!" Подростковые прыщи, на которые в пятнадцать лет смотришь со слабой надеждой "Авось пройдут", но к двадцати уже начинаешь в этом сомневаться, подсчитав в уме, сколько тратишь на тоналку. К сожалению, грудь тоналкой не нарисуешь, хирургическое вмешательство врачи категорически запретили. Набивать же бюстгальтер ватой на третьем десятке жизни как-то несолидно... А что делать? В общем, наверное, нетрудно понять, что жизнью своей я была категорически недовольна. Радости не прибавляли и прекрасные физиономии Мери Сью на всех поверхностях, какие только нашли. Говорят, одна даже на туалетной бумаге свой прекрасный лик отпечатала. И горе тому, кто воспользуется ею (бумагой) по назначению. Хм, а не поэтому ли пропал сосед с нижнего этажа, когда ночью весь дом слушал его душераздирающие крики? Впрочем, я отвлеклась. Каждый год в нашем университете проводится конкурс "Лучшее сочинение во славу великих Мери Сью и их подвигов". Участие добровольно-принудительное, ибо уклонение от таких мероприятий грозит исключением. И черт возьми, для меня это было особенной пыткой, смотреть в зеркало на свою прыщавую рожу, а потом любоваться их безукоризненно идеальными личиками! Вот я и написала... Честно написала все, что думаю об этих ненормальных прекраснейших. От души, с нецензурной лексикой и пожеланиями, куда и что [...]* К моему счастью, работа к Сью не попала. Оно и ясно, предстань тот текст их ясным очам, квакать бы мне в ближайшем французском ресторане до первого заказа. Или отправиться к американским школьникам на биологию, как подопытный образец для препарирования. Зато ее увидел главный редактор журнала "Молния", оценивший не столько талант к написанию, сколько отсутствие мозгов бесстрашие (еще бы, так нарываться не каждый станет), пригласил меня на собеседование. Предложение его показалось мне диким... - Я - и в Академию Мери Сью? Это шутка такая? - кривлю губы в усмешке, показывая, что черный юмор оценила. - Над внешностью твоей мы немного поработаем, на гримеров не поскупимся... - На гриме разоритесь и пластическом хирурге. - Алиса, ты не уродина. Не стоит утрировать. Я не согласна, но все же молчу, иначе он просто выгонит меня из кабинета. Почему сама не уйду? Наверное, все же призрачная надежда на чудо еще жива где-то внутри. А вдруг правда, не розыгрыш, снятый скрытой камерой и оплаченный... хм, ну тем же старшим братом, с него станется. Приняв отсутствие ответа за мое частичное согласие, он продолжает: - Что же до остальных качеств, нужных нам, в их основе - отсутствие преклонения перед "леди в стрингах со стразиками". Это у тебя есть. Как и фантазия. Становится даже немного стыдно за подробное описание пыток. - И в чем состоит мое задание? Подорвать Академию, заложив взрывчатку? Агитировать студенток пройти операцию по вживлению в черепную коробку мозга (не приживется же) и на радость мирному населению поступить в медицинский колледж? - Забавные идеи, но мы находимся в редакции журнала, а не в Федеральной Службе Спасения от Мери Сью. - А такая есть? - черт возьми, если есть, примите и меня. - Нет, - смешливая улыбка тонких мужских губ погасла. Время шуток закончилось. Я никогда особо не любила высокие каблуки, и последние две недели перед поступлением только то и делала, что набивала себе синяки, мотаясь по всей квартире на шпильках. Родители - а в дополнение ко всем остальным прелестям жизни, жили мы с ними в тесной двухкомнатной квартирке - только недоуменно переглядывались, мать предположила, у меня (наконец, во славу ее утомленным нервам!) появился парень. В перерывах между уроками модельной походки, больше напоминавшей танец пьяного пингвина, я морально готовилась к предстоящей операции. А это было, поверьте, непросто. Во-первых, как уже упоминалось, ни одна краска не брала мои "чудесные" волосы, а Мери Сью с простыми черными прядями в рядах абитуриентов почему-то не котируются. Значит, какую-никакую, а родную прическу предстояло укоротить до минимума и нацепить парик. Во-вторых, я штудировала сразу несколько томов о жизненных циклах, обычаях, повадках и брачных периодах тех странных и безупречных существ, с которыми мне, отнюдь не прекрасной, предстояло учиться. Было одновременно страшно и радостно. Радостно - потому что впервые в жизни мне перепало нечто большее, чем остальным моим сверстникам. Страшно - а вдруг не смогу, провалюсь и... и еще тысячи разных "и", медленно сводящих с ума. Так или иначе, день "икс" настал. Вооруженная всем тем, что смогли дать мне в "Молнии", я предстала перед розовым замком, оплотом мечты и кошмаров жителей нашего города, гнездом, где три Великие Мери терпеливо выращивали сильнейших своих птенцов - красавиц мира сего и всех существующих. В этом году перестала на время существовать Алиса Мартынова, ничем не примечательная студентка со своими комплексами. Зато родилась мисс Аделаида Персефона Изаура Ориэтта Селестина Мирабелла Юсуфа Валерианна Скифия Дездемона Марианна Урсула Виктория Ольгерда Саманта Фиона Корнелия Розамунда Люсинда Пенелопа Женевьева Звездная. Сколько я запоминала это имя? Не спрашивайте, пожалуйста, не спрашивайте. Страшно вспоминать. Для родителей, дабы не травмировать их нежную, взращенную в мире без Мери Сью, логику, была придумана иная версия событий: узнав, сколько подружек одновременно завел мой благоверный (перечень женских имен в имени пригодился), я решила взять академический отпуск и уехать в командировку. Да, дорогие родители, ваша дочь получила хорошую работу, высокую зарплату и бонус в виде возможности побывать в дурке повидать мир. Пессимизмом и подозрительностью предки не отличались, а возможно, просто рады были спихнуть свое великовозрастное чадо с тесных квадратных метров и зажить, наконец, в свое удовольствие, не слыша в шесть утра грохот на кухне (мои попытки приготовить в состоянии "отнюдь не бодрый зомби" приличный завтрак) и не заставая меня в три часа ночи у компьютера с рожей похуже, чем в тех ужастиках. "Да, мам, я не сплю, мам, завтра экзамен, мам. Готовлюсь в последний момент, мам. Почему не готовилась раньше? Не знаю, мам. Оставь меня, старушка, я в печали. Нет, не ты старушка, мам, не надо бить, мам, я преподу в космос сигналы посылаю..." Знаете, что такое шанс, за который стоит хвататься? Я думала, что знаю. Накануне тридцать первого декабря, как раз перед каникулами, меня неожиданно вызвали на поклон к Главным Мери. К тому времени я уже немало знала о самой Академии, впрочем, мне казалось, что знаю все, когда за чашкой чая с домашними пирожками рассказывала сотрудникам "Молнии", как живется Мери Сью. Впервые за всю свою жизнь во мне пробуждалось чувство, что Алиса Мартынова стала гораздо большим, чем была раньше. Я стала... крутой. Интересной моим коллегам, хохотавшим над очередными байками, шпионкой в мире, полном опасностей, магии и загадок. Ежедневный макияж, золотистый с серебряными прядями парик, искусственная грудь, на вид неотличимая от настоящей, сделали свое черное дело - в зеркале теперь отражалась не дочь кассира и бухгалтера, а блистательная мисс Аделаида Персефона и дальше по списку. Загордилась, потеряла бдительность, но самое главное - исчезла моя ненависть, моя неприязнь к студенткам Академии. Пожалуй, я стала куда ближе к ним, чем к тем, на кого работала. Это не могло пройти бесследно. Одна из трех Великих Мери взглянула на меня с улыбкой, от которой на сердце начали петь соловьи, а в глазах плясать сердечки. - Моя дорогая мисс Аделаида Персефона Изаура Ориэтта Селестина Мирабелла Юсуфа Валерианна Скифия Дездемона Марианна Урсула Виктория Ольгерда Саманта Фиона Корнелия Розамунда Люсинда Пенелопа Женевьева Звездная, мы хотим сообщить тебе прекраснейшую новость! Не исключат. Так радостно на душе от осознания, что не исключат. Да ведь верно! Разве смогут они исключить одну из лучших студенток? - Что же это за новость? - посмела нарушить паузу я, жадно лелея предчувствие чего-то чудесного. - Мы долго наблюдали за своими дорогими подопечными. Все они, без сомнения, чудесны, однако... - она сделала паузу, еще больше разогревая мое нетерпение и любопытство. - Однако Избранной достойна стать лишь одна. Это ты, Алиса! - подхватила ее речь вторая Великая. - Я Избранная, - губы сами собой растянулись в широкой улыбке. Конечно, я этого достойна. Достойна стать необычной! Хотя бы за все те годы ужасной жизни среди людей. Теперь я ненавидела ее, ненавидела свое лицо без грима и старалась не вспоминать, что когда-то происходило вне стен этой Академии. Не иначе, как сама судьба подтолкнула меня сюда, чтобы наконец... наконец... - Да, - подтвердила третья. - Такие, как ты, появляются невероятно редко. Мы и не надеялись найти тебя так скоро. Мисс Аделаида Персефона Изаура Ориэтта Селестина Мирабелла Юсуфа Валерианна Скифия Дездемона Марианна Урсула Виктория Ольгерда Саманта Фиона Корнелия Розамунда Люсинда Пенелопа Женевьева Звездная, ты пройдешь ритуал и станешь одной из нас! Почему я согласилась? Почему настолько ослеплена была своей гордыней, что ничего не заподозрила? Столько вопросов возникает теперь. Больно вспоминать ту самовлюбленную девочку, готовую на все, чтобы показать всем - она стоит большего, она достойна восхищения и славы! Только способы я выбрала не те и учителей не тех. Ритуал проводился в гигантском подземном зале Академии, против обыкновения, украшенном не в розовом стиле. Должно быть, это место не для глупых дурочек, подумала я, разглядывая холодные темные стены и огромную пентаграмму на полу. Мери пригласили меня стать в ее центре и начали свои песнопения, огненными лентами древние, неизвестные мне слова переплетались в воздухе, образуя причудливый узор, коконом окутавший небольшой белый круг - центр - в котором находилась я. Звуки их пения очаровывали, лишали всяких мыслей, призывали верить им... Я слышала крик боли вне стен моей огненной тюрьмы, но в те мгновения не способна уже была осознавать, что происходит что-то страшное. Огненные слова набухали, как вены на бледной, иссохшей коже, готовые вот-вот лопнуть. Только этого мои глаза уже не видели. Я очнулась на мягкой зеленой траве, чуть колыхавшейся от легкого ветерка. На голубом небе - белые барашки облачков. Что случилось? Почему я оказалась здесь? - Привет, - голос грустный и одновременно смутно знакомый. Передо мной возникает худенькая русоволосая девочка в простом белом платьице. Над ее маленькой головкой висел вопросительный знак. В прямом смысле слова, синий, трехмерный, какой бывает в компьютерных играх, столь любимых в подростковом возрасте старшим братом. - Привет... - кошусь на знак так же вопросительно, как он горбит спинку. - Я - сообщение, - невозмутимо сказала она. - Сообщение? - Активировать? - щурит от солнца карие глаза, терпеливо ждет. Я сошла с ума? Или ритуал прошел не по плану? - Да. И она заговорила. Механическим голосом, будто действительно была компьютерной программой. Много лет назад, а, собственно, чуть больше двадцати, незадолго до моего рождения, Три Великие Мери пришли к нам из своего мира. Мира всемогущих, прекрасных и чарующих созданий, настолько опасных, что сам Создатель запер их в одном измерении, ибо плодились они быстрее кроликов неразумных и вирус их был опаснее всех существующих, ни одно же оружие из всех когда-либо созданных, ни одно создание не могло одолеть их. - Образ и подобие, образ и подобие... Да чтоб я еще раз согласился на подобные эксперименты! - фыркал архангел, ставя на обложке дела печать "Совершенно секретно. Абсолютно секретно. Нет, ну действительно, ребят, имейте совесть, не надо сюда лезть. Опасно для крыльев". Виновник переполоха виновато вздохнул, разглядывая остатки лаборатории и сожженный Эдемский сад. Творения постарались, прочитав мысли о том, что их хотят изолировать от всех миров. - В следующий раз попробую что попроще... Так появились эльфы. Мери жили в своем мире, постепенно еще больше зверея от невозможности быть самыми-самыми. Кто расскажет о том, какие они красивые и чудесные, если каждая любуется лишь своим отражением и снисходительно заявляет соседке, что та растолстела на целую сотую часть грамма! Или, что еще хуже, придумывает платье, цвет которого удачнее гармонирует с булавками в роскошных волосах. Трое из них, самые хитрые, практически не тратили времени на самолюбование, всего двадцать три часа и пятьдесят девять минут в сутки, целую минуту придумывая, как выбраться из заточения. Несколько миллионов лет трудились они, пока наконец не обнаружили лазейку, ведущую в место под странным названием Земля. - Фи, как непритязательно, - по-королевски поморщила носик одна из них. - Но мы обязательно это исправим. Не сказав остальным, Великие тайно переместились сюда, за одну ночь узнав все о Земле и выстроив себе великолепный замок по собственному вкусу. Только вот не учли Сью, что сила их недолго действует на чужой планете. - И тогда Великие Мери заколдовали компьютер, ставший орудием в их руках, проводником из места, где обитают Мери Сью, сюда. Но такая магия требует свою цену. Раз в году, тридцать первого декабря, они приносят кровавую жертву, запирая человеческую душу в технику, - продолжал вещать механический голос девушки. Ошеломленная, я могла лишь слушать ее. - Целый год твоя душа будет разрушаться, и когда ты умрешь - твое место займет следующая дурочка, польстившаяся на их обещания. Вот для чего Великим Академия. Вот что значит быть особенной. Избранные - жертвы во имя великой цели. Мне жаль тебя. Как было жаль себя и предыдущих. Все, что я рассказала - когда-то по прибытию рассказали и мне. Прощай, Избранная... - девушка растаяла в воздухе, оставив меня одну. Когда-нибудь, возможно, я расскажу, как мне удалось найти лазейку. Когда-нибудь... Но сейчас мне куда важнее следующая Избранная, Алиша. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь ей избежать моей судьбы. *** - Я все же хочу ее выслушать, - вырываюсь из хватки Кати и бегу вниз по ступенькам. - Алиса, постой! Алиса! Она ждет меня на улице, глядя на темное небо. - Алиса... - держу ее за руку, будто боясь, что растворится в воздухе, исчезнет. - Меня зовут Алиса Мартынова. Мне было двадцать, - тихим голосом начинает она.