Всё равно нам по пути

      — Какого хера ты ржёшь? — пялится на подругу Кира.       — Впервые вижу тебя такой испуганной, — Лиза посмеивается, натягивая шорты.       — Не вижу ничего смешного, — Медведева с озадаченным видом садится на заправленную кровать и закатывает глаза, уже подсчитывая, сколько жить ей осталось. — Я хочу знать всю историю, чтобы понимать, прикончат меня из ревности или нет.       — Да нет тут никакой особой истории... — Индиго устало потирает переносицу, вспоминать и пересказывать прошлое ей не совсем приятно. — У нас были отношения, это правда. Кристина раньше сильно пила. И однажды словила белку. Полезла с розочкой на какого-то мужика, а я пыталась её остановить, ну вот и...       — То есть это было случайно? — с сочувствием и едва заметным облегчением произносит Кира.       — Крис даже не понимала, кто перед ней, — вздыхает Лиза, кивая. — Она после того случая закодировалась, и по сей день не пьёт.       — Ладно, хорошо... — Медведева пытается сформулировать следующий вопрос. — Почему тогда ты так категорично к ней настроена?       — Я бы смогла простить, но... Она ни разу не навестила меня, пока я восстанавливалась. Не могла посмотреть мне в глаза очень долго. Не слышала я слов извинений до недавних пор. А потом она оказалась в одном универе со мной. Я задолбалась. Я бы хотела навсегда оставить Крис в прошлом, с наилучшими пожеланиями, но она не позволяет мне этого.       — Жесть, — чешет голову Кира. — Ей дали условку?       — Ничего ей не дали, я не писала заявление, — улыбается Андрющенко. — Не хотела ломать жизнь, тем более той, кого люблю. А свидетелей кроме того мужика не было, он сбежал, вот и всё.       — Спасибо, что рассказала, — после небольшой паузы говорит Медведева и поднимается с кровати. — Я пойду к себе.       — Спокойной ночи, — всхлипывает Лиза.       — Эй, кисуль, ты чего? — подходит к подруге и заглядывает в лицо.       — Я всё ещё люблю её, — шепчет Индиго и вытирает нос. — Я грёбаная терпила, понимаешь? Всегда думала, что никакого насилия никогда в свою сторону не допущу, а в итоге... Чертовски сложно её сейчас отталкивать, ты бы знала. Особенно когда она вроде как исправилась.       — Кош, не унывай, — Кира обнимает девушку, та обхватывает руками её спину, сжимая в руках ткань одежды. — Любовь — странная штука. Наверное. В общем, можешь меня звать, всегда поговорим. А могу и невербально поддержать, ты теперь знаешь, — целует в плечо.       — Спасибо, — выдавливает лёгкую улыбку Лиза, отстраняясь. — Ты тоже всегда можешь ко мне обратиться. Вдруг тебе есть что обсудить.       — Нечего, у меня всё заебись, — резко обрубает разговор, а сама вспоминает образ с каштановым каре и зелёными глазами и машет головой, чтобы прогнать наваждение. Мало того что грёбаная Вилка и так маячит в поле зрения практически двадцать четыре на семь, так ещё и не отпускает воображение. И переодевается без стеснения в комнате перед Кирой. В грудной клетке у Медведевой неприятное и непривычное ощущение, что-то промежуточное между сжимающей и жгущей болью. Девушка надеется, что это сердечный приступ, а не нечто иное.       С чего вообще так странно реагирует её организм на недостижимую (пока что) Малышенко? Виолетта — лишь очередной трофей, Медведева готова поклясться чем угодно, что она угомонится, как только трахнет её и погрузит в мир лесбиянства, из которого уже не будет выхода в прежний.       Опасаясь встретить Кристину, Кира всё же выходит из комнаты Лизы и возвращается в свою. Её соседка уже мирно спит.

***

      Виолетта на следующий день чувствует себя немного растерянной, когда курьер вручает ей букет белых тюльпанов. В цветах лежит конверт с запиской, которая гласит:

знаю, что вчера не всё было хорошо. мы оба напились... прости меня, если что не так. я даже не всё помню

В.

      И Малышенко тает. Как мало нужно ей, чтобы простить человека, оказывается. Она уже и не уверена, что обижалась вообще. Девушка ставит букет в раздобытую на кухне вазу и с довольной улыбкой набирает сообщение Владу.       — Ну и что он сделал? — фыркает Кира.       — А? Не твоё дело, — отвечает Виолетта и поправляет себя, продолжая печатать. — Ничего.       Малышенко считает, что признание своей неправоты парнем дорогого стóит. Далеко не каждый на это способен. Поэтому в тот же день она идёт на встречу с Владом.       — Извини, я правда виноват, — говорит он понуро, опустив взгляд в пол. — Дашь мне второй шанс?       — Всё в порядке, я не собиралась расставаться, — Виолетта готова забыть вчерашние события, поскольку слышит искреннее раскаяние в чужих словах.       — Я тебе очень благодарен. В следующий раз всё будет правильно. Обнимемся?       Вилка едва заметно вздрагивает при мыслях о следующем разе, но на объятия соглашается, утыкается лицом в грудь парня и думает, что всё будет хорошо, и что она приняла верное решение.

***

      В это время Кира уже на стадионе. Илья Владимирович решил собирать команду даже по субботам, через месяц у них первая выездная игра.       Сидя на траве, Медведева размышляет лишь о том, убьёт её сегодня Захарова или только покалечит. Когда блондинка выходила из раздевалки, как раз столкнулась с сокурсницей, та прошла мимо, как будто не замечая, но её аура негодования чувствовалась за километр. Краем уха слышит разговор парней.       — Влада сегодня не будет, — говорит Максим.       — А чё так? — интересуется Рома. — Он же никогда не пропускал трени.       — Поехал со своей тёлкой мириться.       — С той первокурсницей? Я б за такую тоже держался. Во всех смыслах, — гогочут.       Скрипнув зубами, Кира отворачивается. В очередной раз убеждается, что мужики омерзительны. То ли дело она.       На поле вскоре появляются Кристина, позже и тренер.       — Не приближайся ко мне сегодня, — шипит едва слышно Захарова, остановившись в одном шаге от Киры. — Не доводи до греха.       Девушка кивает, а затем видит, как взгляд Кристины зависает на трибунах, и тоже оборачивается.       — Что она здесь забыла? — спрашивает Крис, не моргая. Лиза машет рукой.       — Меня пришла поддержать, наверное, — отвечает беззаботно Кира, перекатываясь с пяток на носки и обратно.       — Ты не стóишь ни капли её внимания, — цедит сквозь зубы Захарова.       — Ну, куда же мне до тебя, — Медведева оборачивается, оглядывая других спортсменов, и принимает решение добить. Если что, людей вокруг много, оттащить смогут. — Ты ведь её калечишь, а я лечу. Зализываю раны по ночам, знаешь.       Кристина поворачивается к девушке и подходит вплотную.       — Заткни свой грязный рот, пока...       — Он не грязный, можешь спросить у Лизы, — усмехается, глядя в ледяные глаза, а сама чувствует, как трясутся поджилки от страха перед этим человеком. Но отступать уже поздно. — Отлизать Лизе — это, наверное, оксюморон? — притворно задумывается, переводя взгляд в небо.       Мощный кулак незамедлительно летит в челюсть, и Медведева отшатывается, прикрывая горящее лицо рукой. Второй удар уже близок, но разъярённую Кристину почти сразу же хватают за руки и уводят подальше от поля и навсегда из команды. Тренер орёт, пытается выяснить, что случилось, но безуспешно. Однако агрессия Захаровой — очевидный факт, за Кирой же такого никогда замечено не было, поэтому решение отстранить от баскетбола именно первую принимается незамедлительно.       — Кир, бля, ты в порядке? — суетится вокруг неё Лиза. — Я не думала, что она так отреагирует после моего прихода, прости.       — Всё нормально, Лиз, — вытирает девушка струйку крови из разбитой губы.       — Вашу мать, капитана нет, и сразу чёрт знает что творится, — ругается тренер, брызгая слюной и размахивая руками. — Разминайтесь, парни, а ты, Медведева, иди с глаз моих долой, на сегодня свободна.

***

      Виолетта возвращается с прогулки только под вечер. Бросает уставший взгляд на лежащую в постели соседку, не здороваясь, и вдруг подвисает.       — Кир! Что случилось? — подходит ближе, разглядывая гематому. — Кто тебя так?       — Захарова ебанашка.       — За что? — присаживается Малышенко на корточки и едва ощутимо дотрагивается до лица.       — Как будто быдлу нужен повод, чтобы бить, — нагло врёт Кира, зная, что она намеренно довела Кристину до точки кипения. Медведева морщит нос и шипит, когда пальцы одногруппницы надавливают на повреждённую кожу.       — У меня есть хорошее средство, сейчас, — Виолетта идёт к своим вещам и достаёт аптечку.       — Херасе, ну ты зануда. Не надо ничё, само пройдёт.       — Тсс, — Вилка хмурится неодобрительно и вновь садится на корточки рядом с кроватью. Выдавливает на пальцы немного мази и начинает втирать в кожу.       Кира чувствует прохладные приятные прикосновения, действующие как анестетик, и, кажется, задерживает дыхание. Руки Виолетты сверхаккуратны, она сосредоточенно втирает лекарство, закусив нижнюю губу. Почти всё тело Медведевой покрывают мурашки от картины перед глазами и тактильных ощущений, девушке не по себе от такого близкого присутствия Малышенко. А для второй, похоже, происходящее ровным счётом ничего не значит.       — Здесь нужно обеззаразить... — Вилка открывает флакон с какой-то жидкостью и смачивает ватный диск.       — Откуда ты всё это знаешь? — хрипло произносит Медведева, пока ей обрабатывают ссадину на губе, и сглатывает вязкую слюну.       — Приходилось помогать, — кратко отвечает Виолетта, пожимая плечами.       — Злишься на меня? — спрашивает Кира после небольшой паузы, соседка лишь приподнимает брови с немым вопросом и упаковывает все препараты обратно. — Ну, за слова про Влада.       — Уже не особо. Но, Кир, давай договоримся, — устало вздыхает, глядя на девушку. — Я с тобой делюсь, но ты не осуждаешь мой выбор, либо мы совсем эту тему не обсуждаем. Правда, не понимаю, почему ты так...       — Хорошо, первое, — решительно выбирает Медведева и только сейчас замечает торчащий из-под воротника блузки засос. Чувствует укол ревности и зависти. — Я ни слова против не скажу.       — Рада этому очень, — улыбается Виолетта и облокачивается на кровать, укладывая голову на бок, чтобы видеть лицо Киры. — Я бы не хотела похерить нашу дружбу.       — И я, — Медведева кивает, ощущая в груди тяжёлый ком. — Расскажи, как сегодня прошло свидание, — ей хочется слушать Вилку, даже если произнесённые ею вещи будут неприятны.       — Неплохо. Мы... не сказать что ссорились вчера, но произошёл один случай, который теперь не так важен, — машет рукой Виолетта, будто это сущий пустяк: не поделили суши или не смогли выбрать фильм для просмотра. — Влад сегодня сказал, что переезжает из общаги в съёмную квартиру.       — И тебя позвал? — глаза Киры округляются.       — Ну нет, — смеётся Малышенко, и блондинка отмечает, насколько прекрасно звучит её чистый и звонкий хохот. — Даже если бы предложил, ещё слишком рано соглашаться. Но иногда буду ночевать у него, наверное.       — Будь аккуратна.       — Буду, Кир, конечно, — Виолетта мимолётно касается ладони Киры своей, прежде чем подняться с пола.       И Киру как будто электричеством прошибает от этого короткого телесного контакта. Взвыть охота и кожу содрать от того факта, что Вилка смотрит на неё не так, как девушке хотелось бы. И Медведева почти готова признать, что видит в соседке не только красивую куклу для перепиха на одну ночь. Пожалуй, одной бутылки вина будет достаточно, чтобы она вывалила это той же Лизе, например. Пары выкуренных косяков хватит, чтобы Медведева призналась самой себе, что начинает влюбляться по уши. Настолько, насколько способна её испорченная, подгнившая душа.

***

      Стук в комнату отрывает девушек от игры в карты.       — Кристин, я могу с тобой поговорить? — на пороге Лиза, явно расстроенная и разочарованная.       — Я выйду, — кивает Настя соседке и, отыскав в кармане куртки пачку сигарет, направляется в курилку.       Захарова, не поднимаясь, молча указывает на стул напротив себя, и Индиго садится.       — О чём? — спрашивает Крис, потирая ушибленную накануне о челюсть Киры кисть.       — Крис, я устала, — глаза Лизы блестят, и Захаровой больно видеть её такой, а ещё больнее являться причиной этих слёз, однако она не хочет проявлять слабость. — Знаешь, зачем я приходила на стадион?       — Чтобы посмотреть, как твоя новая тёлка играет? И заодно поиздеваться надо мной? — Кристина ухмыляется. — Мне жаль, что я ударила твою девку, больше к ней не подойду, если она не доебётся до меня сама.       — Я не встречаюсь с Кирой, — мотает головой Лиза.       — Но вы поебались.       — Это ничего не значило. Абсолютно. Мне не нравится Кира в этом смысле, мы дружим, и... нам обеим было плохо, так всё и случилось. Боже, почему я вообще оправдываюсь? — возмущается Андрющенко. — Я не обязана.       — Почему тебе было плохо? — Кристина словно ведёт допрос, не смягчает интонацию ни на секунду, хотя слова про моральное состояние Лизы её очень беспокоят.       — Знаешь, как меня бесит то, что я не могу выкинуть тебя из головы? Сегодня я шла на ваш тупой баскетбол, потому что хотела с тобой поговорить. Возможно, и помириться, — Лиза опускает голову. — Но блять... Ты опять повела себя как животное.       — Лиза... — произносит любимое имя Крис так нежно, что Андрющенко вздрагивает.       — Замолчи. Дай договорить, — Индиго ладонью вытирает щёки от солёных дорожек. — Мне хуёво, потому что ты, мой самый родной человек, живёшь за стенкой, а мы даже не разговариваем. Вчера меня сильно перекрыло от тоски, и я решила: будь что будет. Если ты меня утопишь, так тому и быть.       — Ты шутишь? — голос Кристины едва заметно дрожит. — Я правильно понимаю?..       — Абсолютно. Я давно перестала тебя бояться, а то, что было сегодня... — Лиза смотрит исподлобья на девушку.       Захарова кидается к ней и падает, утыкаясь в колени.       — Я не притронусь больше к ней, даже одним пальцем, — жалобно произносит Кристина. — Я очень ошиблась, что мне сделать? — поднимает взгляд на лицо брюнетки, берёт её ладонь в свою тёплую руку.       — Извинись перед Кирой, — произносит Андрющенко. — А притронуться всё-таки придётся: я хочу, чтобы вы пожали друг другу руки и обо всём забыли.       — Бля... — качает головой Захарова. — Раз тебе это так нужно, ладно. Но прости и ты меня... за всё.       Кристина нежно целует тыльную сторону ладони Елизаветы, и та прикрывает глаза, понимая, как соскучилась по её прикосновениям. Тянет девушку за подбородок наверх, заставляя подняться, и смотрит в голубые омуты.       — Крис... — шепчет, обдавая жарким дыханием чужие губы, трётся кончиком носа о её. — Без тебя я пустая. А вся моя жизнь бессмысленна. Даже если всё пойдёт по пизде...       — Я не проебу этот шанс, — Захарова гладит щеку Лизы, второй рукой проводит по талии. — Ни за что на свете я не причиню тебе боли снова. Ни физической, ни душевной. А это... — гладит то самое место под рёбрами, где красуется неровный рубец, — напоминание о том, каким монстром я могу быть. Полным уродом. У тебя удивительно чистая душа, раз ты простила.       — Если бы не любила, не простила бы, — Индиго впивается в обветренные губы девушки, жадно и глубоко целует, притягивая за шею. Слёзы катятся по щекам Кристины, которая не уверена в реалистичности происходящего.       Чуть позже дверь со скрипом открывается.       — Бля, я извиняюсь, — отворачивается Настя.       — Погуляй, пожалуйста, ещё, — виновато улыбается и отрывается от татуированной шеи Крис, уже сидя на коленях у Лизы.       — Ну, потом напиши, как мириться закончите, — ухмыляется Афанасьева и закрывает за собой дверь.       Мирятся девушки долго и громко.

***

      На следующий день Кристина сдерживает обещание и подходит к ненавистной сопернице, едва заметив её в людном коридоре университета.       — Привет. Побазарим? — начинает небрежно.       — Давай здесь, а то мало ли. Чтоб было кому оттащить, — Кира скрещивает руки на груди.       — Хорошо, — Захарова про себя ставит клеймо «трусиха» девушке, однако продолжает. — Извини, что вчера накинулась. — Кира выгибает одну бровь. — Предлагаю больше не враждовать и не цеплять друг друга по всякой хуйне. Мы с Лизой...       — Я слышала, — не может сдержать улыбку та. — Мы же не так далеко живём. Надеюсь, эти порнушные звуки будут не каждую ночь. Иначе подарю вам кляп.       — Не завидуй, — посмеивается Кристина и протягивает ладонь для рукопожатия. — Мир?       Медведева пожимает ладонь, кивая.       — Мне неинтересна Лиза как девушка, я тебе это гарантирую, — а про себя думает: потому что интересна другая. Чёртова недоступная принцесса.       Захарова просится обратно в команду и получает жёсткий отказ. Но это не особо беспокоит девушку. Возобновившиеся отношения с Лизой для неё — высшая награда и радость, о которой она и мечтать не могла. Всё остальное отходит на второй план.       Кира тоже вполне довольна тем, как всё сложилось. Соперница устранена без особых потерь, а красивое лицо Медведевой заживёт. Вилка ей доверяет, и Кира, в свою очередь, старается вести себя с ней как настоящий друг: выслушивает, поддерживает, её хуёвый выбор партнёра вслух не обсирает.

***

      Студенческие дни летят неумолимо быстро, приближается время первого выезда команды баскетболистов, а заодно и чирлидеров в другой город на спортивное мероприятие. Виолетта проводит с Владом всё больше времени и очень привязывается. Периодически ночует у него. Но секс всё ещё остаётся для неё проблемой. Она никогда не хочет, но ни разу не отказывается, чтобы не обидеть. Вилке кажется, что как минимум раз в неделю — это слишком часто. Девушке уже не больно, поскольку партнёр правда старается угодить, как ей кажется, но Малышенко ни разу не получает оргазм, как бы Влад ни старался. Насмотревшись порно, она начинает симулировать, чтобы всё заканчивалось поскорее. Это оказывается не так сложно. И эго Влада довольно, и ей выгодно. Таким образом, секс становится для неё своеобразной работой. Ну что ж, каждый должен как-то работать над отношениями и чем-то жертвовать, правда? Например, своим комфортом.       Виолетта ненавидит своё тело после каждого раза всё больше и надеется, что это временно. Из-за неправильной реакции, вернее, её отсутствия на процесс, который должен приносить удовольствие, она считает себя дефектной. Развивающееся чувство тревожности и непринятия себя девушка, сама того не замечая, начинает заедать большими количествами не самых полезных, но высококалорийных продуктов, ведь поделиться своими мыслями и комплексами с кем-либо слишком стыдно. С Лизой, Кирой и уж тем более со своим заботливым молодым человеком, которому попросту жалко ебать мозг из-за ерунды.