Новенький

      Стояло хмурое серое октябрьское утро. Новосибирск вступил в новую рабочую неделю, и хоккейная «Сибирь» не была исключением. В ожидании начала утренней тренировки почти все её игроки столпились на ледовой арене у борта, ожидая указаний тренерского штаба. Но несмотря на то, что на часах под сводами арены было уже девять, занятие ещё не началось.       — Ну, что, приступим? — обратился главный тренер «Сибири» Марио Маруа к своим «коллегам по цеху».       — Подождите, ещё нет Бека, — ответил первый ассистент.       — И что из этого? Почему вся команда должна ждать одного игрока, будь он хоть Тэйлор Бек, хоть сам Уэйн Гретцки?! — возмутился Марио. — Что-то слишком мягко вы с ребятами, Андрей Владимирович, пожёстче надо!       — И всё-таки давайте ещё немножко подождём, а потом скажем Беку, что всем пришлось его дожидаться и что из-за него мы задержали тренировку: это должно подействовать на него сильнее, чем простое замечание, — сказал Андрей Владимирович, и, увидев, что Марио кивнул в знак согласия, добавил: — Странно… Он же никогда раньше не опаздывал… Может, заболел или случилось что-то?       — Да ну… он бы нас предупредил, — возразил Марио. — Скорее всего, он просто возомнил себя великой звездой и позволяет себе и то, что положено, и то, что не положено!       Между тем минуло и десять, и пятнадцать минут десятого, а Тэйлор всё не появлялся. И когда Марио уже собрался объявить план работы на сегодняшний день, Бек буквально вылетел из подтрибунного помещения, подбежав к собравшейся на ледовой арене команде. Видно было, что он даже переоделся второпях: его тренировочный свитер сидел на нём криво и задрался на спине… впрочем, один из игроков, заметив это, тут же его поправил.       — Извините, — сказал Тэйлор по-английски, от волнения забыв о том, что он решил по возможности говорить на русском языке и из желания совершенствовать своё им владение, и из уважения к тренерскому штабу и к одноклубникам-россиянам.       — Чем вы объясните своё опоздание? — строго спросил Маруа по-русски, как бы напоминая Беку о его решении общаться именно на этом языке.       — Тем, что сегодня на дорогах очень много — как это в России называется? — пробок, — ответил Тэйлор. — Весь Красный проспект в них стоял, да и соседние улицы на моём навигаторе были отмечены багровыми линиями… никогда ещё такого не было. Прошу прощения… мне жаль, что так получилось.       — Из-за вас пришлось задержать тренировку на двадцать минут и теперь мы будем вынуждены заниматься дольше, — продолжил Марио, не обращая внимания на извинения подопечного. — Вряд ли хоть кто-то из команды скажет вам за это «спасибо»!       — Послушайте, мне правда очень жаль. Обещаю, что этого больше не повторится, — с сожалением произнёс Бек, чувствуя за собой вину.       — Пораньше надо из дома выходить, раз вам так трудно добираться! — не унимался Маруа. — Вам что, очень далеко ехать? Где вы живёте — в пригороде? На левом берегу?       — Напротив Оперного театра, — ответил Бек. Решив, что он не задержится в «Сибири» надолго, Тэйлор не стал подыскивать себе квартиру и снимал номер в лучшем новосибирском отеле.       — Ну, тогда вы вообще не должны испытывать никаких неудобств, там же метро на площади! — улыбнулся Марио с нескрываемым сарказмом. — Доезжайте на нём до станции «Заельцовская», выходите со стороны «Калина-центра», садитесь на трамвай — и доедете сюда без всяких пробок… а вообще-то от «Заельцовской» до Ледового Дворца всего-то два километра, можно и пешком дойти!       — Я вас услышал… спасибо за совет, — сказал Тэйлор Бек, опустив голову. Он всегда был натурой эмоциональной и чувствительной, болезненно реагирующей на любые неприятности. Вот и сейчас он стоял перед Марио с таким видом, что тому даже стало неловко из-за того, что он так унизил своего игрока перед всей командой.       — Ладно, Тэйлор… сегодня я вас прощу, — примирительно сказал Марио. — Дорожные пробки — это действительно бич Новосибирска и вы к ним ещё не привыкли. Но учтите — при следующем опоздании вы придёте ко мне в тренерскую с объяснительной и заплатите штраф, а если это будет повторяться — я напишу докладную на имя нашего генерального директора и вы будете иметь дело уже не со мной, а с ним.       — Хорошо, я вас услышал, — повторил Бек полюбившуюся ему фразу, и, дождавшись начала тренировки, смешался со ждущими сигнала к началу занятий товарищами по команде и вместе с ними приступил к делу.

***

      Насыщенная тренировка не дала Марио возможности копаться в собственных мыслях и прокручивать в голове очередное столкновение с ненавистным игроком. Но уже после занятий Марио увидел ожидающего его у выхода из Ледового Дворца Тэйлора Бека и понял, что их сегодняшний разговор ещё не окончен.       — В чём дело, Тэйлор? — спросил Марио. — Вы, кажется, хотите мне что-то сказать?       — Почему у меня отличные отношения со всей командой и только с вами я никак не могу их наладить? — вопросом на вопрос ответил Бек, глядя в глаза главному тренеру «Сибири».       — О чём вы? — переспросил Маруа. — Какие отношения вы желаете со мной наладить? Мы с вами не друзья и не родственники, вы — игрок, а я — ваш тренер, и между нами возможны только деловые отношения! Как любой тренер, я требую и буду требовать, чтобы вы соблюдали дисциплину и работали на совесть… подчиняйтесь этим правилам — и отношение к вам будет таким же, как и к другим хоккеистам «Сибири»… ведь это, согласитесь, не очень трудно!       — И всё-таки я вправе знать, что именно я делаю не так, — сказал Тэйлор, желая раз и навсегда расставить все точки над «и». — Я вижу: вы мною недовольны, так скажите же, в чём моя вина!       — Прежде всего в том, что вы уверены в собственной непогрешимости и в том, что вам всё можно: дерзить, опаздывать, допускать нелепые ошибки в матчах и играть, как говорят в России, спустя рукава! — последовал ответ. — А ещё в том, что вам ни единого замечания нельзя сделать, вы реагируете на них не как взрослый человек, а как обиженный подросток! Ну сами посудите: что хорошего в опозданиях? Что хорошего в провальных матчах, в ошибках вроде нелепых удалений или пробитых мимо ворот буллитов? Ничего, и вы сами это прекрасно понимаете, ведь вы неглупый человек! И тем не менее вы воспринимаете любое справедливое замечание как личное оскорбление… да даже сейчас вы смотрите на меня так, как будто я придираюсь к вам по пустякам! Да ещё и понятие «субординация» вам не знакомо… проще говоря, вы совсем за своим языком не следите! Ощущение такое, что вы настолько привыкли говорить всякие дерзости, что даже этого не замечаете, одно это ваше вечное «я вас услышал» чего стоит… на вашем месте я бы постеснялся говорить такие слова тому, у кого я в подчинении и тому, кто мне в отцы годится!       — Хорошо, — кивнул Бек. — Я больше не буду говорить этих слов… — он хотел добавить: «чтобы вас не раздражать», но, подумав, сказал вместо этого: — …раз вам это неприятно.       — Вот и прекрасно… надеюсь, из всего остального вы тоже сделаете правильные выводы и постараетесь измениться в лучшую сторону, — улыбнулся Маруа. — Всего доброго, до трёх часов вы свободны… да, я сегодня с вами насчёт опозданий не шутил. Впредь приходите на наши тренировки вовремя, иначе у вас будут серьёзные проблемы.       …Бек уже давно уехал куда-то на своей «Тойоте», но Марио, присев на скамейке у Ледового Дворца, всё никак не мог собраться с мыслями после очередной встречи со своим оппонентом. «Тоже мне, принципиальный нашёлся!» — думал он. Наверняка этот игрок всегда был дерзким и сложным в общении, иначе такого сильного хоккеиста всеми силами постарались бы удержать в его предыдущем клубе. Марио решил после первого же матча с минскими динамовцами встретиться с их главным тренером и выяснить, при каких обстоятельствах ушёл из его клуба Тэйлор Бек. «Жаль, что я сразу, ещё летом этого не сделал! — с сожалением подумал Маруа. — Тогда бы я, возможно, нашёл способ раз и навсегда поставить на место этого фрукта… и, может быть, убедил бы Свету, что Бек не стоит ни малейшего её внимания!»

***

      Победа над одним из сильнейших клубов Континентальной Хоккейной Лиги действительно придала «Сибири» уверенности, и на следующую домашнюю игру новосибирская ледовая дружина вышла в бодром приподнятом настроении. Хоть её сегодняшний соперник — нижнекамский «Нефтехимик» и был «тёмной лошадкой», не раз преподносившей сюрпризы и побеждавшей лидеров, на сей раз всем сразу стало ясно, кто сильнее. В этот вечер «Сибирь» подарила своим болельщикам настоящий спортивный праздник, показав яркий зрелищный матч с обилием заброшенных шайб и победив на своём льду со счётом 5:1. И хоть Тэйлор Бек на этот раз не отметился забитыми шайбами, он всё же не остался в стороне, отдав голевую передачу своему партнёру по звену.       По своему обыкновению, самые преданные болельщики «Сибири» ждали своих кумиров у служебного входа, чтобы разделить с ними радость победы, и, конечно же, взять у них автографы и сфотографироваться. К радости Светы и Саши, их любимый игрок сегодня вышел из Ледового Дворца одним из первых, но эта радость оказалась преждевременной, потому что на сей раз Бек повёл себя совсем не так, как прежде…       — Добрый вечер, Тэйлор, с победой! — поприветствовала Бека Света, и Саша, улыбаясь, повторил: — С победой!       Услышав их голоса, Тэйлор на мгновение почувствовал, что его согрел какой-то невидимый лучик света. За полтора месяца он успел проникнуться к этим людям симпатией, при каждой послематчевой встрече его буквально согревала приветливость и доброта этой женщины и искренность её маленького сына… Но Бек помнил предостережение капитана команды: «Держись от неё подальше, тебе не нужны неприятности: это жена нашего главного тренера!» А тут ещё эта ничем не объяснимая неприязнь Маруа… а вдруг это невинное общение игрока и фанатки играет в ней не последнюю роль? Вспомнив свой вчерашний неприятный разговор с Марио после утренней тренировки, Тэйлор решил не добавлять себе лишних проблем.       — Спасибо, — ответил он Свете и Саше, пожав руки и им, и другим болельщикам, и направился к своей машине.       — А фото можно? — спросил Саша.       — Нет, нет… — быстро проговорил Бек и ушёл, не оглядываясь.       — Что ж он не стал с нами сниматься? — огорчился Саша.       — Ну, не захотел… наверное, просто устал, — ответила Светлана. Её саму очень удивило и расстроило нежелание Тэйлора общаться и фотографироваться, но она не стала показывать своего огорчения при ребёнке, и, чтобы поднять Саше настроение, сфотографировалась вместе с ним с двумя другими игроками «Сибири»: с нападающим Тревором Мерфи, забившим гол как раз с передачи Бека, и с вратарём Алексеем Красиковым.       — Папа, папа, с победой! — вскричал Саша, подбежав к вышедшему из Ледового Дворца Марио, и Света тоже поздравила мужа с победой. Маруа обнял и поцеловал своих главных болельщиков и помог им сесть в машину.       — А мы-то сегодня снялись с Мерфи и Красиковым! — похвастался Алекс.       — Правильно сделали, они оба замечательно сыграли! — кивнул Марио.       — А вот с Беком — нет, не получилось сняться, он не захотел… — печально вздохнул мальчик.       — Ну и ладно, ничего страшного, с ним у вас и так уже много фотографий, — спокойно ответил Марио, довольно подумав: «Ну наконец-то Бек хоть что-то начал понимать!»

***

      К сожалению, новосибирцам не удалось одержать победу во всех матчах домашней серии. В её последней игре им достался неудобный неуступчивый соперник: подмосковный «Витязь». В течение всего матча команды вели равную упорную борьбу, но «Сибирь» всё же уступила с «футбольным счётом» 1:2, обидно пропустив на последней минуте третьего периода. И шайба «Сибири» в этой игре была как раз на счету Тэйлора Бека, который провёл весь матч на высоком уровне, бился и боролся за победу вместе с командой, и даже главный тренер новосибирцев, относившийся к нему гораздо строже, чем к другим своим подопечным, не упрекнул его после матча ни единым словом. Впрочем, теперь Бек вёл себя с ним совсем по-другому, стараясь ничем не вызывать его недовольства. Он больше не опаздывал на тренировки, а в ответ на мелкие придирки Маруа либо молчал, либо говорил: «Да, хорошо, я понял». Тем не менее Марио всё равно не оставил свою идею встретиться с тренером минских динамовцев и выяснить у него, как Бек проявлял себя в этой команде и при каких обстоятельствах её покинул.       … Как это часто бывает при проигрышах, сегодня болельщиков у служебного входа Дворца Спорта было немного. Но самые преданные фанаты «Сибири» понимали, что сегодня игрокам очень нужна поддержка и терпеливо ждали своих кумиров.       — Добрый вечер! — приветливо улыбнулась Тэйлору Света, но он прошёл мимо, кивнув вместо ответа и не удостоив ни её, ни Сашу даже взглядом.       — Опять он не хочет с нами говорить, — тяжело вздохнул Саша.       — Ну что ж… Я его понимаю: он расстроился из-за поражения… кому приятно проигрывать, да ещё и на своём льду? — пояснила Света как можно спокойнее. На самом деле никакого спокойствия у неё в душе не было. Света вспомнила, что позавчера Бек тоже не захотел ни общаться, ни фотографироваться ни с ней, ни с Алексом и поняла, что всё это не просто так, что у изменившегося поведения Тэйлора есть какая-то причина. «Это, наверное, я во всём виновата, всё моя проклятая назойливость, ни в чём меры не знаю! — думала болельщица. — Надо будет пореже с ним видеться: недаром говорят, что чем дальше — тем ближе…»       — Идёмте скорее в машину, что вы оба стоите на холодном ветре? — вырвал Свету из её раздумий голос мужа. — Опять Бека ждёте?       — Нет, он уже уехал, — ответила Светлана, и Саша добавил: — Он сегодня ни с кем не захотел ни сниматься, ни разговаривать…       — Ну и ладно, не захотел так не захотел, — небрежно сказал Марио. Несмотря на поражение, он пришёл в приятное расположение духа, чувствуя, что одержал над своим оппонентом маленькую победу.

***

      «Сибирь» встретилась с минским «Динамо» только в середине ноября, приехав в белорусскую столицу во время очередной выездной серии. Эта команда всегда была неудобным соперником для ледовой дружины Маруа, и на сей раз она подтвердила известную пословицу «Дома и стены помогают». Соперники вели равную борьбу, но «Сибирь» всё же уступила в серии послематчевых штрафных бросков.       Несмотря на то, что Тэйлор Бек в этом матче сыграл неплохо, забросив шайбу в ворота своей бывшей команды, Марио всё же не пожелал ставить его на буллитную серию. «Я уже видел, как у вас получаются послематчевые броски, пока вам ещё рано их доверять!» — ответил он на просьбу Тэйлора поставить его на исполнение буллитов, и тому пришлось просто наблюдать за развязкой матча со скамейки запасных. «Ну и ладно, по крайней мере, сегодня он не будет обвинять меня в проигрыше», — мысленно успокоил сам себя Бек, уходя в раздевалку вместе с командой.       Невзирая на поражение, Марио всё же остался доволен тем, что его команда не осталась без очков в сложной игре с неуступчивым соперником. И ответив на все вопросы журналистов на послематчевой пресс-конференции, Маруа подошёл к главному тренеру минчан в коридоре Ледового Дворца. Он поздравил «коллегу по цеху» с победой, похвалив его подопечных за яркую активную игру, на что тот, в свою очередь, отметил внимательность и бойцовский характер новосибирцев, боровшихся за победу до самой финальной сирены. И в разговоре Марио между делом спросил тренера динамовцев, по какой причине из его команды ушёл сильный и талантливый игрок Тэйлор Бек.       — Ну, как… Закончился контракт — вот и ушёл, — последовал ответ. — Мы были не против того, чтобы он оставался у нас и дальше, но сам Бек не стремился продолжить карьеру в нашем клубе, к тому же он не раз говорил в своих интервью, что намерен «двигаться дальше», «играть в команде с медальными перспективами», «выиграть Кубок Гагарина». Поэтому мы не стали ни на чём настаивать и по окончании сезона не стали продлевать с ним контракт… расстались, так сказать, по обоюдному согласию.       «А парень-то с амбициями! — отметил про себя Марио. — Ну и хорошо, это даже к лучшему: захочет перейти куда-нибудь в СКА или в «Ак Барс» и после этого сезона от нас уберётся!»       — А как насчёт его игровых качеств и как он вообще смотрелся в команде? — спросил Маруа.       — Неплохо смотрелся: много забивал, старался и главное — отлично чувствовал обстановку на льду, знал, кому и когда сделать точную голевую передачу и умел зарядить своих партнёров по звену, — сказал тренер минского «Динамо». — Но вот что мне в нём не нравилось — так это его нестабильность и непредсказуемость: он мог выдать великолепный матч, а следующий отыграть хуже некуда… никогда нельзя было угадать, как он сыграет.       — Как его левая нога пожелает? — спросил любитель русских поговорок Марио, вспомнив сентябрьский матч «Сибири» с омским «Авангардом».       — Ну, не так, конечно, но тем не менее мы не знали, чего от него ждать, — ответил наставник динамовцев. — А ещё мне не нравилась излишняя эмоциональность Бека и его болезненная реакция на критику. Ты дома расстраивайся, в конце концов, а то не игрок, а прямо дамочка… А в остальном всё было хорошо: и игровые качества, и взаимоотношения с товарищами по команде.       Одним словом, Маруа не узнал ничего нового: всё, что он услышал, уже было ему известно. «Ну да ладно: этот сезон я как-нибудь перетерплю присутствие Бека в «Сибири», а дальше я уж постараюсь сделать всё, чтобы даже духу его у нас не было!» — решил Марио, даже не задумываясь о том, что же именно он постарается сделать для этого.

***

      В то время, как Светлана работала врачом всё в том же дошкольно-школьном отделении своей поликлиники, воспитывала приёмного сына и болела за родную хоккейную команду, её подруги жили своей жизнью. Но если Аня так и работала в своём детском саду, перейдя на должность методиста, то Юля полностью изменила свою жизнь. Несколько лет назад она вышла замуж за своего лучшего друга — географа и путешественника Даниэля и теперь жила и работала за тысячи миль от родного дома, в Испании, а именно на родине корриды и фламенко — в андалузской столице Севилье.       Разумеется, поначалу Юле были в новинку традиции чужой страны: ей, к примеру, казалось странным, что по воскресеньям здесь закрыты почти все магазины, что в Испании нет шоколадных конфет и вместо них продают засахаренные фрукты и нугу с орехами, а обычные продукты (например, сосиски) продаются в маленьких упаковках по одной-две штуки, что испанские кошки не гуляют по улицам и их «максимум» — это балкон… Но Юля вскоре привыкла к новой жизни, ей даже понравилась местная мода на зелёные и синие платья с оборками, а расфасовка продуктов на мелкие порции теперь казалась ей удобной и практичной.       Сейчас Юля работала психологом в крупном языковом центре и продолжала заниматься наукой, подав документы на признание своей учёной степени в Севильский университет. В её семье подрастала дочь Беатрис, и мать старалась привить девочке свою любовь к географии и живой природе.       Сегодня Юля показывала дочке иллюстрированный детский атлас, сопровождая это рассказом о странах и о том, что отличает каждую страну от остального мира. Хорошенькая трёхлетняя девочка, похожая и на папу, и на маму, внимательно разглядывала яркие красивые картинки, и вдруг спросила:       — А когда папа приедет? — и, посмотрев в глаза матери, добавила: — Хочу к папе!       Как и все испанцы, Даниэль уделял дочери очень много внимания, постоянно гулял и играл с ней, и девочка была к нему очень привязана. Поэтому Юлю не удивило, что Беатрис так соскучилась по отцу, и женщина, обняв дочку, ответила:       — Папа сейчас далеко от нас, он уехал туда, где очень холодно и где никогда не бывает лета. Он сейчас снимает разных зверей: белых мишек, пушистых белых лисичек, больших лохматых быков… — и, подойдя к стоящему на письменном столе глобусу, добавила: — Иди сюда, доченька, я покажу, куда уехал папа!       Географ и путешественник Даниэль любил снимать документальные фильмы о природе. Он уже побывал и в Сахаре, и в Австралии, а сейчас вместе со своей съёмочной группой Даниэль уехал на север Канады снимать фильм об арктических землях. «Какой же он сильный и смелый человек! — подумала Юля о муже. — Я бы не смогла жить и работать в таком холоде!» И хотя Даниэль всё время был на связи с женой, рассказывая о том, как продвигается его работа, и говорил, что с ним всё в порядке, Юля всё равно очень за него беспокоилась, думая обо всех трудностях работы в Арктике: об экстремальных морозах и сильных ветрах, о коварных снегах и льдах, грозящих путешественнику снежной слепотой…       Раздумья Юли внезапно прервал видеозвонок по скайпу. На связь вышла её подруга Света, с которой Юля постоянно общалась в соцсетях и время от времени созванивалась.       — Как там Беатрис? — спросила Света после обмена приветствиями, разговоров об экспедиции Даниэля и об игре хоккейной «Сибири» и рассказов подруг о своём житье-бытье.       — Всё прекрасно. — ответила Юля. — Скоро мы тоже отдадим её в школу раннего развития, а пока я стараюсь, чтобы она не забывала о своих русских корнях и знала наш язык. Я говорю с Беа и по-русски, и по-испански, но ей очень не хватает русского общения со сверстниками, здесь же все дети только по-испански говорят…       — Так пусть общается по скайпу с нашим Сашей! — предложила Света.       — Отличная идея! — обрадовалась Юля. — Лучший способ выучить язык — это на нём говорить!       Подруги общались ещё очень долго. Света пообещала Юле и дальше подробно рассказывать о том, как играет хоккейная «Сибирь», а Юля — прислать ей ссылку на новый фильм Даниэля с собственным закадровым переводом, и сказала, что всегда будет ждать Свету и её семью к себе в гости.

***

      Новосибирская «Сибирь» проводила свой лучший сезон за последние годы, уверенно держась в числе лидеров Восточной конференции Континентальной Хоккейной Лиги. Разумеется, в этом была заслуга всей команды, но немалую роль в успехе клуба играл идеально влившийся в неё новичок Тэйлор Бек. Если до прихода в «Сибирь» он ничем особо не выделялся и его можно было назвать разве что просто хорошим игроком, то в новосибирском клубе Тэйлор раскрыл свой потенциал и заиграл на высоком уровне, став не только лучшим бомбардиром своей команды, но и войдя в тройку лидеров КХЛ по набранным очкам по системе «гол плюс пас». Но наряду со множеством заброшенных шайб ценнейшими качествами Бека были его умение чувствовать обстановку на льду, взаимодействовать с партнёрами и быстро ориентироваться в сложной обстановке. Все эти качества приносили свои плоды, и теперь новосибирский клуб был одним из претендентов на победу в регулярном чемпионате благодаря великолепной игре одного из своих лидеров — Тэйлора Бека.       Марио Маруа отлично видел, какую пользу приносит «Сибири» игрок, так не полюбившийся ему с самого начала сезона. Несмотря на всю свою эмоциональность и вспыльчивость, он был здравомыслящим человеком и грамотным думающим тренером, для которого на первом месте были не личные амбиции, а выступление его команды. Поэтому теперь он относился к Тэйлору если не лучше, то по крайней мере терпимее и спокойнее: не обвинял его в проигрышах команды, не выводил из состава после неудачных матчей, не повышал на него голос во время тренировок и командных собраний. Тем не менее Марио всё-таки был с Беком более строгим, чем с другими игроками и не упускал случая лишний раз к нему придраться, ставя, как говорит русская поговорка, «каждое лыко в строку».       «Ничего, пусть говорит, что хочет, я здесь всё равно ненадолго», — думал Тэйлор и молча всё переносил, сдерживая свои эмоции, чтобы не нарваться на очередной неприятный разговор. Сосредоточившись исключительно на хоккее, он старался сделать для «Сибири» всё от него зависящее и показать всё, на что он способен. И Бек продолжал показывать яркую красивую игру на радость многотысячной армии новосибирских болельщиков, среди которых была и жена главного тренера «Сибири» — Светлана Маруа.       Пожалуй, единственное, что огорчало Светлану в этом сезоне — это то, что Тэйлор Бек, так приглянувшийся и ей, и её приёмному сыну, и в начале сезона охотно шедший с ними на контакт, теперь с ними почти не общался и даже, как казалось Свете, старался избегать их. Как и раньше, Света и Саша дожидались игроков любимой команды у служебного входа Ледового Дворца, но Бек небрежно и односложно отвечал на их приветствия, наскоро обмениваясь рукопожатиями, а то и вовсе молча кивал в ответ и быстро, не оглядываясь, уходил к своей машине.       — Почему он больше с нами не общается? — не раз спрашивал Саша у матери.       — Ну, не хочет… он теперь звезда, а у звёзд свои причуды… Да ладно, ещё пообщаемся с ним, будут же у нас и автографсессии, и Дни Болельщика, — успокаивала сына Светлана. Тем не менее она не находила ответа на Сашин вопрос, не дававший покоя и ей, и утешалась тем, что она может воочию наслаждаться великолепной игрой полюбившегося ей хоккеиста.       Зато у Светы появился новый единомышленник, новый, как говорят в спортивном мире, соболельщик — её заведующая Лариса Владимировна. Она оказалась не просто любительницей хоккея, но и большим его знатоком, с которым было очень интересно обсуждать хоккейное прошлое и настоящее. И теперь Света и её начальница часто обсуждали игру «Сибири» в свободное от работы время и вместе болели за любимую команду.       — Хотелось бы всё-таки побывать на хоккее хоть в новогодние каникулы… — призналась заведующая, когда в конце декабря Светлана пришла к ней с ежемесячным отчётом.       — В эти каникулы у нас две домашние игры, — отозвалась Света, поднимая голову над заполняемой ей сводной таблицей проведённых прививок. — Третьего января матч с «Ак Барсом», шестого — с «Автомобилистом», а потом «Сибирь» на выездную серию уедет.       — Я на «Ак Барс» попробую сходить, а то на Рождество я к сыну и его семье в гости собралась, — ответила Лариса Владимировна. — Только сложно, наверное, будет в кассе билет купить, лучше, наверное, на сайте «Сибири»…       — Да, в кассе на матчи с такими командами мигом билеты расхватывают, прямо как горячие пирожки, — подтвердила Светлана. — А на сайте брать не советую, туда обычно выкладывают билеты на верхние ряды угловых секторов, а оттуда ничего не видно… Вот что, Лариса Владимировна: если вы действительно решите пойти на матч с «Ак Барсом» — позвоните мне где-то через неделю, я вам через мужа достану билет.       Света сдержала своё обещание, причём ей посчастливилось раздобыть билет в свой любимый сектор, да ещё и на место радом со своим. И когда в день матча с «Ак Барсом» Лариса Владимировна подошла ко входу в Ледовый Дворец, её там уже ждали женщина и мальчик в одинаковых фанатских нарядах.       — Ну вы оба прямо настоящие болельщики «Сибири»! — улыбнулась им заведующая после обмена приветствиями и рассказами о прошедшем новогоднем празднике.       — Мы и есть её болельщики, — ответила Света и сказала сыну: — Саша, познакомься, это Лариса Владимировна, она сегодня будет смотреть матч вместе с нами.       — Алекс Маруа, — произнёс Саша с восхитительной серьёзностью и протянул руку Светиной начальнице.       — Очень приятно, Алекс, — ответила Лариса Владимировна, пожимая руку мальчику. — Ты, наверное, ходишь в школу, в которой твоя мама работает?       — Нет, в другую, — возразил Саша, и Света пояснила:       — Ну, до маминой школы дело пока не дошло, мы туда через год будем документы подавать, а пока Алекс ходит в частную школу раннего развития… она небольшая, но нам с Марио она очень нравится, и Саша занимается в ней с удовольствием.       — Вы с мужем большие молодцы! — похвалила заведующая. — Такие школы очень полезны маленьким детям…       — Я уже не маленький! — перебил её Саша с обидой в голосе. — Я большой, мне через две недели будет шесть лет!       Света уже приготовилась сказать сыну, что перебивать старших — это некрасиво и невежливо… но она поймала упрямый взгляд его выразительных синих глаз, и вместо того, чтобы сделать Саше замечание, невольно ему улыбнулась. Она любила, когда умный и серьёзный не по годам Алекс говорил так, как говорят все дети. Но сейчас ей к тому же показалось, что на неё смотрит не Саша, а Марио, что в детстве её муж был именно таким. С ласковой улыбкой кивнув своему приёмному сыну, Светлана крепко прижала его к себе…

***

      Сегодня на восьмитысячной новосибирской ледовой арене не было ни одного свободного места. Заполненные до отказа трибуны пестрели плакатами, приветствующими команду, и после исполнения российского гимна под сводами Ледового Дворца грянул гимн «Сибири», хорошо знакомый всем местным любителям хоккея.       — Вперёд, «Сибирь»! «Сибирь», вперёд! — подпевала Лариса Владимировна в такт с другими болельщиками. Правда, других слов гимна она не знала, но старалась запомнить их, чтобы вместе со всеми петь его на тех матчах «Сибири», на которых ей доведётся побывать.       Обе команды в этот вечер старались на славу. «Ак Барс» с первых же минут начал играть в скоростной атакующий хоккей, и новосибирская ледовая дружина ответила ему той же монетой. Но, увлёкшись атакой, «Сибирь» на мгновение забыла о защите собственных ворот, за что и поплатилась пропущенной шайбой. Впрочем, этот гол оказался для новосибирцев встряхнувшим их дополнительным стимулом, и они сумели отыграться ещё до первого перерыва. А между первым и вторым периодами Света и Саша показали Ларисе Владимировне Ледовый Дворец с его фотозонами, развлекательными площадками, киосками со спортивными сувенирами и, конечно же, с памятными фотографиями игроков и команды, занимающими одну из стен на первом этаже.       — Это папа! — с гордостью сказал Саша, показывая на Марио на фотографии «Сибири» с золотыми медалями и с главным трофеем Континентальной Хоккейной Лиги — Кубком Гагарина.       — Твой папа был знаменитым игроком и теперь он не менее знаменитый тренер, — с уважением произнесла Лариса Владимировна. — А ты тоже хочешь стать хоккеистом?       — Пока не знаю, — ответил Саша. — Пока я просто болею и за «Сибирь», и за папу!       … На первый взгляд, второй период матча начался более спокойно. Обе команды теперь играли осторожнее, опасаясь контратак и случайных нарушений правил. И болельщики, заметив, что «Сибирь» «сбавила обороты», стали гнать родную команду вперёд, распевая победные песни.       — Сегодня собрались все вместе, чтоб клуб нас родной поддержать, и это для нас дело чести, победу должны одержать! — пели Света и Саша вместе с остальными болельщиками.       — Как интересно… у вас не только гимн, но и песни фанатские? — спросила заведующая.       — Ну да, у нас есть много чего интересного: и песни, и кричалки… — начала Светлана, но тут же умолкла, увидев, как легионерское звено «Сибири» в полном составе оказалось у ворот соперника, и, разыграв красивую комбинацию, не оставило вратарю «Ак Барса» ни единого шанса на спасение.       Многотысячная армия болельщиков «Сибири» вскочила со своих мест с радостными криками, и Лариса Владимировна тоже кричала от восторга вместе со всеми, забыв и о своём уже солидном возрасте, и о том, что рядом с ней находится врач из её отделения. В эти минуты она была не заведующей и не доктором, а хоккейной болельщицей, искренне радующейся за свою команду.       — Шайбу забросил Тэйлор… — начал информатор, и болельщики хором выкрикнули вместе с ним: — Бек!!!       — Это наш лучший и наш с мамой любимый игрок, — сказал Саша Ларисе Владимировне, забыв выкрикнуть фамилию Тэйлора вместе со всеми.       «Сибирь» повела в матче со счётом 2:1, и вскоре всем стало ясно, что она ни за что не упустит победу. Ещё до второго перерыва ледовая дружина Маруа укрепила своё преимущество, забросив ещё одну шайбу, а в третьем периоде она устроила на родном льду настоящий «танец победителей», воспользовавшись растерянностью соперника и забив ему два безответных гола, причём в одном из них принял участие лучший бомбардир команды Тэйлор Бек, сделавший точную передачу своему партнёру по звену. Как ни старались гости перехватить инициативу, ничего из этого не вышло: все их попытки разбились о безупречную оборону хозяев льда, и финальная сирена возвестила о том, что матч закончился со счётом 4:1 в пользу новосибирского клуба.       — Молодцы!!! Молодцы!!! — скандировали почти восемь тысяч голосов, и Лариса Владимировна поняла, что она ещё придёт сюда, придёт не раз и не два, потому что отныне она стала не просто болельщицей «Сибири», а частью большой хоккейной семьи.

***

      — Понравилось? — спросила Светлана свою заведующую, выходя с ней и Сашей из Ледового дворца.       — Конечно, просто слов нет, как понравилось! — ответила Лариса Владимировна. — Непременно приду сюда ещё!       — Только когда захотите пойти — скажите мне заранее, чтобы я опять достала вам билет на хорошее место, — кивнула Света и добавила: — Вас подвезти?       — Нет, что вы, Светлана Юрьевна, не надо… — возразила заведующая. — Вам же будет неудобно: мне ведь далеко ехать, я живу на левом берегу…       — Ну вот и прокатимся на левый берег! — сказала Света с улыбкой. — Я попрошу Марио довезти вас до дома, уверена, что он не откажет!       — Ладно, уговорили, — улыбнулась Лариса Владимировна в ответ. В глубине души ей очень хотелось встретиться с Марио Маруа, которого она помнила ещё по его выступлениям за «Квебек Нордикс» и за сборную Канады, к тому же она уже давно болела за хоккейную «Сибирь» и помнила, кто шесть лет назад привёл её любимую команду к «золоту» регулярного чемпионата КХЛ и к Кубку Гагарина.       — Вот тут мы с мамой всегда ждём папу после матчей, и наших ребят тоже ждём! — сказал Саша, подходя вместе со Светой и её заведующей к служебному входу. — Мы здороваемся с ними и даже фотографируемся иногда!       — И они с вами общаются? — спросила Лариса Владимировна.       — Конечно! — подтвердил мальчик и воскликнул: — О, наш любимый игрок идёт, наш Тэйлор! — и действительно, сквозь прозрачные стеклянные двери служебного входа Света и другие преданные фанаты «Сибири» увидели лучшего игрока любимой команды, который быстро шёл к выходу, глядя при этом в свой смартфон.       — Добрый вечер, Тэйлор, с победой! — обратилась к нему Света.       — Спасибо, — кивнул Бек и прошёл мимо, вновь даже не удостоив свою фанатку взглядом.       — Не хочет он с нами общаться, — пожала плечами Света. — Раньше-то он и фотографировался с нами, и охотно разговаривал, а теперь он нас даже не замечает… зазнался, наверное.       — Всё может быть: спортивные звёзды, они такие… — начала Лариса Владимировна, но в этот момент из Дворца Спорта вышел главный тренер «Сибири».       — Папа, папочка! — подбежал к нему Саша, и Света, подойдя к мужу, с искренней радостью поздравила его с победой.       — Спасибо вам, родные мои, спасибо большое! — улыбнулся Марио, обнимая жену и сына.       — Познакомься, Марио: это Лариса Владимировна, наша заведующая, она тоже болеет за «Сибирь»! — представила свою спутницу Света. — Не мог бы ты сегодня подвезти её до дома? Она очень далеко живёт…       — Конечно, довезу, никаких проблем! — ответил Маруа.       — Спасибо вам огромное! — поблагодарила Лариса Владимировна. — Простите, я не знаю, как к вам обращаться…       — Можно просто «Марио», — последовал ответ.       — Очень приятно! — улыбнулась заведующая. — Я много слышала о вас, Марио, я уже давно болею за нашу «Сибирь» и знаю о ваших тренерских успехах! А ещё я помню вас по вашим выступлениям за сборную Канады и за «Квебек Нордикс», в юности я пересмотрела много матчей советских и канадских хоккеистов! — и, немного помолчав, спросила: — Простите, а вы не дадите мне автограф?       — Конечно, — ответил Марио Маруа, которому было несказанно приятно узнать, что не только в Канаде, но и в России есть люди, знакомые с его хоккейной карьерой и его игрой.       — Ой, у меня же нет маркера… — спохватилась Лариса Владимировна. — А у вас его случайно нет с собой. Светлана Юрьевна?       — Конечно, есть, он у меня на матчах всегда при себе, — ответила Света, доставая из своей сумочки маркер и протягивая его своей начальнице. — А расписаться у вас есть на чём?       — Тоже нет… Разве что на этом… — сказала заведующая, вытащив из кармана своего пальто буклет-программку к прошедшему матчу.       — Давайте, — кивнул Марио и вывел на обложке программки свою красивую роспись.       — Спасибо большое! — поблагодарила Лариса Владимировна и спросила: — А можно с вами сфотографироваться… с вами и с вашими женой и сыном?       — Можно, конечно! — улыбнулся Марио, и Светлана взяла у Ларисы Владимировны её смартфон и сначала сняла своего мужа вместе с заведующей, а потом сделала селфи с ней и со всей своей семьёй.       — Спасибо огромное, Светлана Юрьевна! — сказала заведующая. — И вам, Марио, тоже большущее спасибо!       — Не за что, — скромно улыбнулся Маруа. — Мне очень приятно, что вы не только знаете меня как тренера, но и помните меня по выступлениям за «Квебек» и за сборную!       — Вы — игрок моей молодости, — ответила Лариса Владимировна, глядя в глаза собеседнику. — Юные годы вызывают самые тёплые воспоминания у любого человека, но восьмидесятые — действительно незабываемое время: это была эпоха легендарных хоккеистов и великого хоккея!

***

      Победа над «Ак Барсом» принесла новосибирской команде единоличное лидерство в Восточной конференции Континентальной Хоккейной Лиги. «Сибирь» вышла на первое место на Востоке впервые за шесть лет после того самого «золотого сезона», в котором она стала и чемпионом России, и обладателем Кубка Гагарина. И теперь в сердцах новосибирских болельщиков вспыхнула надежда на то, что их любимый клуб сможет повторить свой успех и вернёт себе былую славу.       Между тем регулярный чемпионат КХЛ постепенно приближался к своему завершению. Пришло время самых важных, решающих матчей.