Последняя надежда

Кэйа открыл глаз и тут же недовольно сощурил его — в палате в соборе было слишком светло. Он жив? Судя по всему, жив. Значит, Дилюк все же успел. Барбара, как раз заканчивающая перевязывать его бок, подняла глаза и прекратила напевать веселую мелодию. — Очнулись, сэр Кэйа? Это замечательно. А то тут к вам как раз гости приходили, а вы без сознания были. Тогда сейчас позову их, — Барбара спешно направилась к двери. — Постой, Барбара, а кто приходил-то? — тихо спросил Кэйа. — Как кто, спаситель ваш, — ответила девушка и скрылась в дверном проеме. Кэйа усмехнулся. Все-таки спас. И пришел к нему в собор, кажется, отношения налаживаются. Он мечтательно улыбнулся, глядя в окно. Сбоку раздался звук открывающейся двери, затем послышались шаги. — Что же заставило тебя так задержаться? — натянув привычную усмешку, спросил капитан. — Что? — удивленно переспросил знакомый голос. Кэйа резко обернулся и усмешка пропала с его лица. На пороге стоял Итэр, а сбоку от него парила в воздухе Паймон. — Ничего, — тут же исправился он и кашлянул.— Так это ты меня спас из того подземелья? Спасибо. Но я удивлен. Ты разве не в Сумеру был? Что ты делаешь в Мондштадте и как оказался на Утесе Звездолова? — Скажем так, один знакомый передал мне, что ты в опасности, рассказал, где тебя найти, — уклончиво ответил Итэр. — Мы прибыли как только смогли! — бодро добавила Паймон. «Один знакомый, да?» — усмехнулся про себя Кэйа: «Что ж, я догадываюсь, кто это. Видимо, у него были дела, но все равно не бросил, послал на подмогу Итэра. Это хорошо, хоть и очень неловко». В планы Кэйи все же не входило попадать в собор с ранениями, пугать Джинн и привлекать к делу Путешественника. В этом проблема отсутствия между ним и братцем нормальных человеческих отношений, в которых люди разговаривают. Знал бы Кэйа, что у того на вечер важные дела, запланировал бы их битву на другой день. Кэйа глубоко вдохнул. Что ж, как вышло, так вышло. — Как ты себя чувствуешь, все нормально? — поинтересовался Итэр. — Когда мы пришли, ты уже лежал без сознания. Паймон очень за тебя волновалась, — улыбнулся парень, а компаньон легонько стукнула его кулачком в плечо. — Да, все отлично, не стоит беспокойства, — тут же ответил Кэйа, широко улыбаясь. — Надолго ты в Мондштадт? Итэр смерил его недоверчивым взглядом, но все же ответил. — Нет, сегодня же уходим. Прямо сейчас, если быть точным. Есть кое-какие дела в пустыне, не требующие отлагательств. Мы должны были отправиться первым делом с утра, но решили дождаться, пока ты очнешься. Скорейшего выздоровления, — пожелал он. — Спасибо. Очень тронут, что ради меня вы проделали весь этот путь, — лукаво улыбнулся Кэйа. — Как поиски сестры продвигаются? В Сумеру ее не оказалось? — вежливо поинтересовался капитан. — Все так же. Не оказалось, — ответил Путешественник и отвел взгляд. Кэйе показалось, что тот что-то скрывает, но он не стал допытываться и просто кивнул. — До встречи, Кэйа! — радостно прокричала Паймон. Путешественник поднял руку в прощальном жесте, и гости покинули палату. Что-то было во всем этом странное, думал Кэйа. Дилюк был слишком занят делами и позвал помощь, допустим. Но почему Итэр? Почему не Джинн, Эмбер, Хоффман, на худой конец? Неужели его ненависть к ордену настолько сильна, что он предпочел вызвать из самого Сумеру Путешественника? Как-то все это не похоже на Дилюка. Тот бы скорее пожертвовал своими делами, чем отвлекал от странствий и спасения целых государств Итэра. «Почему он так поступил?» — удивлялся про себя Кэйа. Надо будет разузнать, решил он. Но не сейчас. Сейчас нужно еще немного поспать, а после покинуть собор и вернуться к повседневным заботам. С этими мыслями Кэйа перевернулся на другой бок и быстро уснул. Проснувшись спустя пару часов Кэйа потянулся и встал с кровати. Солнце уже сменило свое положение на небе и больше не палило в окно. Альберих натянул на себя рубашку, брюки, застегнул множество ремней, надел сапоги, обратив внимание, что кончики его пальцев ног слегка почернели (обморожение, наверное, кто знает, как долго он пролежал в обледеневшем подземелье), как вдруг взгляд его зацепился за собственный бок и зрачок в страхе расширился. — Барбара! — громко позвал он. — Что такое, сэр Кэйа? Швы разошлись? — заглянула в комнату девушка. — Нет, с этим все в порядке, ты большая молодец, спасибо тебе. Ты не видела мой Глаз Бога? — Глаз Бога? — глаза Барбары испуганно округлились — нет… Если подумать, я не видела его, когда вас принесли. О, Барбатос, какой ужас! Надо сообщить Джинн! — Успокойся, все в порядке. Не надо сообщать Джинн, я сам ей скажу, если понадобится. Наверное, упал по дороге в собор, сегодня же его найду — ободряюще улыбнулся Кэйа и направился к выходу из палаты — Да не волнуйся ты так, все в порядке! И Глаз Бога найду, и раны сам дальше обработаю, и с обморожением справлюсь! — С обморожением? Но у вас не было обморожения… — удивленно пробормотала Барбара, глядя на закрывшуюся дверь. Кэйа вышел из собора и направился к выходу из города, внимательно оглядывая все на своем пути. Куда же подевалась эта стекляшка? По-хорошему, надо было зайти отчитаться Джинн, но капитан знал, что та обязательно заметит отсутствие Глаза и придет в панику не меньше, чем ее сестра. Он глубоко вздохнул. Все складывалось совсем не так, как он планировал. Итэр вместо Дилюка, собор, теперь еще потерянный Глаз Бога. Невинная шутка, направленная на то, чтобы провести с братом немного времени, обернулась для Кэйи большими проблемами. У главных ворот города Кэйа занервничал. Найти Глаз в открытой местности будет гораздо сложнее, а ведь есть еще шанс, что тот потерян в подземелье. Альберих не знал, сколько там сейчас монстров, но здравый смысл, которым он, в отличие от заверений некоторых, все же обладал, подсказывал ему, что идти туда сейчас в одиночку он не способен. Обойдя все окрестности Мондштадта, покрутившись вокруг подземелья и заглянув, казалось, под каждую травинку на Утесе Звездолова, Кэйа посмотрел на небо. Солнце уже садилось, а Глаз Бога все еще не был найден. Откладывать встречу с Джинн и неприятный разговор далее не было смысла. Он недовольно поморщился и направился в сторону города. Джинн все еще была в своем кабинете в ордене. Подняв голову на вошедшего, она разгневанно и взволновано стала засыпать его вопросами — Сэр Кэйа! Ну и где ты был весь день? Барбара сказала, ты ушел из собора еще в обед! Ты же должен был сразу прийти в орден и отчитаться! Что ты вообще делал в Июльских садах один посреди ночи? Ты же знаешь, я за тебя горой встану, если понадобится, но некоторые твои действия… я просто не могу их понять и объяснить. Тебе жить надоело? В ордене тяжелые времена, ты же знаешь. И ты такими своими поступками никак не облегчаешь мне работу! Кэйа натянул на лицо виноватую усмешку и потупил взгляд. — Кэйа, — чуть мягче продолжила действующий магистр. — Ты же знаешь, что если что-то случилось, ты всегда можешь обратиться ко мне, и я помогу тебе, чем смогу. Так что же с тобой происходит? Почему я узнаю, что тебя среди ночи приносит в собор наш Почетный рыцарь, который вообще-то должен быть в Сумеру? И… И где твой Глаз Бога? — осеклась она. Ну что же, заметила. На что еще Кэйа рассчитывал? — Джинн, все в порядке, правда. Я пошел на Утес на разведку, оценить силы противника перед тем, как поведу туда отряд, — от его взгляда не ускользнуло, как Джинн скептически выгнула бровь, но промолчала. — Все пошло не по плану, и меня заметили, пришлось отбиваться, но ты же знаешь, там без Пиро трудно… — Вот поэтому туда должна была отправиться с тобой Эмбер — не удержалась магистр. — Да, но я хотел как лучше, оценить обстановку, прежде чем отправлять девочку в неизведанное. А Глаз Бога… Он упал где-то в подземелье, когда меня ранили. Я надеялся, что это произошло после, по пути к собору, поэтому я решил осмотреть дорогу, прежде чем идти к тебе, чтобы не пугать никого и решить самостоятельно хоть одну из созданных мной проблем. Но, судя по всему, он все же в подземелье — понуро закончил Кэйа. — Что ж, я рада, что ты хотя бы сейчас туда не полез в одиночку — ответила Джинн — Завтра же отправлю туда отряд, найдем твой Глаз Бога. Что касается тебя… У тебя два дня отпуска, в течение которых ты должен предоставить мне в форме отчета все, что сейчас рассказывал. И я… очень разочарована, Кэйа, — устало закончила она. — Я понимаю. Спасибо, — вполне серьезно ответил Кэйа, даже не украсив лицо своей фирменной усмешкой. Капитан вышел на улицу и нерешительно остановился на пороге. В таверну идти не стоило. Капитан кавалерии подвел отряд, нарушил указания, самовольно отправился в подземелье, где был ранен и потерял свой Глаз Бога — все и без того печальней некуда, незачем добавлять к обвинениям пьянство посреди рабочей недели. Лучше пойти домой и обработать раны, как он обещал Барбаре. Завтра он напишет отчет, получит назад свой Глаз Бога и поговорит с Дилюком. Ну, последнее, если получится, конечно. Братец мог вполне прошипеть что-то вроде «Радуйся, что хоть Итэра за тобой отправил» и захлопнуть перед ним дверь. И действительно, у них не было никаких обязательств друг перед другом, стоило радоваться, что хоть Итэра за ним отправил. С этими невеселыми мыслями Кэйа пошел домой. Скинув рубашку и обработав раны на груди, Кэйа подошел к кровати, присел на ее край и снял сапоги. Взгляд его удивленно зацепился за собственные ноги. Пальцы были сильно опухшие и абсолютно черные.