ножи затупились, клыки заострились

Тёмный коридор. Неоновый «Taste». Открытая дверь с аметистовым светом за ней. Джисона часто навещает страх темноты, но только не сейчас. Он уверенно шёл вперёд, вбирая виноградный воздух в лёгкие, пока через пару секунд надпись не начала мигать, а из приглушенного света не показалась элегантная рука. Хан ускорился, понимая где-то внутри себя, что именно нужно делать дальше. — Я жду тебя, Хани, — полушёпотом произнёс ласковый голос. Какой знакомый запах дорогих духов… У Джисона когда-то были такие, и он чётко запомнил этот аромат. Рука пропала, вывеска потухла, а свет за дверью становился только ярче и начинал приятно тянуть к себе. — Хани… — пронеслось совсем рядом. Минхо стоял с бокалом вина в чёрной атласной рубашке, прислонясь к стене у входа в комнату, заполненную густым пурпурным туманом. Он сделал небольшой глоток, ухмыльнулся и, наконец, повернул голову в сторону Джисона. И снова эти молнии на шее, которые теперь стали сверкать в глазах юноши. Пугающе, но так опьяняюще… — Ты пришёл, — Хо полностью развернулся к парню и выдохнул. — Ты звал… — Я умолял, Джи, — оборвал юноша и резко приблизился к лицу Хана. — Любишь вино? Сильная рука притянула за шею, не давая шанса на высвобождение. Туман пробрался от зрачков глаз к самому сердцу, стремглав пронёсся по венам и откликнулся резкой болью в виске. Носы юношей еле-еле соприкоснулись, губы Хо казались опухшими, но выглядело это так изящно, так свежо… Хан думал о том, чтобы поцеловать старшего первым, но тот ухмыльнулся, отстранился и снова отпил из бокала. Он делал всё так медленно и элегантно, смакуя этой нетерпеливостью в глазах Джисона. Парень зачарованно смотрел, как кадык Минхо плавно поднимается, а потом также опускается вниз. Резкая вспышка. Дымовая завеса рассеялась вместе с Лино. Куда идти дальше? Что делать в этой темноте? Уверенным движением Джисона развернули за плечо и поцеловали слишком горячо, слишком терпко, слишком одурманивающе. Такое наслаждение длилось недолго: Хо засмеялся, вытянул руку вперёд и толкнул Хана в бесконечную тёмную пропасть. Всё тело будто свело, Джисон брыкнулся, сильно ударив того, кто лежал рядом. — Ай! Придурок, уже второй раз за утро! — знакомый голос пробудил сознание. Кто-то звучно шлёпнул Хана по попе, буркнул что-то себе под нос и потряс полуспящего подростка за плечи. — Да отстань! Достал… — Джисон осёкся, увидев перед собой красивого, в смысле, самого обычного, Минхо. — Какого… — Не спрашивай, — выдохнул хён и поправил очки. Боже, как же они ему идут. — Мы у меня дома. Честно, я почти ничего не помню, но бутылка вина, стоящая у кровати, и пара укусов на руке могут о чём-то сказать? — Хён, у тебя на шее ещё кое-что… Мы с тобой… — Хан потёр указательные пальцы друг о друга, явно намекая на что-то интимное. — Дебил что ли совсем? — возмутился Минхо и не сильно ударил парня по рукам. — Ничего такого не было, по-моему, мы просто поцеловались… Ситуация лучше не стала, но у Джисона хотя бы появилось оправдание своим интересным снам. Вчера была стрелка, это точно помнят все: там Феликс себе все костяшки разбил, Сынмину подправили прикус мощным ударом, Чонину выбили несколько брекетов, а за это Чан, конечно же, вырубил пару человек. Чанбина тогда чуть не пырнули, но всё обошлось благодаря его невероятной внимательности. Хо тоже тогда, на удивление, дрался просто охуенно, не допуская неожиданных нападений в свою сторону. Хёнджин душил того самого лысого, что посмел явиться в святой тату-салон. А с Джисоном всё было сложнее… Про его колено знали не только свои ребята, но и враги. Знали, поэтому часто делали подсечки, ломая до конца бедные кости. В один момент парня просто вынес Кристофер с места побоища и не разрешал ему снова вступать в драку, а иначе: «Я тебе сам не только колено, но и хребет сломаю, понял?» Помнят все ещё проигрыш банды Джея, побег в аптеку и в продуктовый… Потом алкоголь, сигареты, громкая музыка, танцы, заливистый смех, приставания Хёнджина к Сынмину, вполне ожидаемое исчезновение Криса с Иенни, чья-то рука на запястье Джисона… Ключевые слова: «Не бойся, я живу один.» Так а что дальше было? —— Хан еле-еле стоит на ногах, рядом с ним хохочет Лино и держит его за талию, чтобы не свалился. Дом не самый большой, но такой… Да шикарный он, безусловно! Всё здесь так ухоженно, чисто и идеально. Тут даже пылинки, накопившиеся за день, лежали в особой последовательности. — У тебя свой дом? — Отец подарил на моё совершеннолетие, — сказал Хо так, будто такие подарки делают каждому пятилетнему ребёнку на день рождения. — Круто… Помню, мне на мои шестнадцать лет подарили конверт с деньгами и букет из пиздюлей, — Джисон икнул. — Я вижу, ты привыкший, поэтому сегодня особо не страдал, пока тебе дробили кости. — А ты? Разве тебя тоже били в детстве? — С чего бы это? Я просто познакомился с Чаном в восьмом классе. Вполне обоснованно, ничего не скажешь. Парни продолжили молча стоять на пороге, пока Хан не буркнул: — Красивый коридор… — Согласен, — просто ответил Минхо. Пьяные, что с них взять. Они так ещё минут пять просто втыкали в одну точку. — Ты тяжёлый, пойдём в спальню? — А ты шалун, — игриво и кое-как протянул Джисон. — А ты бутылку не забыл? — он посмотрел с таким умоляющим взглядом, что даже если бы у хёна в руках не было вина, то он бы тут же за ним побежал. — Лучше бы я тебя в салоне забыл, — конечно же, Минхо так не думал на самом деле. Старший завалил Хана в комнату, а сам пошёл вниз за закусками. Спускаясь с лестницы, он пару раз чуть не подвернул себе ногу, потерялся в пространстве, забыл, кто он такой и зачем вообще идёт на кухню. Итог: он вернулся со штопором, но без еды. Джисон мирно спал в забавной позе: он стоял коленями перед кроватью и лишь головой лежал на ней. Минхо прыснул, достал телефон и сделал несколько размытых фото, потому что руки тряслись не по-детски. — Хани, — сквозь смех пытался сказать Хо, — ты лучший, боже! Вставай давай! Ты сам просил посмотреть тот ужастик. Действительно, Джисон всю дорогу до дома твердил о том, какой он смелый и как он любит смотреть фильмы ужасов. Конечно, в трезвом состоянии он их на дух не переносил. Что с ним будет после ещё одной бутылки, никто не знал. Зато это получилось познать тату-мастеру на себе. Пробуждение из небольшой спячки далось Хану тяжело, но когда перед его глазами оказалось лицо Хо, он проснулся моментально. — Что ты тут делаешь? — возмутился Джисон. — Как ты пробрался в мой дом? — Мы у меня, дурак, — Хо довольно аккуратно открыл бутылку. — С горла будем пить? — Давай, — Хану всё сейчас казалось смешным, поэтому он безостановочно хихикал с каждого движения старшего. Парни расположились на кровати, нога Джисона абсолютно беспрепятственно оказалась на Минхо, но тот даже не был против. Тепло, вроде уютно, так ещё и с вином. Включили на настенном телевизоре первый попавшийся фильм ужасов, посмотрели с каменными лицами, даже будучи пьяными, а потом не выдержали и переключили на аниме «Ходячий замок». Хо максимально сопротивлялся, пока в фильме не увидел Кальцифера и не полюбил его с первых секунд. Хён положил свою голову на голову младшего и улыбнулся. В таком полумраке лежать почти в обнимку с человеком, с которым вы знакомы от силы три дня, и осознавать, что он тебе…нравится? Да ну, это тупые, к тому же пьяные, бредни. Стоп, какого чёрта Джисон поднял голову, так ещё и облизал вино со своих губ. Тут уже не до шикарного сюжета, не до любовной истории Софи и Хаула. Сейчас во внимании только он. — Ты так громко думаешь, хён, — снова усмехнулся Джисон, а потом посмотрел в глаза Хо. Как прекрасен этот момент, на всю жизнь бы запомнить, да только алкогольная смесь в организме явно этому помешает. У Минхо участилось дыхание, необыкновенная музыка на фоне подталкивала к действию. Зрачки Джисона расширились в ответ, притягивая своей космичностью. Лино спокойно приблизился к лицу напротив и предупредительно поцеловал. Подросток, не знавший до этого настоящей любви, уже давно был готов принять её от мастера в ответ. Поэтому он ответил также легко. Главное сейчас не переборщить. Вот что-что, а хён это понимал в любом состоянии. Когда Хо понял, что Хан не сопротивляется, он положил руку на его бедро, слегка притянул к себе и снова поцеловал, только гораздо увереннее, чем в первый раз. Тёплые руки младшего расположились на идеальном лице Лино, иногда спускаясь к острым линиям челюсти, а потом и к шее. Такая близость не столько возбуждала, сколько согревала и вызывала незабываемые, казалось бы, ощущения. До этого момента оба не могли понять своей склонности к определённой ориентации. Обоим никогда не нравились парни. У обоих раньше были только девушки. Но после их встречи в тату-салоне явно что-то изменилось. Поцелуй был долгожданный для одного и неожиданный для другого. Минхо утром того же дня такой смелости бы не проявил. Благо с устранением смущения отлично справляются алкоголь, сонный и такой охуительно-обворожительный Джисон, электронка, которую Хо мог доставать только дома, ну и эта ягодно-винная обстановка, заполонившая всю комнату. Хан не сильно сжал волосы на затылке Хо, вызвав у того еле ощутимый стон. Обоим уже не хватало кислорода, хотелось отстраниться, но разрывать эту раскалившуюся нить между ними не хватало храбрости. Если сейчас остановиться, то смогут ли они повторить то же самое в будущем, но уже со здравыми мыслями? Хан первый оторвался, шумно вдохнул, улыбнулся как никогда раньше, а потом резко потянулся к шее старшего, стараясь оставить памятные засосы. Тот особо не сопротивлялся, отпил немного вина из бутылки, сытно промурчал что-то себе под нос и перевернул Хана так, что младший теперь лежал под ним. — Эй, отпусти, — лениво возмутился Джисон, пытаясь освободить свои руки от полунадёжного захвата. — А ты пообещай, что больше не будешь меня совращать, — посмеиваясь, произнёс хён. — Мне завтра в школу, дай поспать. — Ладно тебе, школьник, каникулы сейчас! — Поцелуй меня, Лино-хён, — обиженно протянул Хан. — Обойдёшься, — старший убрал руки, скатился с парня набок и через несколько минут заснул. —— — Но я вообще не помню, чтобы ты меня кусал, — Хо хлопал глазами, разглядывая красноватый след. — Да я обиделся на тебя, а когда ты уснул, мне захотелось тебя укусить, — Хан старался не смотреть в сторону своей «жертвы». — Интересное желание… Всё утро они молчали, иногда пересекались взглядами, слегка смущались, а позже Минхо заказал пиццу. Джисон пошёл в ванную и по привычке проверил соцсети, где пацаны в общей группе скинули фотографии со вчерашнего дня. Жесть. Тут по-другому не выразишься. То есть там было настолько много алкоголя? А почему Чонин без футболки бегал? Ну хотя бы катану на его ключице видно. На одном фото запечатлён тот момент, когда Минхо пытался увести Хана к себе. Старший хитро улыбался, пытаясь сказать что-то на ухо парню, пока тот держал в руках сигарету и гитару. На другом фото с Хёнджином флиртует… Феликс? Ладно, этот момент прояснится позже. Сынмина засняли спящим на диване в обнимку с бутылкой соджу. На остальных фото творится полная вакханалия: кто-то кого-то в шутку бьёт, кто-то делает колесо, кто-то разъезжает на скейте и на кедах Джисона. Ну хоть тату по пьяни никто не сделал. Наверное. Видео страшно было смотреть, хоть там на обложке весёлое лицо Чана, стоящего возле поникшего Чанбина. Видимо, снова поспорили на что-то. В чате пока что только Сынмин отправил смайлик, закатывающий глаза. За дверью послышался приглушённые голос Хо: — Нет, я сейчас один… Ничего я не помню, о чём ты? Феликс с тобой? А ты уверен… Да не скажу я никому, успокойся! Хан приоткрыл дверь, когда хён уже завершил звонок. Лино спускался вниз по лестнице и кому-то писал по телефону. Это Хёнджин ему звонил? И Хо сказал, что он сейчас один. Наверное, он правильно поступил. Лучше пока никому об этом не рассказывать, тем более, парни сами ещё ни в чём не разобрались. Если это был Хван, то он сейчас вместе с Ликсом… Что ж такого секретного здесь? Между ними значит что-то было. Курьер позвонил Хо, и тот вышел расплатиться за заказ. За завтраком парни договорились о том, что никто не узнает о ночных происшествиях, о самой ночёвке и о разговоре с Хёнджином. Да, Хан так и сказал, что он всё слышал. Сегодня общий сбор не планировался, но с большой вероятностью кто-то из бродячих в салон явится. Сынмин вообще там уснул, так что к нему лишь компания добавится. Клиентов не будет после таких гулянок, так что Минхо свободен. — Может погуляем попозже? — предложил Джисон, не отрываясь от своей еды. — Можем выехать в город, — спокойно ответил Лино. — Я возьму машину отца, всё-таки байк раздолбали наши придурки. — О, круто! Мне вот отец никогда бы не дал погонять на своей. — У тебя права есть? — Нет, конечно, — невозмутимо ответил Джисон и отпил чай из кружки. — Перед тем, как мы поедем, я домой зайду, ладно? Мне пластырь поменять надо. — Без проблем, — Минхо встал из-за стола, не убрав за собой посуду. — У тебя чё горничная появилась в виде меня? — забурчал Хан. — Нет, моя скоро приедет. Но если ты так хочешь, можешь всё сам убрать. Так вот почему в доме так чисто, всё блестит и лежит на своих местах. Родители Джисона не доверяли практически никому, поэтому уборкой занималась мать. И хоть игнорирование сына ей давалось гораздо лучше, всё равно, что в саду, что в доме был порядок. Не полный, но порядок. Хан торопливо открыл ворота, попутно поздоровавшись с приятной женщиной, которая, видимо, и была горничной. Подросток был в своих замечательных светящихся кедах, с вывихнутым коленом — ему не впервой — и с бесконечными мыслями о том, что было между ним и Хо. Старший, на самом деле, предложил проводить его, либо сбегать в аптеку, лишь бы Хан на травмировал себя ещё больше. Но юноша резко стал отнекиваться и говорить, что в помощи не нуждается, а если ему всё-таки помогут, то он не пойдёт гулять. Угроза прокатила, хотя она и была слабой. Просто при разговоре о прогулке Минхо ни разу не сделал вид, что сильно заинтересован. Да вот только после таких слов Джисона Лино перестал настаивать и переубеждать его. Он просто развернулся и ушёл к себе в комнату. Хан открыл навигатор, чтобы найти свой дом, а потом оказалось, что живёт он в двух минутах ходьбы отсюда, прямо за углом. Интересно вышло, ну хоть не весь рассыпется по пути. На экране появилась иконка контакта Сынмина, и если бы Джисон не держал телефон в руках, то даже бы и не услышал самого звонка. Звук как всегда был выключен. Молчание на другом конце трубки вообще не удивило Хана. Но шуршание, раздавшееся спустя десять секунд, всё же послужило признаком жизни собеседника. Ленивый скрипучий голос протянул: — Сорян, я уронил, — звучный зевок, — уронил… А что я уронил? — Свою адекватность, дебил, — цокнул Джисон. — А ведь я в тебя верил Ким Сынмин. Думал, что ты в люди выбьешься, а ты пропил свой же охуенный мозг. — Ты всё сказал, баклан? Приходи в салон, мне скучно. — Я… Ну, у меня не получится, прости. — Только не говори, что у тебя свиданка с кем-то, — вздохнул Сынмин, а Хан сразу представил себе его лицо в этот момент. — В смысле… — Без вопросов, ладно? В общем, Джи, приходи, если успеешь. — Окей, братан. Удачи тебе, что ли. — Удача для слабых. — Удачи, — хмыкнул Джисон и сбросил вызов, представляя реакцию друга и усмехаясь. Дома парень встретил мать, которая спросила, где он шатался, а потом, даже не выслушав ответа, вышла поливать сад. Пожалуй, это лучший исход событий. Хан сходил в душ, и, добравшись до комнаты, достал сразу несколько пластырей и засунул их за пояс шорт, мало ли пригодятся. Всё-таки конец лета хотелось провести в приятной компании, а не с родителями под одной крышей. Сейчас на юноше «прикид от Бога»: помимо свободных чёрных шорт с ремнём, отлично подчёркивающим тонкую талию, его украшала чёрная оверсайз жилетка с белой незаправленной футболкой под ней, цепь с подвеской кота на шее и металлические кольца на идеальных пальцах. Джисон ещё захватил чёрные солнцезащитные очки — короночка, как сказал бы Чанбин. Беспроводные наушники быстро залетели в карман, а кислая карамель — за щёку. Подросток практически не собирался возвращаться домой, ну только если по какой-то высшей надобности. А эти два дня он хотел нагло провести либо на работе Минхо, либо в его доме. Но если на первое старшему, честно говоря, насрать, то на второе он и возникнуть может. — Да без проблем, оставайся, — пожал плечами хён, когда Хан вернулся к нему. И всё? То есть все эти волнения о том, что парень может понять всё неправильно, выгнать Джисона, отменить прогулку, послать нахуй и сказать, чтобы он больше не приходил к нему в салон, были напрасны? Бред какой! Как вообще можно было так подумать о Минхо. — Только спать будешь в другой комнате. Ну ладно, это же очевидно было, нет? — Джи, чё ты встал на пороге, проходи, — Минхо щёлкнул пальцами перед носом юноши, выводя его из своих мыслей. — Мне дособираться надо, хотя я могу пойти и в домашней одежде. Миссис Лин, как вам идея? — Вы знаете, очень даже, — в шутку произнесла горничная. — Но я уже погладила ваши брюки, лучше их наденьте. — Вы правы. Только из уважения к вашему труду я переоденусь, — Хо мило улыбнулся и глянул на Хана, показывая, что он может пойти наверх с ним. Джисон рассматривал комнату Хо, особо ничему не удивлялся, просто подмечая, что у богатых людей во многом сходятся вкусы. Просторная комната в светлых тонах, мебели по минимуму, золотые антикварные часы на тумбе — совсем непонятно, к чему они тут –, ноутбук на столе у окна и телевизор на стене напротив кровати. Ну хоть люстры нет, как у Джисона. Вместо этого были светодиодные ленты. Видимо, Лино – их любитель. Настенная библиотека впечатлила своим необыкновенным содержанием. Здесь были разномастные книги: от японской манги до детективов, от фантастики до антиутопий, даже энциклопедии о человеческом организме отлично вписывались в общую картину. — А ты играешь на пианино? — спросил Джисон, увидев ноты «Лунной сонаты» на рабочем столе. — Ну да, на фортепиано, — ответил Хо, надевая белую футболку. — Я вообще не понимаю, в чём их различие. — Конечно, тебе бы сначала научиться отличать гитару от скрипки, — хён усмехнулся и, проходя мимо Хана, дал ему лёгкий щелбан. — Эй! — парень схватился за лоб. — Совсем охренел? Сыграй мне лучше! — Приказываешь мне в моём же доме? — старший снял идеально поглаженные бежевые брюки с вешалки и с упрёком глянул на Джисона. Младший надулся, скрестил руки на груди и загадочно стал смотреть в окно. Это так одновременно и рассмешило, и умилило Лино, что он подошёл к парню и начал его щекотать. Но все было не так просто. Оказалось, что Джисону по барабану на щекотку, он продолжил так же невозмутимо стоять. — Ну ты и скучный, так ещё и дурак невыносимый, — Хо отвернулся и хотел пойти переодеваться дальше, но Хан перехватил его за руку, развернул к себе и поцеловал в щёку. Хён отпрыгнул, с испуганными глазами смотря на подростка и держась рукой за место «ранения». — Зачем ты… Мы же с тобой договорились… — Просто знай, что для себя я уже всё решил, — Джисон хрустнул запястьем – он всегда так делает, когда нервничает. — Осталось дождаться ответа от тебя. — Я тебя услышал, Джи, — Хо всё же отвернулся, прошёл к комоду, достал пару колец и жемчужный кулон. За машиной Хо пошёл сам, так как он запретил выходить младшему с его вечно хрустящей проблемой. Миссис Лин оказалась душевной женщиной. Она рассказала Хану о том, как она помогала маленькому Хо с разучиванием новых мелодий на фортепиано, как его родители добры ко всем людям, как она впервые прыгнула с банджи и после этого перестала бояться высоты. Кажется, тем для разговоров у неё хватило бы до конца жизни, если не дольше — она бы ещё написала свою книгу о воспоминаниях. Джисон слушал, не отрываясь, иногда вставлял шутки, которые удачно заходили горничной. Он даже ненадолго забыл о прогулке с Минхо, погрузившись в уютный диалог, пока хён не зашёл в дом, крутя ключи от машины на пальце. Хан поблагодарил женщину за приятную беседу и с лучезарной улыбкой подошёл к Лино. Тот поднял бровь в вопросительном жесте, попрощался с его «второй» мамой — он так думал о ней — и пропустил Джи вперёд. В машине заиграл рок, что обрадовало обоих парней, которые потом пели всю дорогу, иногда обмениваясь одобрительными взглядами. — А тебе идут эти очки, — хмыкнул Минхо, останавливаясь на парковке парка аттракционов. — Знаю, — ухмыльнулся Джисон. — А тебе идёт водить дорогие машины и слушать безумно крутую музыку. Трое парней делили два велосипеда и одну банку виноградной газировки. Поездка в город довела их до парка, в котором нельзя было не остановиться. Феликс держался руками за железную сидушку, отбивающую на кочках все мягкие места на теле. — Ай, блять! — выкрикнул подросток с веснушками. — Слезай, Чан! Моя очередь рулить, у тебя вообще попа на сидушке не помещается! — Да замолкни, мелкий! — старший резко тормознул, заставив Ликса врезаться носом в его спину. — Ты совсем пришибленный? — у младшего из носа не сильно начала течь алая кровь. Чанбин развернулся на своём велосипеде, подъехал к Ёнбоку и молча воткнул ему в нос платок, удачно оказавшийся в его кармане. Ликс показал фак Крису, а тот лишь улыбнулся и потрепал его по голове. Чанбин заметил две знакомые фигуры, которые стояли у кассы. — Опачки, интересно, — присвистнул Феликс, сел на велосипед и стал быстро крутить педали. Его широкая футболка развевалась на ветру, платок из носа он забыл вытащить, поэтому смотрелся парень довольно забавно. Ёнбок подкатил к ребятам, слез с велика и максимально понизив голос сказал: — Молодые люди, не могли бы вы и мне билетик прикупить? Джисон испугался и резко вздохнул, а Минхо спокойно повернул голову в сторону нарушителя спокойствия, ни капли не удивившись кровавой ткани, торчащей из его носа. — Что ты тут забыл? — размеренно сказал старший, в словах которого была слышна пассивная агрессия. — А тут не только я, — Хо посмотрел назад, увидел в нескольких метрах ещё двух хёнов и кивнул им. Те в свою очередь пожали плечами, но подходить не стали, всё-таки на такую херню способен лишь мелкий. Все прекрасно понимали, что Джисон с Минхо не просто так вышли погулять. По крайней мере, они бы так опрятно не одевались. — Дебил, гони сюда! Хватит к людям приставать! — крикнул Чанбин. Джисон смотрел на всех с недоумением. Зачем эти бродячие припёрлись именно сюда, именно в этот прекрасный момент его жизни? — Вы чё, Сынмина одного оставили? — возмутился Хан. — Во-первых, не одного, а с Чонином. У них там своя программа в салоне. Во-вторых, у вас свидание типа? — Ликс по-кошачьи ухмыльнулся. — Тебя это ебать не должно, — фыркнул Хан и взял под руку Лино, чтобы увести его отсюда. — Постой, — аккуратно остановил Лино и снова спросил Феликса. — С Хёнджином что? — Он сказал, что ему плохо, поэтому он никуда не выйдет, — он немного нахмурился, но потом воскликнул, — Ладно, пацаны, я погнал! Только целуйтесь не на людях хотя бы! Парни синхронно цокнули и пошли с билетами в парк. Хо сразу предупредил Джисона о том, что ужасно боится высоты и никуда выше детских горок не полезет. Младший посмеялся, но потом повёл хёна на колесо обозрения, говоря, что для начала это очень неплохой аттракцион. Лино немного поворчал, даже пригрозил уехать, но Хан пообещал купить ему пудинг, поэтому устоять он не смог. Кабинки были чуть ли не полностью прозрачные, спасали только цветные бортики, которые бесили своими позитивными цветами. Хо сел напротив Джисона, зажмурился и сжал кулаки. — Ну ты же так не увидишь всей красоты, давай руки мне, — ладони Хана накрыли дрожащие руки хёна, и тот немного расслабился, даже глаза потихоньку открыл. — Что за романтика, боже, — фыркнул Хо и отвёл взгляд в сторону, глядя на открывающийся при подъёме город. — Ну да, сойдёт. Тут не страшно, потому что поверхность под ногами есть. — А не из-за того, что я тебя держу? — с надеждой в голосе произнёс подросток. — Отпусти, проверим. Руки расцепились, у Лино будто резко пропала важнейшая поддержка, казалось, что сейчас колесо обозрения начнёт падать, и все умрут. Он пытался не выдавать свой испуг, но это получалось настолько плохо, что он свернулся, обняв свои колени и нервно задышал. Хан тут же подсел к нему, аккуратно поднял старшего за плечи и крепко обнял. — Ладно, это было убедительно, — сказал Минхо, когда успокоился. — Думаю, лучше пойти покататься на катамаране, — выдохнул Хан. — Прости. Юноши отдали билеты на аттракционы детям, которые пытались уговорить родителей на повторный проезд по горкам. Джисон, как и обещал, купил хёну пудинг, а себе захватил энергетик — подзарядка ему явно бы не помешала. До катамаранов они не дошли, так как обоим было безумно лень ползти в жару до небольшого озера. Лучшее время для прогулки, конечно. Дождь обещали ближе к вечеру, однако ждать его особо не хотелось. Зато, пока парни гуляли, они узнали, что их отцы сотрудничают компаниями и отлично знают друг друга. — Получается, мы переехали в этот район благодаря твоему папе? — Хан уселся на лавочку в теньке, приглашая за собой Хо. — Походу. Фамилия «Хан» так часто звучала в нашем доме, что я чуть с ума не сошёл. Дай попробовать, — Лино протянул руку за банкой энергетика. — Тебе не понравится, я уверен. — Реально, такая химоза, — слегка возмутился старший и выбросил напиток в урну. — Ты охренел? — Хан подскочил, но тут же сел на место. — Тебе купить что-нибудь адекватное? Хочешь напиток от похмелья? — Да иди ты, — подросток толкнул хёна в плечо, а тот звонко засмеялся. Минхо снова кто-то позвонил, он сматерился, когда увидел на экране «Зануда» и ответил, ставя разговор на громкую связь. — Зачем эти дебилы звонят мне и говорят, что у тебя с белкой свидание? — Сынмин сразу поставил перед фактом. — Потому что у них у всех в сумме 46 хромосом, а не у каждого по отдельности. Думаю, если бы ты был с ними, произошло бы интеллектуальное перенасыщение. Джисон издал звук заводящегося мотора, пытаясь, видимо, тихо посмеяться. — Не думаю, у Феликса IQ в минуса уходит, — парень громко захохотал, растормошив всех. — Ладно, смешно. — Очень. Хан задохнулся уже. У тебя всё или ты ещё пошутить хотел? — Всё. Сынмин сбросил трубку, а Джисон взорвал весь парк своим смехом. Прохожие косились на парней, а Минхо с ухмылкой наблюдал за их реакцией. Что они понимают? У них лето заканчивается, а у бродячих оно будет длиться вечно. Школа не была каким-то непреодолимым препятствием, Хан скоро поймёт это. Последний год травмированного детства обещал быть гораздо лучше, чем раньше. Тем более все ребята учились в одной школе, так как для бедного района отдельно никто ничего строить не захотел. Безусловно, на подростков с татуировками поступали жалобы, но Чан с Хо брали ответственность на себя, так как сами раньше учились в этой школе и находились в прекрасных отношениях со всеми преподавателями, а в особенности с директором. Кристофер просто умел находить общий язык с людьми и мог задобрить кого-угодно, а Лино учился на отлично. Его отцу даже не приходилось вмешиваться в какие-то серьёзные дела, хотя он всегда готов был помочь. Поэтому все неоновые дети были благодарны ему, так как он много раз выручал их в каких-то ситуациях. Минхо глубоко вдохнул летний воздух и чихнул. Так спокойно и свободно было только на крышах старых домов, страдавших от многочисленных трещин. Минуты молчания ощущались по-особенному, а ветер, будто услышав мольбы о пощаде, прохладным потоком освежил мысли. Мурашки проворно пробежались по всему телу, и тёплая рука проскользнула по костяшкам. Хан тут же убрал ладонь обратно и опустил взгляд вниз. И не было какого-то напряжения, может лишь капля смущения сейчас отразилась незаметным румянцем на щеках. Лино с невозмутимым видом протянул руку и аккуратно переплёл пальцы, возвращая руку Джисона в прежнее положение. — Ты… — Подожди. Не мешай, — хён прикрыл глаза и чуть улыбнулся. — Кажется, дождь собирается. Джисон смотрел на старшего заворожённо, не понимая до конца плакать ему сейчас от счастья или расслабиться вместе с Лино. — Не думай много, ладно? Я не хочу причинить тебе вред, поэтому пока не могу тебе ответить на слова, сказанные тобой сегодня, — Хо повернул голову на парня. — А мы можем считать это первым шагом с твоей стороны? — Пойдём. Тучи совсем нахмурились уже, — руки расцепились, но надежда с теплом никуда не пропали. Хан так и не смог заснуть сегодня. Так хотелось поговорить с кем-то, поэтому он написал Феликсу. Парень в переписке удивился, что Джисон сейчас находится дома у хёна, что он смог вообще до него дойти, но он ни разу не стал спрашивать о самой прогулке без разрешения Хана. Соблюдать личные границы у парня получалось редко, но в подходящих ситуациях. Ликс решил рассказать о Хёнджине в двух словах и выяснилось, что между ними ничего не было, так как старший почти всю ночь тогда пил и плакал о том, что Сынмин его отталкивает. Разумеется, Джисон дальше положенного лезть не стал и просто написал, что если нужна будет помощь, то он готов её оказать. До четырёх часов ночи они болтали ни о чём, а потом разошлись спать, так как обоих стало ужасно сильно рубить. Если бы не этот разговор, то парни, скорее всего, не уснули бы совсем. У обоих одна и та же причина — любовь.