5.
7 февраля 2023 г., 13:06
На кухню они выходят вместе, с трудом усмирив своё возбуждение и хаотичные поцелуи, словно какие-то неудачники с недотрахом. Тэхён подождал того, чтобы Чонгук успел переодеться, и не смог в этот момент не любоваться смущённым парнем, который то и дело пытался прикрыться, пока снимал с себя футбольную форму. Тэхён же хотел узнать, нравятся ли ему лишь только члены, без всяких напряжённых грудных мышц и пресса, а так же определённо отработанных на футболе накаченных мужских бёдер. Однако быстро понимает, что дело не в наличии или отсутствии так горячо когда-то любимых им женских сиськах. Дело в самом Чон Чонгуке, который нравится ему до одурения и тягучей боли в яйцах от сильного возбуждения каждый раз, когда Тэхён смотрит на него. То, что ему просто жизненно необходимо трахнуть школьника, он понимает сразу же, вот только как это сделать.
— Вас, блять, целый час не было, — говорит им Суён, которая ставит в очередной раз кастрюлю на плиту, и, посмотрев на свою девушку, Тэхён думает о том, что не знает, как трахнуть Чонгука не потому, что не знает, как это делается. Спасибо самому парню, любопытство в один из вечеров взяло над ним вверх, и он с особым интересом посмотрел целый ряд видео с гей-порно.
— А ты, блять, чот не торопилась нас искать, — отвечает ей Тэхён с усмешкой, на что Чонгук широко раскрывает глаза в панике, чтобы заткнулся и благодарил небеса за это. Его комната была прям-таки пропитана желанием и невыносимым возбуждением, что даже если бы они успели вовремя отсоединиться друг от друга и каждый встал бы в противоположный угол, любой зашедший учуял бы ароматы секса, который или был или вот-вот должен состояться. — Мы играли в плейсуху, — говорит он, чтобы Чонгук перестал уже так сильно трясти коленкой от волнения, и кусает губу, понимая, что даже не знает, есть ли в комнате Чонгука игровая приставка.
— А я залипла в тик-токе, — оправдывается Суён, безразлично пожимая плечами, так как заметила их долгое отсутствие лишь когда те зашли на кухню.
Тэхён же мысленно выдыхает с облегчением, потому что раз не заподозрила ничего, значит, угадал. Он ловит себя на мысли, что реально был бы не прочь провести свидание с Чонгуком за игрой в приставку, которое обязательно закончилось бы мокрыми поцелуями, а может ещё чем-то больше. Наверно, это был бы лучший день в его жизни, потому что видеоигры и секс — два его самых любимых занятия.
— А поговорить-то вы успели? — спрашивает Суён, с трудом подняв голову после очередного видео в ленте, и с интересом смотрит на сидевших перед ней парней, которые с аппетитом набивают рты рисом и, переглядываясь, лукаво улыбаются.
— Мы ж мужики, зачем нам говорить, — начинает Тэхён и чуть было не продолжает шутку о том, что зачем им говорить, если они могут тупо потрахаться друг с другом, чтобы выплеснуть весь негатив. Чонгук предугадывает то, что этот парень может ляпнуть что-то не то, поэтому хватается за его бедро под столом и сильно щипает его за кожу. — Нежнее, пожалуйста, — тихо бормочет он мягким баритоном, ведь замечает, что Суён опять отвлеклась на тик-ток. Чонгук же не оценивает его слишком юморного настроения и попёрхивается крупинкой недоваренного риса в страхе того, что Тэхён в первый же вечер выдаст их перед сестрой.
В комнате они договорились не говорить пока ничего Суён, хоть и он убеждает его в том, что готов прям сегодня её бросить. Но Чонгук знает, что Тэхён не будет готов признаться ей в том, что бросает он Суён из-за её младшего брата. Да и самому Чонгуку стыдно перед старшей, потому что он практически увёл у неё парня.
Зато у него получается дать Тэхёну первый урок по тому, как не быть грушей для секса. Чонгук советует ему не бежать на первый же призыв девушек потрахаться, при этом старается дать ему понять, что говорит это не потому, что ревнует его, а потому что Тэхён, каким бы принцеобразным не был, не уважает себя. Тэхён, конечно, не соглашается с этим, поэтому всё равно думает о том, что Чонгук просто его ревнует и это не так уж и плохо, так как Тэхён в свою очередь ревнует намного хуже. Настолько, что даже не хочет знакомить Чонгука с друзьями, ведь, кто знает, кого ещё из них этот мелкий чёрт может превратить в гея. Тэхёну похуй на ориентацию друзей, но он не готов так легко отдавать им на растерзание человека, который видит в нём больше и глубже, чем другие. Чем он есть на самом деле.
Остаток вечера и ночь Тэхён проводит за перепиской с Чонгуком. Ему хочется получше узнать этого парня, не только как объект, который можно трахнуть, но и как личность. Какую еду Чонгук любит, нравится ли ему играть в футбол и, самое главное, собачник он или кошатник. Такого общения у Тэхёна никогда не было со своими бывшими партнёрами, а с друзьями как-то всё естественно шло. Поэтому он признаёт тот факт, что вряд ли успокоится, если тупо трахнет Чонгука, может и не раз и не два. Тэхён совсем не хочется лечиться от чонгуковируса.
— Ты что, всю ночь трахался? У тебя под глазами по два килограмма мешков, — смеётся Намджун, когда к ним подходит слишком энергичный для невыспавшегося человека Тэхён.
— Лучше, — довольно отвечает он, ведь не может сдержать своей радости, которой хочется делиться с друзьями, иначе нахуя вообще они нужны.
— Что может быть лучше секса? — удивлённо спрашивает Хосок и с интересом смотрит на друга.
— Ну всё, так и знал. Подсел на наркотики, — обречённо констатирует Джин, качая головой, и подходит ближе, чтобы проверить зрачки Тэхёна.
— Почему бы тебе не распространить об этом слух, — злобно усмехается Намджун, который ещё не простил Джина за вчерашнее, и чувствует себя виноватым в том, что он считается сейчас соучастником его проступка.
— Намджун, я тебя… — цедит через сжатые зубы тот, но не успевает докончить свою угрозу, в которой должен был изощрённо описать то, как вырвет ему кишки и набьёт в них фарш из его же мяса, чтобы получить в итоге одну длинную палку колбасы. Он затыкается, увидев Чимина, который сердито шагает к друзьям, стоявшим на их любимом месте у беседки в школьном дворе, вызывая у них не страх, а умиление. — Наш цыплёнок сейчас, кажется, по нашу душу идёт.
— Вы только посмотрите на то, как он порозовел от злости, словно сладкий мочи. Айгу, милота, — смеётся Юнги, совсем не волнуясь о том, что друг хочет порешать каждого из них за то, что ему пришлось пережить за вчерашний день.
— Тебя предки выпороли, да? — спокойно спрашивает Тэхён, когда Чимин доходит до них, и старается не представлять себе то, как хотел бы отшлёпать Чонгука когда-нибудь.
— Хуже. Под домашний арест посадили! — недовольно ворчит тот и злится от того, что друзья не воспринимают его всерьёз.
— А на нас чо быкуешь? Как будто мы орали на всю столовку о своих пенисах, — отвечает Хосок, не прекращая улыбаться, и, как если бы Чимин был недостаточно раздражён, треплет ему волосы, положив ладонь на макушку. — Нам, в отличие от тебя, и не надо, потому что кто видел, тот знает, что они охуенные.
— Ну тогда ебитесь сегодня без меня в интернет-кафе, — бурчит Чимин и скрещивает руки на груди в самодовольной ухмылке, смотря на резко переставших ржать друзей. — Предки сказали, чтоб после школы шёл домой, а ещё отключили мне интернет. Уж лучше бы кормить перестали, быстрее бы умер.
— Пиздец, бро, — качает головой Юнги и в качестве поддержки кладёт ладонь ему на плечо, искренне переживая за друга. Неделя без интернета дома кажется ему нереальной. — Я бы навестил тебя, честно, хотя в душе не ебу, чем можно заниматься в доме, где нет вай-фая. Но ты же знаешь, что у нас турнир, отменить нельзя, — пожимает он плечами, и Чимин с понимаем кивает, потому что они уже давно запланировали сегодняшнюю игру.
— Кем мы Чимина заменять будем, лучше об этом подумайте, блять, — говорит паникующий Намджун, который две недели никак не может собрать своих друзей-дегенератов ради участия в этом турнире. И непонятно, чем вообще они занимаются по вечерам, что у всех какие-то дела появляются.
— Вы меня заменить хотите? — с обидой в тоне голоса спрашивает Чимин и отталкивает ладонь Юнги, догадываясь о том, что тот пытался его только что задобрить.
— А ты думал, мы у тебя под окном серенады петь будем, чтоб твои предки тебя отпустили? — усмехается Джин и перебирает в голове имена одноклассников, которых нестыдно было бы позвать на игру.
Тэхён видит, что каждый из друзей погружается в мысли в надежде придумать, как быть сегодня. Их могут исключить из турнира, если в команде будет не шесть участников, и учитывая то, что других друзей у их компашки не было, ему в голову приходит лишь одно имя.
— Я знаю чела, который в футбол играет. Наверное, и с фифой справится, не? — неуверенно говорит он, хорошо зная, что пожалеет об этом. Потому что этот самый чел проходит мимо беседки и выпячивает свои кроличьи передние зубки в кокетливой улыбке.
Тэхён чувствовал, как до этого вибрировал мобильный в кармане, и знал, что это сообщение Чонгука, но не стал отвечать при друзьях. И он был уверен, что тот пытается наказать его за игнор сводящей с ума улыбкой, на которую прячет покрасневшее лицо, чтобы не выдавать при друзьях своей идиотской лыбы.
— Супер. Зови, — кивает Намджун, который даже на обезьянку, умеющую держать в ладонях геймпад, дал бы согласие.
— Это же не одна из твоих девчонок? — недоверчиво спрашивает Юнги, не вспомнив никого, с кем бы Тэхён общался, а не трахался.
— Ну пиздец. Если вы замените меня девчонкой, я перестану с вами дружить, — бормочет Чимин и ему для полного вида не хватает лишь топнуть ногой в хрустальной туфельке по асфальту.
— Эй, Чонгук! — кричит Тэхён, игнорируя надутое от обиды лицо друга, и мысленно радуется тому, что Чимина сегодня не будет на игре, потому что лёгкая ревность со вчерашнего дня так и не сошла на нет. — Сюда иди! — добавляет он, подзывая огорошенного школьника ладонью.
— Бля, нахуя ты зовёшь этого кретина? — шепчет ему Хосок, давая ему несильный подзатыльник. — Лучше б позвонил своему футболисту, — бурчит он и сразу же натягивает фальшиво-вежливую улыбку, когда Чонгук прибегает к ним, чересчур громко дыша от волнения.
Он не имеет ни малейшей догадки о том, зачем Тэхён мог бы позвать его при друзьях, поэтому сердце отбивает громкий бит. Чонгук замечает то, с каким интересом на него оглядываются одноклассники, ведь никто из них не общается со старшеклассниками, и чувствует гордость за себя. После того, как его дикпик распространился по школе, он, не учитывая всеобщего унижения, получил огромное преимущество в виде внимания со стороны учеников старших классов, поэтому стоит сейчас, улыбаясь как идиот, и думает, кого же из друзей Тэхёна он должен поблагодарить за это.
— Тэхён, твою мать за ногу, только не говори, что… — начинает Юнги, до которого доходит причина, по которой Тэхён мог подозвать к ним младшего брата своей девушки.
— Придёшь сегодня к нам в команду на турнире по фифе играть? — интересуется Тэхён без единой запинки и угрызений совести, по мнению друзей, которые злятся на него за то, что даже не сказал, кого именно собирался звать. Тусоваться с Чонгуком не соответствовало их статусу крутых ребят.
— В фифу? — переспрашивает Чонгук с нарастающей радостью, и улыбка на его лице с каждой секундой становится ещё более даунской, что Джин переглядывается с Намджуном, чтобы они с помощью телепатии быстренько придумали способ удушить младшего, пока тот не дал согласия.
Довольным остаётся лишь Чимин, который не сомневается в том, что Чонгук тот ещё неудачник, а значит, сегодня вечером друзья проиграют. А со следующего дня будут молиться на Чимина и просить прощение за то, что так беспечно к нему относились всё это время.
— Да, соглашайся, Чонгук, — хитро кивает он и подходит к парню, кладя руку ему поперёк шеи, приобнимая её.
Этот жест выводит Тэхёна из себя, но он может позволить себе лишь сильно сжать кулаки. Он смотрит на друга взглядом, полным ненависти, и хочет одним ударом лишить того сознания. Тэхён определённо сделает ему этим одолжение, ведь планирует ввести его на недельную кому, как раз и домашний арест закончится. Ещё он всё-таки решается в наказание отшлёпать потом Чонгука, которого совсем не смущает фамильярный жест старшеклассника, с кем он только что познакомился. И пока другие друзья начинают расспрашивать Чонгука о его скиллах, Тэхён берёт свой смартфон и быстро строчит ему сообщение: «Я тебя прибью, Чон Чонгук».
Чонгук видит сообщение, уже когда доходит до своего кабинета. Он не понимает причину подобной угрозы, потому что последнее, что он отправлял Тэхёну, был самодельный стикер. Он обрезал на фото член со своего нашумевшего дикпика и в фоторедакторе приклеил к головке кавайные глазки и улыбку. Вполне прикольно, думал Чонгук и не успевает что-либо ответить на сообщение Тэхёна, потому что заходит учитель. Что бы там ни было, он сейчас счастлив, потому что сможет не просто поиграть со старшеклассниками в видеоигру, а ещё проведёт очередной вечер в обществе парня, в существование которого он с каждым разом всё сильнее сомневается. Такие парни, как Ким Тэхён, не могут быть реальными.
Тэхён ловит Чонгука по дороге в столовую. Ему пришлось терпеть шуточки своих друзей о том, что, если Чонгук им весь турнир запорет, они повесят его за трусы на флагшток во дворе школы за это. Даже придумали способ, с помощью которого можно это сделать. Тэхёну не на шутку становится страшно за младшего, и он сильно жалеет о том, что позвал его, ведь даже не знал, реально ли Чонгук так хорош, как описывает себя. Ему надо точно в этом убедиться, поэтому он хватается за запястье не сразу заметившего его парня, и тащит в сторону лестничной клетки.
— Тэхён, нас же увидят, — шепчет Чонгук, еле успевая двигать ногами за ним, и думает, что Тэхён вновь повторит их первый поцелуй, который случился у лестниц.
— Я просто немножко полюбуюсь тобой, — усмехается Тэхён и садится на подоконник, чтобы с хорошего ракурса вглядеться в лицо Чонгука, уже ставшее для него безупречным.
Сам школьник чувствует, как подтекают ноги, и тает от приятных слов, обращённых к нему. Он подходит ближе к подоконнику, надеясь, что никто из школьников не решит воспользоваться лестницами во время обеда. У него жутко урчит в животе, а ещё хочется хотя бы десять минуток поспать в медкабинете перед уроком, но Чонгук забивает на все свои привычки ради того, чтобы побыть с таким Тэхёном как можно дольше.
— Кстати, за что ты меня прибить-то хотел? Что я опять не так сделал? — спрашивает он, стараясь держать себя в руках и в мыслях приказывает своему телу не реагировать на то, как болтается нога Тэхёна, то и дело специально задевающая голенью внутреннюю часть его бёдер.
Тэхёну хочется ответить, что он делает всё так, иначе он сейчас не ощущал бы себя таким довольным, хорошо осознавая то, что они с Чонгуком делают что-то не совсем правильное. Но вспоминает то, как тот улыбался Чимину, который явно хотел или побесить друзей или искал в Чонгуке замену им.
— Понравилось обжиматься с Чимином? — отвечает он, меняясь во взгляде, и заставляет мурашки табуном идти по телу Чонгука. Тому нравится мрачность во взгляде Тэхёна, что дыхание захватывает, а самоконтроль держится просто на самом последнем волоске.
— Какой обжиматься, — усмехается Чонгук, стараясь заранее не додумывать про себя то, что его может ревновать сам принц. — Он же по-дружески…
— Ты в курсе, что я изначально тоже планировал с тобой подружиться? — перебивает его Тэхён и тянет его за ткань школьной рубашки к себе, из-за чего первые слабо застёгнутые пуговицы раскрываются под напором чужих пальцев. Тэхён сделал это неспециально и впервые за долгое время благодарит небеса за такую подлянку, потому что открывшийся из-под ткани вид на ключицы ему вполне нравится. Ну и что, что есть опасность того, что он прямо во время большой перемены, когда все ученики вне учебных классов, возьмёт и засосёт этого парня в очередном мокром поцелуе, вызывающем у каждого из них неконтролируемый стояк.
— У тебя хорошо получается, Ким Тэхён, так держать. Не сдавайся, — смеётся Чонгук, понимая, что Тэхён пытается намекнуть ему на свою ревность, прямо не озвучивая этого, потому что дохуя гордый. Но с ним такое не прокатит, поэтому Чонгук позволит себе ещё немного позлить старшего. Заслужил. — Иди до самого конца, и, может быть, мы с тобой реально когда-нибудь подружимся, — хихикает он, определённо довольный тем, как хмурится Тэхён.
— О да, я до такого конца дойду, — тихо и размеренно говорит Тэхён, ещё ближе притянув его к себе, и перемещает губы к его покрасневшим от такого баса уху, — что заставлю тебя умолять меня не прекращать входить и выходить в этот конец ещё и ещё.
— Прекрати… — звучно выдыхает Чонгук, чувствуя то, как лоб покрывается испариной, — нас же… увидят…
— Мы ж просто болтаем, — усмехается Тэхён, ровно садясь на месте, и с надменной улыбкой смотрит на то, как Чонгук облизывает губы. Он опускает глаза к его паху, чтобы проверить, стоит ли у него уже.
— Не смотри туда, — шипит Чонгук, у которого между ног лишь сильнее всё выпирает, когда он замечает то, куда обращается взгляд этого наглеца.
— Красотой нужно любоваться, — пожимает Тэхён плечами, совсем не стесняясь того, что творит с Чонгуком, и хочет предложить ему уединиться где-нибудь в мужской раздевалке. А может даже принять совместный душ в одной из кабинок. Физрук вряд ли будет проверять. Но он не успевает даже открыть свой рот, чтобы озвучить очередную свою охуенную идею, как видит за спиной Чонгука медленно спускающуюся к ним его сестру.
— Чонгук, это ты что ли? — спрашивает она брата, узнав его со спины, но присутствие рядом её парня внушает ей сомнения в этом. — Что-то вы слишком часто вместе тусуетесь, — с подозрением во взгляде говорит Суён, походя к ним, и Чонгук быстро опускает ладони к паху, надеясь скрыть своё возбуждение, которое стремительно падает и заменяется жутким страхом. Он хочет оправдаться и сказать, что они с Тэхёном просто друзья и она неправильно всё поняла. — Тэхён, если ты сделаешь из моего брата такого же блядуна, каким ты сам являешься, я тебе член оторву, ты же знаешь? — продолжает она, и Чонгук неосознанно улыбается от сильного облегчения. Если она боится лишь этого, то всё хорошо. Уж кем-кем, а блядуном Чонгук никак не станет, лишь сильнее обезумеет от влюблённости.
— Из него-то? — легко смеётся Тэхён, показывая взглядом на Чонгука, который чуть хмурится, надеясь, что тот, чтобы не вызывать подозрений, не начнёт его тут унижать. — Твой брат самый настоящий романтик. Вон какие дикпики отправляет, — говорит он, доставая телефон, и показывает сохранённый стикер чонгуковского члена с глазками и улыбкой. — Ну разве это не милота?
— Блять, ты больной что ли?! — верещит Суён, закрывая глаза ладонями, и поворачивается к ним спиной. — Это же член моего брата, нахуя ты мне опять его показываешь!
До Тэхёна только сейчас это доходит, потому что он не имел ничего плохого. Просто похвалить хотел Чонгука перед старшей. Сам парень лишь краснеет и смотрит настолько сердитым и мрачным взглядом, что напоминает ему Красного Черепа, пугающего его до дрожи в коленках.
— Чонгук, не смей даже дружить с этим долбоёбом, — приказывает Суён брату, поворачиваясь чуть боком, и всё ещё не решается посмотреть в сторону Тэхёна, так как боится, что тот до сих пор держит экран, повернутый в её сторону.
— То есть тебе с ним ебаться можно, а мне дружить нельзя? — спрашивает Чонгук дерзко, больше из-за того, что опять бунтует перед старшей сестрой, чем от ревности.
— Ебаться? Какого хуя ты используешь такие слова? — удивляется она и всё-таки смотрит на своего парня, который быстро качает головой в своё оправдание, мол, не он учил Чонгука матом ругаться. Он сам как-то овладел этим прекрасным искусством. — И почему у тебя расстёгнута рубашка? — спрашивает она, думая о том, что её младший брат слишком быстро взрослеет, и в один момент она уже не сможет его контролировать. В детстве, после смерти матери, она мечтала о том, чтобы Чонгук поскорее вырос и ей не пришлось бы за ним ухаживать. Однако сейчас Суён понимает, что слишком привыкла к маленькому Чонгуку, поэтому ей сложно увидеть в младшем брате взрослеющего парня, отправляющем дикпики и ругающимся матом. Отец всегда говорил ей, что как старшая, она должна следить за тем, чтобы Чонгук не попал в плохую компанию, потому что мальчики в этом плане быстро отбиваются из рук. И, хоть она и встречается с Тэхёном, он и его друзья — наихудший вариант проявления её страхов. — И вообще. Какого хрена ты отправляешь Тэхёну свой член в виде смайликов?
— Ты не слишком много вопросов задаёшь? Заебала, — раздражённо говорит Тэхён, которого по-настоящему бесит то, как к Чонгуку относится его сестра. Раньше он этого и не замечал, потому что, стоит признать, было похуй. Но он видит то, какой это парень. Чонгук определённо не пятилетний и не какой-нибудь там ребёнок с ДЦП, за которым нужен глаз да глаз.
— Тебя-то я как заебала? Я со своим братом говорю, Тэхён, — отвечает она, надвигаясь на парня, который опускается на ноги.
Настроение Тэхёна было определённо испорчено, а ведь он даже не успел спросить у Чонгука, сможет он сегодня на игре не упасть лицом в грязь. Ему самому, конечно же, так же важен турнир, но Чонгук ему чуть важнее всё-таки. Не хочется, чтобы друзья его морально выебали.
— Вот именно что с братом, а не с сыном, — говорит Тэхён, смотря в глаза своей девушки сердито, как если бы он был на месте Чонгука, и поэтому Суён делает шаг назад, потому что никогда не видела, чтобы кто-то защищал её брата. — Так веди себя как сестра, а не как ёбаная мать-наседка.
Чонгук тянется пальцами к ладони Тэхёна, но не решается взяться за неё, чтобы успокоить парня, поэтому просто тянет его за короткий рукав рубашки с настороженным взглядом. Ещё не хватало того, чтобы Суён и Тэхён поссорились сейчас из-за него, ему достаточно угрызений совести из-за того, что парень его сестры изменяет ей с ним.
— Знаешь, что, — начинает Суён дрожащим голосом, потому что слова задевают внутри что-то, что глубоко зарыто и не желает быть потревоженным. — Иди-ка ты нахуй к той своей шалаве, с которой ты целовался. Видеть тебя не хочу! — кричит она перед тем, как подняться по лестницам наверх. Суён не планировала бросать Тэхёна из-за его поцелуя с какой-то там сукой, но он довёл её этими словами. Они были не в подобных отношениях, чтобы лезть в семейную жизнь друг друга, и, если её брат внезапно сдружился с этим хуесосом после того, как она начала с ним встречаться, значит, надо его бросить.
— Зачем ты это сказал, Тэхён? — разочарованно вздыхает Чонгук, недовольно наморщив лоб. Он понимает, что Тэхён пытался его защитить перед ней, раз у него самого это никак не получается, но Суён реально заменила ему мать.
— Прости, я не должен был. Знаю, — отвечает Тэхён, сильно сожалея о своих словах.
— С какой шалавой ты ещё целовался? — внезапно спрашивает Чонгук, который хотел побежать за сестрой, потому что был уверен, что она, несмотря на свой пуленепробиваемый характер, где-то плачет в женском туалете от обиды. Но то, что она послала Тэхёна к какой-то там девушке, настораживает его сильнее.
— А, это, — говорит Тэхён и виновато почёсывает затылок, надеясь, что Чонгук не начнёт вновь паниковать от того, что Суён скоро всё о них узнает. — Я вчера проболтался о том, что целовался с кем-то.
— С кем ещё ты целовался? — шепчет Чонгук, готовый так же побежать к сестре в девчачий туалет и поплакать вместе с ней в соседней кабинке от горя.
— Ты реально кретин? — смеётся Тэхён, у которого трескается мимиметр от того, как дрожат губы младшего. — Да я с тобой целовался. Хочешь напомню? — добавляет он, и Чонгук делает резко шаг назад, потому что в коридоре всё ещё стоит гул учеников, входящих и выходящих из столовой.
Ему хочется положительно кивнуть, а может и написать на лбу, что да, кретин, каких ещё поискать надо. Потому что надо быть настоящим имбецилом, чтобы так вот позориться перед Тэхёном. Конечно, тот сам виноват, потому что ведёт себя как парень, недостойный доверия. Однако Чонгук влюбился в него, прекрасно это зная. Поздно уже делать ноги.
— Дай хотя бы обниму, — просит Тэхён, которому сейчас жизненно необходимо прикоснуться к этому парню. Он не ждёт разрешения и притягивает Чонгука за шею, прижимая к своему телу. Тот совсем не сопротивляется и удобно устраивает ладони на его спине, утыкаясь лицом в приятно пахнущую шею.
— Зачем ты ей сказал про поцелуй? — тихо спрашивает Чонгук, хоть и ощущает облегчение от того, что Суён об этом знает. Ей осталось просто узнать, что та самая шалава — её младший брат. Его радует то, что она не выглядела расстроенной тем, что её парень целовался с кем-то другим. Есть маленькая надежда на то, что, узнав о том, что это был он, она так же не расстроится.
— Просто хотел узнать, с кем она мне изменяет. Думал, если скажу, что и я ей изменяю, она выдаст себя, — отвечает Тэхён и покрывается мурашками от горячего дыхания Чонгука у себя на шее. Ещё минута в такой позе, и он реально потеряет над собой весь свой хвалёный контроль.
— Ох, чёрт, — говорит школьник и разрывает объятие, кусая губы и сильно сокрушаясь от того, как поступает с родной сестрой.
— Что такое?
— Суён, она… — бормочет Чонгук, шумно вдыхая через сжатые зубы, и неловко кривит уголки губ в виноватой улыбке, — она тебе не изменяла. Я соврал.
— Что ты сделал? — растерянно переспрашивает Тэхён, делая шаг вперёд, и Чонгук пятится назад, но впечатывается спиной в стену.
— Я соврал о том, что она тебе изменяет. Чтобы… ну чтобы сказать, что тебя никто не любит… — мямлит он почти неслышно. Но Тэхён прекрасно всё слышит, потому что его голова находится достаточно близко от губ, пытающихся оправдаться за такую дурацкую ложь, сказанную для того, чтобы сравнять его с землёй и озадачить на несколько дней. — Ты злишься?
— Ты назвал меня куском мяса, которое используют лишь ради того, чтобы только потрахаться, — тихо отвечает Тэхён, не зная, злится ли он сейчас на Чонгука за это или ему нравится то, что Чонгук даже свою сестру оклеветал ради его внимания.
— Так в этом я не соврал! — громко высказывает Чонгук, чтобы заработать себе очков правды, но быстро понимает, что это не самое лучшее, что он говорил Тэхёну, и вряд ли тот обрадуется от того, что эти слова всё-таки не ложь. — Ну то есть… таким я тебя видел… Но… ну… ну ты не такой…
— Боже, как же я хочу тебя сейчас заткнуть, — шепчет Тэхён, приблизив своё лицо к его губам, и в нескольких миллиметрах от того, чтобы поцеловать его. Всё-таки он не злится на Чонгука. Всё намного хуже — ему всё сильнее и сильнее нравится этот идиот. Тэхён задумывается, возможно ли влюбиться в парня, влюбившись сначала в его член?
Чонгук плотнее вжимается затылком в стену, потому что не хочет всеобщего внимания. Тем более, не в тот момент, когда его сестра, скорее всего, плачет где-то из-за него же. Однако не сдвигается с места и зажмуривает глаза в ожидании следующих объятий, но уже губами.
— Я надеюсь, ты хотя бы не соврал насчёт того, что умеешь играть в фифу? — спрашивает Тэхён и чуть отходит назад, разрушая в пух и прах ожидания Чонгука, а также участившееся в стуках сердце, которое просто пропускает удар, ведь он не получает поцелуй. Ну и что, что не хотел при всех целоваться. С Тэхёном он хочет всегда и везде.
— Не соврал, — безразлично отвечает он и быстро застёгивает пуговицы на рубашке, стараясь не показывать Тэхёну своей лёгкой обиды. Ему не хочется выглядеть в его глазах пиздаболом.
— Мои друзья могут быть долбоёбами иногда…
— Всегда, — исправляет его Чонгук, который не понаслышке об этом знает.
— Да, всегда, — кивает Тэхён, понимая, что нет смысла приукрашивать то, какими бывают его друзья. Он как никак говорит с парнем, чей дикпик один из них распространил по всей школе. — Поэтому сильно не обижайся на их шуточки и прошу тебя, если кто-то из них попросит тебя отправить дикпик, не отправляй его, хорошо?
Чонгук пытается сдержать смех, потому что не знает, задан ли вопрос из ревности или Тэхён реально считает его умственно-отсталым, раз вполне серьёзно смотрит в его глаза.
— Тогда я первый выберу себе команду, — отвечает он, и Тэхён широко раскрывает глаза.
— А ты не обнаглел, малой?!
— А что, нельзя? А то отправлю всем свой дикпик, — ехидно улыбается Чонгук, само собой, не собирающийся этого делать. Просто бесить Тэхёна очень прикольно. Тэхён так же понимает, что Чонгук не собирается этого делать, но всё равно злится, потому что, ну а мало ли.
— У нас команду всегда Джин первым выбирает. Иначе жди беды, — качает головой Тэхён, а в мыслях уже продумывает то, как будет уговаривать друга уступить на один раз. Он уже предугадывает то, как его будет ненавидеть каждый из друзей после сегодняшнего матча, потому что зерно посеяно, они ясно это дали ему понять. Но он не жалеет о том, что позвал Чонгука, ведь искренне желает того, чтобы тот сдружился с его придурочными друзьями.
— Я уверен, ты умеешь выкручиваться из сложных ситуаций, — произносит Чонгук и, самодовольно улыбаясь, поднимается по лестнице. На самом деле, ему без разницы, первым выбирать команду или нет, он уверен в себе и своих навыках на сто процентов, но пусть Тэхён немного помучается за то, что обидел его сестру.
Чонгук признаёт, что нормальный брат может даже ударил бы его за измену и сказанное ей, но лишь смиряется с тем, что он дерьмовый брат, поэтому бежит в сторону женского туалета, надеясь застать там Суён. Она, скорее всего, отругает его за то, что он пропустил обед.
