Народный герой

В небе до смешного огромная дырка, из которой только и делают что валятся какие-то невиданные существа. Это конечная. Нью-Йорк не просто в драккловой опасности. Есть опасения, что весь Манхэттен сегодня исчезнет с лица земли. Ничего не говоря, схватил друзей за руки и бегом увел в переулок. Создал Люмос поярче, чтобы в случае наличия камер, они не смогли зафиксировать то, что сейчас произойдёт. Все также молча аппарировал с Недом и Эм Джей в свою комнату. Конечно же я ставил защиту на нашу с Мэй квартиру. Правда, я думал, что она понадобиться из-за недоброжелателей Человека-Паука, а не из-за инопланетных захватчиков, но выбирать не приходится. Друзья только начали отходить от перемещения и у них наверняка появилось куча вопросов, но не сейчас. Это подождет. Звонок Мэй. Гудок. Еще гудок. — Питер, ты в порядке? — Все хорошо. Один вопрос. Ты остаешься в больнице или я перемещаю тебя в квартиру. Здесь безопасно. — Будет много пострадавших, Пит. Я останусь. Будь осторожен, пожалуйста. Я люблю тебя. — И я тебя, Мэй. Все будет нормально. Обещаю. Очередные гудки оповестили о завершении звонка. — Нед, Эм Джей, все ответы потом. — Проговорил я, облачаясь в костюм Человека-Паука. — Здесь безопасно. Позвоните родным, скажите, что вы в порядке. И, пожалуйста, держите в тайне то, что вы только что узнали. Нед пытался что-то сказать, но у него только открывался и вновь закрывался рот. Эм Джей среагировала быстрее. — У нас будет долгий разговор, Пит. — Девушка стерла рукой появившиеся слезы. — Очень долгий. У меня у самого слезы стояли в глазах, но на них не было времени. — Я знаю, Эм Джей. Мы поговорим, но немного позже. Раздался звонок. На дисплее появилось имя агента Романофф. — Мисс Романофф, буду через минуту. Будьте осторожнее и, пожалуйста, оставайтесь живы до самого конца, хорошо? — Это будет сложно, Паук. Сложно, но выбора нет. Я тебя жду. Что же, это был последний звонок. Самое время идти спасать мир. — Я ушел. Буду поздно. И испарился, перемещаясь в самое пекло событий.

***

Это было ужасно. Вокруг взрывы, разрушения, крики гражданских. Это похоже на апокалипсис. Но, мать моя Моргана, я не дам так просто отобрать столь полюбившийся мне мир. Не дождетесь. Придется немного пересмотреть свои принципы. Сегодня Человек-Паук убивает, калечит и не сдерживается. И плевать я хотел, что у этой инопланетной живности тоже есть чувства. Я остаюсь дружелюбным соседом и всегда рад видеть своих соседей, но только до тех пор, пока кто-то не заходит ко мне домой без приглашения. А Нью-Йорк, дракл меня дери, это мой гребаный дом. Искать врагов не было абсолютно никакого смысла. Они были повсюду. Важное слово были. Без головы долго не живут. У этих тварей не было никакого инстинкта самосохранения, они так и кидались на меня. Что же, поиграем, ребятки. Посмотрим кто кого. В придурков летающих на космических гидроциклах летели всевозможные взрывные заклинания. Школьной бомбардой я не ограничивался. О, нет, в ход шла по-настоящему темная Блэковская магия. Я, может, в Хогвартсе и не блистал знаниями, но не настолько же я идиот, чтобы не воспользоваться благами лучшей библиотеки во всей магической Англии. Авада Кедавра слишком легкая смерть для этих мерзавцев. Да и не то чтобы авада была когда-то действительно темной. Обычное заклинание для приговоренных к смерти или же смертельно больных, чтобы не мучились. А эти твари умрут в мучениях. Это я им обещаю. Паутина сдерживала дальнейшее разрушение города. Усиленное Репаро чинило все, что было ему подвластно. К сожалению, далеко не все, но с фасадами зданий хоть как-то справлялось. Криков становилось все больше. Нужно быстрее вызволять отсюда гражданских. Итак уже умерли слишком многие. Слава Мерлину, захватчики не могли пройти сквозь щиты Протего Максимы. Люди хоть и не понимали, что происходит, но уяснили, что выходить за пределы огромной святящейся стены — не стоит. Большое им за это спасибо. Портал начал резко расширяться и из него полезла какая-то огромная летающая многоножка. Это, черт возьми, не входило в мои планы! Как с этой дурой драться? Метла бы сейчас была бы не лишней, без нее я летать, к сожалению, не умею. Передо мной пролетел очередной инопрешленец на своем летающем байке. Точно. Вот так мы и полетаем. Транспорт рассчитан на двоих, так что один пассажир быстро оказался мертвым на земле. Как управлять этой колымагой, я знать не знаю, да и не хочу, а поэтому просто стану преступником и отправлюсь в Азкабан. Ничего страшного. — Империо. Слушай мои команды и лети куда я тебе говорю. Самое прекрасное в этом заклинании — это то, что ему глубоко наплевать на разницу в языках и формулировке требований. Удивительная вещь. Пилот лишь глупо улыбнулся и мы понеслись к мутировавшей сороконожке. В воздухе тоже было чем заняться. Во-первых, защитить щитами свой транспорт и себя самого. Во-вторых, взорвать всю остальную колонию летающих придурков. В-третьих, продолжать восстановление города. Гражданских уже почти не видно, а значит, военные и службы спасения работают как надо. Хоть что-то радует. На огромный неопознанный объект магия практически не действовала. Выходит, этот таракан не живой, а какой-то космический корабль. Не то чтобы мне было это интересно. На него может и не действуют заклинания, но зато паутина липнет просто отлично. А вот с ней я могу уже и поиграться. Паутина была везде. Ее мне не жалко. У меня с собой два пожизненных запаса. И когда эта сороконожка полностью оказалась в коконе, я наконец смог исполнить свой план. Пламя. Адское Пламя. На земле я бы не рискнул его использовать, но в воздухе. В воздухе оно сотрет эту тварь с лица земли. От нее даже пепла не останется. Паутина не дает зеленым человечкам выбраться из горящего судна и помогает мне контролировать этот летающий корабль, дабы он не полетел вниз. Так, я могу просто левитировать паутину, пока все не догорит. Конечно, это требует постоянного обновления паутины и нешуточного контроля, но сегодня Человек-Паук обойдется без шуток. Зазвонил телефон. Кто бы это не звонил, думаю, это сможет подождать три с половиной минуты. Мне еще нужно Адское Пламя проконтролировать.

***

Едва я успел закончить, меня чуть не сбросили с летающего байка. Слава Мерлину, успел зацепиться паутиной за ближайшее здание. Это было близко, чёрт возьми. Оглядевшись, заметил, что пока я предавался пиромании, Железный Человек с Халком успели расправиться с еще одним представителем сороконожьего вида. А на земле стояли те самые Мстители, в количестве шести особей. Довольно ошеломленных особей, если судить по лицам. Я же просто спрыгнул к ним вниз, дабы разузнать обстановку. — Я, blyat, даже не хочу спрашивать, что это только что было, rodnoy, но в следующий раз предупреждай, что так хорош в поджогах. — Не выражайся, Наташа! — Как вообще что-то может сгореть и не оставить после себя ничего? Это блять не научно! И почему оно продолжало летать? Кто ты такой, паучок? Из всей этой компании меня больше пугал Тор. У него в глазах было какое-то детское восхищение. Полубог был каким-то слишком счастливым для всей этой ситуации. — Быть не может! В Мидгарде! Волшебник в Мидгарде! А вот это уже что-то интересное… Очень интересное, но поговорим об этом позже. — Давайте оставим расспросы на потом, окей? Поговорим, когда из портала прекратят лезть пришельцы. Хорошо? Честно говоря, сказал я это только для Тора. Тот, несмотря на то, что был весь побитый и истекал кровью, очень интенсивно закивал головой. Забавный он тип, конечно. Ничего не скажешь. — Командуйте, мистер Капитан Америка. — Спасибо за внимание, Человек-Паук. Пока не разрушим портал будем их сдерживать. Бартон на крышу, будешь наводить нас на противника. Старк, ты по периметру. Всех бежавших пришельцев — в пепел. Недолго думая, Железный Человек с мистером Бартоном на спине улетел к крышам небоскребов. — Тор, устрой им давку на выходе из портала. Зажарь ублюдков молниями. И тот, раскрутив молот полетел к порталу. Какие они все послушные однако. — Мы с Наташей остаемся на земле и бьем их здесь. — Тут он перевел голову на меня. — И Человек-Паук. Я не знаю, на что ты способен, поэтому скажу то же, что и Халку: размажь их. Никто даже и не думает возражать ему. Видимо, выданные задания всех устроили. Мне, по крайней мере, моё указание пришлось по душе. — Мисс Романофф, Мистер Роджерс, удачи. Надеюсь, еще встретимся. — И тебе, rodnoy. Халк, совершив какой-то немыслимый прыжок верх, оказался на крыше здания. А мне оставалось просто уничтожать всех вокруг. Да, уж. Не ожидал, что мне будет так легко лишать жизни разумных существ. Не мой стиль, конечно, но кто меня вообще спрашивал. Силы быстро покидали, но меня это не то, чтобы волновало. Когда не было сил колдовать, в ход шла паутина, когда же ее было неудобно использовать, то кромсал инопланетян собственными кулаками. На мне, наверное, не осталось ни единого живого места, да и вся одежда была крови. Не только моей. Однако, я даже не думал отступать. Подрался вместе с мисс Романофф и Капитаном Америкой на земле. Помог протаранить мистеру Старку очередную сороконожку, взрывая захватчиков еще до того, как они достигали земли. Полетал с Клинтом по крышам, давая ему лучший обзор. Подрался рука об руку с Халком и Тором. И последняя двойка была действительно забавной. Бог грома постоянно озирался на меня и улыбался, пока я кастовал заклинания, а Халк… Как бы сказать. Мы с ним будто соревновались, кто сможет придумать и воплотить в жизнь самые яркие образы, чтобы уничтожить пришельцев. Я не знаю, кто это начал. Оно как-то само получилось, но Халку, вроде нравилось. Как только он видел, что я уничтожал группу врагов, он поднимал кулаки в небо и издавал радостный крик. После этого еще более яростно вступая в бой. Я, правда, не планировал приручать зеленого монстра, но… Это выглядело так мило. Я словно с ребенком играл. А как он на магию реагирует?! Чуть ли не в ладоши хлопает! Ну, как можно было не проникнуться таким милашкой?

***

— Паучок, у нас проблемы. Крикнул мистер Старк, когда мы остались одни на один с группой зеленых человечков. — Что случилось? — На нас ядерную пустили. Да какого дракла они себе позволяют? Совсем с ума посходили? Они же весь Манхэттен уничтожат. Морщерогие кизляки, я для чего пытался лишних разрушений избежать и здания ремонтировал, а? Чтобы они просто взяли и взорвали здесь к чертовой бабушке? — У меня есть пару вопросов к нашему правительству. Вам помощь нужна? — Сам справлюсь. И ты не слышал, но скоро Наташа закроет портал. — Вас понял. Он улетел, а мне оставалось лишь добить тех, кто ещё оставался в живых. И все вроде шло по плану. Мистер Старк направил ракету в портал, ракета в этот самый портал попала, но вот какого дракла, этот гребаный портал начал закрываться пока еще мистер Старк был по ту сторону? Кто настолько смелый, что решил оставить владельца компании, в которой я работаю, в космосе? Железный человек, видимо, был такого же мнения, а потому вылетел из портала, за секунду до того, как он закрылся. А нет. Он не вылетел. Он, blyat, выпал из мерлинового портала. Рассчитав траекторию его падения, аппарировал туда, но меня опередили. Халк успел схватить его в полете. Еще немного порушив город, они наконец оказались на земле. Я за секунду подлетел к обгоревшему Железному Человеку, потому что магия показывала остановку сердца и отсутствие дыхания. И подобного исхода я допустить никак не мог. Сначала в него полетело заклинание лечения, потом крошечный разряд тока, но Старк все еще не вставал. И вот тут уже не знаю, что помогло, то ли оглушительный рык Халка, то ли моя смачная пощечина. Цели мы достигли, это главное. — Ауч, паучок, можно было поаккуратнее. Я вообще-то только что с того света вернулся и рассчитывал на поцелуй истинной любви, а не пощечину. — Это вам за то, что назвали мой костюм обносками. Тем более, тем, кто так быстро умирать собрался — слово не давали. — Я наконец-то встал с колен и презрительно посмотрел на миллиардера. — И вы идиот. Я предлагал вам свою помощь, нужно было соглашаться, а не мнить из себя героя. — Да, брось, паучок. Я отлично справился. — Ну, это спорное заявление. Остальные Мстители молчали. Зато Халк поднял свою руку, как бы замахиваясь, но подозрительно долго ее не отпускал. Если это то, о чем я думаю, то сейчас будет самая сюрреалистическая сцена в моей жизни. Подойдя к огромному зеленому монстру, я подпрыгнул и хлопнул его по протянутой руке ладошкой. Большой мальчик улыбнулся. Черт возьми, как же мне он нравится. Мстители рассмеялись, но я их не виню. Это было действительно забавное зрелище. — Мы победили. — Именно так, мистер Капитан Америка, но, к сожалению, мы еще не все закончили. — Волшебник верно говорит. — Эх, но после всего мы просто обязаны сходить за шаурмой. Я видел в двух кварталах отсюда ресторанчик. Мне всё равно, что будет дальше, но я хочу её. Я просто не смог сдержать смех. Да, шаурма была бы не лишней.

***

— Мисс Романофф, рад, что с вами все хорошо. Я переживал, что оставляю вас одну на столь продолжительное время. — Все в порядке, Паук, но позволь спросить, куда ты так бежишь? — О, ничего такого, моя леди, просто хочу быть первым, кто ударит этого ублюдка по морде! Первым я не был. Его до этого еще Халк успел отдубасить, но это было давно. Прошло уже примерно полчаса, а я не могу оставить без внимания столь значимого человека на столь длительное время. — Гребаный ублюдок! Локи пытался отбиваться. Даже какие-то иллюзии старался наколдовать. Но против Силенцио и Остолбеней у него не было никаких шансов. Я все-таки волшебник или кто? Но как только порыв ярости прошел, я разглядел в голове бога обмана значительную проблему. — Господин Волшебник, я понимаю, что вы злы, но он все-таки мой брат. Не могли бы вы вести себя с ним помягче? — Твой братец не в своем уме. И это не фигура речи. Его разум контролировали. Я сел на корточки и взялся за голову. Только этого не хватало. — О чем ты, волшебник? — У нас проблемы. Если твоего брата контролировали, а его контролировали, то это значит, что есть кто-то достаточно сильный, раз способен на подобное. И из этого следует, что на землю охотится какой-то чертовски сильный урод. И это мне очень не нравится. Тор выглядел встревоженным. Ну, конечно, не каждый день узнаешь, что разум твоего родственника кто-то подчинил. — А ты можешь как-то ему помочь? — Может быть и смогу. — Я огляделся и помимо ничего непонимающих Мстителей, нашел еще скипетр Локи. Вот в нем-то и проблема. От него идет какое-то бешенное излучение, направленное в голову черноволосого бога. — Подайте-ка его зубочистку. От этой штуки ужасно фонило. Она не то крестраж, не то Империо в физическом виде. Одним словом, та еще мерзость. Ладно, пока мне не нужно с этим разбираться. Моя задача проста. Освободить разум Локи от контроля. Это несложно. Нужно просто разорвать цепь заклинания. Влияние на него было не таким сильным, как я боялся. И я почти справился, пока не словил сигнал, как гребаный радиоприемник. В моей голове мелькали картинки открытого космоса и фиолетового урода стоящего рядом со своим склизким подчиненным. Надеюсь меня они тоже видят. Как раз хотел сказать им пару ласковых. — Утро доброе, старый маразматик! Хотел сказать тебе одну вещь. Когда в следующий раз решишь поиграть в войнушку, изюминка ты генномодифицированная, приходи сам, а не отправляй вместо себя мелкую сошку. А то мне совершенно не с кем выпить свой послеобеденный чай, жертва ты неудавшегося аборта. Надеюсь, ты умрешь в страшных муках, дорогуша. Всегда ваш дружелюбный сосед — Человек-Паук. Конец связи. После своих слов, оборвал контроль над разумом. Да, возможно, я немного вспылил, но я вообще-то на нервах. Да, возможно, я разозлил какую-то неведомую зверушку, но… Я устал. У меня не было времени придумывать более щадящие выражения. — Только не говори, что ты так своевольно говорил с самим Таносом. Локи довольно быстро пришёл в себя, но его лицо выражало страх скорой смерти. — Запомни только одну вещь, Локи, принц Асгарда, сын Одина и полноправный король Йотунхейма. — Я взял его за затылок и смотрел прямо в глаза. Да, в маске это выглядело не так устрашающе, но снимать ее для пущего эффекта, я не собирался. — Плевал я, кто он такой, и почему ты его так боишься. Если он хоть пальцем решит тронуть мой дом, то я оторву ему руку. Я не позволю, чтобы какой-то уродец, вообразивший из себя Бога, вершил судьбы обычных граждан. Потому что жители Нью-Йорка, blyat, находятся под моей защитой. Это тебе ясно? — Я тебя понял, волшебник. — Вот и славненько. — И все же нравишься ты мне, паучок! Даже кэпа заткнуть сумел. Да так, что он ни одного «Не выражайся!» вымолвить не сумел. Просто поразительно. Я наконец-то развернулся к Мстителям. Как-то я успел о них подзабыть, если честно. — Боже, мисс Романофф, простите, что так вульгарно выражался. Я был самую малость не в себе. Что я могу для вас сделать, чтобы загладить свою вину, моя леди? — Все хорошо, rodnoy, но ты меня, правда, удивил. От тебя подобных речей я точно не ожидала, но было даже приятно. Из твоих уст русский мат звучит удивительно прекрасно. — Вы так добры, мисс Романофф. И да, мистер Железный Человек, к сожалению, никак не смогу сходить с вами за шаурмой. Вспомнил, что у меня еще много дел. — Это ужасные новости, паучок, но ничего не поделать. Будешь должен. А у меня, и правда, было много дел. Нужно было написать Неду и Эм Джей, позвонить Мэй, а еще под завалами оставались люди. И они все еще могут быть живы. И я все равно не смогу уснуть сегодня. Слишком много впечатлений за один день. Солнце еще высоко, а мы всегда в ответе за то, чему не пытались помешать. Так что мне нужно быть не здесь. Мне нужно спасать людей, тех, кого еще можно спасти.

***

— Тор, прости, что отвлекаю, но из разговора было понятно, что ты знаешь о способностях Паука. Это так? — Всё верно, Наташа. Он волшебник! — Добродушно воскликнул Тор. — Волшебник в Мидгарде! Наташа, вопросительно посмотрела на бога грома, но все же спросила. — Не расскажешь ли нам не просвещенным, кто же такие волшебники и почему тебя это так обрадовало? — Ну, это же волшебники! Конечно, же я рад, парень же волшебник! Как тут не радоваться? Они же исчезли из девяти миров еще до моего рождения. За пару лет до начала вашего Мидгардского летоисчисления, если не ошибаюсь. — Что прости? Шпионка изо всех сил старалась сохранять невозмутимое выражение лица, переводя взгляд с бога грома на шаурму, лежащую на её тарелке. Какие, nakhuy, волшебники? — В те далёкие времена, о которых нам с братом рассказывал отец, волшебники сражались в великих битвах бок о бок с нами, богами, Асгардцами. По его словам именно тогда он и лишился своего глаза. Эх, славные были времена. — Ты шутишь? — Да какие тут шутки, Наташа! Где-то два тысячелетия назад была великая битва и после заключения мира волшебники приняли решение покинуть девять миров и отправились в другое измерение. В этом мире они оставили полукровок. Хотя эти существа и не могли сравниться с нами, богами, в силе, но они были способны защищать Мидгард. Ну, вы же должны знать о магах пространства и времени? Они ведь до сих пор существуют и вовсю борются со злом. Закончив свой рассказ бог грома вцепился зубами в разваливающуюся шаурму. Вся начинка и соус оказалась у него на руках, но его это ни капельки не смущало. — То-есть, на земле существуют еще какие-то маги, а паучок — это какой-то их дальний родственник? — Ну, думается, что родства у них нет, все-таки две тысячи лет прошло по вашим меркам. — Хочешь сказать, что Паук старше двух тысяч лет? — Нет, этот вроде молодой. Ему точно только первая сотня. Еще совсем ребенок. — И как ты все это понял? — О наш отец обожал рассказывать о волшебниках! Он очень жалел, что те приняли решение покинуть девять миров. Ни один бог не был так хорош в магии, как они! Брат мой потому магией и заинтересовался. Конечно, у него к этому еще и талант был, но по сравнению с волшебниками в магии мы, асы, слабоваты. Локи, к слову, о них побольше меня знает. Можно будет у него поспрашивать. — А как тогда волшебник появился в наше время, если они все исчезли? — А вот этого я сам не знаю. Может, просто родился, что очень сомнительно, ведь магии он обучен, может случайно переместился из своего мира, а может он любимец смерти, та не очень любит, когда умирают ее фавориты, а потому иногда перемещает их в другое измерение. Подселяя их в свое-чужое тело. Это сложно, но в каждом измерении мы существуем. Личности, внешность, способности — другие, но все еще мы. — Это очень все круто, но вопросов от этого только больше. — Ну, лучше у него самого спросить. Надо же. Все же никогда не думал, что смогу повстречать волшебника. Вот это удача! — Удивительно слышать, что ты кем-то так восхищаешься. Ты же все-таки бог. — Богов-то полно. Магов тоже в избытке, а вот волшебников… Волшебников в девяти мирах уже давно не было.

***

Я довольно часто работаю вместе со спасательными группами. Некоторых рабочих даже знал по именам. Поэтому мое появление никого не удивило. Отказываться от моей помощи никто не собирался. Было слишком много разрушений. Ну, почти никто. — Эй, Человек-Паук, ты не думал отдохнуть? — Это был Дэйв. Мы видимся минимум раз в месяц, обычно даже чаще. Он довольно приятный работяга, если быть честным. А еще у него есть прекрасная жена, которая готовит дополнительный обед для меня, и дочурка, которая передает мне через своего папу конфеты. — Мы все прекрасно видели, что ты сегодня сделал для Нью-Йорка. Ты же не железный. Тебе тоже хоть иногда нужно отдыхать. — Привет, Дэйв. Ты же в курсе, что говоришь мне одну и ту же фразу из раза в раз? — Да, знаю я, но в этот раз все было по-другому. На тебе ни одного живого места нет, парень. — Мы не брали перерыв, чтобы поболтать. Мы все также продолжали работать. Я поднимал куски обвалившихся зданий, если мог, то магией, если не мог, в случае если это были небоскребы или рекламные щиты, напичканные электроникой, то просто руками. Дэйв же доставал из-под них людей или указывал мне куда убирать ту или иную глыбу. — В этот раз, тебе действительно стоило взять отпуск. — А если отключить твою совесть и подумать логически, Дэйв? В этот раз разрушения города куда более значительны, чем обычно. Людей тоже пострадало гораздо больше. Я просто не могу себе позволить отсиживаться где-то и зализывать раны. — Я в очередной раз повторюсь, что ты сумасшедший, Человек-Паук. Хоть бы переоделся ради приличия. Ты такой помятый и грязный, что на тебя смотреть больно. Я действительно чувствую себя так же плохо, как и выгляжу. Избитый, в драной одежде, несколько костей точно сломано, а по кистям кровь буквально льется ручьем, но я просто не мог уйти. Дома все равно отдохнуть не получится. Спасибо уже на том, что меня покормили, это хоть как-то восполнило мою энергию. Дэйв даже сказал, что я единственный член спасательный группы, которому выплачивают зарплату едой и шоколадными батончиками. Я не жалуюсь. Я в восторге от шоколадных батончиков. Это здание было последним на сегодня. Заклинанием я проверил, что больше выживших не осталось. На этом работа нашей группы окончена. Конечно, спасательную операцию не остановят, но для всех просвещенных ясно, что искать здесь больше некого. Завтра сюда прибудут уже другие, и те уже будут расправляться с трупами. И вот с ними я никогда не работаю. Просто не могу. Не представляю какой силой нужно обладать, чтобы заниматься подобным. — Хорошо поработали. — Точно, Человек-Паук, хорошо поработали, а теперь иди к медикам. Сегодня я тебя не отпущу без их посещения. С Дэйвом спорить бесполезно. Пару раз, когда я его не слушал, то в следующий раз он запрещал мне с ним работать. Так что мне приходится тащиться к машинам скорой помощи. — Привет, дорогие доктора, мне как обычно, только спросить. — Сегодня далеко не как обычно, Человек-Паук. Ты выглядишь на редкость паршиво. Только не смей умирать у меня на руках, хорошо? Мой сын мне этого не простит. — Я тебя понял, Док. Постараюсь оттянуть свою кончину до дома. — Буду признателен. Уже на автомате снимаю с себя толстовку, слушая тихие вскрики новеньких докторов, а вот штанам уже не помочь. Потому легким мановением руки отрезаю их по колено, оставаясь сидеть в самодельных шортах. — Каждый раз удивляюсь, что ты еще жив. — Я еще та загадка природы, Док. — Это точно, Паук, но в этот раз все действительно плохо. — Это было ожидаемо, Док. На нас напали пришельцы, конечно, я буду выглядеть не лучшим образом. — Засунь себе в рот шоколадный батончик и постарайся сильно не кричать. Еще распугаешь мне весь персонал. Я начинаю обрабатывать раны, а и еще кое-что, не вздумай подавиться. В целом, не происходило ничего необычного. В Нью-Йорке регулярно происходят катастрофы, просто сегодня они имеют больший масштаб. Однако план действий всегда остаётся неизменным. Как и боль от обработки ран всегда остаётся невыносимой. И я к ней всё никак не привыкну.

***

Завтра я снова встречаюсь с Эм Джей и Недом, а после волонтёрю в больнице, где работает Мэй. И я совершенно не готов к встрече с ними. Если бы я был чуть менее нравственным человеком, просто бы использовал на них Обливейт, но, к сожалению, они мои друзья. И я не могу так с ними поступить. Я даже не представляю, что говорить. И поверят ли они вообще в мою историю. Я в отчаянии. Совершенно не готов лишаться друзей, но Мэй сказала, что все будет хорошо. И тете своей я склонен доверять. Поэтому ложись спать, Питер Бенджамин Паркер. Завтра все пройдет хорошо.