наши юные смешные голоса

       — что-то ты долго в школе была, — отметила мама, не сводя взгляда с моны, которая с безучастным видом елозила вилкой по полной еды тарелке, вызывая мерзкий скрип, — всё хорошо?         — да, просто был внеплановый классный час.        о скарамучче она, конечно же, не расскажет.        после сегодняшнего у неё всё ещё подрагивают руки. она впервые увидела его… человечным? он никогда не проявлял столько терпения по отношению к ней, даже тогда, когда у неё всё плыло в глазах от этих графиков и формул. она-то думала, что он тупой и просто набивал себе цену своими знаниями, а во время «занятия» просто прикончит её прямо на месте за мельчайшие ошибки, будет издеваться, но на вопросы он лишь усмехался и без лишних слов начинал всё сначала, медленно и чётко проговаривая каждое слово. ни одного злого слова или действия в её сторону, но много спокойствия и уверенности в своих действиях… словно его подменили.        мона никак не могла перестать прокручивать все эти моменты. то, как он приподнимал уголок губ, когда она правильно решала данную им задачу, как сдувал постоянно падающие на тёмно-синие глаза пряди волос, как аккуратно писал ей формулы, не делая ни одной помарки, словно писал их уже сотни тысяч раз. а она ведь даже не знала, что он левша…        только вот скарамучча почти не поднимал на неё глаз, разве что если она слишком сильно отвлекалась, но лишь на мгновения. но когда их макушки коснулись друг-друга… мегистус и сама этого не заметила. все её мысли были заняты физикой, потому что она так хотела показать, что действительно вовлечена в тему и заинтересована в результате, что совсем увлеклась. и то, как он отпрянул и ушёл к окну, заставило её хихикнуть в кулак. она тоже очень сильно смутилась, но, в отличие от скара, среагировала не так бурно. благо, пока он отвернулся, она успела отдышаться и тоже вдохнуть свежий воздух, чтобы немного вернуть себе равновесие. всё, что произошло, казалось просто сном, и этот «сон» полностью перевернул её видение скарамуччи, как личности.        кажется, он довольно хорош.         — я потом поем, ладно?        не дождавшись ответа мамы, девушка ушла из кухни, быстро зашла в комнату и прямо в форме прыгнула на кровать на живот. она никак не могла забыть, как удивительно выглядел парень, когда был сосредоточен на чём-то. его длинные тонкие пальцы водили по листам тетради, акцентируя внимание на чём-то конкретном, а вечно бледные щёки были слегка розоватыми, что придавало ему особое очарование. да, это правда, мона любовалась им!        набрав побольше воздуха в лёгкие, она ткнулась лицом в подушку и запищала, болтая ногами. ей было так сложно сдержать улыбку от одной мысли, что она услышала, как умеет общаться скарамучча, когда выходит из своего образа конченного идиота. он даже слегка улыбался! да, приподнятый уголок губ тоже считается, и она наконец увидела его улыбку, услышала, реально услышала его мягкий спокойный голос, боги, кто бы мог подумать, что она будет визжать в подушку только из-за того, что с ней нормально пообщались часик?        перевернувшись на спину, она вновь широко улыбнулась и уставилась в потолок. ей вообще не хочется что-то повторять, делать домашку, ещё и по дому дела делать, хочется просто лежать и вспоминать одно и то же. думать об этом дополнительном уроке и спрашивать себя, а стоит ли вообще учить физику, если можно попросить скарамуччу что-нибудь ей объяснить?        «чокнутая!», — подумала мона и села в кровати. кончиками пальцев она коснулась горящих щёк: наверняка она сейчас красная, как помидор. но ей совсем нет дела. резкий прилив энергии заставил её в один прыжок покинуть кровать и быстро стянуть с себя форму. когда она осталась в одном белье, то посмотрела на себя в большое напольное зеркало. покружившись на все триста шестьдесят, она отметила, что её фигура всё также хороша. кончики волос не секутся, новые прыщики не вылезли, а губы не шелушатся. снова она улыбнулась и отвернулась от своего отражения, чтобы не видеть свою довольную гримасу. плевать, что твердит здравый смысл, плевать, что подумает люмин, если узнает, плевать на всё, потому что именно сейчас девушку распирает от всевозможных эмоций. она точно была уверена, что этот день — один из лучших за уходящий год.        из компьютера пошёл звук звонка в дискорде, и мона, зная, кто ей позвонит, села отвечать прямо в белье. и так было очень жарко, да и чего там люмин не видела?        — йо! — привычку так здороваться подруга переняла от тартальи, — ты вообще у компа в одежде бываешь?         — не-е-е, — слыша смех подруги, мегистус тоже рассмеялась и потянулась, — я ж дома. как там твоя встреча с сяо?        весь день девушки были на иголках: сегодня сяо и люмин договорились вместе поиграть в баскетбол, чтобы подтянуть его к зачётам, да и просто провести время вместе. это волновало девичьи умы, и они обе провели кучу времени, обсуждая, стоит ли люмин убирать волосы, как она выглядит в школьной форме без пиджака, насколько сильно будет задираться её юбка в случае чего. они даже читали, что делать на первом свидании! ответы на эти вопросы они нашли глупыми и долго спорили, насколько стрёмно «просто быть собой».         — всё прошло лучше, чем я ожидала, — блондинка подняла телефон, свободной рукой ткнув в него пальцем, — мы даже договорились как-нибудь научить меня плавать.         — что?! — у моны глаза на лоб полезли, — то есть, ты, эм… уже собралась щеголять перед ним в купальнике?! не слишком ли для второго свидания?         — ты преувеличиваешь. в этом нет никакого подтекста, всё, как оно есть. поплаваем да разойдёмся по домам, — подруга пожала плечами, но тут её выражение лица изменилось, и мегистус могла это очень хорошо разглядеть, потому что люмин приблизилась к экрану почти вплотную, — а как там прошёл твой урок физики?        мона растерялась. почему-то ей совсем не хотелось делиться с кем-то своими настоящими впечатлениями об этом. даже если этот «кто-то» — её же лучшая подруга. всё, что было там, в кабинете, казалось ей чем-то интимным, тем, что хотелось оставить у себя и никому не отдавать. может, она и жадина, или же ей просто не хотелось, чтобы люмин сказала что-то вроде «а, так же он всегда такой». тогда всё, что она себе надумала, сразу улетучится.         — да нормально, — девушка хмыкнула и постаралась принять наиболее непринужденный вид, — скар оказался хорошим учителем, так что тему мы разобрали полностью.         — м-м… — блондинка покачала головой и отвела взгляд. она тоже всё это время о чём-то думала, — понятненько. ладно, хорошо, — подруга взглянула на мону, и ей показалось, будто все её мысли вытащили наружу и прочли каждую до единой во всех подробностях, — кстати, сегодня тарталья наконец-то нормально провёл со мной время, а не бегал чёрт знает куда. сходили с ним на классную выставку. из столицы приехали показывать провинциальным плебеям свои технологии! мне очень понравилось.        мегистус коснулась кончиком указательного пальца губ и нахмурилась. что сейчас в голове у тартальи? о чём он думает? догадывается ли вообще о сяо? «мы так давно не общались с ним по душам…», — последнее, о чём она подумала, прежде чем люмин снова заговорила.         — я очень боялась, что потеряю его, как друга. ты же видела, что он в последнее время какой-то потерянный.        это было чистой правдой. только слепой мог не заметить перемены в поведении рыжего. конечно, он привык прятать эмоции за маской клоуна, думая, что никто не видит за этой маской личность со своими эмоциями. мона бы тоже этим грешила, если бы не знала друга достаточно, чтобы понимать, что он не всегда был таким, какой он есть сейчас. однажды он даже плакал при них! но спихнул всё на сезонную аллергию, тем самым показывая, что это не его собственные чувства.         — да, знаю. рада, что всё нормально.        «точно, нам надо поговорить».        конечно, рыжий не был тем человеком, которого хочется жалеть. не такой он, совсем не такой. но он тот, которому иногда надо похлопать по плечу и сказать, что всё будет окей.         — кстати, — мона откинулась на спинку стула и сложила руки на груди, — ты планируешь дружить с сяо или рассчитываешь на что-то большее? ты же понимаешь, что рано или поздно встанешь перед выбором.        теперь уже растерялась люмин. она провела рукой по волосам и вздохнула, отводя глаза.         — ну… любой вариант хорош. с ним очень здорово, и мне, извини уж, ни с кем ранее не было так комфортно, — на это мегистус подняла одну бровь, а уголки её губ дёрнулись. такой ответ уже говорит о многом, — но я не хочу строить розовых замков и завышенных ожиданий.         — да, понимаю. — девушка кивнула и поправила навязчиво спадающую лямку лифчика. даже сейчас не о том подумала.         — ладно, я сама только домой пришла, так что голодная, как чёрт. пока-пока! — подруга с улыбкой помахала рукой и отключилась, когда мона подняла свою ладонь вверх, чтобы сделать то же самое. «не успела…», — думает она, выходя из видеозвонка.        всё ещё лежащий в рюкзаке телефон громко зазвенел от уведомления в телеграмме, поэтому она сползла со стула и достала телефон. нахмурившись, она проверила центр уведомлений, всевозможные чаты, но так и не увидела никакого сообщения. «телефон глючит, что ли?», — она обновила ещё несколько раз приложение и кинула телефон на кровать. да какая разница?       вернувшись к зеркалу, она ещё пару раз покрутилась перед ним, так и сяк поправляя распущенные волосы. может, пойти завтра так? ну, не голой, конечно, а с распущенными волосами. выглядит неплохо, надо будет только нанести какое-нибудь масло, чтобы вкусно пахло!       а зачем?        мона замерла и уставилась на своё отражение. зачем она обо всём этом думает? зачем всё это прокручивает? почему беспокоится о своём внешнем виде больше, чем когда либо? да, сердце всё ещё бьется пугающе быстро, а руки начинают дрожать от одной лишь мысли о нём. но почему…? думая об этом, девушка села на пол прямо напротив своего отражения в зеркале и обняла колени руками. да, она любовалась скарамуччей весь этот урок, да, она часто смотрела за ним и до этого, да, она думает о нём чаще, чем положено, и лучше, чем должна бы из-за его отношения к ней. отношение к ней… «мы не друзья», — сказал он на прощание. это немного отрезвило её, напомнило, где находится граница реальности и простых выдумок. и даже так она чуть не сошла с ума от своих нахлынувших чувств.        чувств…       мегистус посмотрела на своё отражение в зеркале. сидит на заднице с прижатыми к груди коленями, щёки уже не пылают, а выражение лица изменилось. это правда, потому что она растерялась. растерялась из-за того, что включила мозг и задалась главными вопросами. почему её это так взволновало? почему она вообще изначально согласилась на помощь скара, если тогда не могла предполагать, что он действительно ей поможет? почему она доверяет ему, когда он не даёт для этого каких-либо поводов? она же не может…?       дальше развивать эту мысль было бы новым видом самоистязания, поэтому она просто махнула на всё это рукой и встала с пола. и без этого забот много: домашку сделать, в комнате прибраться, полы помыть и пропылесосить. это уж точно будет полезнее, чем… чем заниматься всякой ерундой. 

* * *

      зима активизировалась по полной программе и отыгрывается за все дни своей задержки. уже с утра за окном метель, а градусник за окном показывал какие-то бешеные для декабря цифры. но, к разочарованию моны, ноэлль написала в чат класса, что уроки идут по расписанию, никто не должен пропускать занятия, потому что без официального приказа последствия этого решения будут считаться как обычный прогул.       сегодня мона закутала шарфом почти всё лицо и даже так щурилась от сильных порывов ветра. до школы ей идти всего ничего, но сегодня этот путь казался в разы длиннее. намело столько, что ботинки тонули в снегу, и девушка вновь вздыхала, когда его часть попадала на её колготки. с её иммунитетом об этом не стоит волноваться, но…       она могла бы думать об этом хоть всю дорогу, но мимо неё прошел скарамучча. она сразу узнала его, даже не успев осознать. «надел куртку нормальную наконец-то, молодец…», — проносится в голове, и она отступила подальше, чтобы он мог идти дальше, но он, вопреки ожиданиям, немного замедлил шаг.         — привет. — рявкнул он и ускорился, а мегистус так и осталась стоять на месте, кончиками пальцев придерживая шарф на лице. впервые с их знакомства скар с ней поздоровался. судя по тому, как он быстро пошёл, ответ ему не требовался, поэтому мона просто молча поплелась следом. странный он парень. сам сказал, что они не друзья, но именно после вчерашнего в первый раз поздоровался лично с ней. ещё и не при друзьях, а лично, даже за территорией школы.         — да что у тебя в голове вообще? — бормочет она в ткань и снова морщится, когда сильный порыв ветра бьет ей в лицо. 

* * *

      впервые за долгое время мегистус хорошо поспала, поэтому на первом уроке она, в отличие от многих, вела себя не как сонная муха, а как школьница. общалась с учителем, слушала, о чём говорят, конспектировала и по возможности не отвлекалась. её рвение к знаниям оценили, потому что раньше мона не особо вникала в происходящее на уроках и была из числа тихонь, молча сдающих домашку и контрольные, а потом вновь исчезающие в дебрях кабинета. она и сама не знала, почему сейчас ей вдруг захотелось работать. может, так будет меньше вероятности, что она в чём-то запутается, что-то не сдаст, а скарамучча вновь великодушно протянет ей руку помощи? вполне возможно. странно и то, что он ничего не попросил взамен. даже благодарности. стоит ли тогда вообще ему что-то говорить и упоминать вчерашнее?        прозвенел звонок, и класс сразу зашумел. каждый обсуждал свои дела, и мона обернулась к своим друзьям. как и следовало ожидать, люмин сразу же показала пальцем на дверь, а значит, у них, как и всегда, пройдёт собрание в коридоре.         — ну и погодка сегодня, — подруга запрыгнула на подоконник, — вообще идти сюда не хотелось. было бы классно просто поспать дома-а-а! без будильников…        — да ладно тебе, каникулы уже совсем скоро, — тарталья прислонился плечом к стене у подоконника и посмотрел на мону, — да?           — чего ты на меня смотришь? — девушка в искреннем недоумении подняла брови, — сам же знаешь, что до каникул рукой подать. плохо только, что перед ним це-е-елая неделя экзаменов. — она вздохнула, но резко подняла голову: люмин смеялась.         — у тебя уже есть свой репетитор, чего ты переживаешь? — она улыбнулась и выразительно посмотрела на скарамуччу. только вот мона не поддалась порыву и продолжила смотреть на блондинку. зло отвечать ей не хочется, поэтому она просто закатила глаза.         — на следующей перемене пойду к классруку договариваться по пересдаче. хотелось бы пораньше. — зря она, что ли, весь вечер перечитывала весь материал и прошерстила интернет в поисках каких-нибудь задач по теме.         — о, так подключи других двоечников, вместе пойдете, — тарталья кивнул в сторону кабинета, — если вы пойдете вместе, то будет убедительнее. не станет же он ради тебя одной время тратить.         — и то верно, — мегистус вздохнула. друг прав, это бесспорно, — ладно, пойду обрабатывать их.         — удачи! — крикнула ей в спину люмин, но мона уже не стала отвечать. у неё другая задача: придумать, как убедить остальных пересдавать именно сегодня. на деле ей плевать, кто как готов, она сама боялась забыть всё, чему её учил скарамучча. если она завалит пересдачу, то это отразится не только на ней, но и на её «репетиторе». она всё ещё не хочет его разочаровать, наоборот, показать, что все его потуги и терпение дали свои плоды. тогда он должен понять, что мона тоже заслуживает к себе нормального отношения.        в кабинете она тут же выловила беннета с венти и за локти отвела их к своей парте.         — давайте пересдадим физику сегодня. — настолько уверенно, насколько могла, сказала мона.         — сегодня? — венти нахмурился, — а я ниче не учил. давай потом как-нибудь.         — а ты, беннет? — надежда умирает последней.         — учи, не учи, всё равно не сдам, — парень опустил голову и шаркнул ногой, — мне терять нечего, так что я могу и сегодня.         — венти, смотри, — мегистус положила руки на плечи парней и подвела их ещё ближе к себе, — вот он, настрой. нам терять нечего. с классруком всегда можно договориться, вы же его знаете. не получится сейчас — получится в следующий раз. но сегодня это вопрос жизни и смерти. от этого зависит ваш допуск к экзаменам, помните?         — ты ужасный оратор, — венти театрально вздохнул и поднял полный безысходности взгляд на девушку, — но хорошо, я согласен. если в жопу, так вместе, да, подружка?       мона натянуто улыбнулась им в ответ. «в этот раз без меня».       периферийным зрением она видела, что скарамучча смотрел в их сторону. 

* * *

       — нет. — классный руководитель покачал головой и отложил в сторону журнал параллельного класса.         — но почему?! — мегистус сделала шаг вперёд и ткнулась в стол учителя, — это не займёт много времени! мы же можем пересдать даже сразу же после уроков, даже на длинной перемене! — она почувствовала, как на её ногу кто-то наступил. да, мона знает, что идёт ва-банк.        — вы отнеслись к подготовке к контрольной без должного уважения, и заметно снизили успеваемость вашего класса по сравнению с другими. почему я должен тратить на вас свое время? — мужчина изогнул бровь и окинул взглядом ребят, — вместо уроков вы, мона, развлекались со своими друзьями, даже не подумав о своих одноклассниках. какого отношения к себе вы ожидаете?         — но… пожалуйста! — она сжала кулаки и прикусила щёку изнутри. выдать пламенную речь? или отступить? нет, отступать точно нельзя, — до допуска к экзаменам осталось совсем мало времени, нам это действительно очень важно! я готова дежурить столько, сколько вам нужно, сделать всё, что попросите, только разрешите нам пересдать сегодня! я знаю, что могу лучше, и хочу доказать вам то же самое. пожалуйста, позвольте нам получить ещё один шанс. пожалуйста.        в кабинете воцарилась тишина. за спиной моны не было слышно и шороха, сама она тоже почти не дышала, ожидая ответа от классного руководителя, который долго смотрел ей прямо в глаза. она не могла прочесть этот взгляд. насколько сильно он сейчас зол?         — хорошо, — губы девушки разомкнулись, а глаза расширились. у неё получилось, — жду вас сразу же после уроков в своём кабинете. опоздание более, чем на пять минут, недопустимо.         — спасибо! спасибо большое! — она широко улыбнулась и сделала шаг назад к парням. это была её личная победа, потому что раньше у неё не было даже примерно подобных ситуаций.         — всё, идите, мне ещё домашние задания проверять. — мужчина махнул рукой в сторону выхода из кабинета, и мегистус, не желая вызвать гнев или сомнения в его решении, взяла одноклассников под руки и повела в сторону выхода. всё внутри неё трепетало. смогла, смогла! 

* * *

      пересдача прошла в назначенное время: мона никогда так не мчалась по школе, как сегодня. уборщица пыталась остановить её, но она вырвалась из её хватки и помчалась дальше, расталкивая всех попадавшихся на пути школьников. перед носом держала телефон — каждая минута на счету. в хвосте держались венти и беннет, но последний всё время в кого-то врезался или спотыкался, поэтому парни двигались медленнее обезумевшей девушки.        тем не менее, свою работу она сделала. тот урок, который она провела со скаром, не прошёл даром: она и вправду понимала суть задач, понимала, что пишет и каждую секунду думала о своем репетиторе. как он отреагировал бы? хотя, зная его, она никогда не получит ответ на свой вопрос. по крайней мере, честный.        классрук решил проверить работу на месте, поэтому пока мальчики пыхтели над своими вариантами, он медленно водил ручкой с красными чернилами над наспех написанными формулами. и когда ей объявили, что её оценка — четыре, она была готова поклясться, что ещё секунда и она упадёт от облегчения. ребята ждут её в коридоре, сейчас она выйдет и скажет им, как она оправдала ожидания скарамуччи и не подвела его. расскажет, обязательно!        путь к выходу из кабинета показался слишком долгим, слишком трудным. упасть мона готова была далеко не из-за облегчения, и её ноги становились всё слабее с каждым шагом. «опять перенервничала…», — последнее, что она думает перед тем, как вывалиться из кабинета в коридор прямо на пол. 

* * *

      широкое поле, усеянное деревьями с цветущей пурпурной сиренью. едва ли мона открыла глаза, как ей в нос ударил этот аромат со всех сторон. ветви с цветами щекотали ей лицо, и она морщила нос каждый раз, когда лепестки задевали её щеки. теплое солнце светило над головой, а трава под её ногами казалась такой мягкой, что хотелось завалиться в неё и всю жизнь лежать на ней, греясь под теплыми лучами и следить, как сквозь ветки сирени пробиваются облака.        за её спиной хрустнула ветка, и она повернула голову на источник шума. среди ветвей виднелся силуэт… скарамуччи?! у мегистус отвисла челюсть, и она тут же обернулась всем корпусом в его сторону. что он тут забыл вообще? это её территория, между прочим!       он сделал шаг вперёд, выходя из тени деревьев. его темно-синие глаза казались не такими холодными, как обычно, а на губах его была лёгкая улыбка. даже стоял он иначе, не так, как в жизни. всё в нём привлекало, потому что от этого скара шло тепло и любовь. мона, не удержавшись, сделала шаг навстречу, но остановилась, когда он протянул ей руку. в ней он держал веточку сирени.        — мона. — тихо сказал он, и ей пришлось сделать шаг, чтобы лучше расслышать. он обратился к ней по имени?! по имени?         — мона, — его голос стал громче, — мона!        девушка съежилась от этого голоса, узнавая в нём привычные холодные нотки, но всё же сделала ещё несколько шагов и коснулась протянутой руки. тёплая…        — мона!!!        — а? — когда видение рассеялась, она увидела перед своим лицом тарталью. он мягко бил её по щекам и постоянно проверял, дышит ли она, — ты что делаешь?…        — живая! — рыжий выдохнул и уронил голову ей на грудь, — напугала всех нас. люмин побежала до медпункта, но ты быстро проснулась.         — чего? — мегистус села на полу и положила руку на голову, но тарталья снова уложил её на пол. было мягко: видимо, кто-то подложил ей что-то под голову.         — ты в обморок свалилась. мы думали, что дверь открывается, а это ты вывалилась. спасибо скару, что поймал тебя. прям как в кино, среагировал моментально.       «скар?»       она запрокинула голову назад и увидела скарамуччу, который стоял, прислонившись спиной к стене. смотрел он куда-то в коридор и не двигался. а ещё на нём почему-то не было пиджака.         — да уж… — мона опустила голову и посмотрела на рыжего, который вытирал пот со лба, — пересдачи мне противопоказаны. извините.        друг в ответ улыбнулся.         — а я уже и забыл, что ты по поводу и без в обмороки падаешь. 

* * *

      обратный путь от школы до дома она шла вместе со скарамуччей. как выяснилось, на полу вместо подушки под её головой был его пиджак, и ей было до жути неловко смотреть ему в глаза после того, как она протянула его обратно. как вообще ребятам удалось его уговорить на такой подвиг, как пожертвовать чистотой своей вещи ради неё?         — эм… — мегистус прочистила горло и посмотрела на парня, который молча шёл рядом с ней, тупо глядя перед собой, — спасибо.         — ага.        дальше они продолжили идти в тишине. мона чувствовала, что должна была сказать что-то ещё: в последнее время этот парень делает для неё слишком много по меркам его отношения к ней. добровольно помогает с учёбой, не позволяет упасть на пол, даёт пиджак, чтобы подложить под её голову, пока она валяется без сознания. но даже с учетом этих фактов он выглядит и ведёт себя так, будто ничего не было! однако, образ из видения так въелся ей в голову. скарамучче очень идёт пурпурная сирень… а ещё улыбка и доброта в глазах. «ну почему ты не такой на самом деле?».        — что? — он остановился, и девушка сделала тоже самое.         — что?         — что ты сейчас сказала? — его лицо изменилось. впервые мона видит его настолько ошарашенным.         — я что-то говорила? — «я сказала это вслух?!».         — ладно. — скар фыркнул и пошёл дальше, но шаг не ускорял, — иди шустрее, я с тобой ползти не собираюсь.         — ну так и шёл бы без меня! — мегистус, не зная, как поступить, продолжила стоять на том же месте. и вправду, чего это он ждёт её? и вообще, с какого момента он счёл нормальным идти со школы вместе?        — слушай, — он вздохнул и обернулся, — я делаю это не в качестве жеста доброй воли. меня попросили тебя проводить — я провожаю. так что не выступай и шагай следом, иначе придётся нести тебя домой насильно. стоять здесь и тратить на тебя своё время у меня желания нет.         — ой, н-н-не надо… — мона спохватилась, засеменила следом за ним и быстро поравнялась. разговор их закончился, и всю дорогу до подъезда они как всегда молчали. разошлись тоже молча — когда девушка зашла в подъезд, скар развернулся и пошёл к своему, а она осталась наблюдать из щелки приоткрытой двери за тем, как он остановился у входной двери своего подъезда и провёл рукой по волосам. пошарил по карманам, достал ключи, уронил их, поднял, уронил снова. мегистус хихикнула, но дальше смотреть на это жалкое зрелище не стала. 

* * *

      дома она не стала рассказывать о своём обмороке. мама будет переживать и читать нотации, что это всё из-за телефонов и ужасного режима сна, а мона уже столько раз это слышала, что готова была сама эту речь слово в слово повторить.        когда она зашла в свою комнату, то тут же сняла форму и, как обычно, оставшись в одном белье, легла на кровать. предварительно она прихватила с собой телефон, где уже открывала телеграмм. 

чат со scaramouche [в сети]

@mona: спасибо тебе за всё

      сообщение моментально отметилось как прочитанное, но ответа не последовало, но мона и не ждала такой подачки. одну руку она положила на грудь. как же быстро бьётся её сердце!        — уймись ты уже… — пробурчала она, зная, что даже так она уже не сможет остановить этот лёгкий трепет внутри.