наши юные смешные голоса

      «спасибо за всё»       скарамучча не мог точно сказать, сколько времени он провёл за сверлением взглядом экрана телефона. «спасибо?», — он нахмурился и перечитал сообщение в очередной раз.          конечно, эти слова очень хорошо подкормили его раздутое эго, особенно когда его поблагодарили аж дважды, но он не думал, что мона воспримет всё так близко к сердцу. но и с тем, что ему приятно, не поспорить. если вдруг ей опять пригодится помощь, то он повыше задерёт подбородок, когда вздумает выдвигать ей свои великодушные предложения помочь. помощник из скара, если честно, отвратительный, да и из всех разов, которых можно было бы списать на «помощь», осознанно он помог только дважды — с физикой и пиджаком. всё остальное было простым стечением обстоятельств. по крайней мере, так он себя убеждал.         — чего уставился? — парень отложил телефон в сторону и посмотрел на кота, который молча таращился на своего хозяина, — смотреть больше не на кого, да? бросила тебя мамка, на работу ушла, — он поднял котёнка на руки и прижал к себе, — ничего, зато я тебя люблю больше. веришь? — он убрал кота от груди и вытянул руки с ним вперёд, глядя на него с прищуром, — веришь, конечно. вообще свихнулся, а? с котом разговариваю.        уже отпустив кота обратно на диван, скарамучча подошёл к окну и открыл его нараспашку. ледяной ветер тут же ударил в лицо, но только так он мог прийти в себя и отвлечься от всякой ерунды в голове. всё таки, в последнее время он совсем поплыл и расслабился, раз начал позволять себе думать о чём-то кроме доты. может, в его жизни есть что-то важнее, но он мог забыть… мысли прервал звонок. звонил, как ни странно, папа.         — да-а? — скар сел в кресло и включил компьютер.         — привет, сын! — на фоне слышался звон бутылок и смех, — пришли с друзьями в китайский ресторан сакэ попробовать, — пояснил он, будто парень собирался что-то спрашивать.         — ты по какому-то поводу или просто соскучился? — он зашёл в дискорд и нашёл чат со своими друзьями. вообще, он так-то планировал уже залететь в доту, чтобы попасть на катку с остальными ребятами, но, видимо, уже не успеет.         — по поводу моего приглашения к себе, — скар напрягся, — я пообщался с приемной комиссией, чтобы понимать, как тут что работает на случай, если ты предпочтешь учиться здесь. решить тебе надо будет уже осенью следующего года, а лучше летом, чтобы сдать все экзамены. документы подаются уже в декабре.         — а… — юноша почесал затылок и, прижав телефон плечом к уху, полез в гугл, — хорошо, понял. пока не думал, но спасибо, что сказал. отдыхай.         — спасибо! не расстраивай там маму, пока-пока!       скар цокнул языком и кинул телефон на стол. его глаза уже бегали по строчкам википедии, где он нашёл информацию об этой австралии. мысль о жизни в другой стране казалась довольно интересной, особенно когда ему можно приехать на всё готовое, ещё и с мамой, но есть ли в этом городе что-то, что ему сложно потерять? своих друзей. а он так и не сказал им об этом выборе… тарталья бы точно поддержал: он перенял от своего «батеньки» большое уважение к учёбе заграницей. к тому же, высока вероятность, что и он сам после выпуска куда-нибудь свалит. теперь-то они могут себе это позволить.        хмыкнув, скар закрыл браузер и открыл одну из папок на рабочем столе. в этой папке он хранил выгруженные со старых телефонов и фотоаппаратов фотографии ещё из пгт. большинство из них были с рыжим: они были просто не разлей вода! настолько, что мама скарамуччи отправила его на год позже в школу, чтобы ребята учились вместе в одном классе. родители, кстати, тоже были между собой дружны, но после развода родителей тартальи все утратили между собой связь. разве что, насколько известно скару, их отцы время от времени созваниваются, но у них там какие-то свои дела.        на одной из фотографий перепачканные глиной мальчики корчат рожицы и показывают камере разноцветные камни, которые нашли на берегу речки. а здесь они хмурые с букетами цветов в свой первый школьный день. помнится, у скарамуччи тогда были пугающие синяки под глазами, словно он не спал сотню лет, а тарталья всё детство страдал бессонницей, но выглядел свежее всех одноклассников вместе взятых. на следующей фотографии они сидели под деревом в солнечных очках, которые без спросу забрали у матерей, и в панамках, без которых их не выпускали из дома. а тут сидят едят суп прямо из кастрюли, потому что приехали уставшие после долгого катания по трассе на велосипедах и дико хотели есть. отец скара, который в то время как раз был в дома отпуске, долго хохотал над этой картиной и сразу же сфотографировал их на свой новейший кнопочный телефон. ужасная фотография, потому что оба парня были беззубыми и потными. раньше скарамучча не укладывал волосы, поэтому они действительно напоминали жуткий горшок, прилипший к его лбу, и он даже удивлялся, почему вообще люди с ним тогда общались. совсем у его мамы души не было, если она стригла сына исключительно сама и только тупыми ножницами.       приятная ностальгия вызвала улыбку, и парень ещё немного полистал фотки. большую часть происходящего на них он уже и забыл, но это было хорошим напоминанием о тех временах, когда парни, будучи ещё мальчиками, были друг для друга самыми близкими людьми в мире. как-то раз даже давали клятву вечной дружбы. способ выбрали ужасный: порезали пальцы и смешали кровь друг друга. тогда они решили, что это значит, что они кровные братья. смешно.        от воспоминаний отвлекло уведомление из телеграмма. прежде чем проверить телефон, скарамучча написал в чат в дискорде, чтобы ребята его отметили, когда отыграют катку, а потом уже посмотрел, что происходит в телеге. думать, кто написал, долго не пришлось. 

чат «гандоны»

@tartaglia: пошли гулять @tartaglia: я щас умру со скуки  @mona: о, я за       скар фыркнул. кто бы сомневался. училась бы лучше, а не гуляла. 

@scaramouche: я тоже

@tartaglia: люмин, что думаешь? @lumine: а @lumine: я сейчас с сяо так что вряд ли  @tartaglia: да пусть с нами идёт @tartaglia: если хочет конечно       нет, вот это точно было неожиданно. скарамучча даже подавился воздухом, когда увидел эти сообщения. то ли тарталья окончательно крышей поехал, то ли смирился, но скар больше склонялся к первому варианту. вряд ли такая «прогулка» выльется во что-то хорошее.  @lumine: он не против @lumine: мы в парке щас недалеко от школы @lumine: подойдете?  @mona: ок @scaramouche: ага       тарталья ничего не ответил, и скар, тихонько постучав по столу, встал, но тут же опомнился и написал в дискорде, что звать его больше не нужно. в реальной жизни такой триллер происходит, грех пропустить такое. 

* * *

      спустя полтора месяца жизни в городе скарамучча начал неплохо в нём ориентироваться, поэтому ему не понадобилось пользоваться навигатором. когда он вышел из подъезда, то увидел, как параллельно с ним выходит мона. может, стоит немного подождать, чтобы она ушла, чтобы не идти вместе с ней? нет, глупости. он же не ссыкло. мегистус тоже увидела парня и, глядя на него, немного замедлила шаг.        как же раздражает.         — чего встала, пошли! — рявкнул скар, выходя на дорогу.        идти им примерно минут пятнадцать-двадцать. ехать на автобусе всего две остановки неразумно, особенно им, школьникам, у которых из сбережений только деньги на обеды, поэтому они без лишних слов пошли пешком.         — тебе тоже не нравится эта затея? — поинтересовался скарамучча. обычно он не был инициатором общения, но ситуация была нетипичной, и все неприязни можно на время отложить.         — угу, — краем глаза он видел, как девушка натянула шарф на нос, — в сто раз лучше было бы пойти куда-нибудь классом, а не идти, боясь представить, что нас там ждёт.         — кто ж виноват, что все слились. — парень пожал плечами и шаркнул ногой, из-за чего слой снега разлетелся во все стороны. часть попала на ботинки моны, но она на это не среагировала. кажется, за всё это время она стала лояльней относиться ко многим гадким вещам, которые делал скар по причине или без.         — мне кажется, что всё это выльется в непоправимый пиздец. я не знаю… — мона шмыгнула носом и натянула шарф почти до глаз. парень вскинул брови: она слово в слово повторила его мысли в голове, — как говорится, надеемся на лучшее, готовимся к худшему.        скарамучча промычал в ответ что-то вроде «мгм» и тихо вздохнул. кто бы мог подумать, что жизнь в городе окажется насыщенным круговоротом событий, в котором у него не будет и дня спокойствия. вечно что-то да происходит. 

* * *

      долго искать сяо с люмин не пришлось: они стояли прямо у входа в парк. издалека скару показалось, что он преувеличивал свои ожидания, потому что ребята стояли на почтительном расстоянии и внешне напоминали друзей, нежели влюбленную парочку. по ним же вообще ничего не скажешь, так может и тарталья не будет устраивать сцены?         — привет!!! — мона ускорилась и подбежала к ребятам, тут же кинувшись в объятия люмин. скарамучча шёл медленнее, и нагнал их уже тогда, когда они начали болтать. он не особо вслушивался: глазами он искал рыжего. долго искать не пришлось, потому что друг незаметно подошёл к ним с другой стороны. не с той, откуда бы он шел, иди он из дома. и походка какая-то странная у него. не выспался что ли?        — всем бо-о-о-ольшой п-приве-е-ет! — парень поднял руку вверх. всё бы ничего, но как только он подошёл к ним на достаточное расстояние, скар, к своему ужасу, унюхал перегар. когда этот идиот успел накидаться? он же вообще еле на ногах стоит! растерявшись, он неосознанно нашёл взглядом мону, которая тоже смотрела на него. оба понимали, что эта встреча обречена, и друга надо тащить отсюда как можно скорее, пока он не наворотил делов.         — тарталья, ты чего? — люмин демонстративно громко втянула носом этот аромат и сморщилась, — ты пьяный?         — самую малость, чуть-чуть совсем бахнул, — он широко улыбнулся и подмигнул девушке, — но вы не волнуйтесь, я не буду портить ваше сви…        — тарталья. — голос сяо прозвучал очень резко, и скарамучча никогда бы не догадался, что этот тихоня вообще способен разговаривать, — если у тебя ко мне претензии, то мы можем пообщаться лично. незачем разводить этот цирк.         — что… что ты сказал?! — рыжий охнул, но спутник люмин лишь покачал головой и, самыми кончиками пальцев схватив тарталью за плечо, повёл подальше от компании.         — что за хуйня тут происходит? — скар проследил взглядом за тем, как парни быстро отдаляются от них, — я вообще ничё не понял.         — этого стоило ожидать, — мегистус вздохнула и сложила руки на груди, — но я не подозревала, что в светлую голову тартальи взбредет такая мысль, как напиться.         — люмин, — юноша поднял на неё взгляд. она, кажется, собиралась что-то сказать, но он не дал ей слово, — мы с ней уведём его отсюда. гуляйте дальше, мы сами с этим разберёмся.        скарамучча ждал какого-то возмущения от моны, но она молчала. план, естественно, ужасный, потому что парень уже знал, что тащить это тело придётся к нему домой, но иного выхода не было. отец у рыжего довольно строгий, а алкоголь был одолжен точно из его коллекции, поэтому к нему лучше вообще не соваться. родители мегистус тоже вряд ли поймут, если они вообще дома. в любом случае, это не важно — скар сам был инициатором, поэтому ответственность только на нём.         — сяо всё решит, я знаю это, — блондинка опустила голову и шаркнула носком ботинка по снегу, — но пока наш товарищ не алё, ему и вправду лучше уйти.         — сяо всё решит? — пока мона подозрительно отмалчивалась, парень наоборот не мог уняться. чёрти что. этот тихоня вообще в состоянии постоять за себя и свою девчонку?!        — боже. то, что он тихий, не значит, что он слабак! — люмин так ощетинилась, что скар сразу же поднял руки вверх в примирительном жесте, показывая, что он сдаётся. этого было мало, — он правда удивительный человек. будет некрасиво затрагивать очень личные аспекты, но я хочу сказать, что он совсем не такой, каким кажется. пожалуйста, не ведите себя предвзято по отношению к нему.        юноша кивнул. всё таки, за то время, что он знаком с этой девушкой, относительно хорошо понял её характер. она очень волевая, сильная, да и в целом он редко встречает таких личностей, как она. даже среди парней не так часто встречается человек с таким внутренним стержнем и объемом знаний в голове. знания эти, правда, никаким образом школьной программы не касаются. каким бы гадом не был скар, но люмин была тем человеком, который вызывал у него уважение. и вряд ли такая, как она, стала бы держать рядом с собой человека слабее неё.        пока он думал, тарталья и сяо уже вернулись. лицо последнего почти не изменилось, а вот рыжий точно был сконфужен. его боевой запал уже заметно спал, и он просто стоял, шатаясь из стороны в сторону, как эта надувная хрень около магазинов. «надо брать», — думает парень и делает шаг вперёд.         — ладно, — ого, мегистус вспомнила, что она умеет разговаривать! — вы развлекайтесь, а мы пойдём, ладно? извините за это всё. — она кивнула скару, и они оба взяли товарища под руки. зрелище точно жалкое.         — всё хорошо. выздоравливай, тарталья. — уже в разы спокойнее сказал сяо. а дальше никто не оборачивался — стрёмно. 

* * *

       — он сможет подняться сам? — к счастью, мона не задавала тупых вопросов, когда они вместе зашли в подъезд скарамуччи. и вот этот вопрос звучал максимально здраво: рыжий всё ещё еле перебирал ногами, особенно когда обмяк из-за поддержки ребят.         — блять… — парень бросил взгляд на висящего на их руках друга. нет, вот это точно не осилит несколько этажей вверх. ну кто его просил так нажираться?! в любом случае, выхода не было, поэтому он начал копаться в карманах своих джинс, — на, держи. — он протянул ей ключи.         — ты чего делать собрался? — она в недоумении посмотрела на скара, всё же неуверенно беря у него ключи из рук.        парень слегка присел и глянул на мегистус.         — подведи его ко мне, я его сам понесу.         — ты еблан?! он же тебя почти на голову выше!        — ты предлагаешь тут стоять и ждать, когда он откиснет?         — я вообще-то… э… тут. — промямлил тарталья, но его уже никто не слушал. мона вздохнула и сделала так, как её просили. скар посадил друга на закорки и, охнув, выпрямился. ебать, вот это дылда, вроде тощий, а по ощущениям весит не меньше тонны!        — ты сам-то дойдёшь? — девушка скакала вокруг них, пока парень, пыхтя, медленно поднимался по лестнице.         — блять, мона, прошу, заткнись.        она тут же притихла, даже шаги стихли, а скарамучча, молясь всем небесам, чтобы это скорее закончилось, поплёлся дальше. к несчастью, он живёт на пятом этаже, а прошли они всего два. или три? черт его знает. жужжание мегистус больше не беспокоило, поэтому юноша, взяв друга покрепче, немного ускорился. вся его одежда была мокрой от пота, даже по лицу стекало, и он только успевал проводить лбом по безвольно висящей руке тартальи, чтобы хотя бы пот не попадал ему в глаза и не мешал ему видеть проклятую лестницу.        уже у дверей квартиры он посмотрел на мону, которая поднялась значительно позже них. с того момента, как скар попросил её заткнуться, она и вправду замолчала, но что-то в ней изменилось. обиделась, наверное. но это не самое важное на данный момент, потому что парень всё ещё держит на своих закорках тяжелое тело друга.         — а, да! — она склонилась над замочной скважиной и начала подбирать ключ. её руки слегка подрагивали, и юноша, пыхтя, выглядывал из-за её плеча. силы были на исходе.         — блять, да переверни ты его! нет, налево крути! ещё один раз! — вряд ли голос звучал хоть на толику злобно. он даже не хотел представлять, насколько жалко сейчас выглядит и как разговаривает. точно знает одно — пропотел, как из душа вышел, а ещё ноги болят так, словно он не обычного тарталью по лестнице нёс, а целый грузовик.         — всё-всё, извини. — она распахнула перед ним дверь, и скар, обретя второе дыхание, сразу же пошёл в свою комнату прямо в обуви. мама бы убила за это, но она сегодня после работы хотела собраться посидеть с коллегами. и хорошо. лишь бы пришла как можно позднее.        когда скарамучча повалил друга на диван, то сразу же рухнул на пол, тяжело дыша. мышцы нещадно ныли, и он пока не мог представить, как ему подниматься на ноги обратно. он думал, что мона уйдёт, поэтому рассчитывал только свои силы, но вздрогнул, когда услышал рядом с собой шаги.         — ты живой? — она ткнула ему в бок кончиками пальцев ног. молодец, что сняла обувь.         — не знаю, — от ощущения, что его могут подстраховать, он немного расслабился, — ладно, всё.        он медленно поднялся на ноги, но всё ещё держался не очень уверенно. пиздец, вот это у него силовая тренировка. он же спортом-то толком не занимается, а тут такое! пока поднимался, опёрся об диван, из-за чего тарталья тут же чертыхнулся и сел, но мегистус мягко уложила его обратно.         — что-то потолок крутится… я не могу… лежать. — рыжий положил ладонь на лоб и закрыл глаза. у скарамуччи душа в пятки ушла: он же щас блеванет! силы моментально вернулись обратно, и он помчался искать тазик, шарясь по всем полкам ванной и туалета. как назло, мама запрятала его так, что он еле его нашёл, но когда вернулся в комнату, то увидел ужасающую картину: мона сидит на заблёванном одеяле около тартальи и смотрит на свой свитер. тут и сказать нечего, и так понятно, что ей тоже досталось.         — иди домой. — скар присел на корточки у дивана и поставил тазик на пол, который, возможно, уже не пригодится. в этом девчонке можно только посочувствовать.         — я не могу! что обо мне родители подумают, если я в таком виде покажусь им? — девушка всплеснула руками и когда блевотина скатилась по свитеру, падая на брюки, закрыла нос рукой. парень тоже резко задержал дыхание: вонь и вправду была ужасной. зато они теперь знают, что друг пил почти на голодный желудок. это его и сгубило.         — да блять, — парень, понимая, что выход тут один, наиболее радикальный, поднялся с места и подошёл к шкафу. оттуда он наспех вытащил футболку и спортивки, — я оставлю тут, — он положил вещи около неё и сделал несколько шагов назад, — переоденься, я сразу твои вещи в стирку закину.        мона молча взяла вещи скара, даже не взглянув на него. пока она ушла переодеваться, парень склонился над другом. несколько раз приложил ладонь к его рту, чтобы проверить, дышит он вообще или нет, после чего обошёл диван, стянул пострадавшее одеяло и вздохнул. да, тарталья просто взял и отключился. хорошо, что живой, мёртвым он бы не смог извлечь урок из сегодняшнего идиотского поступка. только сейчас он заметил, что рвота была и на самом рыжем. утекла куда-то за шею… «да ебаный…», — скарамучча не мог позволить другу спать в таком виде на его территории, поэтому надо бы сходить за полотенцами.        — а куда вещи? — послышался голос девушки из едва заметной дверной щели. даже стыдно стало, что он случайно посмотрел туда.         — сразу в стиралку кидай. пока ничего не делай, тут ещё уйма работы.        ответа не последовало, поэтому юноша плюхнулся в компьютерное кресло и взял в руки телефон. как оказалось, ему писала люмин. 

чат с lumine [не в сети]

@lumine: как он там?        он прикусил губу и исподлобья глянул на рыжего. если ответить честно, то у подруги сердце встанет, а если соврать, то она легко его раскусит. всё таки, он далеко не искусный лжец.  @scaramouche: всё нормально, спит        «интересно, о чём сяо и тарталья разговаривали?», — скарамучча отложил телефон в сторону и рефлекторно повернул голову к двери, когда она открылась. в комнату вошла мона, неловко переминаясь с ноги на ногу. она смотрела куда угодно, но не на парня, и это было очень хорошо, потому что он сейчас точно сидел с широко распахнутыми глазами, как ему показалось. одежда парня на ней смотрелась невероятно хорошо: они как раз примерно одного роста, да и как-то странно приятно видеть именно её в своём шмотье. для него это было самым большим ударом в сердце, и он тут же отвернулся от неё к компьютеру, параллельно вытирая об джинсы потные ладони.         — не знал, что тарталья так плохо переносит алкоголь. — его голос звучал очень хрипло, поэтому он тихо кашлянул и начал сверлить глазами монитор выключенного компьютера.         — и что теперь делать? — судя по шуму, мона снова села на диван.         — дай мне секунду, — «всё, давай успокаивайся», — в общем. иди пока на кухню, чтобы не дышать этой вонью, — он подскочил с кресла и посмотрел на мегистус, — я пока разберусь с остальным. в холодильнике есть еда, короче, делай, что хочешь.        пусть хоть кто-то из них отдохнёт.         — ты сегодня очень добр к ней, — подметил тарталья. от неожиданности скарамучча аж подпрыгнул и шарахнулся в сторону, а друг открыл глаза: похоже, этот гадёныш всё это время только притворялся спящим, — а ещё ведёшь себя нормально. не как психичка.        парень в изумлении посмотрел на друга. добр? с чего он вообще это взял? бредит, наверное.         — хуйней не страдай и спи. тазик на полу около тебя.         — ну так признайся ей уже!        — ей?         — моне.         — в чём я должен ей признаться? — хоть скарамучча и не планировал вести диалог с пьяным товарищем, но он говорил такие глупости, что даже интересно стало.         — долбаеб. — рыжий попытался повернуться на бок, но его вовремя остановили. ещё не хватало, чтоб он вторую половину дивана заблевал: тогда скару пришлось бы всю ночь ютиться на полу. 

* * *

      когда скарамучча закончил носиться вокруг друга, переоделся, проветрил комнату и наконец зашёл на кухню, где его всё это время ждала мона, то увидел, что она спокойно пила чай и смотрела что-то в телефоне. на другом конце стола стояла ещё одна кружка.         — всё? — когда девушка заметила застывшего в дверях парня, то отложила телефон в сторону.         — ага, — скар сел напротив мегистус и уставился на кружку, — это что?         — а, да чай тебе делала, — она махнула рукой, — остыл, пока ты там возился.         — спасибо. — пришлось заново поставить чайник, чтобы долить кипятка. признаться, парень не особый ценитель чая, но говорить об этом не стал. он так вымотался, что даже настроения на капризы и ссоры не было.         — ты сегодня такой… — мона запнулась, когда скарамучча поднял брови в немом вопросе, — странный?         — а что, для тебя странно помогать друзьям? — он хмыкнул и долил немного кипятка в чай. теперь он будет ещё паршивее, чем был до этого.         — просто не думала, что ты вообще способен на эмпатию к людям. обычно ты ведёшь себя просто отвратительно, и мне всё ещё неприятно слышать от тебя всякие гадости.        «чего это она так разошлась?», — юноша не очень понимал, какого ответа от него ждут. видимо, теперь он должен оправдываться за своё поведение. но он не собирался этого делать, даже не подумал начинать: у всех есть свои социальные маски. маски, которые помогают создать свой, выгодный для себя образ в глазах малознакомых людей. скарамучча тоже не дурак, и знал, что часто перегибает палку со своими грубостями, но никогда не видел в этом большой проблемы: так отсеиваются всякие обидчивые или просто идиоты. конечно, рано или поздно приходит момент, когда он снимает эту маску перед людьми, которым начинает доверять, либо уже считает нужным начинать вести себя «нормально». но если дело касается по-настоящему дорогих людей, он готов сделать исключение.        — на всё я способен, не неси ерунды.        — мы столько лет знакомы с тартальей… — хорошо, что мегистус приняла решение отойти от прошлой темы, — но сейчас его будто подменили.         — да не принимай ты это так близко к сердцу, — он закатил глаза и откинулся на спинку стула, — пусть пожалеет себя немножко. перебесится да успокоится.         — он всегда таким был?        — каким?         — импульсивным.        скарамучча цокнул языком.         — я не хочу говорить о нём за спиной. — даже если речь шла о чём-то в хорошем ключе, он никогда не станет обсуждать тарталью с точки зрения личностных качеств с другими людьми. это было его личным убеждением, и он упрямо держался за него.         — это хорошо. — мона улыбнулась и посмотрела на свою уже опустевшую кружку. парень внимательно наблюдал за тем, как с каждой секундой уголки губ девушки только приподнимаются. если честно, ей очень идёт улыбка.         — кстати, — спохватился он, пытаясь отвлечься от предыдущих мыслей, — иди давай домой. я справлюсь с тартальей сам.        — а вещи?…        — завтра принесу. 

* * *

      скарамучча уже давно не мог уснуть, лёжа на диване рядом с рыжим и тупо глядя в потолок. только сейчас, когда он остался наедине (не совсем, но почти) с самим собой, у него появились время и возможность обдумать всё, что произошло сегодня.       сегодня он действительно был вынужден на время снять ту самую социальную маску, потому что тарталья оказался в беде, и это было куда важнее, чем его личные принципы. он не мог знать, что именно подумала об этом мона, раз заметила, что скар изменился в поведении. да и подумала ли вообще? но было удивительно, что она отметила это вслух, зная, что скарамучча может отреагировать на такое как угодно. но... тем не менее, она же всё таки что-то подумала? он понравился ей таким? и, что самое главное — как вести себя с ней завтра?       парень перевернулся на бок и уставился на стену. так странно, что сейчас, глубоко ночью, когда он должен отдыхать после довольно насыщенного дня, он лежит и думает о девчонке из соседнего подъезда. уж она-то наверняка дрыхнет и ни о чём не парится, пока каждая его мысль сводится только к одному человеку.        и в чём он должен был ей признаться?