Эликсир бессмертия

Оставив позади стены города Пяти Ключей и алую листву кленового леса, двое мужчин вовсю наслаждались кратким мигом спокойствия. Вэй Пинг дремал в седле, а Цай Линь с довольным видом пересчитывал украденные деньги. – Ха! Тут нет даже тысячи! – вытряхнув последнюю монету, вдруг произнёс юноша. – Я думал, Лан Вэйдун богат. Почему он возит с собой так мало? Цай Линь не ждал ответа на свои вопросы, но его слова ненароком потревожили Вэй Пинга. Приоткрыв слегка мутные после сна глаза, зверь выпрямился и широко зевнул. – Вероятно, причина в Цин Шун. – В змее, что проиграла замарашке? – поинтересовался Цай Линь, завязывая мешочек с монетами на три узла. – Она-то тут причём? Наблюдая из-под полуприкрытых век за тем, как тонкие пальцы юноши обращаются со шнурками, Вэй Пинг начал объяснять: – В последние годы Лан Вэйдун делал ставку на неё и, если не выигрывал, то занимал, по крайней мере, второе место. Теперь же все знают, что его главный боец пустышка. – Тигр ненадолго прервался для того, чтобы ещё раз зевнуть, и только после этого продолжил: – Иными словами: он больше не сможет заработать на Цин Шун, а других сильных зверей у него нет. – Если ты думаешь, что на змее больше нельзя заработать, то ошибаешься. – протянул юноша. – Есть ещё один способ. Вэй Пинг задумался. Насколько он знал, на Арене Духов деньги получили только победители. Проигравших же не ждало ничего хорошего. В лучшем случае они покалеченные, возвращались к своим хозяевам, в худшем становились кормом для блуждающих душ. – И какой же это способ? – поинтересовался Вэй Пинг. Ему действительно было интересно, что же предложит юноша. – Отдать её в бордель. – Ты, должно быть, шутишь? Я думал, мы говорим только о подпольных боях. Повернувшись к заметно помрачневшему зверю, Цай Линь пожал плечами. – Зачем ограничиваться ареной, когда существуют другие варианты? У змеи есть милый человеческий облик, который привлечёт клиентов, а контракт не позволит ослушаться хозяина. Уверен, что после такого у Лан Вэйдуна будут полные карманы золота. – Ты так уверенно об этом говоришь, будто проделывал такое. – проворчал тигр, невольно выпустив когти. – Нет, просто видел нечто похожее. Правда, у того лиса не было хозяина, который удерживал его . – Тогда почему он не ушёл? – задал закономерный вопрос Вэй Пинг. – Ну, он дурак… Тигр приподнял бровь. Принять такое объяснение было сложно, но он осознавал – если бы Цай Линь хотел рассказать всю историю, то он сделал бы это, даже невзирая на его согласие. – И что теперь стало с этим зверем? – Думаю, он уже вышел замуж за моего внука, и эти двое кувыркаются в постели ночи напролёт. – хмыкнул бродяга. Некоторое время тигр молчал: он никак не мог понять, шутит ли человек или же говорит серьёзно. Всё-таки решив поверить, зверь покачал головой. – Не знаю чему удивляться больше: тому, что у тебя есть внук, или же тому, что у него супруг хули-цзин. Цай Линь слегка поморщился и дотронулся до горла. От прежней раны не осталось и следа, но каждый раз, когда кто-то называл Юн Гуанмина хули-цзин, юноша буквально чувствовал, как его трахея с хрустом ломается под зубами обезумевшего лиса. – Он не хули-цзин, а тяньгоу. Глаз Вэй Пинга нервно дёрнулся. – Серьёзно? Бродяга кивнул, тем самым сводя с ума тигра. – Сам бессмертный, любовники – сыновья Цин-луна, так ещё и невестка тяньгоу! В тебе есть хоть что-то непримечательное? – Ага, – ухмыльнувшись, ответил нищий. – Мои способности. Зверь как-то невесело рассмеялся и принялся бормотать что-то про ложную скромность. Цай Линь не стал вслушиваться в слова зверя. Вместо этого он положил мешочек с деньгами в карман и взглянул на небо. Солнце уже тронуло верхушки деревьев, опускаясь всё ниже к горизонту. Ещё час-два, и оно село бы. – Сколько нам ехать до Речного города? – прерывая ворчание зверя, спросил юноша. Вэй Пинг недовольно поджал губы, но всё же полез в седельную сумку за деревянным цилиндром. Открыв его, зверь осторожно достал свиток и развернул. – Сейчас посмотрим. – Некоторое время зверь вглядывался в нарисованные линии, и с каждым мгновением его вид становился всё мрачнее и мрачнее. Предчувствуя неприятности, нищий поинтересовался: – Что не так? – Если верить карте, то мы должны уже идти вдоль Красной реки. – Тигр поднял голову и огляделся по сторонам. Из-за того, что они вошли в небольшой лесок, куда не глянь, повсюду пестрела пожелтевшая листва, а от рядов тонких и толстых стволов в глазах начинало рябить. Благо с Цай Линем был не обычный человек, а зверь. Чтобы сориентироваться на местности, Вэй Пингу не нужно было полагаться на одно только зрение. На его макушке вдруг показалась пара круглых мягких ушей, а крылья широкого носа затрепетали. – Странно, я не слышу плеска воды. Да и запах странный… – Только не говори, что мы заблудились! – воскликнул Цай Линь, вспугнув тем самым стайку маленьких птичек, притаившихся в кустах. Вэй Пинг и резко повернул голову влево и застыл. – Что там? – тяжело вздохнув, спросил Цай Линь. Он уже порядком устал от неприятностей и хотел просто дойти до Речного города, снять комнату и закатить огромный пир, на который никого не пригласил бы. – Нет. – Человеческие уши были не такими чувствительными, как звериные, поэтому, как бы Цай Линь не прислушивался, ничего подозрительного он не обнаружил. – Ребёнок зовёт на помощь… – Полная предвкушения улыбка появилась на лице Вэй Пинга. Сжав поводья, он резко повернул коня в ту сторону, откуда доносился крик. Цай Линь сразу понял, что тот хочет сделать, и нахмурился. – Не стоит туда ехать. – Почему? – чуть приподняв бровь, спросил тигр. – Хватит прикидываться, ты лучше меня знаешь, что это ловушка. – Цай Линь поехал дальше по дороге. В отличие от Вэй Пинга, он не собирался усложнять себе жизнь. Видят Небеса, у него она была и так непростой. – Ха! Не думал, что ты трус. – не скрывая ехидства в голосе, произнёс тигр. – Ну же, пойдём посмотрим,что там! – Нет. В этом месяце я уже умирал. Больше не хочу. – юноша был непреклонен, но Вэй Пинг предпринял ещё одну попытку, чтобы убедить его. – Стой! Сейчас лучше найти местного жителя и узнать у него дорогу! Если мы просто поедем вперёд, то неизвестно, куда нас приведёт дорога! Цай Линь поджал губы. Несмотря на то, что мотивы Вэй Пинга были очевидны, его слова всё же имели смысл. Крайне неохотно поменяв своё решение, юноша бросил на зверя холодный взгляд. – Хорошо, но если на нас нападёт огромный монстр, будешь сам разбираться с ним. Вэй Пинг широко улыбнулся, а его звериные уши пару раз дёрнулись. – Конечно! Проклиная драного кота, одержимого поиском достойного противника, нищий последовал за ним. Вскоре они сошли с дороги и увидели впереди холм. – Какая удача! Оттуда как раз можно осмотреться. – просиял Вэй Пин. Цай Линь же уныло поджал губы. Постепенно земля под копытами коней пошла в гору. К счастью, холм хоть и возвышался над кронами молодых деревьев, но его склоны не были крутыми. Лошади без каких-либо проблем взобрались на вершину. – Посмотри, а вот и Красная река. – Вэй Пинг указал направо. – Если пойдём по её течению, то попадём прямо к воротам Речного города. Нищий повернул голову и действительно увидел вдалеке большую коричнево-красную полоску. Словно исполинская змея, река лениво поворачивала своё длинное тело то в одну, то в другую сторону, “уползая” на Юг. – Отлично. – Направляя коня вниз по склону, Цай Линь ударил его пятками по бокам. – Поехали. – Подожди, а как же ловушка… точнее, ребёнок? Мы просто так оставим его в беде? Цай Линь хмыкнул. – Мы уже нашли дорогу, нет смысла тратить время зря. – Но… – начал было зверь, вот только бродяга его перебил: – Если хочешь, мы можем расстаться здесь. Я поеду в Речной город, а ты разберёшься с тем "ребёнком" и отправишься домой. Вэй Пинг тяжело вздохнул и отрицательно покачал головой. – Нет. – Ну, как знаешь. Мужчины двинулись в сторону реки, но прежде чем они спустились с холма, неподалёку раздался крик: – Кто-нибудь, помогите! На этот раз его услышал не только зверь, но и Цай Линь. Повернувшись, они посмотрели налево и заметили, что на одном из деревьев сидел грязный, взлохмаченный мальчишка. Цепляясь руками за ветки, он с ужасом смотрел вниз. Мужчины последовали примеру ребёнка и перевели свой взгляд. Под деревом, терпеливо выжидая добычу, сидел крупный волк – Так значит, это не ловушка? – произнёс Вэй Пинг. – А я так надеялся. Цай Линь отчётливо слышал в чужом голосе разочарование, и оно нисколько не удивило его. Тигр рассчитывал повстречать хитрого и сильного противника, а в итоге увидел мальчика и волка-одиночку. Сражаться с человеческим ребёнком было глупо, а зверь только-только встал на путь самосовершенствования и, конечно же, не мог противостоять Вэй Пингу. Интерес тигра тут же угас, зато Цай Линь наоборот, проникся чужой бедой. Повернувшись к зверю, он вдруг попросил: – Прогони-ка волка. Без особого энтузиазма тигр проявил свою ауру. В следующий миг волк поднял голову и посмотрел на них. В слишком осмысленном для зверя взгляде можно было распознать волнение. Однако тот не отступал. По всей видимости, он был очень голоден, и мальчишка казался ему настоящим деликатесом. – Бросаешь вызов? Не слишком ли ты много на себя берёшь? – Вэй Пинг чуть сощурился и издал низкий горловой рык. – Убирайся. Волк пытался сопротивляться влиянию тигра, но когда он понял, что это бессмысленно, склонил голову. Развернувшись, он побежал трусцой в противоположном от мужчин направлении, выискивая себе новую добычу. Вэй Пинг смотрел ему вслед, а его глаза слегка затуманились. Казалось, он видел не лес и убегающего волка, а что-то другое. – Удивительно разумный зверь. Когда я был на его этапе развития, то вёл себя иначе. Цай Линь повернулся к тигру. – Разве ты не зверь с родословной? Прогнав тени прошлого, Вэй Пинг повернулся к юноше и тихо рассмеялся. – Думаешь, звери, подобные твоим близнецам, встречаются сплошь и рядом? – Я знаю, что нет, но ты неплохо держался против Сяо Сюце, и я подумал, что Бай-ху мог быть твоим дальним родственником. – Цай Линь пожал плечами. – В этом мире чего только не бывает. – Нет, я родился у самой обычной тигрицы, которая не имела сознания. – Вэй Пинг спешился и передал повод бродяге. – Нас было трое тигрят, но чего-то добиться смог только я один. Цай Линь закатил глаза. – Я не хочу слушать про твою трудную жизни. Мне своих проблем хватает. Недобро взглянув на юношу, зверь фыркнул. – Не знаю, как драконы только терпят такого, как ты. – Это я их терплю. – утомившись от этого разговора, бродяга указал на дерево. – Не пора ли тебе снять мальчишку? Вэй Пинг перевёл взгляд на ребёнка. С тех пор, как они пришли, тот не проронил ни слова. Вжавшись в ветку, он с ужасом смотрел на мужчин. – И почему это должен делать я? – проворчал зверь, не испытывая и малейшего желания возиться с сопляком. – Ты кот, а коты хорошо лазают по деревьям. – Я тигр! – А я бессмертный! Если не будешь слушаться, то призову грозу и поджарю тебя молнией! – юноша буркнул это, особо не задумываясь, но по какой- то причине тигр проникся угрозой. Слегка побледнев, он прошипел: – Хорошо! Я сделаю это! – Подняв голову, Вэй Пинг посмотрел на парнишку и прорычал: – Эй, ты! Слезай! Икнув от испуга, ребёнок отрицательно замотал головой. – Если не будешь слушаться, то я залезу и спущу тебя сам. Только не уверен, что не уроню по пути! – чтобы поскорее добиться своего, тигр надавил на парнишку. Вот только такой подход, ожидаемо, возымел обратный эффект. Услышав скрытую в словах незнакомца угрозу, мальчишка задрожал так сильно, что его зубы начали стучать. – Н-нет! – выкрикнул он дрожащим голосом и неожиданно разрыдался. – Я не хочу! Уходи! Цай Линь покачал головой и перевёл взгляд с ребёнка на Вэй Пинга. – Разве так можно обращаться с детьми? Посмотри, ты довел его до истерики. – Как будто я этого хотел! – проворчал зверь и сложил руки на груди. Со стороны могло показаться, что тигр был очень зол, на деле же за недовольно поджатыми губами и сведёнными к переносице бровями стояла растерянность. Ухмыльнувшись, бродяга спешился и подошёл к дереву. Положив руку на ствол, он посмотрел на мальчика. – Привет. – произнёс он чарующе мягким голосом. – Ты, наверное, очень испугался? Всё это время мальчишка не сводил глаз с Вэй Пинга, но стоило ему перевести взгляд на “девушку”, как он потрясённо замер. Ему ещё не приходилось видеть настолько красивого человека. Чёрные глаза, что сейчас смотрели на него, сияли, словно блики на воде, а ласковая улыбка согревала так же хорошо, как и объятия его бабушки. Наивный ребёнок тут же проникся симпатией к незнакомому человеку. – Н-нет, сестрица, мне не страшно, – запинаясь, пробормотал он. – Я п-просто удивился. – “Сестрица”? Какая я тебе сестрица? – прорычал юноша, а затем вспомнил, что на нём всё ещё было надето тёмно-синее ципао. Глубоко в душе оплакивая свою неоднократно пострадавшую мужественность, Цай Линь кивнул и попытался исправиться: – Да, верно, я твоя миленькая старшая сестрица Цай, а как зовут тебя? – Ло Бао. – Хорошее имя! – Цай Линь улыбнулся. – Скажи, почему ты один в лесу? Ребёнок странно отреагировал на вопрос нищего: резко сев на ветку, он принялся искать что-то в одежде, а когда не обнаружил искомое, внезапно разревелся пуще прежнего. – Потерял! Вэй Пинг с насмешкой посмотрел на Цай Линя. – О, разве можно так обращаться с детьми! Он плачет! Раздражение вспыхнуло в груди нищего, и он решил больше не сотрясать воздух уговорами, а воспользоваться старым добрым способом, который помогал ему раз за разом снимать с деревьев Лун Бая. Оценив положение ребёнка, трущего мокрые от слёз глаза, юноша отошёл на шаг в сторону и со всей силы ударил по дереву ногой. Удивительно, но ствол сильно дёрнулся, а мальчишка, потеряв равновесие, стал заваливаться назад. – Ну так покажи, как надо. – холодно бросил юноша, обращаясь к тигру. – Лови его. Вэй Пинг не знал методов воспитания Цай Линя и на долю секунды растерялся. К счастью, он быстро пришёл в себя и бросился вперёд. Однако не успел он сделать и двух шагов, как наступил на какой-то предмет и едва не свалился. Если бы не способности, отточенные на Арене Духов, то зверь ни за что не смог бы спасти мальчишку, да и сам мог бы пострадать при падении. Обхватив парня поперёк тела здоровой рукой, тигр резко развернулся и упал на спину, поднимая в воздух ворох желто-коричневых листьев. Ло Бао же свалился ему на грудь. – Дерьмо, да ты совсем сошёл с ума! – взревел Вэй Пинг. Спихнув парнишку на землю, он поднялся на ноги и вплотную подошёл к Цай Линю. – Что, если бы я его не поймал?! Нищий устало посмотрел на зверя и сказал: – Поймал же? К чему весь этот шум? Тигр оскалился, а в глубине его зрачков алым пламенем вспыхнула жажда крови. Он явно хотел вцепиться в юношу зубами и трясти до тех пор, пока душа не покинет его тело. Цай Линь невольно задумался: почему каждый зверь хотел попробовать его на зуб? Неужели он напоминал сахарную косточку? – Ах! Вот он! – внезапно закричал мальчик, напугав мужчины. Повернувшись к ребёнку, они увидели, как тот, вытирая слёзы, подполз к валяющемуся на земле свёртку. Подняв его, парнишка счастливо улыбнулся. Острый конфликт сразу же показался нелепицей. Поумерив свой пыл, тигр на всякий случай отошёл от раздражающего во всех смыслах Цай Линя и сел на корточки около мальчишки. Тот сразу же напрягся и прижал к груди свёрток. – Успокойся, я не собираюсь его отнимать. Что там? – поинтересовался зверь. – Сладости? – Нет, лекарственные травы для бабушки. – Так ты поэтому бродишь здесь в одиночку? – тигр нахмурился. – Ты хоть понимаешь, что это очень опасно? Если бы не мы, то тот волк к рассвету обладал бы твои кости. Мальчишка нахмурился и резко вскочил на ноги. – Нет! Я придумал бы что-то! Зверь громко рассмеялся. – Ну да, конечно! В твоей семье что, все дураки? Почему они отправляют ребёнка одного в лес? Личико мальчишки покраснело, губы задрожали, а в глазах слёзы смешались с обидой. Ещё немного, и парнишка в очередной раз разревелся бы. – Ох, да сколько можно реветь?! Ты что девчонка? – Цай Линь вздохнул и подошёл к ребёнку. Под возмущённый взгляд тигра юноша оторвал от края платья лоскут ткани и вытер им сопливые нос мальчишки. – Давай-ка мы отведём тебя домой. Услышав предложение красивой "сестрички”, которая ловко сбила его с дерева, Ло Бао надулся. Он хотел сказать, что никуда не пойдет с ней, но стоило ему повернуться и посмотреть на неё, как обида исчезла. Лицо парнишки запылало, и он опустил голову – Х-хорошо. Мой дом за Красной рекой. Бродяга и тигр переглянулись. – Ты живёшь в Речном городе? – спросил Вэй Пинг. Мальчишка не ответил и демонстративно отвернулся от тигра. По всей видимости, зверь своими нападками серьёзно обидел ребёнка. Глядя на это, уголки губ Цай Линя едва заметно дрогнули. Поведение Ло Бао так сильно напоминало детские капризы Лун Бая, что сердце юноши словно защекотали крылья невидимой бабочки. Протянув руку, нищий взлохматил растрёпанные волосы мальчишки. – Маленький братец, не молчи. И я, и этот страшный ворчун хотим тебе помочь! Ло Бао бросил недобрый взгляд на Вэй Пинга и жестом попросил Цай Линя нагнуться. Юноша выполнил просьбу, и ребёнок прошептал ему на ухо: – Я и правда живу в Речном городе, но не говори тому грубияну. Он мне не нравится! Цай Линь ослепительно улыбнулся и, повернувшись к ребенку, поделился секретом уже с ним. – По правде говоря, я тоже не в восторге от него, но Вэй Пинг сильный и с ним можно не бояться диких зверей. Давай возьмём его с собой? Ло Бао перевёл задумчивый взгляд на тигра и стал оценивать его физическую форму. – Думаю, сестрица права… Давай попросим его довести нас до города, а потом сбежим? Цай Линь прыснул от смеха и кивнул. – Звучит как отличный план! Глядя на этих двоих, которые подозрительно быстро спелись, Вэй Пинг едва не начал кашлять кровью. Со своим слухом он прекрасно расслышал каждое слово, и это навело его на определённые мысли. Цай Линь очень легко находил общий язык с детьми, но, что самое главное, портил их. – Эх, теперь я не могу злиться на драконов… – пробормотал Вэй Пинг. – удивительно, что с таким баому они вообще выросли в приличных зверей. – Что ты там сказал про драконов? – спросил Цай Линь, слегка сузив глаза. Если тигр оскорблял его мальчиков, то юноша готов был драться с ним до последнего. – Я всего лишь восхитился их несгибаемой волей. – А-а, – протянул нищий, заметно расслабляясь. – Ну, один из них действительно такой, второй же – гадкий мальчишка, на котором никак не держатся штаны… – Тогда ему нужно носить пояс, ну или больше кушать … – внезапно внёс своё предложение Ло Бао, чем тут же привлёк к себе взгляды взрослых. Слегка смущённый таким вниманием, он пробормотал: – Так.. так говорит моя бабушка: если я буду мало есть, то стану тощим, и с меня будут сваливаться штаны. Д-девочки будут смеяться. – Ты прав. – Цай Линь тепло улыбнулся. Этот Ло Бао был невинным ребёнком и, конечно же, не понимал истинного смысла его слов. Чтобы не задеть гордость мальчишки, бродяга сдержал смех и даже погладил того по голове. – Это определённо решит проблему. – Верно! – хохотнул Вэй Пинг, – Теперь, когда план есть, осталось только связать поясом всех троих. Вот тогда кое-кто так "наестся", что с него больше не будут постоянно спасать штаны. – Нужно завязать поясом твой грязный рот. – отстранённо бросил Цай Линь и нахмурился. Его настроение резко испортилось, а в голове крутилась до зубного скрежета раздражающая мысль “я в этой связке точно буду лишним". – Пошлите уже, а то я хочу есть. Решив больше не дразнить Цай Линя, Вэй Пинг кивнул. Вскоре двое взрослых и один ребёнок отправились в путь. Ло Бао был местным, и мужчины вынуждены были прибегнуть к его помощи, чтобы поскорее попасть в Речной город. Конечно же, это решение далось им не так уж легко, но мальчишка клятвенно заверил, что знает дорогу. Немного понаблюдав за ребёнком, путники вынуждены были признать – Ло Бао не врал. Он прекрасно ориентировался на местности: мальчишка знал, где можно безопасно обойти крутой овраг, внезапно возникший прямо перед ними, а ещё где быстро перебраться через Красную реку. Благодаря ему мужчины добрались до города за каких-то два часа! Вот только, когда компания оказалась около городских стен, мальчишка не повёл их к воротам. Вместо этого он направился в противоположную сторону. Недоумевая, Цай Линь и Вэй Пинг переглянулись, но последовали за ним. Всё таки этот ребенок привёл их в город, так что не доверять ему не было причин. – Вот здесь! – Ло Бао указал на большой колючий куст и протянул Цай Линю руку. – Хватайся, сестрёнка, я проведу тебя в город через секретный лаз. Так ты сможешь потратить деньги не на налог, а на сладости. – Младший братец такой хороший! – растрогавшись, бродяга вложил свою ладонь в маленькую руку ребёнкка. Вот только прежде чем они двинулись вперёд, Вэй Пинг вдруг позвал юношу: – Сестрица Цай? – Что? – обернувшись, с лёгким раздражением спросил тот. – На этом всё. Мне пора уходить. – не обращая внимание на недовольство юноши, с широкой улыбкой произнёс тигр. Цай Линь вдруг замер. Не сказать, что за эти несколько дней он успел привязаться к зверю, но его присутствие успокаивало нищего. – Уже? Не хочешь провести со мной ещё пару деньков? – приподняв бровь, предложил юноша. Тигр отрицательно покачал головой. – Меня ждет Шун-Шун. – Эх, любовь сажает зверей на цепь. – посетовал Цай Линь и махнул рукой. – Иди уже. Твоя хозяйка ждёт. Вэй Пинг пожал плечами. – Может и так, но это не идёт вразрез ни с её, ни с моими желаниями. – Опять эта твоя философия… – проворчал бродяга. Вдруг в рукаве нищего зашевелилась Сяо Хэйюй. После того, как Цай Линь накричал на неё, гу старалась лишний раз не беспокоить хозяина и пряталась. Она планировала и дальше так поступать, но мужчины решили попрощаться и паучиха немного изменила свои планы. Выбравшись из складок одежды, гу спрыгнула с тела хозяина и подошла к тигру. Тот, заметив паучиху, присел и опустил руку. Забравшись на широкую ладонь, Сяо Хэйюй подождала, пока её поднимут, и начала трещать. Вэй Пинг внимательно слушал её и время от времени кивал. На его губах появилась добрая улыбка. Такое милое общение его крошки и зверя очень не понравилось Цай Линю. Теперь он уже не жалел, что Вэй Пинг покидает его, а едва ли не мечтал об этом. – Что она говорит? – с трудом сдерживая свою ревность, спросил юноша. – Ничего. – отмахнулся от бродяги тигр и склонил свою голову. Сяо Хэйюй подняла лапку и коснулась лица зверя. – Сяо Хэйюй! – воскликнул Цай Линь, до глубины души поражённый поступком своего контрактного зверя. – А как же папочка? Ты хочешь уйти от меня к этому драному коту? Отпустив мальчишку, который всё это время с интересом смотрел на огромного паука, юноша подошёл и забрал гу у Вэй Пинга. – Даже не думай! Я тебя не отпущу! Паучиха задрожала и повернулась к хмурому юноше. Взглянув на него, она стала не переставая издавать трескучие звуки. – Помолчи! Ты совсем ещё крошка и не знаешь, какими жестокими могут быть мужчины! Он воспользуется тобой, а съесть его ты не сможешь! Вэй Пинг вдруг согнулся пополам и расхохотался. – Какие вы занятные! – Проваливай. – зашипел юноша, хватая Ло Бао за руку. Он хотел забраться в куст, но тут Вэй Пинг снова его остановил. – Цай Линь? – Ничего не хочу слушать. У тебя есть Шун-Шун! – Букашка высмеяла меня. – Что? – удивился нищий и повернулся к тигру. Тот вытирал с глаз слёзы и улыбался так широко, что это даже пугало. – Она пообещала стать такой сильной, что мерзкие звери вроде меня никогда не смогут приблизиться к тебе. – мужчина перевёл взгляд с бродяги на гу. – И я искренне надеюсь, что у неё это получится. Махнув им на прощание, Вэй Пинг развернулся и направился в сторону леса. Цай Линь молча смотрел на широкую спину мужчины, и в его голову пришла мысль – если бы они провели вместе чуть больше времени, то могли бы стать друзьями. – Хорошо, что этот человек ушёл сам. – вдруг произнёс Ло Бао. – Бабушка бы точно его прогнала. Слова ребёнка привели Цай Линя в чувства. Посмеявшись над своим нелепым желанием иметь друзей, он спрятал Сяо Хэйюй в рукаве и повернулся к мальчишке. – Правда? А меня она выгонит? Ребёнок отрицательно замотал головой и чуть крепче сжал руку юноши. – Ты похожа на мою маму. От удивления Цай Линь поперхнулся слюной и закашлялся. Он не знал, как относится к сказанному. С одной стороны, нищий был рад, что у него были все шансы остановиться дома у Ло Бао, а с другой… – Ну, раз так, то могу ли я познакомиться с твоей бабушкой? – Конечно! Пошли! Воодушевившись, мальчишка подвёл Цай Линя к кусту. Натянув на ладонь рукав, он убрал колючие ветви в сторону, показывая огромную трещину в стене. – Чиновники не знают про этот проход? – удивился нищий. Ло Бао поморщился из-за шипа, впившегося в руку, и произнёс: – Нет. Это двор дяди Вана, так что стража тут не ходит. Следуя за своим маленьким проводником, Цай Линь проскочил через дыру в стене и оказался в каком-то захламлённом дворе. Здесь под навесом стояли разные бочки и деревянные короба, от которых шёл странный, но смутно знакомый запах. Юноша поморщился и даже прикрыл нос рукой. Заметив реакцию “сестрички”, Ло Бао хихикнул. – Воняет, да? Дядя Вон хранит тут материалы для чёрного песка. – Чёрного песка? – переспросил нищий и с интересом посмотрел на короба. – Он взрывается! – едва не захлёбываясь восторгом, произнёс мальчик. – Дядя Вон как-то показывал нам! Если взять горсточку и высечь искру, то случился БАБАХ! – Ах, ты говоришь о порохе… – Да! – закивал Ло Бао. Он хотел сказать что-то ещё, но вдруг послышался собачий лай. Мальчишка тут же напрягся и, шепнув “бежим”, потащил Цай Линя влево. Там оказались большие ворота. Сейчас две массивные створки были закрыты. – Почему здесь замок?! – прошипел мальчишка. Лай становился всё громче, и от этого ребёнок сильнее волновался. Повернувшись к бродяге, он посмотрел на него и, чуть ли не умоляя, произнёс: – Сестрица, у дяди Вона злые собаки – если поймают, то порвут! Я не знаю, что делать! Цай Линь вздохнул. Если бы Вэй Пинг не ушёл так рано, то он легко бы спугнул псов. – Что-то я расслабился… – проворчал себе под нос нищий. – С каких пор я начал полагаться на других? Хмыкнув, он вдруг поднял мальчишку на руки. Ло Бао оказался тяжелее, чем юноша думал, но это не имело большого значения. – Сестрица!? – испуганно ахнул ребёнок. – Сейчас я тебя подкину, а ты цепляйся за край ворот и перелезай! – Но.. – попытался возразить парень, однако у них не было времени на споры – собаки уже выбежали из-за ряда бочек и побежали к ним. – Дерьмо! – прошипел Цай Линь, увидев трёх псов размером чуть меньше телёнка. Стиснув зубы, он собрался с силами, а потом подбросил мальчишку вверх. Несмотря на испуг, Ло Бао отлично справился с задачей и вскоре был уже на другой стороне. Не тратя время даром, Цай Линь прыгнул следом. Зацепившись пальцами за край ворот, юноша подтянулся и хотел уже закинуть одну ногу на створку, чтобы перелезть, но тут снизу раздалось громкое рычание и вой. В следующий момент один из псов подпрыгнул и вцепился зубами в подол платья. Нищий насилу не свалился вниз. – Проклятье! – прорычал юноша и снова попытался подтянуться, но собака вдруг начала мотать головой. – Сестрёнка! – прокричал Ло Бао. – Подожди, я приведу кого-то на помощь! – Не… надо. – зашипел Цай Линь, обливаясь потом. – Сам справлюсь. Повернув голову, он посмотрел на собаку. Та крепко вцепилась в его одежду и не собиралась отпускать. Скрипнув зубами, бродяга поднял ногу и ударил животное прямо по морде. Пёс заскулил, но всё равно не разжал челюсти. Две другие собаки пришли в неистовство и от простого лая перешли к активным действиям. Подпрыгивая, они клацали зубами в опасной близости от ног нищего, пытались вцепиться в плоть. Пока что Цай Линю везло, но усталость брала своё: его руки уже дрожали от перенапряжения, а пальцы сводило судорогами. Ещё немного, и он наверняка упал бы. – Да отстань же ты! – нищий собирался ударить настырного пса ещё несколько раз, но тут платье затрещало, и от подола оторвался большой кусок ткани. Лишившись дополнительного груза, юноша с поразительной лёгкостью перемахнул через ворота и оказался на другой стороне. Ноги едва держали Цай Линя, а его руки и вовсе потеряли всякую силу. Согнувшись пополам, юноша старался отдышаться. В это время стоящий около него Ло Бао стренно смотрел на него. Его лицо густо покраснело, а рот, то открывался, то закрывался. – Что такое? – спросил нищий, заметив странное поведение ребёнка. – С-сестирица Цай, а ч-что это у тебя болтается? Сначала бродяга не понял, о чём говорил парнишка, но вдруг поднявшийся ветер “подсказал” ему. Почувствовав сзади холодок, Цай Лин дотронулся до своих ягодиц рукой. Неожиданно вместо ткани он ощутил голую кожу. Вздохнув, юноша сжал края порванной юбки так, чтобы его ноготы не было видно и повернулся к мальчишке. Без зазрений совести он отвесил тому оплеуху и прорычал: – Куда это ты смотришь, маленький негодник!? Разве не знаешь, что в таких случаях нужно не пялиться на девушку, а помочь ей?! Вот расскажу всё твоей бабушке… – Ай-яй-яй! – застонал ребёнок и взмолился: – Прошу тебя, братец…то есть с-сестрица, не говори бабушке! Она изобьёт меня палками за такое! – И правильно сделает! – холодно фыркнул Цай Линь. Ло Бао тут же уронил голову на грудь. Его плечи мелко задрожали, выдавая рвущиеся наружу слёзы. Это немного уняло гнев бродяги, и он проворчал: – Так и собираешься стоять на месте и лить слёзы? Может, лучше отведёшь меня туда, где я могу переодеться? – Ох! Точно! – Подняв голову, мальчишка схватил юношу за свободную руку и потянул его за собой. – Мой дом совсем рядом, так что не бойся – тебя никто не увидит. Парнишка не соврал, и очень скоро они оказались около небольшого двора. Толкнув створки деревянных ворот, Ло Бао затащил Цай Линя внутрь и закричал: – Бабушка, я вернулся! И не один! У нас гости! – Ба! Сяо Бао! – послышался откуда-то из дома приглушённый голос. – Где тебя носило?! Не прошло и минуты, как на пороге показалась старушка. Она носила мужской халат, который висел на ней, как на пугале, а седые волосы были убраны в высокий пучок. Цай Линь посмотрел в знакомое лицо и хмыкнул. – Ну, здравствуй, сестрица, не думал, что мы с тобой встретимся снова. Старуха повернулась и посмотрела на заговорившую с ней девушку. Морщины на её некогда красивом лице стали глубже, а во взгляде появилась враждебность. – Ло Бао, от роду семь лет, а уже в дом девок водить начал?! – Ха? – Цай Линь опешил. В какой-то момент он даже подумал о том, что карга решила его разыграть. Насколько он помнил, торговка вином, которая подвозила его, отличалась своеобразным чувством юмора. Однако, вспомнив о том, что сейчас он выглядел не как золотоволосый юноша, а как растрёпанная девица в порванном платье, фыркнул. – Сестрица, ты не так всё поняла! Помнишь, недавно ты взяла в попутчики золотоволосого юношу и сватала ему свою Аи? С каждым новым словом Цай Линя старуха хмурилась всё сильнее, но стоило ей услышать имя дочери, как она вздрогнула. – Откуда ты знаешь про Аи? Цай Линь улыбнулся. – Ты сама мне рассказала. Я тот юноша. – Ло Бао… подойди-ка ко мне, негодник! – Прошипела женщина. Мальчиша не смел ослушаться родственницу и поспешил выполнить приказ. – Бабушка, но… – Прикрой рот, не с тобой говорят! Ребёнок опустил голову и затих. Цай Линю даже стало как-то жаль парнишку, и он произнёс: – Не ругай его, он хороший ребёнок. – Без тебя знаю, блаженный. Шёл бы ты, по добру по здорову, пока я стражников не позвала! – А? – совсем растерялся нищий. – Ты выгоняешь меня после того, как я дважды спас твоего внука?! – Ба! Не трепи языком! Уходи! – старуха злилась всё сильнее. – Не знаю, откуда ты прознал про мою Аи, но я вижу твою наглую морду в первый раз! – А как же вино? Ты везла товар в Речной город! – Цай Линь начинал злиться. Шутки карги заходили слишком далеко. – Какое вино, блаженный?! Я уже тридцать годков-как не выходила за город! – закричала старуха и вдруг ахнула. Её лицо побледнело, а тело начало мелко подрагивать. – Что? Ты угощала меня вином и кормила рассказами про свою славную дочурку, а сейчас .. Внезапно старуха подняла руку и надрывно закашлялась. Между её пальцами заструилась свежая кровь. – Бабушка! – закричал Ло Бао. – Ты пила своё лекарство? Женщина не могла ответить. Кашель становился сильнее, и всё больше крови стекало вниз. Испугавшись за жизнь близкого человека, ребёнок посмотрел на единственного, помимо его бабушки, взрослого и закричал: – Сестрица Цай, помоги! Юноша посмотрел на старуху. Та уже была не просто бледной – её лицо по цвету напоминало снег. Ещё немного, и старуха наверняка умерла бы. Забыв про разорванную юбку, Цай Линь ругаясь, подбежал к старухе и схватил её за предплечья. – Беги скорее за целителем, а я пока пригляжу за ней. Ло Бао не стал спорить. Сорвавшись с места, он умчался прочь за ворота. Цай Линь же осторожно уложил женщину на пол. – Если после этого ты не прекратишь вести себя так, словно мы незнакомцы, то я точно придушу тебя. Прикусив зубами подушечку пальца, Цай Линь грубо открыл рот женщины и капнул туда своей кровью. – Глотай!