На краю желания

      Становилось прохладно. Вероника посмотрела в противоположный конец — там уже никого не было. К своему удивлению, она испытала некое сожаление. Смешанные чувства, которым она не решалась давать объяснения, наполнили её новым смятением. — Я тут подумала, может, в качестве перемирия выпьем карибского рома? — голос Арины, возникший словно из ниоткуда, заставил Веронику вздрогнуть.       Она обернулась, прижав руку к груди. Перед ней стояла Малевич, в одной руке — бутылка белого рома, в другой — два пластиковых стаканчика. Арина вышла из полумрака, её лицо очертила мягкая улыбка, потемневшие голубые глаза излучали тепло, пока ветер играл с её длинной челкой. — Ой, прости, не хотела тебя напугать, — кивком Арина указала на место рядом. — Можно? — Нет, нельзя, — огрызнулась Вероника. — Ты что, не поняла? Ни выпивать, ни разговаривать я с тобой не стану. Уясни раз и навсегда, Арина, — она с натягом произнесла её имя, — я не желаю тебя видеть. Прошу, не порти мне путешествие. — Да, конечно, — отозвалась Арина, не скрывая разочарования. — Ты вправе так говорить. — Она задумчиво постучала пальцем по стаканчику. — Нам плыть вместе не один день. Зачем портить друг другу отпуск?       Арина взяла пластиковые стаканчики той же рукой, что держала бутылку, и, выдохнув, свободной рукой провела по тёмно-русым волосам, привлекая к себе внимание Вероники. — Давай просто договоримся не замечать друг друга. А ещё лучше — избегать. Лайнер огромный, может, повезёт, и мы больше не встретимся. — Допустим, — кивнула Арина и, проигнорировав протест, присела рядом. — Но, по мне, так получается слишком сложная ситуация, ты не находишь? То есть предлагаешь всё путешествие ходить с оглядкой, в напряжении?.. — Всяко лучше, чем снова с тобой столкнуться.       Не обращая внимания на колкий тон, Арина налила ром в два стакана и протянула один Веронике, настойчиво ожидая, пока та возьмет его.       Вероника бросила на неё полный неприязни взгляд. — Разве я не ясно дала понять, что не буду пить с тобой ром? — отрезала она, указывая на спиртное.       Вероника старалась не смотреть на своего бывшего руководителя, дабы не замечать и не поддаваться её дьявольской привлекательности. Однако под напором Арины, Вероника всё же взяла предложенный стакан. Желание плеснуть содержимым в лицо своей обидчицы было почти невыносимым, но ей удалось удержаться от столь дерзкой вольности. — Встретиться вот так, как мы с тобой, — большая редкость. Не припомню ни одного случая, чтобы у меня с кем-то так произошло, — Арина покачала головой, впечатлённая неожиданным стечением обстоятельств. — На самом деле, — она потрясла пальцем, словно учительница, наставляющая на путь истины, — у тебя появилась отличная возможность выпустить обиду, которую ты так долго в себе держишь. — Что?! — злобно усмехнулась Вероника, ощущая, как тонет в потоке собственного гнева. — Давай, выплесни свои эмоции, злость, которые держишь на меня столько времени. Выскажи всё, что думаешь обо мне, — Арина помолчала, следя за её реакцией. — Ты ведь знаешь, что держать обиду крайне опасно и вредно. Поэтому, как бы тебе это ни нравилось, нам следует поговорить о случившемся. Правда, Вероника, мне жаль, что я сразу не пришла к тебе и не извинилась. К сожалению, в тот день я выпила лишнего. Моими действиями руководил алкоголь. Не подумай, что таким образом я оправдываю себя, просто у меня были реальные причины злиться на тебя.       За один глоток Вероника опустошила стакан и вернула его Арине. — Предположим, у тебя было право злиться на меня, но не насиловать! — она сделала яркий акцент на последнем слове.       Арина замолчала, потрясенная подобным обвинением. Да, она повела себя грубо, даже чересчур агрессивно, но ни в коем случае она не назвала бы тот инцидент «насилием». Или… всё-таки назвала бы? Она отпила из стакана, отгоняя от себя чувство вины, противно щекочущее где-то в груди. Посидела молча, подождала, пока к ней не вернулся дар речи. — Кажется, ты слишком утрируешь, обвиняя меня… в изнасиловании, — Арина попыталась смягчить свой суровый голос, незначительно в этом преуспев. — Не строй из себя невинную жертву. Между прочим, ты призналась, что шпионила за мной. Нет, я вовсе не собираюсь ворошить офисные заговоры, однако факт остается фактом — ты в них участвовала. И другой момент, очень важный, — ты хотела меня.       Вероника возмущённо охнула и потрясла головой, убежденная в своей правоте. Тошнотворные воспоминания о своём провале стремительно заполнили разум. — Ты вообще хоть раз задумывалась, что я чувствовала после того, как ты взяла меня силой, растоптав моё достоинство?       Вероника тяжело вздохнула. Она совершенно не горела желанием обсуждать тот случай в номере, считая это бесполезной тратой времени, да ещё и мучительной. — Скажи мне, положа руку на сердце, что я никогда тебя не привлекала? Потому что я способна отличить, когда женщина меня хочет, а когда — нет. Да и потом, ты не сильно-то сопротивлялась, отдаваясь мне.       Вероника на миг изумленно застыла. — Не льсти себе, Арина, — она бросила на неё презрительный взгляд. — Твоё поведение нельзя оправдать никакими объяснениями. Конечно, тебе куда проще думать иначе — думать, что я сама этого хотела, но нет! Я не приемлю подобное поведение в отношении себя.       Развернув Веронику к себе лицом, Арина заглянула в её тёмные глаза, сверкающие в полумраке. Сердце ёкнуло, испытывая необъяснимое волнение. Её лицо было всё таким же прекрасным. Вероника отличалась от любой женщины, встреченной ею когда-либо. Она была более красивой и умной, с непреклонным гордым характером, чем те симпатичные дамы, с которыми ей доводилось время от времени проводить ночь. В ней присутствовало нечто большее, нечто особенное, нечто такое, что нельзя описать словами. — Мы обе вели себя не идеально, — Арина придвинулась ближе, ища понимания в зелёных глазах. — Признай это, Вероника, и тебе станет легче. — Не сравнивай меня с собой, — она заморгала, чувствуя, как подступают непрошенные слёзы. — Едва ли ты можешь понять мои чувства. Впрочем, холодная маска всегда шла твоему лицу, так что продолжай в том же духе.       Не собираясь демонстрировать свои слёзы, Вероника резко встала и ушла. — Холодная маска? — пытаясь понять смысл, повторила Арина в тишину.       Она плеснула в свой стакан ещё немного рома, провожая взглядом исчезающий в темноте силуэт. Напрасно она рассчитывала спокойно поговорить с Вероникой. Похоже, сделала только хуже.