На краю желания

— Знаю, ты вовсе не планировала со мной ужинать. — Арина подняла пакет с едой. — И всё же я заказала на двоих. — Она вынула из бумажного пакета контейнеры с едой и разложила по тарелкам.       Втянув дразнящий запах китайской лапши, мяса в кисло-сладком соусе и салата, Вероника сглотнула. — Пахнет изумительно, но ты, верно, заметила касательно моих планов. И вообще-то я собиралась уходить. — Поужинай со мной и пойдешь. Сама сказала, Рената на ночном дежурстве. Так какая разница, во сколько ты вернёшься домой? — будничным тоном произнесла Арина, отодвигая стул и приглашая её присоединиться. — Считай это обычным жестом проявления хороших манер.       Вероника запустила пальцы в свои волосы, давая понять всем своим видом, что её беспокоит на самом деле. И не признала ли она только что своё поражение, даже не начав бороться с чарами обворожительной Малевич? — Если тебе станет от этого легче, то забудь всё, что я сказала перед тем, как нас прервал звонок, — сказала Арина, доставая столовые приборы. — Меня занесло.       Вероника сомневалась в правильности своего поступка, но села за стол, приняв приглашение. Не устояв перед запахами, она взяла приборы и начала есть. — Тебе удалось меня уговорить только потому, что китайская еда — моя слабость. — Она накрутила лапшу на вилку. — Иногда и моя тоже, — жуя с набитым ртом ответила Арина. — Прости, я так проголодалась. Сейчас и мне кажется это чертовски вкусной едой. — Как по мне, китайская стряпня всегда невероятно вкусная. — Налить тебе сок или чай? — отвлечённо спросила Арина, пригубив вино. — Можно сок или просто воды. Арина поднялась со стула, открыла холодильник, достала оттуда пакет с яблочным соком и налила в высокий стакан. — Спасибо, — поблагодарила Вероника. — Тебе не кажется наш ужин чем-то очень странным? — По правде говоря, мне кажется странным всё, что между нами происходит на протяжении нескольких лет, а не только этот ужин, — Арина улыбнулась, прикрывая рукой рот.       Обаятельная улыбка и понимающий, проникновенный взгляд подействовали на Веронику как-то расслабляюще. — Извини, если честно, я не понимаю, как себя вести с тобой в данный момент. Совершенно не знаю, о чём говорить, чтобы поддержать разговор.       Арина отложила столовые приборы и промокнула салфеткой губы. — Можем поговорить о политике или о курсе валют. — Глотнув вино, она выдержала выразительную паузу, разглядывая гостью, а потом мелодично и весело рассмеялась. — Шучу. Видела бы ты сейчас своё лицо. Прости, эта история с тобой делает меня неврастеничкой. И, правда, глупая ситуация. — По-моему, с нами что-то не так, — Вероника тихо засмеялась, упираясь лбом в сложенные ладошки. — Скажи, какого чёрта я села с тобой ужинать? Чем я думаю… Это же ненормально, учитывая все обстоятельства. — Ты же сказала, любишь китайскую кухню, — посмеиваясь, Арина широко улыбнулась. — Вполне весомый довод, чтобы остаться. Знаешь, я давно поняла, что женщин гораздо больше заинтересует букет из пряностей, колбасок или сладостей, чем из цветов. — Букет из продуктов? — сквозь смех проговорила Вероника, поймав на себе насмешливый взгляд. — Ты права, звучит гораздо аппетитнее, чем банальные цветы.       На мгновение все сомнения рассеялись, и Арина поняла, насколько Вероника стала важной фигурой в её жизни. Важнее, чем кто-либо до неё. Боже, какой же трусихой она была! Разве ей не следует хотя бы попытаться за неё побороться? В настоящее время Вероника далека как никогда, но она должна набраться смелости и высказать то, что накопилось у неё на душе. Должна сделать первый шаг. Шаг к искренности в их отношениях. — Мне ни с кем не было так хорошо, как с тобой, — призналась Арина, не сводя с неё глаз. — Ты права, я давно не ищу серьёзных отношений. Но с тобой рискнула бы.       Вероника широко распахнула глаза и удивлённо посмотрела на неё. — Неужели? — съязвила она.       Арина еле заметно кивнула: — Думала, будет гораздо проще отпустить тебя, чем сражаться за то, в чём я сама не уверена. Долгое время я считала, что утратила способность к нормальным отношениям. Правильнее сказать, во мне поселился страх с кем-то сблизиться. — Она заглянула в настороженные глаза Вероники, обхватив двумя руками почти пустой бокал. — После нескольких неудачных попыток я убедилась, что отношения приносят только лишние проблемы и боль. Возможно, я действительно не та женщина, которая тебе нужна, но я не могу перестать о тебе думать, как бы я ни старалась. Вероника, я не готова просто отпустить тебя. Кажется, это выше моих сил…       Вероника нахмурилась и опустила глаза. — Что ты имеешь в виду под словами «не готова отпустить меня»? — Главное, не волнуйся, — сказала Арина тихим грудным голосом, пытаясь успокоить её. — Обещаю, я не сделаю ничего, что обидит тебя. — Она знала: Вероника не доверяет ей полностью, от чего по-прежнему было сложно говорить о своих чувствах и переживаниях.       Понимая, что нужно уходить, Вероника инстинктивно выпрямилась. В противном случае неизвестно, чем всё закончится. И в первую очередь, она не доверяла самой себе. Не верила, что у неё хватит стойкости противостоять влечению, которое испытывала каждый раз, смотря на Арину. — Давай на этом остановимся и вернёмся к тому, зачем я пришла. Ты предупреждаешь меня всякий раз, когда соберёшься с Инессой заехать к моим друзьям. — Я сожалею о том, что была груба во время нашей первой близости, — продолжила Арина, несмотря на протест, — что не нашла тебя сразу, не извинилась и не попыталась исправить своё поведение, что позволила тебе уволиться, не дав нам возможности объясниться. Сожалею, что рассердилась на тебя в Венеции и не пришла к тебе до того, как узнала о несчастном случае с Инессой. У меня накопилось много сожалений, Вероника. А я ненавижу сожалеть. — С минуту она колебалась: говорить или нет. — Я ещё никогда не хотела кого-то так сильно, как тебя. Никогда.       Арина нежно погладила её по щеке, и глаза Вероники защипало от подступивших к ним слёз. — Замолчи, ради бога! — Если бы ты действительно любила её, тогда не осталась бы у меня той ночью. Теряясь с ответом, Вероника нахмурилась, окончательно сбитая с толку признаниями и прямотой Арины, и на всякий случай поднялась со стула, чтобы увеличить дистанцию. — Странно слышать от тебя подобное утверждение — от той, кто, не задумываясь, с лёгкостью спит с разными женщинами. — Пускай так. Однако при всех моих недостатках я никогда не изменяла. Ни единого раза! — продолжая своё наступление, Арина поднялась вслед за ней. — Решила упрекнуть меня в моей неосмотрительности? — Отнюдь, — Арина подошла к ней ближе и чуть наклонилась. — Ты не любишь её так сильно, как думаешь. Это же очевидно! Рената всего лишь заполняет твою нехватку об идеальной паре с семейным уютом. Она даёт тебе твёрдую уверенность в завтрашнем дне. Такая вся правильная и предсказуемая. Скажешь, я неправа? Мм?.. Не думала, что скажу это, но, похоже, я изучила тебя. — Чушь собачья! — всплеснула Вероника, оттолкнув от себя Арину. — Если ты собираешься разрушить мои отношения, я… — Я не собираюсь этого делать, — заверила Арина.       Она обречённо вздохнула: — Что, по-твоему, нам следует делать? Чего ты хочешь? — Для начала выяснить, Рената действительно та самая? Женщина, с которой ты хочешь построить своё будущее? — Она любит меня, — прошептала Вероника.       Арина с трудом сдержала горький смешок. — Ах да, конечно. Любовь. — Мне нужно больше, нежели то, что ты готова мне дать, Арина. И я… я просто не могу тебе позволить причинить мне боль. Снова! Сколько раз мне нужно это повторить?       Арина надменно подняла бровь, и Вероника, покраснев, отвернулась. — Твоя неверность заставила меня думать по-другому. — Она взяла со стола свой бокал и подлила себе из бутылки немного вина. — Давай посмотрим правде в глаза, Вероника, — ты снова в моей квартире. Конечно, ты нашла для этого очень вескую причину, оправдала своё желание прийти ко мне.       Пропустив пальцы через волосы, Вероника глубоко втянула воздух, но это не помогло справиться с охватившей её паникой. — Я пытаюсь найти решение проблемы и только поэтому я здесь. Не выдумывай лишнего. С твоим появлением в моей жизни сразу появляется множество проблем.       Она вздрогнула, когда Арина взяла её за подбородок и заставила посмотреть ей в глаза. При одной мысли поддаться чувствам, которые Вероника в ней вызывала, сердце бешено заколотилось. — Довольно, — прошептала Арина, положив руку ей на затылок. Ей удалось прижать Веронику к кухонному столу. Она запустила пальцы в её волосы, слегка потянула за них и Вероника снова вынужденно посмотрела ей прямо в глаза. Она попыталась сопротивляться, но Арина довольно крепко прижала её к себе, так, что Вероника не могла пошевельнуться. — Взгляни на меня, — велела Арина.       Вероника понятия не имела, дразнит она или сердится на неё. Сейчас она чувствовала только её пьянящую близость и тепло. Сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот разорвется, грудь тяжело вздымалась. Наконец Вероника нерешительно подняла голову. В голубых глазах сверкал неукротимый огонь. — Нет, — глядя ей в глаза, произнесла Вероника и, схватив Арину за запястья, убрала её руки. — Что значит «нет»?       И хотя Арина спросила спокойным, негромким тоном, в животе Вероники гремучей змеёй зашевелился страх. Она знала, что бессильна против Арины, бессильна во всём. — Мы должны прекратить. Ничем хорошим это не закончится для нас обеих, ты это знаешь не хуже меня. — Почему-то я считаю иначе, — бесстрастно ответила Арина, отчего Вероника рефлекторно поёжилась. — Зачем ты издеваешься надо мной? — вспылила она, отталкивая от себя Арину. — Неужели ты не видишь, я и так на грани! — Ты нужна мне. Неужели в это так сложно поверить?       Помимо возмущения, Вероника уловила горечь в её голосе, но не успела это обдумать, как мягкие губы припали к её губам. И она вмиг утратила над собой контроль. Все тревожные мысли улетучились, стоило лишь оказаться в знакомых пылких объятиях. Она изогнулась под натиском требовательных ласк, вдыхая пьянящий аромат лёгких духов. Слабые попытки воспротивиться рвущемуся наружу желанию не увенчались успехом.       Запрокинув голову, Вероника вцепилась пальцами в её плечи и застонала от наслаждения, когда Арина покрыла поцелуями шею. Это, похоже, лишь сильнее распалило Арину, поскольку её движения стали более требовательными и ненасытными. Не прерывая поцелуя, Арина шагнула из кухни в гостиную, уводя Веронику за собой. Они шагали в унисон, шаг за шагом, пока не оказались в спальне.       Вцепившись руками в блузку Арины, она тихо простонала, ощущая, как в глубине её естества нарастает напряжение. Не успела она отдышаться и восстановить дыхание, как Арина потянула её дальше, в спальню. Посадив Веронику на край кровати, она расстегнула застёжки тонкого платья и медленно спустила его с плеч, обнажив небольшую соблазнительную грудь, окутанную атласной тканью бюстгальтера.       Упираясь руками в её плечи, не желая останавливаться, Арина откинула её на широкую кровать. Вероника попыталась отползти от неё, но Арина помешала ей, схватив за край подола. Нависнув над ней, Арина до конца расстегнула платье. Глаза её блестели, как у захватчика, вторгающегося на запретную территорию. — Арина? — прошептала она, призывая остановиться. Внизу живота разлилась боль неутолённого желания, а тело неумолимо отказывалось её отпускать. — Подожди, — найдя остатки здравого смысла, Вероника схватила её за запястья. — В чём дело? — Собравшись с духом, Арина приподнялась и прижалась лбом к её виску, приняв сидячее положение. — Я не могу предать её снова. Рената этого не заслуживает.       Вероника отвернулась. Тело её горело, а сердце тем временем сковал ледяной холод болезненного раскаяния. — Господи, Вероника, ты борешься с собой, желая меня. Нельзя назвать любовью то, что ты чувствуешь к ней. Не отступая, Арина взяла её руки и поднесла к губам, покрывая их поцелуями. Затем прижала её ладони к своей груди, не теряя растерянного взгляда зелёных глаз. Вероника почувствовала размеренное биение сердца, которое приводило в непривычное умиротворение. — Хочешь уйти? Тогда скажи это, глядя в глаза. Скажи мне правду, Вероника. — Не хочу. Но я должна уйти ради неё. Прошу, пойми…       Глядя в покрасневшие глаза, Арина утратила способность рассуждать логически. Важными казались лишь её собственные глубокие чувства к Веронике. — Не проси меня понять.       Они обе замолчали. Когда тишина стала невыносимой, Арина недоверчиво покачала головой и прильнула к её губам. Невзирая на слабые попытки Вероники вырваться из её объятий, она продолжила ласкать её губами и руками, пока окончательно не сорвала с неё платье. Поддавшись напору, Вероника обхватила дрожащими пальцами её бедра и, удивлённая собственной смелостью, избавила Арину от одежды. — Я скучала, — задыхаясь, призналась Вероника. — Ты убиваешь меня, как медленный яд, против которого нет противоядия.       От переполнявших чувств Арина провела носом по её шее, слегка покусывая нежную кожу. — Оно тебе и не нужно, — простонала она, проникая в неё.       У Вероники захватило дух от невероятного чувства единения. Тело принимало Арину и безраздельно подчинялось ей. Негромко постанывая, она выгибалась под ней, сжимая в кулаке копну мягких тёмных волос. Её внутренние мышцы сжимались и разжимались, принимая её пальцы. Языком и губами Арина ласкала её грудь и шею. Когда у Вероники возникло ощущение, будто внутри лопнула пружина, она задрожала всем телом и словно безвольная кукла откинула голову на подушку.       Тишину в спальне нарушало только их частое дыхание. Вероника слышала у себя в голове удары собственного сердца, и они шептали ей, что Арина — единственная женщина, кто по-настоящему владеет её сердцем. Навсегда и навеки. Однако, насколько это будет безрассудно, если дать этому волю, сейчас Вероника не собиралась об этом размышлять. Она хотела насладиться Ариной, хотела взять её, почувствовать.       Оседлав её сверху, Вероника захватила губами её возбуждённую грудь, исследуя руками гибкое тело, от которого кружилась голова. Целуя горячую кожу, она спустилась между её бёдер и, обхватив руками упругие ягодицы, проникла языком внутрь. Затем, заменив язык пальцами, Вероника припала губами к самому её центру, меняя ритм и приближая Арину к долгожданному освобождению.       Напряжение внутри нарастало с каждым толчком, Арине казалось, она вот-вот взорвётся. Внезапно острое напряжение отпустило, и волны блаженства захлестнули её целиком. Они инстинктивно переплели пальцы, желая продлить их близкий контакт. В следующую секунду Арина задрожала под жгучим наслаждением, издав низкий гортанный звук.