Кто в доме хозяин?

В одном квартале от её школы, которую она была обречена посещать каждый день с понедельника по пятницу, вне зависимости от погодных условиях, вспышки сезонного гриппа или смерти близкого родственника, проходила железная дорога. Она огибала ровным неперечеркнутым долларом вечную хижину Мистера Николаса Тиркси, полусумасшедшего старика, наделенного ролью местного мастера обуви, замков (и ключей, соответственно), а также бижутерии. Он был единственным человеком в их городке, чей гармонизированный быт не способен был сбить плотный график пригородных поездов, и,наверное, по этой причине вблизи не числилось жилых домов. Лавирующие вокруг вотчины старого ремесленника составы заставляли грубые балки, ограждающие Тиркси от остального мира и в стандартном понимание называющиеся стенами, трястись в такт щелкающих шпал, когда тяжелые медные колеса скользили по ним, однако это не тревожило хозяина. Лидия застыла рядом с рельсами, направляя немигающий взгляд на стрелочный перевод. На границах здоровой человеческой видимости располагалась конструкция смены путей. Она подумала о том, что иногда видеть только черное в этом нуарном мире бывает полезно. Кажется, что технология, служащая комфорту человека, может легко оказаться инструментом для уничтожения живого существа. Только находить в каждом предмете оружие считается уделом умалишенных, но согласно философии Лидии, это была лишь отговорка для слабаков. Что занимательно, с недавних пор (с чего бы это, правда?) она, кажется, прониклась своей концепцией, которую долго пестовала в закромах запрещенной теории, и нашла вдруг смысл в попытках её материализовать, совсем как юный гений в жажде насыщения своих амбиций берется за создание перпетум-мобиля из старых гаражных материалов. Теорема заключается в том, что каждая вещь имеет свою процентную вероятность вредоносности. Измерять показатель, по умственному решению Лидии, должен руководитель четырьмя измерениями - судьба во всем своем величии. Не смотря на то что, по понятным причинам, установить проценты можно только практическим путем, она любила во время своих физических странствий давать собственные теоретические оценки тем или иным предметам. Так вероятность вредоносности сервизной чашки уступала в процентном соотношение обычной, кофейной из-за тяжести. Ударив человека второй, можно при ловкости в движениях проломить череп, когда же первая раскрошится на множества осколков, оставив на коже неприятные порезы. Лидия считала это самым занимательным упражнением для своего ума и под её пристальный анализ попадали самые разные творения человека - колеса, указатели, фонарные столбы, доски, ступени, стрелки на железных дорогах... Что если пульт даст сбой и рельсы не поменяют своего положения... Что если кто-то будет стоять на неверном маршруте, будучи уверенным, что поезд сделает предсказуемый поворот налево... "Вероятно, состав не прибудет на станцию к обычному времени" - закончила она на этом внутренние размышления и двинулась в сторону единственной постройки на этом участке. Мистер Тиркси с задорным увлечением поглощал роман Кинга, развалившись в практически стертом из трехмерного пространства кресле-раскладушки и свободной рукой тянувшись за холодным чаем с лимоном, когда готка без стука зашла в комнату, составляющую всю площадь дома. - Вот чёрт, недолго мужику осталось. Фляга уже насвистывает маршевую песенку, - старик ни одного глаза не поднял, чтобы посмотреть на неожиданную гостью, - Слышь, Лидия. Недолго ему осталось, говорю тебе. - Ты уже дошел до сцены с изображением Христа? - вертя в руке дубовую фигурку жука, которая валялась среди древесной стружки, спросила девушка. - О, это мощно! Сильный смысл! Скоро уже Джек возьмется за топорик и кирдык семейки... Лидия слегка улыбнулась. Она обошла заваленный недоделанной работой бесконечный стол, которой занимал собой половину пространства, и достигла книжных полок. Её бледный пальчик бегал по корешкам, пока губы безмолвно шептали названия, выпечатанные на них. - Деда Ник, мне нужно руководство по обращению с драгоценными металлами. У тебя есть что-то похожее? - Конечно, вот оно! - не отрываясь от книги, ехидно тыкнул он в седую голову грязным пальцем. - У меня нет времени на лекции. Только на самостоятельное изучение. Старик звучно хохтнул. - Есть у меня одна алхимическая книжка... Но это так - чтобы время убить. А вот чтобы чему-то на деле научиться... - Подходит. Как называется? Мистер Тиркси, наконец, опустил книгу и полностью расположил тело в кресле, положив голову на бок для того, чтобы увидеть задумчивую спину своей постоянной посетительницы. Та продолжала исследовать шкаф. - Расскажешь, зачем это тебе? - Не люблю, когда начинаешь морализировать. Тебе не идем образ человека в своем уме. - Грубая девчонка, - вновь развеселившись, прыснул смехом старик, - Знаешь, что бывает с теми, кто кидается неосторожными словечками? Вон, спроси у женушки Торренса. - Не заставляй меня жалеть о своем решение познакомить тебя с "Сиянием", деда Ник... Пока Мистер Тиркси довольно посмеивался над ответом своей юной приятельницы, та оторвалась от рассматривания величайшего изобретения цивилизации, подошла к шатающейся табуретки и села напротив мастера. - Будешь упрямиться или добровольно отдашь нужную мне книгу? - игриво подняв брови, с выражением детектива-следователя поинтересовалась Лидия. - Отчего ж не отдать... - лукаво проговорил пыхтеющий старик и закинул руку назад, стуча костяшками по висевшему календарю сзади на стене. - В такой то день... Девушка заметила, что сегодняшняя дата была резво очерчена в черный круг. - Откуда знаешь? - устало спросила именинница, - О таком в твоих газетах не печатают. - Я могу обращаться и к другим источникам, когда в этом есть нужда, - мастер с усилием покинул лежачее положение и затоптал в сторону напольных сундуков, - Но сначала я дам тебе то, что, действительно, пригодиться такой любознательной чернокнижнице в ее мрачных буднях. Несколько минут и пару бранных слов потребовалось Тиркси, чтобы извлечь из кучи борохла искомую вещь - черную небольшую шкатулку. Без особых церемоний старик сунул в руки своей подруги подарок и вернулся в свое вечное кресло. На черном дереве ровными изгибами вились вручную написанные лозы с белыми розами. Не сказав ни слова, Лидия восхитилась проделанной работой и точностью в выборе дизайна вещи для её обладательницы. Открыв шкатулку, она обнаружила самые невероятные на вид ручные часы, которые она только встречала. Черный, естественно, металл обрамлял круглую стеклянную защиту, вот только это был не обычный круглый корпус. Вся орбита часов представляла из себя миниатюрный панорамный силуэт готической архитектуры. Можно было различить старые церкви, острые шпили, башни замков и даже осенние деревья, выпиленные с аккуратностью и мастерством. Также на безеле едва можно было заметить надпись, составленную из символов, похожих на руны, но Лидия поняла, что это не скандинавский язык, а нечто, с чем она еще не сталкивалась в своих мифологических рукописях. Но больше всего своей странностью привлекала внимание деталь, которая была не характерна для базового устройства часов - четвертая стрелка желтого цвета на циферблате. Она была той же длины, что и минутная, и в отличие от других стрелок не двигалась. - Для той, кто течет в безвременье, забывая, что вечность не дружит с кипящим сердцем, - поэтично растягивая слова, заключил Тиркси. - Не знаю, что и сказать... - не отрываясь от часов, восторженно сказала именниница, - Страшно подумать, сколько времени ты убил на эту вещь... - Ну-у, трудно прикинуть, букашка. Когда же вдохновение приходит, ты перестаешь следить за временем. Поняла, "следить за временем"? Ухмыльнувшись очевидному каламбуру, Лидия благодарно подняла глаза на старика. - Спасибо, мой друг. Я не видела в жизни работы талантливее... - Так значит тебе понравилось, эй? - Это настоящая магия, деда Ник... Только... - Ага? Тиркси ухмыльнулся, он ожидал очевидного вопроса от девушки, которая продолжала завороженно разглядывать свое новое приобретение. - Какова же функция четвертой стрелки? - А-а-а, - довольный своей хитрой задумкой протянул мужчина, откидывая голову на спинку кресла, - Ты же у нас следовательница-расследовательница, вот сама и выяснишь. Загадки не были чем-то редким в арсенале старого мастера. За три месяца их скромного знакомства Лидия успела отметить в ряду его характерных особенностей страсть к ребусам, которыми он пичкал свои ручные творения. В каждой фигурке, в каждом замочке была своя простая, но не лишенная ироничного подтекста тайна, которая порой оставалась незамеченной редкими клиентами (приезжими провинциальными коллекционерами, как правило). И Тиркси не спешил раскрывать своего авторского подчерка потенциальным покупателям, скорее подобное положение дел изрядно развлекало его. Неоригинальность мышления большинства людей не раздражало его видение, но потешало, поэтому он не упускал возможности проявить свою ловкость в обращение с деревом и металлом, чтобы заложить в корпус творения какую-нибудь лишнюю и прекрасную деталь, по невнимательности или скуки обязательно пропущенную обозревателем при первом просмотре. Самая любимая загадка Лидии скрывалась в оловянной колоде. Это же было и первое изделие, привлеченное вниманием готки, и первая тайна, которую она раскрыла только спустя сутки. Металлические пластины размером с игральную колоду, на которых были выгравированы классические изображения мастей и достоинств, на первый взгляд ничем не отличались от образцов, однако при более внимательном изучении обнаруживались пропущенные инверсионные половины на некоторых фигурных картах. Оказалось, что шесть карт имели свои пары и воссоединить их было возможно, отыскав похожие детали. Например, по одинаковому расположению руки червовая дама становилась парой для трефового короля. Были в этой колоде и два джокера, один из которых сходился с трефовой дамой. Когда тайный смысл был разгадан, Лидия попыталась узнать, чем руководствовался мастер, распределяя пары, но получила короткий, ехидный и неудовлетворяющий её страстный ум ответ: "жизненным опытом". А потом Тиркси также добавил, что его новая знакомая стала чуть ли не первым человеком, открывшим Атлантиду его многолетнего труда, за что её необычный ум награждается похвалой. С этого и завязалась их интеллектуальная дружба. Поэтому Лидия не удивилась обилию загадок, напичканных её подарком, поэтому не стала спрашивать о других странных деталях часов, предвкушая, как сама разберется с их значениями в будущем. Да и пытаться узнавать не было смысла, подобные расспросы оскорбляли мастера, как если бы путник попробовал откупиться от сфинкса, вместо того, что попробовать решить его загадки. Вскоре и Лидия поняла, что её оскорбляет идея запрашивать разъяснения у шифровщика, когда же можно самой добраться до сладкой разгадки. - Выясню, будь уверен, - подняв наконец игривый теплый взгляд на старика, ответила девушка. - Ну в этом сомнений у меня никогда не было. В отличие от твоей пустой тяги к теоретической магии. - Ах да, книга... - рассеянно, но по деловому подтвердила Дитц, застегивая ремешок часов на своём правом запястье. Мастер проследил за её движениями. - Видишь тот верхний шкаф в углу кухни? Первая полка, слева. Так как в доме Тиркси не было комнатности, кухня занимала небольшую часть одной из четырех стен. Следуя инструкциям, Лидия быстро обнаружила искомый ею алхимический труд. Он находился в компании посуды и круп, а также еще двух книг, и подобное расположение стало ещё одной мысленной загадкой для девушки, связанной с её пожилым другом. - Спасибо. Верну через два дня, - пряча её в сумку, повернулась обратно к креслу Лидия, - И ещё раз спасибо за часы, деда Ник. Из-за них я почти рада, что у меня сегодня День Рождения. - Ну-ну, выше нос! - Разумеется. И Лидия улыбнулась той самой приобретенной в её шестнадцать лет особой улыбкой, от вида которой хотелось выплакать чужую тоску. *** - Как жизнь, старик? Изумление окрасило бледную маску отчаяния, но вскоре прежнее чувство вернулась на своё место в складках черных с сединой бровей Чарльза Дитца. Разве после всего, что произошло с ним за последние сутки, стоило ли удивляться встречи со старым знакомым, которого можно было ожидать увидеть в этом месте. - Я умер, - непоэтично и угрюмо ответил мужчина на иронию. - Ну да! Иди к черту! И всё же было странно смотреть на стоящую перед собой эту некогда ненавистную и пугаемую фигуру - одна из самых отвратительных встреч, которые происходили на жизненном пути мужчины, а на его счету их было не мало - Чарли со студенческих годов крутился в кругах "белых воротничков". Было ли связано его отношение к этому существу с общим образом, который призрак продвигал в мир или, может, такое стойкое неприятие было переплетено с именем его дочери. Возможно, не покусившись бы на честь и безопасность маленькой Лидии, призрак не заслужил бы острого отчуждения со стороны любящего отца. В момент, когда его девочка заносила ногу над границей между жизнью и смертью, она выбрала покровительство опасного чудовищного существа с психической неполноценностью вместо любимого родителя. Любимого ли тогда? Конечно, в её выборе он винил по большей части себя, а не Битлджуса. Полтергейст с проклятым именем показывал выбивавшуюся из окружающей обстановки ненормальную оживленность. По-мальчишески он переступал с ноги на ногу, его широкая улыбка нервно дергалась, а звериные глаза бегали по недавно умершему. Его теплая реакция на их встречу не вызвала ответных чувств у Чарльза, однако вряд ли что-то, принадлежащее к этому месту, могло взбудоражить его сейчас. Он проживал только одну эмоцию - жалость. Остальное со скоростью штиля протекало в тумане погибшей души. - Ты мой палач? Мучитель?... Палач-мучитель? - с намеком на сарказм поинтересовался Мистер Дитц, - Потому что если это так, то здесь очень хорошо выполняют свою работу. Не могу представить хуже кандидатуры для моих вечных адских пыток... Кажется, Битлджус был искренне растроган. - Чарли... Мне давно не делали таких прекрасно ужасных комплиментов! - он отыграл голосом кокетку, но после с естественным хрипом продолжил, - Но здесь всё не так устроено. До тебя скоро дойдет, что простое существование в Междумирье и есть твоя нескончаемая пытка. - Боже, - простонал умерший в свои бледные ладони, подавая признаки эмоциональности, - Что со мной теперь будет? - Разве у меня на шее весит табличка "Справочная служба"? Я как и ты в этой выгребной яме проездом. Не волнуйся, тебе здесь найдут местечко, - тяжелая рука потрепала мужчину по плечу, - Без дела не оставят. Мистеру Дитцу было страшно. А ведь он старался не терять самообладания. Никто не заговаривал с ним без необходимости. Никто не проявлял признаков некогда знакомой ему жизни. Он прошел через шесть бюрократических стола, десятки подписанных бумаг и две очереди. Это была третья. И он даже не мог дать разумный ответ, зачем он сидел в ней. Почему безропотно выполнял каждую инструкцию работника департамента. В чем именно был смысл этого долгого процесса. И как бы пародоксально следующая мысль не отражалась сейчас в его заторможенном рассудке, но отвратительное существо в грязном полосатом костюме вселяло в его душу уверенность, что прошедшие 45 лет на Том Свете не были сном, фикцией, плодом больной фантазии человека пробывшего в Междумирье без счастье слишком долго. Нет. Он только что прибыл в это место. И у него есть чудесная дочь, которая всё еще жива. - Моя бедная девочка... Лидия. Это всё, о чем он думал на самом деле. Знал бы Мистер Дитц, что он не был одинок в этом деле. Битлджус подсел к нему, предварительно оглянувшись в сторону коридора, откуда вскоре ожидал увидеть своих преследователей. Но время ещё было. Так он рассчитал. - Кончай уже, Чарли. У Лидз яйца больше чем у вас с Адамом вместе взятых. И поверь, да, я знаю о чём говорю. Сейчас лучше о себе позаботиться. - За один год она потеряла обоих родителей... Она осталась совсем одна. - Ме-ме-ме-е... Почему смерть делает людей ещё большими нытиками?... Умерший заметно встрепенулся, в глазах блеснул гневный огонек. - Боже! И эта моя судьба?! Находиться вечность вне досягаемости моей семьи рядом с невыносимым озабоченным монстром, его комплексом родительской недолюбленности и разящем от него запахом хуже, чем из помойки?... Полтергейст с наигранной обидой скрестил руки на груди. - Хей! Ты лишился нюха, когда превратился в ходячего мертвеца, поэтому не нужно здесь строить из себя дышащего привереду. Бьюсь об заклад, и твоё тельце сейчас не розами благовоняет... - Господи, помоги мне! - Это вряд ли... - Что же мне делать? Вопрос не успел повиснуть в спертом воздухе, как Битлджус резво повернулся всем своим телом к мужчине и начал эмоционально тараторить. - Ну не знаю... взять свои маленькие яйца в кулак, может быть? Перестать ныть, может быть? Попытаться принять помощь от обаятельного демона... - Ты прав... - Я прав?... В смысле, да... я прав... И что думаешь? - Конечно... Я должен собраться... Ради Лидии. Ради Делии и ребенка. Я должен... - Да! - призрак снова, но уже сильнее потрепал Мистера Дитца по плечу, - Вот это уже больше похоже на моего лучшего другана Чарли-Шмарли!... - Не трогай меня... Мужчина, смотря в сторону, сбросил руку призрака, заметно вздрогнув от этого прикосновения. - Я должен вернуться назад... Я должен снова увидеть Лидию... Сказать, что со мной все хорошо! Да! Я так и сделаю! Я вернусь домой и буду рядом с ними... - Хэй-хэй-хэй! Тише, притормози, приятель... Ты с ума сошел! Идея на ноль из десяти... Выкинь из бошки, даже думать не смей... Твой дом теперь здесь. Выход на Тот свет для тебя закрыт. Ты - Том Хэнкс, который навсегда останется в терминале, понятно? "В Кракожии война, Мистер Наворски, Америка закрыта для Вас"... Пародия мало впечатлила недавно умершего, и тот с живым энтузиазмом вскочил со своего места, но Битлджус, схватив его за руку, насильно вернул обратно в сидячее положение и снова метнул свой взгляд в сторону коридора. - Как ты решил провернуть этот трюк, Чарли? Думаешь, тебя за красивые глазки пропустят через контрольную? - Не знаю как, но я вернусь к Лидии! Рука снова была вырвана из отчаянного захвата полтергейста. Того начинала бесить глупая благородность Чарльза. - Ну это совершенно невозможно. У тебя нет территориальной привязки в том мире. - Но ведь у Мейтлендов как-то же получается! - Естественно, потому что они живут в своем доме. - И я его купил, а значит это и мой дом тоже! - Да, но он принадлежит одному из Мейтлендов по праву наследства, а по законам призрак может населять здание, если его предок, слэш супруг предка, слэш некровный родственник основал это самое здание... - Почему я должен верить тебе?! - Я работал когда-то здесь, Чарльз. Моя мать была главой отделения приема душ. Я буквально вырос среди бумажек и дряхлых конторских крыс. Мистер Дитц не мог с долей уязвимости не признать, что Битлджус выглядел сейчас весьма убедительно. Но и сдавать неожиданно появившеюся надежду он пока не собирался. - Тогда ты должен мне помочь! Ты знаешь это систему лучше меня, помоги мне выбраться из этого адского места! - Помочь? Тебе? - полтергейст с усмешкой скрестил на груди руки, - Буду откровенен, ты - мудак, Чарли. И при этом плохой отец. - А ну-ка, сукин сын, помогай мне быстро! Ты мне должен! - с неожиданным пробудившимся гневом мужчина схватил его за полы пиджака. Битлджусу оставалось только примирительно поднять обе руки. - О каком долгу идёт речь? - Ты обесчестил мою дочь! - Я всего лишь женился на ней... Зеленая карта, надеюсь, никто не забыл... - Или ты помогаешь мне вернуться к Лидии или... Или!... - Или что, дон Корлеоне? Подкинешь мне в кровать лошадиную голову? Чарли ослабил свою хватку, отпустив пиджак полтергейста. Он был прав. Этот чертов сукин сын был прав, ведя своими насмешливыми вопросами к ужасной истине - он ничего не мог во внезапно сложившимся для него положение. - Чарльз, ты только что угрожал демону на его территории. Ты псих, правда.... За это мне и нравишься. Мужчина закрыл лицо руками, простонав от бессилия. - Лучше ответь мне, чего это ты загорелся тупой идей вернуться в мир живых? - Тебе этого не понять... - Нет, это я как раз понимаю. Ты собираешься мозолить глаза своей дочери, напоминать ей каждый день о том, что ты мёртв, когда же она смогла бы справиться со всем этим дерьмом и идти дальше. Маска страдания покрыло бледное лицо. - Ты прав. Я плохой отец. Мое появление только расстроит ее. Она достаточно сильная девочка, слишком мудрая, как и ее мать... Битлджус саркастически качая головой в такт каждому слову, протянул мужчине материализовавшуюся между его пальцев зажженную сигарету. Тот смиренно принял ее и закурил. - В следующем году она уедет в колледж и оставит этот проклятый дом, а вместе с этим своих призраков позади. Может, найдёт достойного себе мужчину, а Лидия другого не выберет, они переедут в большой город, может даже она вернётся в Нью-Йорк, создадут семью и будут собираться с Делией и своим младшим... братом или сестрой на рождественских выходных. Я там не нужен, я только все испорчу... Призрак, который успел и себя уже обеспечить сигаретой, выпустил кольцом дым. - Знаешь, одно ты все-таки сможешь сделать для неё, - произнес он философски, разглядывая коптящийся табак. - Что именно? - безучастно откликнулся мужчина, все ещё представляя празднования за рождественским столом. - Есть кое-какое дельцо, связанное с Лидией, и если ты мне не поможешь его осуществить, у неё могут быть проблемы на Этом Свете. Считай, что я сделал тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться... Чарльз оживился. - Что ещё за «дельцо»? Чувствуя, как ситуация возвращается в руки полтергейста, тот с аккуратностью игрока, приготовился к грамотной манипуляции. Он обернулся к мужчине и, пристально смотря на него, потушил сигарету о колено сидящего слева бедняги с проломанным черепом, который, впрочем, показал себя воплощением апатии и никак не отреагировал на это грубое вмешательство. - Речь идёт о возвращение чести твоей дочери, Чак. Если ты помнишь, мы скрепили с ней друг друга узами вечной любви... - Не называй это так, меня сейчас стошнит... Мужчина скривился. - Так вот, подобной силы магические сделки оставляют особый эффект в этом мире, и если узы не расторгнуть мы окажемся с Лидией в неприятном совместном положении. А ее еще могут и осудить за то, что согласилась на брак с кровной нежитью, я уже не говорю о том, что меня... - Что ты натворил, паршивец?! От травматичной притупленности чувств не осталось и следа. Чарльз Дитц вновь с животной яростью бросился к пиджаку, отбросив на пол закуренную им сигарету, но уже в этот раз полтергейст предусмотрительно смог перехватить летящие к нему запястья. - А! А! Хочу напомнить, что вы со своей веселенькой семейкой решили поломать комедию для моего хладнокровного уничтожения. И кто ещё в чьем долгу... Желание разорвать это несуразное существо боролось с разумом, который бил набатом по стенкам черепа, призывая осознать пользу от сотрудничества. Чарли сделал усилие и мысленно приказал себе успокоиться. - Ладно, хорошо, - метафорический выдох, - Так и быть, гадёныш, я тебя выслушаю, но лучше тебе быть последовательным и честным в своём рассказе. Теперь объясни, в какой именно опасной ситуации находится моя дочь? С осторожностью бегая глазами по лицу папаши Лидии, Битлджус отпустил чужие запястья и поправил свой галстук. - После смерти Лидию отправят в суд Междумирья, где будут решать судьбу её души, и не самым радужным исходом дела будет экзорцизм... Но! Есть выход - я хочу расторгнуть брак. Мне знаешь ли, холостяком приятней существовать... - Его конечно нужно расторгать! Как это сделать?! Призрак радостно придвинулся к Дитцу. - В этом то и дело, что дело не из простых. В этот момент Битлджус уловил ожидаемый шум за поворотом, откуда ждал появления сторожевых. Схватив за плечо Чарльза, он оперативно вскочил на ноги, направил его в противоположную сторону и завернул после двух диванных рядов, заполненных душами, в небольшой овальный закуток перед дверью случайной конторы. Тем временем его раздраженный собеседник, не придавший особого значения своей дислокации, продолжал: - Скажи конкретно, что мне нужно сделать, сукин ты сын, - шумно выдохнул умерший, - У меня выдался крайне тяжелый день. Если ты собираешься выкручивать из меня нервы, я тебя уничтожу на этом же месте. - Ладно-ладно, спокойней, Брайан Миллс!... Перестань быть таким агрессивным, меня это только заводит... Рассказываю: в отделение родственных связей есть архив, где пылятся брачные билеты, заключенные живыми на Том свете. Там и наш с Лидз имеется. Он-то и нужен для расторжения договора, иначе магический развод не провести. Видишь ли, мне ходу в ту часть Департамента нет, как и, в целом, во все остальные... Плюс, я слегка в розыске, и достать билетик самостоятельно никак не смогу. А вот у тебя может получится... - Значит, нужно пробраться в отделение родственных связей и выйти с нужным документом? - Верно, бойскаут! - А дальше? Что дальше мы будем делать с этим брачным билетом? - Дальше это уже не твоя забота, папаша. Мне останется вернуться к Лидии и провести маленький ритуальчик с огоньком и другими ошеломляющими спецэффектами.... - Подожди минуту... Ты собираешься вернуться на Землю? К моей дочери? - На "Тот свет", правильно говорить. После смерти не на Луну отправляют. - Да какая к черту разница! Я не позволю тебе одному отправится в дом, где живут моя несовершеннолетняя дочь и беременная жена. - Ай, Би-мэну больно! Кажется, твое недоверие делает мне бо-бо, Чарли... - Раз ты можешь пересечь границу, то и я с тобой смогу это сделать! - Ха-ха-ха! Ты очарователен, дружище... Ха-ха-ха! - от души хохоча, призрак положил руку на свою грудь, - Не могу поверить, что ты поставил нас с тобой в один ряд! Вот умора... Я могу то, что не может большинство призраков. "Пересечь границу", по твоим словам, дело гиблое для любого бедняги, пытающегося выбраться из Междумирья, особенно для недавно умершего. Думаешь, хуже смерти уже ничего случиться не может? Внимание, спойлеры! Твою душёнку нафаршируют и подадут на обед к таким тварям, один вид которых приводит к испачканным штанишкам, Чарли. И если себя одного я смогу с некоторыми усилиями переправить на тот берег, то с пассажиром в виде свеже почившего путь будет один - прямиком в зал загробного суда, откуда мы не то, что не сможем помочь нашей Лидии, приятель... Нас самих будет ожидать длительное и мучительное уничтожение, от которого спасения точно не придется ждать. Пылающая на лице храбрость несчастного отца заметно погасла, и тот неуютно поежился на месте. - Как же ты собираешься вернуться... на Тот Свет? - И все козари тебе покажи, хитрюшка! Мои тузы в рукаве я держу при себе, уж прости. - То есть ты предлагаешь мне слепо довериться и предоставить безопасность своей дочери в руки того, кто держал её в заложниках, манипулировал и пытался навредить? Упрямство собеседника убивало по кусочкам терпение Битлджуса. Он нервно провел ладонью по своим волосам, готовясь к новой психологической атаке. - Прости, Чарли, тебе может будет неприятно это сейчас услышать, но ты должен от меня узнать одну правду о своей дочери. Да, возможно поздновато, но мне, честно говоря, плевать на твои чувства, поэтому слушай. Лидия - хладнокровный манипулятор, для которой обмануть, притвориться, поиграть на нервах своей жертвы ничего не стоит. Она способна на демонические трюки, повергающие в ужас любого беднягу. Видел бы ты, как она пугает людей! Какой стиль, какая пластика! Ей несомненно, есть чему учиться... Но, признаю, её природа довольно впечатляющая. Мнение эксперта, понимаешь?... - Не делай вид, что знаешь мою дочь, лучше меня. - Хочешь сказать, Лидия - самый обычный подросток? - Нет, но... Она не демон во плоти. У моей дочери широкая душа и большое сердце, и чудаковатость - это только внешняя оболочка. Через пару лет в её гардеробе появятся желтые, синие, красные цвета... Может даже розовые... Это пройдет... - Видишь, - Битлджус хлопнул тыльной стороной ладони по плечу мужчины, - Ты понятия не имеешь, кого произвел на свет. Терпение у Мистера Дитца также заканчивалось, и новая волна раздражения накрывала его трясущуюся фигуру. - Можешь думать о моей дочери, что тебе заблагорассудится! Только не нужно с ней вступать в никакой контакт!... - Это отвратительно, Чарли, - лицо полтергейста приняло оскорбленный вид, - Я много чего вытворял в разных отношениях, разные грязные штуки с самыми разными женщинами. Нет, правда... Я почти уверен, что у одной из них теперь поломана психика... Серьезно, это же не нормально визжать каждый раз, как кто-то произносит слово "жук" или "сок", ведь так?... Неважно, я, в общем, к тому, что не смотря на мою ужаснейшую репутацию отвратительного любовника, в своей мертвой жизни я ни разу не прикоснулся к ребенку. Ни разу, Чарльз. - Боже правый... - Как хочешь. Мистер Дитц медленно отвернулся от полтергейста, позволяя отдохнуть глазам от его вида. Ему хватило тридцати секунд, чтобы вернуть мысли в деловое русло. - Значит вот, что мы сделаем. Ты покажешь мне, где лежат брачные билеты... - Ага!... - Затем я проберусь туда, чтобы выкрасть необходимый документ... - Так... - И после этого ты дашь мне полную инструкцию по проведению ритуала аннулирования вашего с Лидией брака, а потом покажешь, как выбраться на Тот Свет, и вернуться обратно. Не смотря на стойкость в каждой мускуле лица Мистера Дитца, призрак готов был парировать. - Действительно, папаша? А как ты собираешься развести несчастных влюбленных, без присутствия одного из них? Тот давил своей уверенностью, осведомленностью. - Дешевые манипуляции... - Уверен? Готов рискнуть, Чарли? Каковы шансы, что я не окажусь прав? Или ты думаешь, что работники Департамента не заметят перебежчика и не ринутся в ту же секунду искать тебя в Тихих Соснах? Или ты можешь поискать "правдивую" информацию в Междумирье и потерять много времени, но кто знает, сколько его у Лидии... Знаешь ли, человеческие часики такие ненадёжные, сложно предугадать, когда они остановятся... Кстати, не забудь меня позвать в тот момент, когда ты осознаешь, что всё что я тебе сейчас сказал - было правдой, не хочу пропустить возможность вставить мою любимую реплику "Я же говорил". Что обычный предприниматель из Квинса, который еще какое-то ничтожное время назад сидел на своей кухни, читая в газете о результатах вчерашних торгов на бирже, параллельно с этим накидывая заметки для следующего проекта, знал о загробной жизни? Даже после знакомства с призрачной четой он продолжал избегать вопросов о деталях их нынешнего существования, считая, что незнание поможет поддерживать позитив в его странной жизни. Он не был своей дочерью, ему трудно было представить, как интерес к паранормальному может быть приятным времяпрепровождением, однако теперь неосведомленность выбивала почву из под ног. Мистер Дитц понимал, что его растерянность была на руку этому неприятному демону, но и логику в его мыслях сложно было игнорировать. Он действительно многого не знал про Этот Свет, и за это он мог расплатиться душой Лидии. Единственное, что он мог сейчас вспомнить это то, что время в Междумирье течет медленнее и Бог знает, сколько дней уже Лидия прожила без него. Было ли у него время для дотошности и недоверия? Вряд ли. - Сукин сын... - прошептал Чарли. Да, вот оно - поражение в глазах папаши. Броня пробита. Битлджус двигался по тонкому льду сегодня, на какой эпизод не взгляни, но пока что везение оставалось на его стороне. В этой скоростной череде меняющихся событий у него даже не было времени должным образом осознать тот факт, что его Лидия осталась без раздражающего надзора своего неудачника-отца. Одна в Тихих Соснах. На крыше ли сейчас? Или в своей спальне всё же? В его воображение вдруг живо всплыли образы Мейтлендов, носящиеся со своей приторной заботой вокруг новоиспеченной сиротки, рыжая заноза с огромным животом, толкающая свои радужные речи о силе жизни, чье имя он и сейчас не мог вспомнить (Дафна? Нет, Дарла?...), мрачнеющий дом от тоски и скуки и только её, Лидию, он не мог нарисовать в этих обстоятельствах. Как она справляется с навалившейся очередной утратой? Единственное он знал про Лидз наверняка - горевать она не станет. А остальное придется выяснить лично.