Мёд Эллады

Сочетание сердец навечно принесло благоразумие и радость в души всех живых. Солнце стало светить ярче, а роскошные сады Олимпа начали цвести лучше. Боги и подданные люди чаще выходили во дворы, дабы насытиться милостыней двух самых главных повелителей: Гелиоса и Тэхена. С момента их сочетания брака в царстве олимпийском будто заново закипела жизнь, а Тэхен создал новый закон, гласивший о почитании друг друга, в независимости от статуса. - Я помогу тебе открыть круги философии, — прошептал Чонгук в ухо омеге, будучи очень расслабленным среди пара от горячей воды, который она издавала. Голова Тэ находилась на плече смуглом своего бога, устремив взгляд в керамический и высокий потолок. Единственное, что охлаждало их тела это отверстия в стене, пропускающий воздух. Ванная комната и баня Чонгука была намного больше Тэхена. Сам же младший давно не посещал собственные покои, всё время проводя со своим мужем. — Ты наполнен силой неземной, тебе следует учить жителей мудрости. Тэхен долго рассуждал над этим, подсознательно веря в свои знания и знал, что действительно способен на большее. Таким даром грех не пользоваться. - А как же Тот? Он ведь бог мудрости... Я не хочу отбирать его функцию. Чонгук замялся, вспоминая Намджуна. Да, был он божеством мудрости, способен о многом поведать. Но развивать и делиться учением он никогда не желал. - Я не хочу о нём ничего слышать, Тэхен. Он отдельная тема, на которую я побеседую с коллегами. - Но... - Тш, — провел пальцем по жемчужному уху альфа, целуя шею младшего. — Ты станешь замечательным учителем. Твое учение услышит весь Олимп. Я доверил тебе свое царство, ты применил новый закон и всем стало жить намного лучше. Гелиос ощущал некое напряжение в теле Кима, поэтому опустил ладонь под водой на его бедро, нежно поглаживая, что помогло получить полноценный релакс. Тэхен ближе пододвинулся к Чону, полностью ложась на пресс живота старшего. С момента венчания прошло две недели, гармония настигала Олимп с каждым днём. И молодожены насыщались друг другом, даруя любовь. - Тебе комфортно передвигаться с охраной? Они положенным образом исполняют свой долг? Никто на тебя не пялится? — хриплым голосом шептал царь, продолжая гладить медовое тело. - Да, всё хорошо... Я понимаю, что это ради безопасности, но больше всего я бы предпочел находиться без сопровождения. - Пока я занят, они обязаны присутствовать рядом. Если же ты согласишься проводить философические круги, у тебя будет шанс отвлечься. Тэхен немного съехал с груди брюнета, надувая свои губы и начал пускать воздух со рта, тем самым создавая пузыри на поверхности воды. Это ребячество заставило Чонгука поднять уголки своих губ и поцеловать светлую макушку. - Чем сегодня займешься, синичка? - Хочу проведать Чимина, Юнги и Джина, — пробурчал младший, продолжая баловаться с водой. — Чим сказал, что хочет со мной о чем-то поговорить. Ну точнее, они втроем назначили встречу перед вашим собеседованием. - Как интересно, — внимательно слушал его альфа, ведя фалангами по острому плечу. — Должно было что-то важное. - Но не столь важное, как ваши переговоры... Почему вы собираетесь? Я тоже хочу, — повернул лицо младший, демонстрируя красные, от воздействия на организм горячей воды, щеки. - Я тебе уже говорил, чтобы все проблемы ты предоставил мне. Ты же занимайся благополучием Олимпа. Может, ты хочешь что-то поменять? Возможно тебя не устраивают ковры? Ширина столов? Занавески? Тэхен тихо посмеялся, полностью поворачиваясь к телу старшего, дабы сесть на массивные бёдра альфы и положить ладони на его широкие плечи. Янтарные очи искрились, в них Ким увидел душу светлую божества, которая теперь и в его руках. Ладони Чонгука мигом оказались на талии сероглазого, несильно сжимая. Они вдвоем прикрыли глаза и впились в уста друг друга нежно, одаривая медленными поцелуями. *** После утренней и расслабляющей ванны, каждый разошелся по своим делам. Чонгук направился в зал собеседований, складывая все свои домыслы воедино и готовясь к теме предстоящего разговора. Тэхен же надел законный стефан из чистого, белого золота и дорогими камнями. Парень с улыбкой вспомнил свой первый сон в пустыне. - Тэхен, не сдавайся, — бог прикладывает два пальца к груди парня, прямо на сердце, Тэхенов взгляд внимательно следил за чужими движениями. — Твоё сердце получит всё, что только пожелает... Получило ли сердце Тэхена всё, что желало? А чего же желал Тэхен? В самом начале он всего лишь мечтал увидеть родителей, безумно тосковал и плакал из-за изгнания из Милета. А сейчас он обрел Чонгука, владения в руки свои чистые, сумевшие придать воде медовый вкус, не осквернить вино. Чистые руки, сумевшие исцелить боль Гелиоса и расцвести природе. Надев на голову стефан, стоя у зеркала, юноша поправил свой гиматий, а затем выровнял спину, в отражении видя не того Тэхена, что был раньше. Истерики, боли и тревоги ушли прочь, у него появился муж и много друзей. Золото, драгоценности, роскошь. Уверенность в себе увеличилась и понимание, что он достоин своей жизни. Прикрыв серые глаза, парень выдохнул и вышел с покоев, направляясь в танцевальный зал, где ожидали его приятели. Переступив порог, у дверей находилась личная стража. Мужчины, поклонившись своему господину, последовали за ним, оберегая каждый шаг. Слуги уборщики уважительно кланялись Тэхену, на что парень кивал и улыбался им. Если же находились люди, которые смели целовать дол одеяний его, парень тут же поднимал их с колен, приказывая этого ему делать. Хоть Гелиос и говорил всем об обратном, Ким не в силах требовать подобного. Войдя в покои цвета розового, застал же царь товарищей, которые что-то бурно обсуждали. Особенно Эрос, размахивающий пергаментом с записями. - Наш господин, — улыбнулся Аполлон, делая почтенный поклон, за ним же и последовал Дионис. - Тэхен! — прыгнул бог любви и побежал к другу, дабы крепко обнять. - Доброе утро! — взаимно улыбнулся ему младший, погладив омежью спину. — Не смейте мне кланяться, идите сюда! — провозгласил блондин остальным и те тут же подошли, крепко заключив друг друга в объятия. — Я очень рад вас видеть! - Ты так похорошел, с каждым днём светишься ярче и ярче, — подметил Джин, оценивая младшего с ног до головы. - Я соскучился по вам, ребята, — широко улыбался парнишка, держа крепко ладони Чимина и смотрел на каждого. - Мы тоже, милый! И пока у нас есть время, давай кое-что обсудим! — снова подпрыгнуло божество любви и схватил сероглазого под локоть, отводя к балкону. Перед входом на воздух омега подмигнул Аполлону с Дионисом, намекая на подготовку. Тэхен тут же сделал глубокий вдох, оперевшись ладонями о перила, следя за восхитительным пейзажем. Ветер взъерошил светлые и розовые волосы омег, одаривая свежестью. - Тебе хорошо с Чонгуком? — улыбнулся Эрос, взглянув на младшего. - Очень хорошо. Настолько, что... Не могу описать словами. Я счастлив, Чимин, — повернул к нему голову он, показав квадратную улыбку. — Чонгук мне предложил вести философические круги для жителей Олимпа. Как думаешь, мне стоит согласиться? - Ещё как! Ты очень мудр и умён! Я никогда не забуду твою помощь в первые дни после твои прибытия. Благодаря твоему совету о создании нескольких групп танцоров с разным направлением, все омеги обрели внутренний покой и удовольствие от занятий. Не то, что раньше... Ты же видел, как в день Единства были разные танцы и все танцевали в своем жанре? Они двигались превосходно! Ты дар божий в Олимпе! И это только я, а скольким жителям ты открыл истину? Даже в день игр! Ты очень мудрый парень, Тэхен. - Но а как же Намджун? Я не хочу забирать его должность... - Да ладно, этот тип даже не появляется на собеседованиях и ни с кем не общается. Подозрительным стал в последнее время и его мудрость способна только на предсказание прошлого и поверхности сердца. Он никогда не скажет правду. Солгал же насчет твоей жизни до прибытия в царство. - Откуда ты знаешь? — нахмурился Тэ, ведь о своем прошлом поведал лишь Чонгуку. - Об этом все знают, чье сердце глубокое. Я чувствовал, что то, в чем тебя обвинил народ — невозможное, поэтому и просил благословения Гелиоса, чтобы тебя не казнили. Тэхен опустил свою голову, уже в который раз осознавая, сколько же добра сделали ему друзья. Эрос спас от смерти, всегда поддерживает и подбадривает, находится на одной волне с ним. Дионис научил радоваться каждому моменту жизни своей, хватаясь за каждое мгновение, ведь жизнь так коротка, но и прекрасна. Дал возможность познать Олимп и богов олимпийских. Аполлон всегда в юноше видел истинное сердце, прямо говорил и помогал с Гелиосом, находя позитивные моменты во всём. Арес научил серьезно задумываться насчет чувств окружающих, особенно брата своего, ведь любит его. Чонгук же... Чонгук научил быть собой. Быть тем, кем Тэхен родился и помогает проявлять неземные силы, позволяя любить и быть любимым. - Я всех вас так сильно люблю... — застучало сердце блондина в разы. - Мы знаем, — положил руку на ткань гиматия младшего Чимин, поворачивая лицом к себе. — Ты же примешь ещё одну помощь от нас? - Помощь? — вскинул брови омега. - Это касается Чонгука. - Но у меня с ним всё хорошо. Мы каждый день обращаемся, проводим время вместе утром или вечером... У меня нет с ним никаких проблем, — не понимал Тэхен. - Ну... — ехидно улыбнулся бог, наклонившись к юноше. — А что насчет интима? В сию же секунду щеки парнишки покрылись красным цветом, из-за чего пришлось прикрыть половину лица ладонями. - Чимин, о чем ты говоришь? - О сексе, маленький наш, именно о сексе, — посмеялся он, умиляясь от такой реакции. — Мы не то что бы лезем не в свое дело, просто хотим помочь. - Помочь переспать? Чимин, не смущай меня! — отвернулся парнишка, пока в голову лезут грязные мыслишки и сцены страстных поцелуев, прикосновений. Особенно того, что произошло в Атлантиде. - То есть вы ещё не спали?! — удивился божий омега, раскрыв рот. — Это на Чонгука вообще не похоже! - Чимин... — сел на корточки сероглазый, стараясь избавиться от смущения. - Ну что?! — сел рядом старший, опустив ладонь на светлые волосы. — Скажи, ты же хочешь этого? Пытался что-то сделать? - Ну... По правде говоря... — поднял спущенный взгляд омега на парня. — Я старался довести наши поцелуи до чего-то большего... Ну я имею ввиду... - Надеюсь, ты не комплексуешь? Даже не смей думать, что не привлекаешь Гелиоса. На святых собраниях по пятницам я отчетливо вижу, как он тебя раздевает глазами. Я думаю, что он просто боится сделать тебе больно. Ведь наш царь, ух какой, зверь. - Зверь?... - Со временем поймешь, о чем я. Что ж, вставай, — подхватил талию Тэхена бог, помогая встать на ноги. — Я бог любви и эротики. Я помогу тебе не волноваться и сделать всё, чтобы получить удовольствие и дать удовольствие Гелиосу, также как танцевать эротичные танцы. Аполлон тебе скажет пару слов и после нашего ухода омеги будут учить тебя играть на лире. Дионис готов подготовить для вас лучшее вино. - Танец, музыка, вино... Без этого никак? Чонгук не захочет меня без этого всего? — растерялся младший. - Захочет конечно! Мы лишь предлагаем помощь, как разнообразить атмосферу. Настоящее желание должно исходить из твоего сердца. - Да... Ты прав... По секрету тебе скажу, что я представлял наш первый раз очень романтичным. Свечи, цветы, расслабленный Чонгук... Я не знаю почему, но я хочу вести себя с ним как раб, как послушный и преданный омега. Я больной?... - Откинь эти мысли! Просто твоя натура хочет расцветать рядом с таким альфой, — улыбнулся бог любви, погладив щеку мягкую напротив. - Да... Чонгук такой большой, сильный. Властелин моего сердца. И я хочу показать ему всё почтение и уважение. - Так ты согласен на обретение новых навыков? Тэхен прикусил нижнюю губу, в очередной раз вспоминая своего солнечного бога. Взяв себя в руки, блондин уверенно кивнул. *** - Для начала сними гиматий, — усмехнулся Эрос, пока бог вина подал сероглазому пустой поднос. - Чимин, я не буду щеголять без верхней одежды! — отказался младший, кивая Джину в знак благодарности. - Тут все свои! А в покоях при Чонгуке будешь танцевать в гиматии? Ай, он же ничего не увидит! — положил руки на свою талию Эрос, поднимая одну бровь. - Мы с Джином можем отвернуться, — посмеялся Юнги. Тэхену действительно не хотелось учиться в хитоне в присутствии двоих альф, пусть они и друзья. Парень взглянул на Аполлона и Диониса, очами прося так и сделать, как предложило божество музыки. Как только мужчины отошли в угол и сели на подушки спиной к омегам, Ким начал снимать свой гиматий цветом природы, стыдливо выдыхая. Как только юноша остался в нижней одежде, Эрос ехидно улыбнулся, оценивая всю красоту тела блондина. - В тебе присутствует сексуальность, уж видел я, как ты танцевал народный танец с мужем. Итак, для начала... Бог любви встал перед Тэхеном, показывая первые движения. Учил он постепенно, позволяя младшему усваивать все движения и ощущать в себе силы эротичные. Сероглазому очень даже понравилось, ведь очень сложно не было, важна не только техника, но и его индивидуальность, импровизация и двигаться так, как велит ему сердце. Прогибы Ким делал глубокие, движения плавные и утонченные. Чимин улыбался, следя за танцем приятеля, и как быстро он влился в себя и свои чувства. - Я хоть и люблю своих танцоров, но как хореограф скажу тебе, что танцуешь намного лучше их всех вместе взятых, даже Зука может позавидовать твоим умениям, — обходил его Эрос, наблюдая за плавностью и волнами. — Ты будто резиновый. Тэхен посмеялся, завершая танец поклоном. В мыслях же он представлял своего повелителя, как янтарные глаза будут съедать всего юношу и желать большего. - Когда будешь у себя, то отрепетируй ещё, можешь одеться, — кивнул ему бог любви, чувствуя радость омеги. — Ребята, мы закончили! Как только Тэхен полностью оделся, альфы поднялись с места и подошли к друзям. Аполлон подал блондину золотую лиру с тонкими струнами, а зал начал наполняться людскими музыкантами, приветствуя богов с поклоном. - Нам пора идти на собрание. Мои люди научат тебя простым произведениям. - И зайди в мою мастерскую, когда будешь уверенным в своем решении, — добавил Дионис. Серые глаза бегали по образам товарищей, а губы растянулись в улыбке. Не хотел снова расставаться с ними всеми, успокаивала лишь мысль, что они будут с Гелиосом. Эрос нагнулся к парнишке, прошептав на ухо: - В твою же комнату я занёс одеяния. Напоследок, поблагодарив каждого из них, боги удалились с танцевального зала. Пришедшие омеги музыканты поклонились господину, приступая к работе. *** Рассуждения насчет всего происходящего нарушил громкий хлопок дверей, заставивший Гелиоса отвлечься от мыслей, стоя у окон. Он повернул голову к шуму, замечая Ареса, как всегда в строгой и военной позиции. - Здравствуй, — поприветствовал брата Чонгук, тяжело выдохнув. — Ты рано. - Я не ошибочно явился в не положенное время, — ответил бог войны, присаживаясь на свое место, замечая Иэринэфси. Раскрыта же книга сия на последних страницах, гласившая о том, что царь снова перечитывал строки о спасителе. — Не рано ли ты предложил брак? Не будешь жалеть? Чонгук снова взволнован и зол. Порой доставали подобные вопросы Хосока, касающихся его личной жизни. Но понимал, что брат лишь заботится. - Единственное, о чем я жалею, так это о том, что делал больно Тэхену. Своей ревностью, строгостью, указаниями. И жалел бы ещё больше, если бы не просил его руки и сердца, — старался спокойно ответить Гелиос, но вспышка белой ауры прямо говорила, что не нравится брюнету этот разговор. — Рано или поздно наш отец придет за ним. Вспомни же слова Диониса, чему он учит. Адракс тин мэра. Лови момент. Тэхен научил меня жить, дышать свободой и милостью. Я обязан ему жизнью, посему пусть же в руках святых согревает жизни наши, пока есть время. Арес, мне больно об этом говорить. Старшее божество опустило взгляд на строки Иэринэфси, медленно кивая себе. Брат просто хочет быть счастливым и нельзя этого запрещать. Сам же Хосок попал в капкан собственных чувств, уже много веков не в силах хвататься за моменты жизни и признаться Эросу в чувствах. - Когда его не станет на земле сей, что ты сделаешь? Разве удастся тебе жить также, как и раньше? А Чонгук не знает. Уверен только в том, что будет страдать все оставшиеся века. И не будет больше даже давнего и строгого Гелиоса, от упоминания имени которого дрожит каждый смертный. Он будет подавленным. Сломанным. Пустым. Внутри снова всё сжимается, а сердце бьется громче. Безумно любит Тэхена. Неприятная тишина рассеялась, как только за дверьми, в коридоре, братья услышали громкий голос Эроса. - А вот и мы! — распахнул железное препятствие бог любви, тут же принося радость. Арес взглянул на объект своей любви, мягко улыбаясь Чимину, который, в свою очередь, сел рядом и взглянул на книгу, пока Аполлон и Дионис занимали свои стулья. — О, Иэринэфси. Какую главу обсуждаете? Можно я возьму? - Да, да, конечно, — подал ему священную книгу Арес, влюбленными глазами следя за эмоциями друга. - О, о спасителе. Как думаете, когда он объявится? В Элладе всё идет наперекосяк, где же он бродит?! - Чимин, — выдохнул Гелиос, садясь на свое место, откинувшись на спинку сидения. — Мне сейчас не до игр. Дионис и Аполлон усмехнулись, посмотрев на божество любви, который, словно щеночек, начал бегать ореховыми глазами. Всем было уже обо всем известно. - О чем ты? Намекаешь, что спаситель среди нас? Юнги, это ты? Не верю, ты же как баклажан, — посмеялся омега, желая ещё больше разгрузить обстановку, но никому не было смешно. — Ладно... Это уже нечестно. Почему я ничего не знаю? Царь очень тяжело выдохнул, прикрывая очи янтарные. В голове он расставил всё по полочкам, чтобы ещё раз объяснить преданным богам что да как. - Прибытие Тэхена несколько месяцев назад нас всех поверг в шок. Он почтенно кланялся мне и был готов принять свою смерть. Его чистые руки способны творить сладость, а кожа так блестит на моем солнце. Он словно жемчужина. Его зеленая аура вызвала удивления у каждого божества. Природа подарила ему густые и золотые волосы, что уже гласило о его необычности. Он мудр и умен. Углубляется во всё и чувствует каждую деталь, что происходит с душами окружающих. Когда мы были в Атлантиде, он раскрыл свои неземные силы, исцелив всю мою боль по отношению к биологическому отцу и обиду на народ. Он будто вдохнул в меня жизнь. Как видите, сады Олимпа нашего стали живее. Он исцелил каждый лепесток, каждый корень. Фос принял Тэхена. В нём просыпается божественная энергия, — остановился Чонгук, взглянув на богов. — Как и положено сыну божества расцветавшей весны. Адониса. Челюсть Чимина будто достигла колен, услышав все итоги личности Тэхена. - Так он... Бог? - В нём всегда было больше божественного, нежели человеческого, — заявил Дионис, взглянув на Эроса. — Пока он является полубогом, но если следовать писанию Иэринэфси, то после спасения Эллады он станет полноценным богом. - С чего вы вообще взяли, что именно Тэшечка спаситель? Он наш крохотный мальчик! - Мой, Чимин, — нахмурился Гелиос, холодным взглядом сверля омегу. — Он мой крохотный мальчик. И я сам за него беспокоюсь, потому что Тэхен мал. - Вот, прочти, — открыл страницу в книге Арес, где описывается внешность спасителя и пододвинул младшему. - Так вот, почему ты предложил ему брак, — кусал свои губы Юнги. — Потому что его время на земле невечно. - Мы не об этом, — сжал челюсть Чонгук, не желал говорить о конце. — В Олимпе стало опасно. Зука и Мегера, чтоб Аид её задушил, навредили Тэхену. У Зуки может быть объяснение, такое как ревность. Мегера же является богиней, чей статус ниже человеческого и, возможно, она просто старалась мне отомстить. Но я больше всего придерживаюсь того, что они все связаны друг с другом, включая Намджуна. Взгляд присутствующих помутнел, внутри чувствуя, что данная теория и может являться правдой. - Почему Тот? — спросил Арес, сложив руки на груди. Чонгук поднялся с места, оперевшись кулаками о стол и снова прикрыл глаза, стараясь вынести все факты. - Один раз он уже набросился на Тэхена и, как помните, именно в этом зале он хотел отдать его в гарем. Видя мой гнев, Тот решил действовать, управляя другими. Эти «другие» никто иные, как обиженные на меня особи. Намджун не возлюбил Тэ с самого начала, подозревая в пророчестве. Я думаю, что он знал ещё с самого начала, что он необычен. - Но зачем ему это всё? — Юнги начал издавать свою желтую ауру ярче, так как всё это время чувствовал негатив со стороны Тота. - Он любит равняться со мной. Намджун хочет власти, — напоследок ответил Чон. — Пока что у меня нет никаких доказательств воссоединения этой тройки, лишь теория. - Мы не можем это оставить просто так... — печально промычал Эрос. - Не можем, — кивнул Гелиос. — Я всё сделаю, чтобы узнать правду. И вы мне в этом поможете. Как только заметите что-то подозрительное, сразу докладывайте мне. - Да, повелитель, — кивнул бог музыки, взглянув на Диониса. — Эй, всё хорошо? Джин в бешенстве. Его голова опущена, а в уголках глаз можно было заметить накопившееся слезы. Альфа встал из-за стола, поклонившись Чонгуку, и покинул зал. - Что это с ним? — до сих пор не понимал Юнги, а взгляд Гелиоса был до жути напряженным после этой сцены. - Просто больно осознавать, что данный объект любви наш враг, — поджал губы Эрос, сочувствуя богу вина. - Он влюблен в Намджуна? — строго спросил Гелиос, на что Чимин всего лишь медленно начал кивать. *** Любовь порой жестока. Сердца влюбляются в невозможное, обрекая себя на угнетение. Чувства Диониса к Тоту появились сразу же, когда бог мудрости египетский ступил к Гелиосу, моля о бытии божеством Эллады. Знал Намджун о чувствах Джина, но лишь использовал его в целях интимных, наутро покидая постель. Тот часто мог осуждать пол бога вина, обвиняя в том, что он такой же альфа. И будь Дионис омегой, тогда было бы лучше. Бог мудрости, знающий Иэринэфси наизусть, знающий, что грехом слияние тех же полов не является, смел рассуждать как обычный плотской человек. К удивлению, Арес ощутил некое облегчение, после как узнал о чувствах Диониса по отношению к Тоту. Не один Хосок страдает и его это успокаивало, хоть и осознавал, что данная трагедия не должна радовать сердце божества. Дабы отвлечься ото всех мыслей, мужчина взошел на вышку горы, расположившись на каменном конце, ноги же свисали в пропасть. Смотря на звезды в ночном небе, мужчина прикрыл свои глаза, давая себе возможность отдохнуть. - Ох, ты тут, — послышался самый любимый голос, заставивший повернуть корпус к Эросу, который с улыбкой прошел ближе и сел рядом, подав приятелю выпечку. — Тебя не было на ужине, вот я принес. Арес приподнял уголки своих губ, принимая булку, спрятанную в ткани. Чимин выдохнул и облокотился о свои ладони, смотря в то же направление, что и бог войны раннее. - Чимин, — обратился к нему альфа, продолжая восхищаться звездами. — Было ли у тебя такое, что ты любишь, но данная особь не чувствует взаимности? - Конечно, — спокойно кивнул младший. — Я очень дорожил нашим народом, но что в итоге? Он плюнул нам всем в лицо. - Я не совсем об этом. - Это тоже важно учесть, так как во время дорогих чувств наш мозг выделяет определенные гормоны. Но если ты имеешь ввиду любовь к определенному существу, то кончено было. - Это больно, не так ли? — хмыкнул старший, опуская взгляд на пейзаж ночной. — Любить и понимать, что взаимность невозможна. - Каждый нас чему-то учит. Возможно мы лучше познаем себя и свое умение любить. И если не эта особь, так другая тебя полюбит и всю свою душу ты вложишь в другого. - Но если чувства длятся на протяжении нескольких лет, веков? - Значит так должно быть, Арес. Главное верить в лучшее, — насыщенно улыбнулся Чимин, подбадривая друга. Глупо Хосок рассуждал, думая, что бог любви ничего не знает о его чувствах. Всё омега прекрасно знал, ибо дарована ему сия способность. Поначалу ему было тяжело это принять, ибо ощущал всю боль от этой не взаимности. Ситуация с Дионисом дала парню понять, что хватит молчать и пора направить сердце брата царя в новое русло. — По секрету сказать... Я был влюблен в Тэхена. - Что? — поднял брови огненный бог от удивления. — В Тэхена? - Да, он мне очень сильно нравился. Но следя за его симпатией к Гелиосу, я понял, что он не моя судьба. Я лишь пожелал ему всего самого лучшего. Знаешь, порой мы с Юнги обсуждаем, что должны были родиться с другим полом... Нет, мы, конечно, любим себя и свою явь, но... Но если бы я был альфой, тогда бы омеги ко мне чувствовали что-то большее... Также и с Аполлоном. Но раз уж Зевс даровал нам то тело, с которым мы родились, значит так должно быть. В гареме мало омег, имеющих тягу к своему полу, поэтому я так и не нашел того, с кем бы мне было хорошо. - Юнги нравятся альфы?... — озадаченно задал вопрос бог, слыша это. Среди друзей было лишь известно, что Чимин имеет влечение к омегам. И сегодня он узнал, что также Джина и Юнги привлекают альфы. - Да, вот так уж всё вышло. Знаешь, народ очень оскверняет писание Иэринэфси, совсем забывая, что ориентация, основанная на любви к собственному полу это ничто иное, как равновесие в природе. Уж лучше быть гомо, нежели быть бесплодным. - Да, ты... Ты прав, Чимин, — нахмурился бог, анализируя всё, о чем поведал приятель. — Знаешь, ты пробудил во мне что-то новое. Эрос улыбнулся, услышав это. Именно целью данного диалога было расширить мировоззрение Ареса. - Не поступай, как Тот, который свое поведение аргументировал как «Дионис не омега», это глупо. Если сердце любит, то и тело вольется. В прямом и переносном смысле, ахах. Присмотрись к кому-нибудь, например, Аполлон очень хорош собой. Дерзкий снаружи, но очень теплый внутри. К тому же, — пододвинулся ближе Чимин к уху старшего. — Он однажды мне сказал, что был бы не против с тобой встречаться. Хосок до смерти будет благодарным Эросу за сей диалог. С этого же момента он взглянул на него не как на объект любви, а как на друга. И он прав, говоря о том, что все эти века альфа лишь познавал себя и свое умение любить. Следует раскрыть очи шире и не зацикливаться на печали, боли, и идти дальше. - Спасибо тебе. - Ахах, на то я и бог любви! Такс, теперь я тебя оставлю, я ещё к Джину зайду, не дай Аид, ещё напеться, — встал парнишка, положив ладони на свою талию. — Что ж, доброй ночи тебе! Хосок нежно улыбнулся, провожая взглядом уходящего Чимина. Он раскрыл ткань, беря в руки булочку, откусывая небольшой кусочек. Эрос умиротворил сердце божества, передав свои знания и поддержал морально. - Пусть тебя встретит самое любящее существо, которое будет ценить тебя полностью. *** Глядя в свое отражение в зеркале, владелец зеленой ауры оценивал как сидят на нем одеяния, которые оставил в покоях его бог любви. Как и всегда: оно великолепно, подчеркивает всю красоту и грациозность тела Тэхена, но всё же что-то младшего не устаивало. Смотря на декоративный хитон, символизирующий всю одежду гарема, Ким вспомнил момент, когда увидел Зуку, пытающийся заманить Чонгука в свое сердце. - Нет... Это не мои одеяния, — кивнул себе сероглазый, начиная снимать сию красоту. — Прости, Чимин, но я не хочу быть в глазах мужа одним из тех, кто однажды удовлетворял его... Прошептав себе, Тэхен осторожно сложил одежду и взглянул на свой шкаф, раскрыв его. Среди тканей он нашел гиматий золотого цвета, самый дорогой подарок Чонгука, ведь ткань покрыта настоящим золотом, имеющий высокую пробу. Парнишке пришла замечательная идея для наряда и что он сделает во время танца. Надев на семя сей дорогой гиматий, блондин взял лиру и проиграл несколько аккордов, начиная свой танец. Репетировал недолго, ибо нравилось ему то, что он видит. Самое главное не волноваться. - Ох... А если он меня выгонит? Или у нас не будет продолжения? Задумавшись, юноша укусил нижнюю губу и выдохнул, взяв снова себя в руки. Он сделает это. Осталось лишь зайти к Дионису за вином. Потушив все свечи в покоях, парнишка вышел, замечая свою охрану. - Господа, сейчас я вас попрошу не сопровождать меня, мне нужно... - Не велел нам царь Гелиос этого, — поклонилась стража. — Мы не имеем права отходить от Вас. - Тц... — замялся парень. Не желал идти со стражей, так как обнажен он полностью под гиматием и запах омежий предвкушения говорит за себя. Даже сейчас у Тэхена выглядывает лишь макушка с проема. — Тогда принесите мне два бокала вина Диониса, он знает, что нужно подавать. Но не прикасайтесь к ножкам бокалов, лишь к подносу. - Как прикажете, — поклонились альфы и направились в мастерскую божества вина. Парнишка съехал спиной по двери, тяжело дыша. Все же волнения говорят за себя. Больше всего младший боится, что Чонгук снова начнет оттягивать момент или завершится всё поцелуями. Единственное, что у них было из разряда секса это ситуация в Атлантиде. Почему же Гелиос так долго не прикасается к своей синичке? *** После собрания гнев нахлынул в разы больше, чем до. Ибо царь Эллады зол на Тота, зол на чувства Диониса, зол даже на друзей. Внутренний зверь Чонгука не находил места, баланс в душе нарушился, что и понесло за собой последствия. Янтарные очи наполнены агрессией, которая отпугивала подданных и несколько раз брюнет даже сорвался на слуг. Единственный, кто сможет его успокоить это Тэхен. Только он. Поэтому, после скандального ужина, мужчина прямиком направился в свои покои, где обязан находиться омега и налететь на мужа с объятиями. - Тэхен, иди сюда, — четко провозгласил бог солнца, как только отворил двери. — Тэхен. Но было пусто. На постеле никого, с диванчика из подушек же поднялся Фос, подбегая к хозяину. Чонгук нагнулся к грифону, погладив его шерсть. Если бы Ким был в покоях, тогда бы питомец уж точно не спал. Нахмурившись, мужчина прошел осмотреть террасу, но также никого не застал. Гнев снова подступает, ведь его омега не оказался в нужном месте. Неизвестно что и как произошло, неужели на малышка царя снова кто-то напал? Мысли начали съедать голову Чонгука. Не думая больше, ступил же к дверям и был готов отворить, как вдруг услышал стук. А ноздри учуяли любимый медовый запах. Он рядом. - Царь мой, — словно пение издали уста Тэхена, как только бог раскрыл препятствие. Из под гиматия видны острые плечи и ключицы, что гласило о том, что он нагой. Под пазухой держал лиру, а рука правая придерживала поднос. От вида сего альфа начал толкать язык в щеку. Покорный, уязвимый мальчишка. Младший опустился на колени свои, примыкая устами к долу царского гиматия, медленно поднимая взгляд в хищные янтарные очи. Кима же серо-голубые глаза выглядели очень невинно, что от вида сего Чонгук не мог устоять. - Тэхен, — низким баритоном назвал его имя Гелиос, расправляя широкие плечи. Доминирование альфы заставлял блондина кусать свои пухлые губки. — Ты заставил меня волноваться. - Не покарай силой своей меня, мой повелитель, — нежно ответил парнишка, вставая с колен своих. Чонгук провел языком по своей нижней губе и отошел, пропуская своего мужа. Младший оставил поднос на столе, взяв бокал для божества, ладонями, полными сил, придавая вкус медовый напитку. Подняв на мужа взгляд предвкушения, Гелиос берет бокал и смакует волшебный вкус. Атмосфера разнообразна и весьма сексуальна, ибо перед царем Эллады его любимое и крохотное чудо, покорное во всем. Альфа усмехается и присаживается на кровать, вальяжно раздвинув ноги, попивая вино. Тэхен опустил очи, снова закусывая губу и поднес лиру, проигрывая первые ноты, стоя перед мужем, а Чонгук весь во внимании. И как всегда никаких слов, лишь слияние взглядов янтарных и серых очей, полными страсти и любви. - Начинай, маленький мой, — приказал царь. Внутри омеги всё забурлило, словно вулкан, желающий взорваться, ибо перед ним вся любовь жизни его, внимательно следит за движениями синички. Блондин начал играть выученную мелодию, в такт двигая бедрами восьмеркой. Не отводит очей своих, полностью отдаваясь повелителю. Ким продолжил танец, плечи подключил, с которых начал скатываться золотой гиматий, открывающий полноценный вид на тонкую шею с ключицами и острыми плечами. Взгляд Гелиоса скользнул ниже, лицезря сексуальность своего мальчика и как плавно он двигался. Время отложить лиру, что и сделал юноша, в танце осторожно положив предмет на стол, а с подноса взял свой бокал вина. Он стоял спиной к Чонгуку, специально нагибался, дабы лучше выделилась его талия и ягодицы. Брюнет озверел, постепенно в мыслях раздевая омегу. Такой утонченности он никогда не видел и не чувствовал, сам по себе Тэхен красив и эстетичен. Младший поднес бокал к губам, повернув к богу всего голову полу боком и стал медленно пить, ощущая виноградный, горький вкус. - Мой царь... Я такой неуклюжий, — усмехнулся он, после чего специально пролил вино на свою шею. Чонгук нахмурился и кусал щеки изнутри, ведь капельки на теле любимого слишком соблазняли. Будь его воля — растерзал бы и съел свою добычу. - Сними всё с себя, — прорычал альфа. Тэхен провел языком по медовой губе, нежно поставив посуду на свое место, полностью поворачиваясь к божеству солнца. Он продолжал вилять бедрами, прикасаясь к веревке на талии, которая держала одежду на себе. Юноша развязал её, позволяя ткани самостоятельно сдвинуться с тела, упав на пол. Взгляд Чонгука опустился на жемчужную кожу, восхищаясь божеством мужа, анализируя длинные ноги, мягкие бёдра, которые однажды царь целовал. Небольшой член его мальчика почти встал, а на губах Гелиоса образовалась слюна. - Нечеловечен. Улыбнувшись на слова брюнета, Ким повернулся к нему снова спиной, проходясь ладонями по своему телу, обязательно сжав собственную талию, переходя к ягодицам, которые постепенно начал раздвигать, демонстрируя сочную дырочку. Чонгуку чертовски сложно. Он дышит через раз, лицезря сию до жути эротичную картину, залпом допивая содержимое в бокале и поднялся. Тэхен чувствует прикосновение ладоней солнечных на своей спине, фаланги повелителя проходятся прямо по позвоночнику, пуская холодок во всем организме. Тяжелые выдохи же слышал сзади, пока другая рука ставит бокал на поднос. - Ты сводишь меня с ума, — прошептал Чонгук, поцеловав ухо младшего. - Мой бог... — приоткрыл рот Тэ, откидывая голову на сильное плече. - Ни слова больше, — снова рычит альфа, другой рукой прикасаясь к подбородку юноши, дабы впиться в любимые уста. Никаких оттягивающих моментов, Чонгук целует губы блондина, постепенно проникая языком в рот, в ответ обретая тоже самое. Гелиос слышит молящие стоны, тяжелое дыхание чуда своего, что заставляло возбуждаться ещё сильнее. Рука Тэхена коснулась бедра божества, ведя выше. Хоть пара и принимала вместе ванны, мальчик всегда отворачивался, смущаясь смотреть на достоинство мужа, на что получал лишь ухмылку. Но сегодняшняя ночь особенная для них двоих. Поцелуями Чонгук сошел ниже, засасываясь на шее тонкой, слыша новые стоны Тэхена, звучавшие слово рай. Рука повелителя перешла ниже, сжимая округлые ягодицы паренька, потихоньку продвигая половинки. Ким оперся одной ладонью о стол, выгибаясь и подставляя себя мужу. - Мой малыш возбужден, не так ли? - Д-Да... — проскулил младший, но тут же последовал и новый, более громкий стон. — А-Ах! Новый рык из уст Гелиоса, Тэхен его действительно сводит с ума и заставляет сердце биться бешено. Старший коснулся колечка мышц омеги, издавшую из себя порцию медовой и липкой смазки, начав постепенно и осторожно проникать вовнутрь. - Ч-Чонгук... Ох... — продолжал стонать он, подняв взгляд невинный, следя за строгими очами янтарными. Альфа снова впился в уста, дабы отвлечь синичку от возможной боли, толкаясь пальцем глубже, ища нужное ему самое чувствительное место. Ноги младшего дрожали, казались ватными и слабыми, но Чонгука это возбуждало ещё больше. Дабы омега не мучился, брюнет вынимает фаланг и резко берет Тэхена на руки, продолжая целовать любимую шею, подходя к кровати. Ким течет, выделяет медовый запах, а нюх альфы чувствительный, рычит себе под нос, наконец-то кладя блондина на мягкую постель. Его светлые волосы распределились на ткани подушек, вспотел малец от ласк трепетных, выгибается и двигает бедрами, в надежде отереться о повелителя и дать знать, что больше не собирается оставлять ночь сию без страсти и любви. Мужчина нагибается к синичке, устраиваясь меж ног его, целует розовые щеки, а ладони жемчужные касаются смуглой спины, порой вонзая ногти от передоза удовольствия. - Самый красивый, самый желанный. Мой единственный, — шептал на ухо бог, пока руки его исследовали соски парнишки. - Ох, мой царь, повелитель души моей, любите же меня всю ночь и всю жизнь, — пел стонами Тэ, запрокидывая голову назад, ощущая макушкой мягкость подушек. Гелиос провел языком по чувствительным соскам, ощущая, как колено младшего случайно задевает вставший член, скрывающийся под одеяниями. В очередной раз прорычав, повелитель солнечный и земной спускается ниже, оставляя дорожку поцелуев и слюны по ребрам, животу омеги. Жар подступает всё больше и больше, посему старший поднимает корпус и, глядя в серые глаза, развязывает свой священный гиматий, как можно быстрее снимая с себя. Ким также терпеть больше не мог, помогает божеству снять с себя и белый хитон, но задержался на нижней части ткани, проводя ладонями по груди старшего, пальцами пройдя по кубикам пресса и татуировках. Повелитель его могучий и великий, словно сам является горой Олимпа, находясь как можно ближе к небесам. Чонгук снова опускается, приступая к любимым и мягким бедрам своего уязвимого и покорного мужа, но не кусал их и не обходился жестоко, одаривая кожу поцелуями, и порой легонько щипал, восхищаясь ими. Омега снова выгибается и стонет, зарываясь руками в темные волосы, оттягивая их с особой осторожностью, ведь желание его велико и боится причинить альфе боль. - Ты должен мне подчиниться, — приказал Гелиос. — И не станешь сопротивляться, ибо сейчас я желаю попробовать тебя на вкус. - На... Вкус?... — на выдохе спросил младший. — Ты же меня целуешь, греешь... Разве ты не вкусил меня полностью, повелитель? Ухмыльнувшись, божество привстало, беря мужа под коленями, расположив их на свои широкие плечи. Теперь лучший доступ к самому сокровенному. - Куда ты смотришь?... — засмущался парнишка, видя звериный взгляд янтарных глаз далеко внизу. - На то, что по праве принадлежит мне, моим ладоням, языку и члену. Ким окончательно покраснел, слыша грязные слова из виноградных уст, а смазка потекла ещё обильнее и Чонгук это видел. Внимательно следил, как капелька скатывается ниже, пачкая постель. Фаланги альфы прикоснулись к очертаниям дырочки, сильнее её раскрывая. Все эти недели бог заботился о здоровье синички и вот: всё зажило. Колечко мышц на каждом вдохе и выходе блондина раскрывалось и закрывалась, тем самым подзывая к себе, манила до боли. - Чонгук... — стонет мольбами Тэхен. Гелиос словно срывается с цепи, как только поднял взгляд на любимого. Перестав оттягивать момент, уста божества приливаются к отверстию, начиная и это место обильно целовать. Омега хватается за простыни, оттягивая её до белых костяшек, ибо в первый раз ощущает такое блаженство. Царь провел языком вокруг, в конечном итоге начиная лизать и само колечко, смакуя самый прекрасный вкус медовой смазки. Чонгук придерживает парнишку, не позволяя его ногам упасть на кровать, крепко сжимая бедра. Перейдя языком чуть выше, брюнет освобождает одну руку, но юноша не смел ослушаться, продолжая держать колени на плече божественном. Гелиос приставил средний палец к отверстию, начиная по-новому проникать, от чего доносятся новые стоны, более громкие и глубокие. Старший осторожно двигался, стараясь ничего не нарушить, благо, смазки было достаточно, дабы позволить фалангу плавно скользить. - Говори, если больно, — сказал муж, присоединяя второй палец. Для Тэхена эти ощущения были абсолютно новыми, они непривычные, но до жути приятные. Чувствует, как стенки внутри расширяются с каждым движением, позволяя царю входить глубже. - Моя душа же меня покинет, Чонгук!... — не мог привыкнуть к столь незабываемым и чересчур приятным вещам, закатывая глаза от наслаждения. - Это только два пальца, — целовал половинки Чон. — Мой член намного больше, малыш. Или наказание, или поощрение — омега не знал, как реагировать. Мысль, что он является крохотным по сравнению с богом очень возбуждала, но в тоже время и пугала. Тэхен не знал, куда себя деть, ибо чувствует новое проникновение. Заметив тревогу на лице синички, Чонгук поднимает янтарные очи и останавливается, давая ему привыкнуть, оставляя пока что пальцы просто внутри. Вторая рука мужчины потянулась к талии, трепетно её поглаживая, а уста прильнули к мошонке, разбавляя некую боль. Тэхен знал, что такое может происходить, поэтому привыкал к новым ощущениям, тяжело выдыхая. Был благодарен мужу за терпение и понимание, ибо обходится с ним, как с драгоценностью. Промычав, омега дал понять, что можно продолжать, и альфа стал двигать осторожно тремя пальцами. Медленно, плавно, сгибая их. И нашел он то, что искал. - Д-Да!... — выгнулся юноша и Чон осознал, что нашел нужный ему комочек, дающий возможность испытать всё наслаждение. Не теряя и минуты, мужчина продолжал плавно двигать пальцами, обязательно прикасаясь к чувствительному месту, пока пенис парня соблазняющее подрагивал, ударяясь о мягкий животик. Альфа перешел поцелуями выше, начиная одаривать вниманием член Тэхена, который, казалось, сейчас покинет землю от наслаждения. Бог солнца не ставил никаких запретов, поэтому, больше не сдерживаясь, младший достигает оргазма, изливаясь на свою кожу, уже в который раз, будто пение, стонет имя повелителя. Брюнет чувствует, как колечко обхватило его пальцы, яро пульсируя и не желало выпускать из себя. Ухмыльнувшись, бог легонько шлепнул попку Тэ, намекая на то, чтобы он расслабился и дал возможность вынуть фаланги. Ким дышал глубоко, раскрыв рот, и тут же ощущает язык царя в устах, желающий поделиться с синичкой вкусом медовым. Ноги блондина спали с плеч, расслабившись на постеле. - Сокровище моё, — облизал Чон губу омеги. - Бог мой, мне так хорошо, — обнимал его парнишка, заключая в новые объятия. — Я так желаю тебя... - Только ответь, — отдалился от личика альфа, взглянув в серые и большие глаза. — Ты готов? - Готов, мой царь, — улыбнулся Тэхен, проведя тонкими пальцами по скуле мужа. Чонгук на миг отдалился, стоя на своих коленях, дабы стянуть с себя последний элемент одеяния и отбросить на пол. Сероглазый тут же принимается кусать свои губы и расширять очи, увидев перед собой возбужденное достоинство повелителя. Он был большим и широким, что и было объяснимо, ведь это бог. Это его Гелиос, его Чонгук. Объемная головка коричневого оттенка, венистая длина и подтянутые, большие яйца. Щеки Тэхена снова горят, а смазка опять выделяется, собственный же член дернулся, по новой требуя разрядки. - Ч-Чонгук, он же... Огромный... — забеспокоился юноша, в голове не укладывая, как такой размер сможет поместиться. — И ты засунешь этого монстра в меня?... Блядские искры в янтарных очах вот-вот взорвутся, Тэхен крайне невинен и даже представить себе не может, какое удовольствие сможет обрести с помощью мужа. Мужчина проводит языком по своей нижней губе, надев на себя ухмылку. Омега поднимает же взгляд выше, в глаза повелителя, чувствуя себя очень маленьким и беспомощным, но до звезд возбужденным. - Именно так, синичка. Но я тебе обещаю, — нагнулся к личику, поцеловав потный лоб мальчика. — Я в любой момент прекращу, только прикажи. - Ох, мой бог... — скользит рукой юноша по божественному телу, кончиками пальцев прикасаясь к головке альфы. — Я принадлежу тебе и только тебе, я очень хочу чувствовать тебя, быть с тобой, я желаю нашего слияния как тел, так и душ... Чонгук поднял уголки своих губ, слыша сии преданные слова, гласившие о вечной любви в сердце сероглазого. Ощущает пальцы тонкие на своем органе, разрешает Тэ изучить его длину хорошенько, пока внутри полная буря ото всех эмоций. Блондин возвращает свою ладонь на щеку повелителя, прикрывая прелестные глазки, намекая на свое полное расслабление и принятие Гелиоса. Брюнет приблизил свое лицо и нежно поцеловал губы любимого, одной рукой держа его за талию, а вторую за половинку, которую раздвинул для лучшего доступа. Тэхен уже чувствует, как головка тычется в отверстие, приподнимая свой таз. - Наипрекраснейший, — шепчет в поцелуй бог, совершая первое движение, сумев войти головкой. — Пой же мне, синичка. Ким свел брови домиком, ощутив первую часть пениса властелина, ногтями снова вцепляясь в спину Чона. Старший целовал каждую частичку лица своего мужа, плавно вводя член глубже, от чего чувствует громкие дыхания парнишки, ведь его грудь постоянно подымалась, соприкасаясь с альфой. Нахлынули новые ощущения для Тэхена, казалось бы, что то же, что и пальцы, но в разы больше и крупнее. Младший неосознанно запрокинул ноги на талию Гелиоса, будто вызвал к себе, околдовывал тело мужественное, заманивая его вовнутрь всё трепетнее. Чонгук хмурится от узости, колечко крепко обхватывает ширину органа, тем самым усложняя акт проникновения. Синичка прикрыла глазки, смущаясь и наслаждаясь от всего, что происходит, царапает массивную спину и дополнительно сжимает ногами талию царя. - Ты уже весь внутри?... — скулит, надеясь получить положительный ответ. - Ещё нет даже половины, маленький мой, — горячо молвит старший, проведя языком по челюсти. Тэхену не очень больно, он успел кончить ранее, что позволило всему внутри стать чуточку шире, а поглощение в занятие любовью вдохновляла принимать своего бога глубже, отвечая на короткие поцелуи. Омега сжал свои зубы, стараясь привыкнуть к размеру брюнета, выдыхая тому прямо в рот. Чонгук гладил тело и волосы синички, помогая полностью себя принять. - Охм! — на выдохе простонал юноша. — Сейчас было приятно... - Неужели, малыш? — улыбнулся старший, а Тэ пока не знает, что его маленькая дырочка приняла окончательно член повелителя. - Ещё... Туда... — умоляет неземное чудо. Чонгук, уже в который раз, накрывает губы Кима своими, исполняя первый и гладкий толчок в уязвимое место. Омега прижался ближе к старшему, продолжая сжимать кожу солнечную в своих крохотных ручках, не сдерживая свое тело. Позволил себе раскрепоститься, закатывал глаза и запрокидывал голову назад, сжимая в ладонях всё, что встретиться. Гелиос тяжко выдыхал, следя за наслаждением парня, осторожно двигаясь внутри. Желание любить, заботиться, никогда не оставлять друг друга, навсегда поселилось в сердцах двух горячих тел. Удостоверившись, что Тэхен получает большее наслаждение, альфа ускоряет темп до среднего, ударяясь головкой прямо в чувствительный пункт, от которого сносит крышу обоим. Блондин то сжимал, то расслаблял колечко, намеренно дразнил царя, за что получает сжатие половинки от сильной руки. Нижняя часть живота Чонгука отиралась о маленький член, тем самым придавая дополнительную стимуляцию и Ким снова не может держаться, взглядом давая понять, что вот-вот, и сойдет с ума. Гелиос нагибается к груди жемчужной, облизывая твердые сосочки, а сероглазый объятиями прижимает голову повелителя ещё ближе. Движения старшего ускоряются, набирается более страстный темп, выматывающий два тела, приближая к оргазму. Чонгук возвращается к устам мужа, толкаясь все быстрее, от чего слышатся шлепки от соприкосновения бедер. - Посмотри мне глаза, — на выдохе произнес старший, изучая серые глазки, которые медленно раскрылись. — Вот так, мой хороший. - Бог мой, — скулит Тэхен, поглощая в себя янтарные очи. Приятный узел внизу живота давал знать, что оба приближены к звездам и, выгнувшись, Тэ раскрывает широко свой рот, дабы простонать протяжно, хватаясь за любимые плечи. Колечко издает неимоверную пульсацию, сжимающая твердый и насыщенный член Чонгука. Совершив ещё несколько последних, самых сильных толчков, мужчина громко выдыхает, кончая прямо во внутрь младшего. Принимая в себя виноградную сперму, блондин целует щеки своего мужа. Медленно вынув достоинство, Гелиос ложится набок, заключая синичку в свои объятия и продолжал целовать, постепенно прижимая ближе к себе. - Я люблю тебя, — устало произнес омега, проведя пальцами по скуле бога. - Я намного сильнее, родной. Свечи со временем потухают и только лунные лучи освещают сонные тела. Прохладный воздух с террасы щекотал кожу, от чего мужья вжимались друг в друга, одаривая теплом.