Институт любовной магии

      Хуан Цзытэн, а именно этим именем представился следователь (но Ибо сомневался, что оно настоящее) предложил не откладывать дело в долгий ящик, и выйти на охоту как можно быстрее. Ибо был готов хоть тот час, переодевшись в платье, выдвигаться в сторону «Огненной ласки» – скромного развлекательного заведения, возле которого была найдена Ван И.       Про себя парень отметил, что все нападения были совершены на небольшом участке, ограниченном парой кварталов, а «Пьяная лань» аккурат находилась в его центре. Не сильно рассчитывая на успех, он предложил использовать его место работы в качестве наблюдательного пункта. Что если в этот раз он изобразит не спешащего на очередную смену подавальщика Ван Ибо, а скучающую студентку Ван И, ищущую где бы провести вечер и случайно зашедшую на огонек в «Пьяную лань»? Парень полагал, что в привычном месте будет чувствовать себя комфортнее, чем если они выберут любое другое заведение для ловли некроманта «на живца».       Однако, несмотря на все его уговоры, Сяо Чжань был не готов столь необдуманно рисковать своим подопечным. Для начала им следовало внимательно осмотреть предполагаемое место засады при дневном свете, и только потом отправлять Ван Ибо на улицы ночного города. Декан настаивал, что в вечер операции весь персонал и посетители «Пьяной лани» должны быть заменены на сотрудников Хуан Цзытэна, и он сам также должен непременно присутствовать на месте событий.       К середине ночи, когда Ибо забылся чутким беспокойным сном, Сяо Чжань и Хуан Цзытэн наконец-то пришли к компромиссу. Днем они посетят забегаловку, в которой трудился Ибо, и обговорят с ее хозяином детали предстоящего дела. А вечером Ибо, переодевшись в своей комнате в платье, медленным шагом направится в город, немного погуляет по заранее оговоренному маршруту и попробует выманить некроманта из его логова. Декан предполагал, что неизвестный, а в данном случае неизвестная, сама подходила к одиноким девушкам с какой-либо просьбой, а когда жертва теряла бдительность – нападала.       – Я буду все время рядом, – наставлял Сяо Чжань Ибо, когда они под утро уставшие возвращались домой. – Тебе нечего бояться.       – Я и не боюсь, – спокойно ответил парень, пожимая плечами. Он действительно полностью доверял как своему декану, так и Хуан Цзытэну: мужчина за то короткое время, что они провели вместе, произвел на него самое благоприятное впечатление.       – Если она нападет, – не обращая ни на кого внимание, продолжил говорить декан, – то постарайся ментально блокировать ее. Для этого не смотри ей в глаза, старайся не слушать ее голос, а лучше сразу превращайся в дракона и улетай.       – Ха, – Ибо недовольно посмотрел на преподавателя. – Предлагаешь мне трусливо сбежать, пока сам будешь рисковать своей жизнью?       Сяо Чжань кивнул.       – Точно, но так я не буду волноваться хотя бы за твою безопасность, если вдруг ситуация выйдет из-под контроля.       – А если она на тебя напрыгнет? – Ибо был не готов оставлять любимого на произвол судьбы, а точнее некромантки.       – Как напрыгнет, так и… – Сяо Чжань замолчал, не зная какое слово лучше подобрать. – В общем, я смогу противостоять ей, но, боюсь, она в курсе, что на нее идет охота со стороны тайной стражи и не станет необдуманно рисковать. Высунуться из логова ее может заставить только очень сильный стимул.       – Одинокая блондинка, ищущая развлечений? – парень понял, куда клонит декан.       Все жертвы были девушками или молодыми незамужними женщинами со светлыми короткими волосами. Ни одна брюнетка, а тем более парень или мужчина не пострадали. Обычно некромантам было плевать из кого тянуть жизненные и магические силы, но не в этом случае.       – Точно, – тихо отозвался преподаватель. – Я поэтому и присматривал за тобой. Боялся, что случится непоправимое.       – Мог бы и раньше сказать, – ощетинился Ибо, вспоминая, как не узнал под маской собственного декана. – К чему был этот маскарад?       – Не знал, как ты отнесешься к столь своеобразному телохранителю, – выдохнул Сяо Чжань. – Но стоило только мне тем вечером зайти в «Пьяную лань», как я тот час увидел, что ты заигрываешь с троллями. Думал, прибью их там же.       – Я не заигрывал, – опешил парень. – Это были дежурные фразы и улыбки.       Преподаватель продолжил после непродолжительной паузы.       – Потом был внезапный поцелуй в проулке, а после снятие ментального блока. И чем больше я узнавал тебя, тем сильнее привязывался. Ибо, пойми, я не могу потерять тебя. От этого и не хочу рисковать, а не потому, что мне все равно на жизни других.       – Угу, – парень смотрел на Сяо Чжаня, широко распахнув глаза.       В них то и дело отражались уличные желто-рыжие масляные лампы, мимо которых они проезжали. Ибо никак не мог понять, что произошло: было ли это признание в симпатии, или он просто все сам придумал. Решив, что отступать уже поздно, Ибо обвил руками шею Сяо Чжаня и требовательно поцеловал. На миг декан растерялся, но уже через мгновение, утягивая парня к себе на колени, ответил. Ибо не был опытен в таких вещах и его зубы пару раз ударились о зубы Чжаня, однако, он решил, что если сейчас остановится, то второго шанса у него может и не быть. Волны опаляющей страсти поднимались от низа живота. Он задыхался в крепких объятиях более опытного декана, теряясь в чувственных наслаждениях. Язык Сяо Чжаня скользил по его языку, обводил губы, властно обследовал рот. Руки преподавателя крепко прижимали к себе его стройное гибкое тело, они скользили по спине, спускались на бедра, зарывались в волосы. В таком положении, когда Ибо сидел на Чжане, прижимаясь к нему всем телом, он отчетливо чувствовал каждый выступающий камень мостовой, на которые то и дело попадали колеса экипажа.       – Еще немного и я не смогу остановиться, – декан разорвал поцелуй и провел подушечками пальцев по зудящим губам Ибо.       – Тогда не останавливайся, – парень обхватил голову Сяо Чжаня ладонями и заглянул тому в глаза. – Если со мной что-то случится, я не хочу ни о чем жалеть, – тихо продолжил он, прожигая взглядом декана.       Сейчас Ибо не волновали правила и нормы морали, ему было все равно, как это выглядит со стороны: и пусть они оба мужчины, один из которых лишился невесты несколько часов назад, а второй совсем недавно был его студентом. Какая к черту нравственность, когда его может быть уже завтра и в живых не будет. И чем дольше Ибо смотрел на Чжаня, на его растрепавшиеся волосы, опухшие губы или влажные глаза, тем сильнее хотел отдать всего себя. Он готов был сгореть в этой всепоглощающей страсти и спалить все вокруг.       Сквозь ткань, разделяющую их, он отчетливо чувствовал, что и Сяо Чжань возбудился от поцелуя. Скрывать это, и отрицать очевидное было глупо. Но декан даже в подобной ситуации старался держать себя в руках.       – Ибо, мы сейчас не одни, – попытался он вразумить парня, указывая глазами на возницу.       – Плевать, – он поцеловал Чжаня в шею, от чего тот низко застонал и откинул голову назад. – Хочу, чтобы остаток этой ночи принадлежал только нам двоим.       – Не спеши, – едва заметно в ответ улыбнулся преподаватель. – Обещаю, когда все будет позади, ты получишь все что захочешь.       Так легко сдаваться было не в правилах Ибо, поэтому он до конца поездки прижимался к Сяо Чжаню, периодически целуя его и позволяя целовать себя. Еще ни разу в жизни он не хотел другого человека так сильно, что был готов позабыть обо всем на свете. Но раз уж декан настаивает, то он сможет подождать еще сутки – полтора года ждал, сможет и еще несколько часов вытерпеть.       

***

      Ровно в пять вечера, едва солнце коснулось горизонта, окрашивая небо в розово-малиновые тона, Ван Ибо в привычном образе адептки факультета отворотов покинул свою комнату. Он знал, что от ворот института на некотором отдалении за ним будет следовать Сяо Чжань, а возле «Пьяной лани» его перехватит дежурная группа Хуан Цзытэна. Казалось бы, что могло пойти не так в этой тщательно спланированной операции? Все.       Не успел Ибо подойти к двери, ведущей из общежития на улицу, как его окрикнула староста с факультета магического приворота. Именно с ней парень хотел поговорить, но последние события несколько отвлекли его. Если подумать, то именно она могла знать, как выглядит таинственная некромантка, нападающая на студенток.       – Ван И! Опять мы с тобой встречаемся! – радостно заулыбалась девушка и помахала рукой в теплой перчатке. – Ты в город?       – Ага, – ответил Ибо.       – Идем вместе!? Из-за всех этих нападений, мне теперь страшно одной ходить, – и она подхватила парня под локоть, утягивая за собой на улицу.       – Хорошо, – кивнул Ибо.       В этот момент он подумал, что, возможно, это его шанс как можно подробнее расспросить ее о событиях того рокового вечера. Как знать, может, девушка успела заметить что-то странное. Весело болтая о всякой ерунде, она направилась к институтским воротам, но в последнее мгновение передумала и свернула на едва приметную тропку, идущую вдоль забора.       – Куда это ты? – удивился Ибо и остановился. Он отлично помнил указания Сяо Чжаня, что должен выйти через главные ворота. Стараясь не привлекать к себе лишнее внимание старосты, он завертел головой в поисках декана, но, естественно, никого не увидел. Если они сейчас свернут, то ему надо как-то об этом предупредить.       – Идем, тут короче, – махнула девушка рукой, и полы темного плаща взметнулись. – Ты кого-то ждешь? – она удивленно посмотрела на парня, который застыл посреди тропинки.       – Неа, но разве по главной дороге не безопаснее будет? – Ибо все же сделал неуверенный шаг в ее сторону.       «Ладно», – решил он. – «Сяо Чжань не новичок и поймет, что что-то пошло не по плану, когда я через несколько минут не появлюсь в воротах».       – Быстрее, – торопила староста. – Скоро совсем стемнеет, а мне не хочется в это время блуждать по лесу.       Боковая неприметная калитка, к которой они как раз подходили, вела в редкий ельник, отделяющий институт от города. Когда-то его планировали как еще один городской парк, но по непонятным причинам забросили через несколько лет после облагораживания и торжественного открытия. Редкие беседки, крытые веранды и огороженные разорённые клумбы в нем можно было найти и по сей день. Через него и в правду было быстрее до города, но адептки Института любовной магии не часто ходили здесь. Кто-то верил в привидений, бродящим по его извилистым тенистым тропинкам. А кто-то боялся стай диких собак, свободно живущих на его территории. Собак Ибо любил, а вот привидений не очень, поэтому предпочитал не проверять, которая из баек была правдивее.       – Скорее, – торопила его девушка, и Ибо практически бежал за ней по протоптанной в снегу тропинке.       – Постой, – он едва поспевал за ней. – Мне нужно у тебя что-то спросить.       – Спрашивай, – девушка резко остановилась и развернулась к нему лицом. В последних лучах закатного солнца ее глаза полыхали инфернальным фиолетово-черным огнем, посередине которого был едва заметен ромбовидный зрачок.       – Это ты убивала тех девушек, – тот час догадался о личности некроманта Ибо. Во время колдовства только у них зрачок имел подобную форму. Какими же идиотами они по итогу оказались: тщательно выбирали место, усиливали охрану на улицах, готовились к бесконечному ожиданию. Но все оказалось гораздо проще, это не Ибо ловил некроманта, а некромант его.       – Точно, и как только поняла? – фыркнула девушка, откидывая капюшон с непослушных темных волос.       – Глаза, – Ибо указал на них. – Цвет и форма. Об этом говорят на первом курсе.       – Черт, сюда кто-то идет, – выругалась девушка и схватила парня за руку. – Нам стоит найти место поспокойней.       Парень совсем не хотел покидать уже ставший привычным лес. Но он совершенно забыл о предостережении декана и необдуманно смотрел в глаза некромантке. Ей хватило пары секунд, и она, взяв Ибо за руку, скомандовала:       – Идем!        Сопротивляться не было ни сил, ни желания, и парень послушно пошел за ней. Где-то глубоко внутри он понимал, что поступает неправильно, что поплатиться за это своей жизнью, но руки и ноги ему больше не принадлежали. Ибо чувствовал себя деревянной куклой, которой управляет опытный кукловод, дергая за нужные веревочки.       Очнулся он, лежа в пентаграмме, посередине комнаты в каком-то заброшенном, давно не отапливаемом доме. Его руки и ноги не были связаны, но он не мог ими пошевелить, и лишь голова слабо поворачивалась из стороны в сторону. В углах остроконечной звезды горели свечи, их пламя изредка то вытягивалось высоко вверх, то практически гасло от, гуляющих по комнате, сквозняков. Где-то вне зоны видимости Ибо, ходила некромантка, что-то смешивая. Фарфоровый пестик знакомо ударялся о края ступки, напоминая парню о практических занятиях по составлению эликсиров.       – Очнулась, – констатировала девушка, наклоняясь над его головой. – А теперь будь паинкой и скушай это, – она попыталась разжать зубы Ибо и что-то влить ему в рот.       Парень отчаянно замотал головой, выказывая явное несогласие.       – Рот открыла! – властно произнесла некромантка, но заклятие подчинения уже спало, и Ибо даже не подумал ее слушаться.       Тогда девушка с силой сдавила его щеки, заставляя все выпить.       – Пф, кхе-кхе, – закашлялся парень, от тягучей жидкости, потекшей прямо в горло.       Немного он сумел выплюнуть, но большая часть была проглочена.       – Умница, – похвалила его некромантка и провела рукой по щеке.       Ибо дернулся в надежде отстраниться. Но девушка только хмыкнула, видя эту его реакцию.       – Какой гадостью ты меня напоила? – спросил Ибо.       – Всего лишь эликсир, принудительно пробуждающий магию, – пожала плечами она и встала, снова уходя из зоны видимости. – Когда твоя сила достигнет пика, я позаимствую ее. Ты же не против?       Ибо еще как был против! Да и кто бы на его месте согласился добровольно расстаться со всеми своими магическими и жизненными силами? Маги, особенно лекари и друиды, могли по собственной воли делиться ими с нуждающимися, но эта была крайняя мера, когда стандартные отвары и настои уже не помогали.       – Почему я? – парень задал самый главный вопрос, волновавший его.       – Не люблю блондинок, – пояснила некромантка. – Одна такая увела у меня жениха, и я поклялась, что отомщу.       – И как?       Чуть левее от парня находилось грязное окно, в котором, как ему показалось, мелькнула знакомая фигура. Дабы удостовериться, что Сяо Чжань его не бросил, Ибо попытался прибегнуть к частичной трансформации. После недавнего подчинения, его тело все еще было, словно деревянное, но ему удалось усилить все свои чувства. Знакомый запах тот час ударил в нос, заставляя успокоиться – любимый его не бросил.       – Изменщик давно покоится в фамильном склепе, – казалось, что некромантка ничего не замечает, поэтому спокойно и делится информацией. – А эту тварь я иссушила. Надо отметить, первая жертва, как и первая любовь – никогда не забывается.       – Ха, точно, – Ибо отчетливо слышал шаги своей первой любви, раздающиеся буквально в соседней комнате. С одной стороны он хотел чтобы его как можно скорее освободили, но с другой, он хотел чтобы убийца был пойман. А пока девушка не начнет вытягивать из него силы, доказать ее вину будет нереально. Мало ли от чего один человек решил полежать в пентаграмме, может, хобби у него такое. Но стоит только первым каплям магии Ибо коснуться некроманта, как на его душе навсегда останется отпечаток, который в дальнейшем и послужит доказательством его причастности к преступлениям.       «Ибо», – слабо раздался голос Сяо Чжаня в мыслях парня. – «Ты слышишь меня?»       «Слышу», – отозвался парень.       «Опиши обстановку», – попросил его декан. – «Можешь посмотреть по сторонам, я пойму».       «Здесь только мы вдвоем. Она напоила меня эликсиром, пробуждающим силу. Скоро он начнет действовать, я уже чувствую, как магия отзывается».       «Ты молодец», – похвалил его Сяо Чжань. – «Но проблема в том, что я здесь один. Офицеры Хуан Цзытэна прибудут, но не скоро. Однако у меня есть план».       План декана состоял в следующем: когда некромантка приступит к ритуалу иссушения, Чжань активирует для себя защитный контур и подаст Ибо знак. В этот момент девушка будет наиболее уязвима, и тому останется только максимально сильно атаковать ее своей магией. Обычно во время ритуала магия из жертвы выходит плавным потоком, постепенно наполняя некроманта, но если высвободить ее всю разом, то она, точно бурная река во время половодья, выйдет из берегов и мгновенно переполнит слишком узкий шлюз, нанося непоправимый урон ментальному здоровью.       Из-за действия эликсира последние несколько минут Ибо чувствовал, как сила, обычно спящая в нем, начала активироваться. Он то и дело ощущал зуд по всему телу, но старался сдерживать, грозящую проклюнуться, чешую. Некромантке не следовало знать, что она имеет дело не с обычной адепткой, а с самым настоящим драконом, да еще и парнем.       – Чувствую, как магия искрит вокруг тебя, – внезапно произнесла девушка, присаживаясь возле Ибо. – Пожалуй, приступим. Обещаю, будет очень больно, – и она положила правую руку на сердце Ибо.       Резкая острая боль тот час пронзила его, от шока парень даже забыл как дышать. Но, когда в его сознании раздался спокойный голос Сяо Чжаня, он тот час пришел в себя. Ибо воочию видел, как через его рот выходит голубоватое сияние. С каждой секундой жизненный и магические силы покидали его. Но черпать магию из души дракона, все равно, что детским ведерком пытаться осушить бездонный колодец. И когда девушка полностью расслабилась и погрузилась в ритуал, совершенно не ожидая нападения, декан скомандовал: «Бей!». И Ибо ударил по некроманту так сильно, как только мог.       Яркая вспышка озарила комнату, несколько раз ударил гром. Пытаясь проморгаться, парень сначала почувствовал, как спало заклинание, удерживающее его в пентаграмме, а после уже увидел, лежащую рядом без сознания девушку.       – Учитель, – хрипло позвал парень и, пошатываясь, встал. – Учитель! – уже громче повторил он, но тот молчал.       Из-за сильнейше усталости Ибо едва переставлял ноги, но он не мог сейчас свалиться на пол. Где-то в соседней комнате Сяо Чжань нуждался в нем. Уже стоя в рассохшихся дверях, он увидел, лежащего в активированном контуре, декана. Глаза у того были закрыты, руки и ноги изломаны под странным углом, а изо рта медленно стекала струйка крови.       – Учитель! – Ибо, позабыв о своей усталости, кинулся к нему. – Если маг ставит подобную защиту, значит, ему грозит смертельная опасность, – зачарованно повторил он слова Сяо Чжаня о защитном контуре, в котором лежал преподаватель. – Открой глаза, прошу, – молил он, опускаясь на колени рядом с деканом.       Парень не знал, можно ли в таком состоянии двигать людей, поэтому он мог лишь взять преподавателя за руку и крепко сжать ее. Где-то на улице раздался голос Хуан Цзытэна, и через пару мгновений офицеры осторожно вошли в дом. Пока они связывали некромантку, следователь и лекарь, идущие в арьергарде, подошли к Ибо.       – Спасите его, – парень поднял голову, и мокрые дорожки на его щеках блеснули в слабом свете лампы.