Me Gustas Tu

Джон сидел в своём кресле, перечитывая блог двухдневной давности. Зачастую мужчина этим занимался, когда ему было ну уж совсем скучно. Шерлок проводит очередной эксперимент в морге, который доктора не интересует; с работы он только недавно пришёл; в магазин ему не нужно было. Раньше он нашёл бы себе девицу на вечер, сходил бы с ней в ресторан или кино, или ещё в какое-то банальное место, а потом, возможно, если выпадет удача, ему мог подвернуться секс, но уже как полгода мужчина на такие свиданки не ходит, а всё из-за того существа, что сейчас наверняка бьёт плетью труп или изгибается над микроскопом, а лучше бы под Джоном изгибался – думал мужчина. Ватсон точно не может сказать, когда влюбился в этого заносчивого и высокомерного придурка. Просто в один момент он начал дольше залипать на Шерлока, перед сном представлять всякие милости с ним — ну... или не милости, жаркости — а во время работы хотелось поскорей вернуться домой, чтобы послушать звучание его скрипки. Джон кричал себе, что этот человек аромантик, асексуал, да кто угодно, но точно не заинтересованный в отношениях человек. Мужчину бесили те моменты, когда ему казалось, что у Холмса взаимная симпатия. Когда тот ненароком коснулся руки, или когда смотрит дольше обычного, или говорит неоднозначные фразы. И Джон корил себя за то, что начинает верить в это. Но каждый раз, лёжа в своей кровати перед сном, он обдумывал все ситуации и давал себе щелбан, потому что их можно легко объяснить. Джон осознал, что просто водит глазами по буквам, но вовсе не вдумывается в прочитанное, поэтому он закрыл ноутбук. Мужчина откинулся на спинку кресла, проклиная своё сердце. Вот угораздило же его влюбиться именно в этого человека. Бесспорно, Джон считал, что это лучший человек в его жизни, но сложно так не считать, когда ты по уши влюблён в него. Лёгок на помине в гостиную входит взлохмаченный Шерлок. Он обычно всегда приходит в таком виде после того, как навестит морг. Кто ж знал, что эксперименты так выматывают. Холмс взял свою скрипку и без разговоров встал на привычное ему место — около окна. Заиграла мелодия. Джон точно не знает, что конкретно играет Шерлок. Возможно, это кто-то из классиков, а, возможно, его личного сочинения, но звучала она как всегда прекрасно. Мелодия была лёгкой, нерезкой, спокойной. Детектив таким образом отдыхал. С помощью музыки он расслаблял тело и душу. Джон прикрыл глаза, наслаждаясь звучанием этой мелодии. Он не из великих ценителей, но слушать её было приятно. Хотя, наверное, слушать его было приятно. Да, именно от кого музыка исходила, тоже играло свою роль. Через какое-то время Шерлок убрал смычок со струн и, положив скрипку обратно в чехол, сел на своё кресло. Ненадолго наступила мирная тишина, после чего Джон подал голос: — Я вот подумал, Шерлок, — мужчина поднял на него глаза, — Если тебя не знать, то сложно понять, что тебе нравится, — после этой фразы они недолго помолчали. Джон уже успел подумать, что Холмс не станет отвечать на вышесказанную фразу, как он это делает периодически, и даже удивился, когда ответ поступил. — Мне нравится играть на скрипке. Джон удивился. Шерлок не стал задавать вопросы или отвечать какой-то колкостью, или опровергать его фразу. Совершенно на него не похоже. — Джон, я не думаю, что мне стоит тебе говорить, что мне нравится. Ты же меня уже знаешь, при чём долгое время, — Джон подумал над этой фразой. Это правда, Ватсон хорошо знает своего соседа. Почти от и до. Но, ему казалось, что он знает далеко не всё, что может скрывать Шерлок. — Ты прав, но я подумал, что, если тебе вдруг что-то понравится, скажи мне об этом, потому что по твоей эмоциональной палитре это иногда вычислить сложно. — Ты преувеличиваешь, — Джон на это хихикнул, после чего Шерлок недовольно свёл брови и пошёл делать себе чай. * * * Джон не думал, что его просьбу воспримут так серьёзно, пока не наступил один день. Парни слушали очередного заказчика из числа их фанатов. Кажется, эта девушка пришла просто повидаться с ними без какой-либо проблемы. И весь её рассказ был больше похож на выдумку, она словно сочиняла на ходу, чтобы подольше посидеть в этой комнате. Шерлок привалился на одну руку, явно скучая. Доктор удивился, что тот ещё не выгнал эту девушку, но почему-то проявлял к ней милосердие. Хотя, кажется, Ватсон уже и сам бы с радостью её отсюда выпроводил. Она так смотрит на Холмса, что глаза вырвать хочется. Ей, при чём. Иногда ревность Джона зашкаливала, и он ничего не мог с этим поделать. Он действительно ревнивый человек. Когда девушки засматриваются на объект его симпатии, парню хочется крикнуть им вслед: «Это мой мужчина! Чего вылупились?!» или, когда какая-то полицейская явно слишком близко подходит к нему, чуть ли не сокращая дистанцию до считаных сантиметров. Джон без понятия, видит ли его напарник все эти взгляды девушек, или просто пытается не обращать внимание, ведь Ватсон влюбился не в обычного мужчину, а в живого Аполлона, так что приходилось терпеть излишнее внимание женского пола. Хотя Джон дома мысленно говорил им: «А я с ним живу, на минуточку. И каждую минуту могу видеть его лицо, а вы нет» и зловещий смех в придачу. В это время девушка по имени Сьюзи продолжала рассказывать свою сказку. — А моя тётя, которая живёт в Германии, сказала мне, что это всё сделал мой племянник! — после этой фразы у Шерлока словно что-то щёлкнуло в голове и он приблизился к уху Джона, тихо сказав: — Мне нравится Германия. После Холмс вновь вернулся к своему скучавшему виду и даже умостился в ту же позу. Ватсон же так и остался сидеть в немом шоке, пытаясь понять, что произошло. Шерлок просто взял и подметил информацию, которая скорее всего Джону неизвестна, просто потому, что где-то недели две назад мужчина об этом попросил? Доктор почувствовал продвижение в борьбе с упрямостью его друга. * * * В какой-то четверг, в какое-то время, в каком-то ресторане, в который их затащил Шерлок, мужчины мирно ужинали. После длинного дня, что Джон провёл на работе, а детектив забегом по городу, они наконец могли никуда не спешить и спокойно поесть. Холмс не любил пустые разговоры, но иногда выделял время на обмен информацией, дабы узнать, что произошло за день порознь от друг друга. В час этой бессмысленной болтовни им официант принёс заказ. — Сегодня я плачý, — поставил перед фактом Шерлок, с такой хитро-самодовольной интонацией. — А что за праздник? Детектив на это достал карточку из кармана и показательно продемонстрировал её Джону. Явно не его карточку. — Ты спёр её у Майкрофта? — Шерлок не ответил, а лишь положил её обратно в карман пиджака, принимаясь за трапезу, — Можно ведь и со своего счёта оплатить. Зачем лишний раз беспокоить нервы твоего брата? — Джон тоже принялся за еду. — Мне нравится его бесить. Ватсон услышал заветное начало фразы: "Мне нравится...", и решил не допрашивать дальше, а то спугнёт с этого странного эксперимента, который они так случайно начали. * * * Подобных "Мне нравится..." было бесчисленное количество. Фраза могла прозвучать в любой неожиданный момент, что всегда заставляло Джона врасплох. Казалось бы, они сосредоточены на чём-то серьёзном — расследование убийства или ещё чего-нибудь — как вдруг Шерлок выдаёт подобную фразу. Порой не один Ватсон входил в ступор, а и почти все находящиеся рядом люди. Лестрейд спросил однажды у доктора, что только что произошло, на что Джон ответил, что это у них продвижение в раскрытии внутреннего мира Холмса. И так действительно спустя месяц Джон узнал много нового про своего соседа. Если бы тот ему про это не говорил, то мужчина и не узнал бы никогда. Например, Шерлок очень любит котов. Во время очередного расследования, когда Холмс опросил всех, кого мог, а Джон ещё что-то проверял, детектив коротал время пялясь на котика. Как потом предположил Ватсон, тот хотел его погладить, но боялся испортить имидж. Когда они вышли из здания, то Шерлок, не задумываясь, произнёс фразу: — Мне нравятся коты. И опять без какой-либо добавки, просто сухая и чистая информация. И как обычно Джон ничего на это не отвечает. Мужчина не знает, как отреагирует его сосед, если тот начнёт расспрашивать почему, но, думается ему, что тот не особо захочет объяснять. В один день Шерлоку что-то взбрело в голову. Видимо, он решил проанализировать всё произошедшее за этот месяц и сделал интересный вывод. Парни сидели по своим комнатам, потому что время было позднее и клонило в сон. Джона, по крайней мере, клонило в сон. У Шерлока же ни в одном глазу. Поэтому, когда доктор уже спокойно лежал, готовясь видеть сны, к нему без стука завалился Холмс и включил свет. У Ватсона моментально щурятся глаза и он пытается понять, кто является ночным гостем, хотя долго гадать не пришлось. — Шерлок! Что произошло? — возмутился тот, понимая, что его друг вновь забыл, что люди в это время спят, — Неужели опять работать ночью? — последнюю фразу он протянул жалобно, ведь куда-то бежать ему хотелось последним делом. — Джон, сядь. Мне нужен ответ на вопрос, — Ватсон в сонном состоянии просто повиновался, усаживаясь на кровати, скрестив ноги. — Что за вопрос нуждается в такой срочности? — Что тебе нравится? Джон резко проснулся. Сначала он испугался, что Шерлок проведал о его влюблённости, но по глазам детектива он понял, что у того проснулся азарт. Ну да, Холмс ведь уже как месяц рассказывает, что ему нравится, а Джон активности в этом не проявляет. Возможно, он почувствовал какую-то долю несправедливости в этом. — Мне много чего нравится...Что конкретно тебя интересует? — Ну скажи, что больше всего. Только чего, по твоему мнению, я не знаю. Джон задумался. Есть ли смысл сейчас ему говорить? Ведь больше всего ему нравится Шерлок, но его грызут сомнения. Если он это скажет, то всё изменится навсегда. Не важно какой ответ будет у Холмса, всё равно всё изменится. Нужно ли это Ватсону?.. Джон посмотрел мужчине в глаза. Он безумно его любит. Только от одного взгляда можно растаять, а особенно сейчас, когда ему зачем-то так нужно узнать о предпочтениях друга, но если подумать... Может станет и лучше, если рассказать? Но это слишком рискованно... Ведь вероятность того, что симпатия взаимна намного меньше, чем то, что Шерлок натурал. Хотя с ним фиг поймёшь. Он ведь женат на работе. Но, кажется, даже слово "женат", а не "замужем" говорит само за себя. Но, казалось бы, и так давно уже хочется обо всём рассказать. Да вот только смелости не хватает. У Ватсона уже почти на языке крутится эта фраза, но он так боится её произнести. — Джон, разве это такой сложный вопрос? — Мне нравишься ты. Джон выплюнул эту фразу, ведь вопрос Шерлока словно вернул его в этот мир, а Ватсон не успел ещё выйти из своих мыслей, как вдруг два измерения слились. Мужчина занервничал, он ведь так и не смог взвесить все "за" и "против", как обстоятельства решили за него. — Ты мне тоже. Тут Джон завис. Вот так... просто? Шерлок, видимо, заметил явный шок на лице товарища и решил продолжить разговор. — Я думал это очевидно. Я ведь так много намёков тебе подкидывал. В какой-то момент я посчитал, что ты разучился мыслить, ведь порой намёки были слишком очевидны. Джон пытался вернутся на Землю, но что-то у него плохо выходило. Его мысли метались от полной пустоты, до разговоров миллиона. — Джон? Шерлок начал думать, что что-то не так сделал, потому что его сосед вообще перестал реагировать. В голову пришла лишь одна мысль как его раздуплить. Мужчина положил одну руку Ватсону на щеку. Стало хуже. Теперь мужчина впал в лёгкую панику. Сердце его забилось быстрее, а всё происходящее стало больше напоминать сновидение. Шерлок отдёрнул руку, слегка испугавшись. Он судорожно вышел из комнаты. Джон наконец смог думать. Ему только что ответили взаимностью. Да ещё и так просто, словно это всем известная информация. Пускай все вокруг и считали их парочкой, но ведь это не о чём не говорит. Спустя пару минут Джон вроде и собрал все мысли в кучу, как вдруг к нему опять заваливается Шерлок и плескает водой в лицо. — Шерлок! Мать твою! Это что такое?! — Ватсон начал активно вытирать своё лицо, дабы вновь вернуть себе одно из пяти чувств - видеть. — Ты никак не реагировал. Я подумал, что таким образом точно получится вернуть тебе способность разговаривать. И, кажется, получилось. — Так, ладно, давай вернёмся к прошлому разговору, — Шерлок сел на уже не самую свежую кровать, — Ты мне нравишься, — мужчина на это слегка поднял уголки губ, — Я тебе тоже нравлюсь, — он кивнул, — И как давно? — Сложно назвать тебе точный день, но год уже как точно, — Джон на это шокировано улыбнулся. Они нравились друг другу примерно одинаковое время, но только сейчас решили всё обсудить, — Джон, — мужчина поднял взгляд на соседа, — Так я могу попробовать тебя поцеловать, или опять нести чашку с водой придётся? Ватсон рассмеялся и помотал головой, после чего сам притянул своего парня к себе, целуя в губы.